В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Буду пятого Терехин

Именно эти три слова стояли в телеграмме: «Буду пятого Терехов». Казалось бы, они выражали несложную мысль и были предельно ясны и понятны, однако Андрей Иванович Грушнев, директор цирка в городе Н., перечитал телеграмму трижды, закурил и задумался.

Он не переменил позы, на его лице, как говорится, не дрогнул ни один мускул, но Татьяна Львовна, его секретарша, увидела и в лице и во взгляде целый ряд изменений, не заметных постороннему глазу.

—    Что такое, Андрей Иваныч? — спросила ома тем участливым тоном, который толкает людей в пучину откровенности.
—    Едет Терехов... — вздохнул директор. — Не было печали — Терехов едет!
—    А кто такой Терехов?
—    Неужели не знаете, кто такой Терехов? Ревизор! Лучший ревизор Главного управления!
—    Придирается? — догадалась Татьяна Львовна.
—    Нет, просто проверяет. Но как! Скажу честно: удивлен, что прислал телеграмму. Обычно он как действует? Приедет неожиданно, в порядке инкогнито, часик-другой походит по цирку, потом опечатает сейф, возьмет бухгалтерские книги — и пошла ревизия. Каждую бумажонку, каждый акт сам проверит. Если сомнения — неделю потратит, опросит каждого, кто подписывал. И что-нибудь да найдет.

Андрей Иванович еще раз прочитал телеграмму, затянулся и еще раз вздохнул:

— Во время ревизии — строг и официален, где завтракает или обедает — неизвестно, в ложе дирекции не сидит...
—    А где же?
—    В прошлом году купил в кассе билет и сидел в амфитеатре.
—    Феномен! — сказала Татьяна Львовна. — Молодой?

—    Лет сорока, интересный, спортивного вида. Другой бы явился за кулисы, познакомился с артистами... Не-ет! Не человек, а гранит! За всю жизнь у меня два выговора. Один ив его совести.

—    Ужасно,— сказала Татьяна Львовна, округлив глаза.— Что же делать?
—    Выход один: не давать ему пищи...
—    Как?
—    Ну. в смысле требований. Чтобы все было в ажуре. Сегодня второе?
—    Второе.
—    У нас три дня. Ну что ж, на эти три дня я сам стану Тереховым! Такую ревизию проведу — только держись! — кому-то погрозил пальцем директор. Потом снова задумался. — Но почему, почему он прислал телеграмму?

—    Можот, он изменился,— предположила Татьяна Ивановна.
—    Думаете? — недоверчиво посмотрел на нее Андрей Иванович.
—    А что? Вполне возможно. Знаете, как теперь люди меняются. Может, и он тоже. И к лучшему.

Директор усмехнулся и решительно встал со своего кресла...

И закипела, зашумела ревизия. Такого в цирке еще никогда не было! Директор быстро и свободно вошел в роль Терехова и свирепствовал, как один из ураганов, которым метеорологи присваивают женские имена. Каждая бухгалтерская книга, каждый акт, каждая справка были изучены и проверены с пристрастием. Одновременно с этим сизифовым трудом весь цирк был отмыт и подкрашен, как военный корабль перед визитом иностранного адмирала.

Дошло до того, что униформистам, самым большим модникам в цирке, пришлось посетить парикмахерскую и подстричь свои излишне длинные гривы.

Словом, за три дня цирк прошел еще более строгую ревизию, чем та, которую обычно проводил Терехов. И все зти тяжелые, авральные дни директор мучительно думал — встречать Терехова или нет?

С одной стороны, если человек дал телеграмму, что будет пятого, значит, встречать его надо, надо забронировать гостиничный номер. Но с другой стороны, он ведь не просит его встречать и не просит гостиничного номера. Что же делать? С одной стороны, может быть, права Татьяна Львовна — люди теперь быстро меняются и, может быть, он тоже изменился, дай бог, к лучшему. Поэтому он прислал телеграмму с сообщением, когда прибудет, понимая, что все остальное директор сообразит сам. Однако, с другой стороны, если он не изменился, его встретишь, а он рассвирепеет? Но почему же он прислал телеграмму?

Все эти сложные умственные построения лишали директора нормального сна и покоя. Он, который был борцом, потом силовым акробатом, лотом дрессировщиком тигров, он, прошедший такую школу решительности и мужества,— он просыпался в холодном поту и мучительно думал: встречать или не встречать? бронировать номер в гостинице или нет?..

Наступило пятое, и директор, убедившись, что самодеятельная ревизия проведена отлично, собрался на вокзал. Он надел свой лучший костюм, взбил редеющие волосы и за десять минут до прибытия московского поезда прогуливался по перрону.

Подошел скорый, который в городе Н. стоял всего три минуты. Из вагонов торопливо высадились человек десять пассажиров. Среди них Терехова не было. Директор растерянно оглядывался, не знаю, что делать дальше. И тут к нему подошел небольшой, щуплый молодой человек лед девятнадцати.

—    Простите, вы не из цирка? — вежливо спросил он.
—    Из цирка.
—    Здравствуйте. Я — Терехов.
—    Какой Терехов? — опешил директор.
—    Выпускник студии циркового искусства. Работаю одноколесный велосипед.
—    Одноколесный? — тупо переспросил директор.
—    Да. Одноколесный. Прислан к вам на стажировку. Неделю назад вам отправили из главка письмо... — словоохотливо объяснял одноколесный Терехов. — Мне сказали, у вас хорошее общежитие.

И вдруг директор, растерянно слушавший Терехова, неожиданно рассмеялся и сказал:

—    Да что ты, Терехов! Какое общежитие? Я тебе забронировал номер люкс !

ЯК. ЗИСКИНД

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100