В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Энциклопедия циркового и эстрадного искусства

Энциклопедия содержит информацию, касающуюся циркового и эстрадного искусства. Введите интересующее Вас слово, имя, фамилию.

 А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я 

 

Рок-музыка

Рок-музыка. В середине 50-х гг. в Москве, Ленинграде, в нескольких городах с недавним «западным» прошлым — Таллинне, Риге, Львове появились фланирующие по улицам «стиляги». Вместо широких- невероятно узкие короткие брюки с манжетами, вместо картонной подошвы ботинок фабрики «Красная заря» — «манная каша» больших желтых ботинок; широкие мягкие пиджаки с кокеткой, хлястиками и накладными карманами, очень длинные, ниже пояса, яркие галстуки. Цирковую «спецодежду» дополняли длинные волосы и набриолиненный кок. В 1957 на VI Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве, в рамках которого выступали джазмены, поэты-битники, художники-абстракционисты, чьи импровизированные концерты, выступления, выставки проходили порой прямо на улице, состоялось их знакомство с культурой рок-н-ролла, джазом в стиле би-боп, с американскими «битниками», представителями «разбитого поколения» послевоенной Америки.
Американские «битники» выглядели на моек, улицах намного солиднее отечественных «стиляг», разговаривали между собой на «своем» языке, настоящем жаргоне негров, где «битник» было словечком, выражающим массу вещей- «я разбит», «я выпал». Их имидж, однако, не обманул отечественных «стиляг», джазовых музыкантов, за версту почуявших, что это- «свои». Как и «стиляги», «битники» одним своим видом скандализировали благопристойных граждан Америки. Для американских «битников» серьезная угроза обществу виделась в охватившей большинство американцев после Второй мировой войны страсти к вещизму, благополучной карьере. Нормальному упорядоченному образу жизни они противопоставляли жизнь дна, бродяжничество, эротическую свободу, гедонизм: Искали опору в учении дзен-буддизма. в хриплом рок-н-ролле, который в начале 50-х вырвался из-под опеки улыбчатых черных с гитарами и разбитыми фортепиано и носился по концертным площадкам, звуча у Элвиса Пресли, в мрачном ерничестве современного джаза — кул, би-поп, в поэзии (Дж. Ке-руак, А. Гинзберг), тяготеющей к бессюжетности, шокирующей лексике, свободному стиху, импрессионистичности описаний.
В фестивальной Москве, разумеется, еще не имели представления о поэзии Керуака, Фер-лингетти, Гинзберга. «Мы много читали — Хемингуэя, Олдингтона, Дос Пассоса, собирали репродукции импрессионистов (об абстрактной живописи тогда даже не слышали). Все это было „не рекомендовано“, а потому очень трудно достать… Во время фестиваля смогли убедиться, что наш „стиль“, и музыка, и кумиры — все это было дремучим прошлым… — вспоминает А. Козлов. -Я в те годы начал играть странный, некрасивый би-боп. Рок-н-ролл зазвучал у нас как в записи на самодельные пластинки „на костях“ (на рентгеновских снимках), так и в репертуаре немногочисленных джаз-оркестров. Би-боп играли для избранных посетителей в маленьких подвальчиках, периодически закрываемых официальными организациями.
Почти сразу за увлечением джазом последовал взрыв массового интереса к „авторской песне“ под гитару. „Поющие поэты“, „авторы-исполнители“ возникли одновременно в конце 50-х — начале 60-х гг. в разных концах мира. В Америке это были Кен Кизи, Тимоти Лири, Боб Дилан. Последний — поэт, композитор, певец — „научил“ говорить рок-н-ролл языком поэзии. Затем последовали „поющий поэт“ Леон Коен (автор-исполнитель близкий к стилистике В. Высоцкого), „поющий поэт“ Джим Моррисон (вскоре основавший знаменитую рок-группу „Дорз“). Творчество „поющих поэтов“, составляя широкое русло американской молодежной субкультуры (термин Леона Коена, заимствованный им из криминалистики), получило теоретическую поддержку в неоавангардистских кругах, где широко обсуждались проблемы мифопластики — термина, обозначающего право художника на неограниченную свободу выражения собственного мира, на экстатическое выражение чувства и мироощущения. В это же время в маленькой московской квартирке Б. Окуджавы зазвучала песенка о циркачке („Она по- проволоке ходила, махала белою рукой“), мелькнула ирония „Песенки о дураках“, родилась баллада „Памяти Вийона“, в которой поэзия соединялась с мелодиями старинных романсов под гитару, со стилизацией под шансон Ива Монтана. И вскоре стены дома Окуджавы „расширились“ до массового движения „авторской песни“ под гитару.
Новым явлением интернациональной культуры конца 50-х — начала 60-х гг. стала англо-американская Р.-М., с молниеносной быстротой распространившаяся в Москве, Ленинграде, Риге. По своему происхождению Р.-М., синтезируя две музыкальные традиции, уходящие корнями в негритянский „ритм-энд-блюз“ и в семейство родственных вокально-инструментальных жанров „кантри-энд-вестерн“ — явление не только гибридное и синтетическое. Р.-М. — принципиально незавершенный, открытый жанр, легко разрешающийся в любом из своих отдельных проявлений, но и способный тут же возродиться в совсем другом облике за счет творческих заимствований из самых различных источников: фольклорной, классической или экспериментальной музыки, поэзии (текст), театра (шоу). Характерно „электрическое“ звучание, коллективное творчество и особая форма музыкального хеппенинга- концерта с участием зрителей. Рок- самый „техноемкий“ вид музыки. В англо-американской Р.-М. использовались инструменты: ударные (большие и малые, перкуссия, акустические и электронные), гитара, бас, клавишные (орган, электропианино, синтезатор), компьютеры (секвенсор, ритм-компьютер, сэмплер), плюс многие традиционные инструменты — саксофон, фортепиано, аккордеон, флейта и др. В другой подгруппе техники: звукоусилительная система (микрофоны, микшерский пульт, усилители, колонки), устройства обработки звука (педали звуковых эффектов, линии задержки, ревербераторы, кроссоверы, эквалайзеры и пр.). К этому нужно добавить звукозаписывающую и осветительную аппаратуру самых разных названий.
Первые отечественные рок-музыканты еще и сами не знали, что они „рокеры“. Они чаще называли свою музыку „битом“ или даже поп-музыкой. Спутниковая связь, массовый выпуск прибалтийских транзисторных приемников со средними и короткими волнами, магнитофоны „Яуза“ и др. образовали каналы малоконтроли-руемой информации, по которым хлынул поток Р.-М. Ее расшифровывали на слух. „Битлз“ потрясли нас всех -* вспоминал позднее Б. Гребенщиков — потрясающая радостная музыка с позитивной энергетикой». (В книге: КушнирА. Сто альбомов советского рока. М., 1999. С. 6.)
Главными факторами первых лет отечественной Р.-М. были полное отсутствие в стране аппаратуры и инструментов, которые тогда не производились вообще (иностранную аппаратуру и инструменты приходилось добывать самыми немыслимыми способами или мастерить из подручного материала), и полное официальное непризнание Р.-М. Одна за другой следовали публикации в прессе, пытающейся укротить «хулиганство» на ниве музыки: «Рок-н-ролл и реваншисты», «Похитители музыки», «Казнь бит-музыкой», «Идолы и идолопоклонники», «Длинноволосая музыка», «Психологические тайны бит-музыки», «Искусство в лапах бизнеса», «Психоз под музыку», «Стойбище идолов», «Рок-звезды и наркотики» и т. п. Опасливым начальством упорно закрывались стихийно возникающие бит-клубы («Тролли», «Оловянные солдатики» (1967). Попытки выпуска первых самодельных рок-журналов «Бит-Эхо» (Харьков, 1967) заканчивались изъятиями выпусков. Первое столкновение с властью — расклеивание листовок с протестом против событий в Чехословакии (1968) группой рок-музыкантов- закончилось обвинением в «придурковатости» рокеров, одетых в драные джинсы, цветные рубашки, с самодельными холщовыми сумками через плечо. Отечественная  Р.-М. оказалась разъединена на два потока. Один, наиболее массовый — ВИА (вокально-инструментальные ансамбли), заявленные как новая форма молодежного музицирования (исполнение песен советских композиторов). Другой- отечественная Р.-М. Образовывались и промежуточные группы, по сути ВИА, но активно использующие средства Р.-М. («Земляне», «Динамик»).
Реальная практическая жизнь первых отечественных рокеров зачастую была довольно проста и естественна: молодые люди хотели послушать музыку и устраивали концерты. Первое подобие рок-концерта состоялось в Петергофе в 1963, где, смастерив из репродукторов какое-то подобие колонок, молодежь слушала Р.-М. Примерно тогда же в столице Латвии аналогичной деятельностью занялся Пит Андерсен («Мелоди Мейкерз»). А в Москве А. Градский начал выступать с группой польских студентов «Тараканы».
Наряду с иноземными первопроходцами стали появляться и первые сугубо отечественные
группы: «Бразерс», «Сокол», «Красные дьяволята», «Ветры перемен», «Славяне» (все- Москва); «Аргонавты», «Фламинго», «Галактика», «Лесные братья» (Ленинград). В Москве в 60-е гг. преобладали англоязычные группы, знакомившие молодежь с новинками зарубежного рока- последними хитами «Битлз», «Роллинг Стоунз», «Бич Бойз» и другими, по возможности воспроизводя их один к одному. В бескрайнем море ансамблей спонтанно складывались и мгновенно распадались группы с вычурными многозначительными названиями: «Волосатые стекла», «Замшевая мяг-коугольность», «Русско-турецкая война», «Наваждение», «Изгнание из рая» и др. Многие группы пели по-английски, копировали и одежду, и манеру держаться на сцене.
Появлялись и единичные ансамбли, начинавшие включать в свои программы песни на родном языке. Огромным успехом у публики пользовался московский «Сокол» (основан в 1964 гг. Ю. Ермаковым, в первый состав входили В. Сиротский — гитара, С. Тимашов — ударные, И. Гончарук — гитара, В. Черныш — клавишные), группа, с чьим появлением, наряду с быстро распавшейся рок-группой «Бразерс», принято связывать начало отечественного рока. Первая песня на русском языке «Где тот край» (1966), затем хитами стали песни «Теремок», «Солнце над нами» (авт. ст. и муз. Ермаков). Вслед за «Соколом» в Москве на русские тексты стремились переходить и другие: «Скоморохи» А. Градского, «Миражи», «Русь»; в Ленинграде «Кочевники».
Конец 60-х- начало 70-х- время бурных перемен в отечественной Р.-М. Рост технического уровня музыкантов, активное усложнение музыкального языка, появление хард- и арт-рока сочеталось с усилением тенденции к исполнению только собственных сочинений. На общем фоне копирования, провинциального подражания западным группам («Лед Зеппелин»), появились отдельные яркие представители отечественного рока — «Скоморохи» Градского, «Машина времени» А. Макаревича, «Високосное лето» А. Ситковецкого, «Воскресение» А. Романова, «Цветы» Стаса Намина. Градский в «Скоморохах» на рубеже 60-70-х предвосхитил ряд творческих тенденций развития Р.-М. в стране: «фольклоризацию» (частушка и страдание), синтез роковой и бардовской традиции, зачатки панк-рока. Одним из первых попробовал свои силы в жанре рок-оперы (от мини-рок-оперы «Муха Цокатуха», по одноименной детской поэме К. Чуковского (1969) до последних «Граф Монте-Кристо», «Мастер и Маргарита»).
Явился и ансамбль, который запел по-своему- «Машина времени» (L969). Группа, по своему влиянию приближающаяся к почетному титулу «русских Битлз», стала, по сути дела, первой звездой отечественной Р.-М. и во многом предопределила ее переход к русскоязычному творчеству. Многочисленные музыкальные интересы и пристрастия участников группы — от бардовской песни до блюза, от кантри до рок-н-ролла, хард-, джаз-рок, арт-рок стиля, а также чуть ироничные, имеющие форму притчи или басни тексты Макаревича («Битва с дураками», «Солнечный остров», «Марионетки»), реже- конкретные зарисовки («День рождения», «Кафе „Лира“»), имели фантастический резонанс у публики. На протяжении десятилетий «Машина времени» выражала умонастроение «думающей» молодежи.
Жгучий интерес у современников вызывала рок-группа «Високосное лето». Лидер- А. Сит-ковецкий, состав: А. Ситковецкий (гитара, вокал), А. Кутиков (бас, вокал), К. Кельми (клавишные, вокал), В. Ефремов (ударные). На первых порах (1972) группа играла главным образом хард-роковые стандарты и выступала преимущественно на студенческих вечерах отдыха. Вскоре отказалась от англоязычных текстов и обратилась к созданию собственных песен и инструментальных пьес, в которых, следуя канонам арт-рока, стремилась осуществить синтез барочной, камерной и рок-музыки. Тексты  М. Пушкиной опирались на творчество американских поэтов-«битников» (Гинзберга, Керуака, Дила-на, Коена). «Високосное лето» использовало элементы театрализации: «Сатанинские пляски», затем рок-действо «Прометей прикованный» (1973); музыканты пытались создать фантасмагорию, визуальный эквивалент своим песням, умело используя световое оформление и сценическую пиротехнику. «Лавка чудес», «Лень», «Мона Лиза» — признанные хиты 70-х гг. «Виденья» памяти Моррисона, «Прочь, ведьма» — работы, с десятилетним опозданием развивающие творческие идеи американских «битников».
«Цветы» (зашифрованный символ хиппизма, «дети-цветы») — таково было название первой группы Стаса Намина (1970). Пройдя стадию копирования западного хард-рока, «Цветы» быстро сменили курс и запели по-русски. Начав с подпольных концертов самодеятельного рока, «Цветы» в 1973 пробились на фирму «Мелодия» и записали песни «Есть глаза у цветов» и «Звездочка моя ясная», которые произвели фурор в среде любителей поп-музыки, практически впервые продемонстрировав возможности синтеза, хард-рока и «городского романса».
Парадоксальная группа «Воскресенье», первая запись которой появилась в 1979, а большинство хитов восходят к 1975, раскрыла тему романтического протеста («По дороге разочарований снова, очарованный, иду»), выдвинула лирического героя, пережившего крушение мечты. Репертуар «Воскресенья» составили песни Романова и известного в Москве барда К. Никольского. Музыка «Воскресенья» мастерски исполнялась на лучшей по тем временам аппаратуре (звукорежиссер и менеджер группы А. Арутюнов).
Аналогичный процесс — появление «национальных ансамблей» синхронно, хотя и без всякой связи с Москвой — проходил и в других рок-центрах. В Латвии это были «2 Ч ВВМ», во главе с композитором Имантом Калныньшем. В Эстонии — «Подвальные звуки», переименованные затем в «Шарманку». В Ленинграде — «Санкт-Петербург» (1971) В. Рекшана. И все же эти группы составляли ничтожное меньшинство по сравнению с теми, кто бесконечно копировал «фирму». Многие даже считали, что пение по-русски — это какой-то хитрый «трюк» или спасение для тех, кто не умеет как следует играть.
Конец 60-х — 70-е гг. стали десятилетием, когда единственным легальным рок-событием был организованный местным комсомолом фестиваль «Серебряные струны» в Горьком в 1971 («Скоморохи» Градского поделили первое место с вокально-инструментальных ансамблем «Ариэль» из Челябинска). Периодически устраивались комсомолом «фестивали» под вывеской всякого рода смотров художественной самодеятельности. Это немало способствовало установлению контактов между рокерами разных городов. Однако материальная база и аудитория смотров были слишком малы: они оставались «фестивалями» для музыкантов, а не для публики (фестиваль в Черноголовке, 1978, насчитывал не более восьмисот слушателей, хотя участвовали «Машина времени», «Високосное лето»). Рок томился в полной изоляции, не имея ни малейшего резонанса в прессе, не говоря уже о пластинках, радио, ТВ.
На переломе 70-х — 80-х в отечественной Р.-М. произошли резкие изменения. Переворот произвели идеи «новой волны» и панк-рока, вызвавшие к жизни новое поколение групп. Советскую «новую волну» с вызывающим имиджем, сырым, жестким, насыщенным диссонансами звуком, нарочито грубоватым городским сленгом, пафосом острых, откровенных текстов представил «Аквариум». Созданная в 1972 студентом-Ленингр. ун-та Б. Гребенщиковым и начинающим драматургом и поэтом А. Гуницким группа «Аквариум» первое время находилась в тени. После серии последовательных экспериментов со стилем (в разное время группа пережила периоды увлечения джазом, хард- и арт-роком), с разными составами, «Аквариум» испытывает сильнейшее воздействие «новой волны» — прежде всего рэгги и панк-рока. Именно в этой стилистике группа выступила на рок-фестивале в Черноголовке (1979) и Тбилиси (1980). «Аквариум» спел на фестивалях «Блюз простого человека», «Кусок жизни», «Герои», «Минус 30 градусов», насыщенные грубоватым сленгом, приземленными, ироническими разговорными речевыми оборотами (влияние американских «битников» Дилана, Моррисона). Эксперименты «Аквариума» повлияли на музыкальное мышление целого ряда ленинградских групп. В первую очередь к ним относятся организованная осенью 1979 панк-группа «Автоматические удовлетворители» во главе с А. Пановым, а также новое поколение ленингр. групп: «Ха-мелеончик За», «Гулливер», «Абзац». В Ленинграде вышел рукописный журнал «Рокси» (1977, организаторы Гребенщиков, Н. Васин). После неудачных попыток организовать объединения самодеятельных музыкантов — Поп-федерация (1971, не просуществовала и года), Экспериментальный клуб-лаборатория поп-музыки (1979), открылся Ленингр. рок-клуб (1981). В 1979 была создана неофициальная студия «Антроп» (сокращенное образование от имени звукорежиссера А. Тропилло), сыгравшая громадную роль в формировании ленингр. рока. Тропилло одним из первых осознал важность «альбомного мышления» и превратил «Антроп» в своего рода художественную лабораторию, в которой группы, близкие по духу, записывали песенные циклы, объединяемые в «альбомы», что создавало основу магнитофонной культуры.
В Москве первым человеком, заигравшим «новую волну», стал С. Рыженко (группа «Футбол»). Окружающий мир в злых песнях Рыженко был неприятен и тошнотворно однообразен. Его песни зазвучали на фоне стремительного распада сотен моек, групп. После успешного концерта в Центр. Доме художника группа «Футбол» тоже распалась. К началу 80-х в Москве осталось менее десяти активных рок-групп — «Машина времени», «Воскресенье», «Високосное лето», «Виктория», «Волшебные сумерки», «Черный сентябрь», «Рубиновая атака», «Дважды Два», фолк-шоу «Последний Шанс» и несколько джаз-роковых ансамблей. В 1980 «Машина времени» и «Автограф» (родился на основе «Високосного лета») вошли в состав концертной организации. Вскоре официальный статус получили и такие «подпольные» группы, как «Рок-Ателье», «Араке», «Карнавал». Но именно в Москве выступать этим группам почти не разрешалось (первые легальные концерты в Москве «Машины времени» состоялись только летом 1985 в рамках XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов).
Лишь в конце 1982 на рок-фестивале в моек. Физико-техническом ин-те прозвучали выступления групп, свидетельствующие, что творческий вектор сместился от хард-рока, глубокомысленных текстов в сторону- «новой волны» и иронического содержания. Выступления ретро-панкового «Центра», нововолнового «Альянса», как и успех пленочных альбомов «Банановые острова» Ю. Чернавского, «Путешествие в рок-н-ролл» или «Примус» Ю. Лозы показали, что рок стал обнаруживать большой стилистический диапазон. Это не только беспроигрышный хард-рок, но и «новая волна», панк-рок. Зимой 1983-1984 в Москве состоялось два впечатляющих дебюта. На публику вышли «Звуки My» и «Браво».
Группа «Звуки My» (1983) П. Мамонова соединила в своем творчестве музыкальный авангард и панк-рок с бытовым фольклором. В дебютной программе («Серый голубь», «Бутылка водки», «Источник заразы» и др.) герой Мамонова, широко использующий пластику, мимику, напоминает шута, юродивого. Скупость мелодики песен компенсируется актерским талантом: каждая разыгрывается как спектакль. Не случайно Мамонов в 90-е гг. станет кинозвездой, драматическим артистом.
Наряду со «Звуками My» быстро становится популярной группа «Браво» (1983). Внешне красивые, эффектные ретро-баллады и фокстроты постоянного автора музыки Е. Хавтана (тексты А. Тарковского, С. Черного, У. Дж. Смита, К. Ка-валеряна, В. Степанцова), колоритная солистка, обаятельная клоунесса Жанна Агузарова, в те годы выступавшая под именем Иванна Ан-дерс, предопределяют успех таких номеров, как «Белый день», «Кошки», «Ленинградский рок-н-ролл», «Желтые ботинки».
Массированная «антироковая» кампания, развернутая в 1984-1985, прошла в Москве особенно жестко. Администрация требовала переориентации репертуара рок-групп на песни советских композиторов. В этой обстановке музыканты ограничивались квартирными концертами и активной звукозаписью. Среди магнитофонных альбомов того периода выделялись работы «Машины времени», «Центра».
В первой половине 80-х гг. ленингр. рок-сцена, которой репрессии коснулись не с такой силой, как моек., совершенно затмила Москву. В унисон моек, группе «Футбол» отозвался ленингр. «Зоопарк», образованный в 1981 М. На-уменко, уже получившим известность благодаря сольному альбому «Сладкая N и другие» (1980, в той записи ему помогали Гребенщиков, В. Зорин). «Зоопарк» играет блюзы и рок-н-роллы. В одной из ранних вещей «Зоопарка» — притче «Уездный город N» неукротимый На-уменко пел о тех, кто «мешает нам жить» — о «набыченном стаде тупиц и насильников», об устроителях драк «район на район» и др. «Зоопарк» совершает несколько удачных поездок в Москву, став одно время (1982) популярнее «Аквариума», Записывает альбом «Блюз де Моску», второй сольный альбом «LV», отличающийся музыкальным разнообразием и пародийной направленностью — «Песня про Сви-на», «Лето», «Гуру из Бобруйска». Через год в студии Тропилло «Зоопарк» записывает свой лучший альбом «Уездный город N» (композиции «Пригородный блюз», «Дрянь», «Если ты хочешь», баллада «Странные дни»).
В Ленинграде смена поколений в отечественном роке шла без пауз, затрудняя разграничения и периодизации. В песнях нового поколения- группы «Кино» В. Цоя (1981)- зазвучала тема одиночества, безнадежности. Группа дебютировала в 1982, при деятельном участии музыкантов «Аквариума» и «Зоопарка» записав альбом «Сорок пять». В мае 1984 произвела сенсацию на втором ленингр. рок-фестивале. Песни «Мои друзья идут по жизни маршем», «Время есть, а денег нет», «Электричка», «Белая гадость» и «Бездельник» — становятся хитами. В июне 1984 выпускает альбом «Начальник Чукотки», в мае 1987 — «Группа крови».
Как бы ответом на отчаянное одиночество «Кино» зазвучали песни группы «Алиса» (1983), получившей известность с приходом К. Кинчева (1985). Лидер второго поколения «новой волны» Кинчев — жесткий, напористый, эффектный шоумен собрал молодых музыкантов, разделявших его интерес к музыке рэгги и рок-н-роллу. На втором рок-фестивале (1984) в Ленинграде представила программу «Кривозер-калье», в которой фантасмагорические образы и сюжеты, навеянные книгой Л. Кэрролла, переплетались с реалиями повседневной жизни. Созданные несколько позднее песни Кинчева «Мое поколение» и «Мы вместе» стали особенно популярны у молодежи.
Жесткая борьба с Р.-М., которая велась в разные годы, дала прямо противоположный результат. Едва репрессии прекратились (весна 1985), как Р.-М. вырвалась из многолетнего «подполья» с ошеломляющей силой. Столичная рок-сцена буквально взорвалась обилием концертов, смотров, фестивалей. Осенью 1985 возникла моек. Рок-лаборатория. Совершили прорыв самодеятельные журнальные издания («Зеркало», «Контркультура», «Сморчок», «Ур-лайт»). Большая часть групп сориентировалась на хэви-металл. Первая профессиональная группа Москонцерта, играющая хэви — «Ария» — выступала в составе В. Кипелов (вокал), В. Хол-стинин (гитара), А. Большаков (гитара), А. Грановский (бас), И. Молчанов (ударные), К. Покровский (клавишные). Время становления группы — 1985 — год записи первого магнитофонного альбома. «Ария» пробила ту брешь, через которую устремились десятки «тяжелых» групп. Хэви-металл оказался самым коммерческим из всех ответвлений рока. Успех группе приносит песня «Воля и разум», зачисленная в ранг «металлического гимна». Второе место делили песни «Тореро» и «Вокруг света за 20 минут». Чуть позднее это направление продолжили группы «Черный Кофе», «Мастер», «Коррозия металла», «Парк Горького». Верность своему стилю сохранила «Машина времени». Широкий стилистический диапазон обнаружили рок-группы с ретро-составами на любой вкус («Пижон и Компания», «Мистер Твистер», «Тихий час», «Близнецы»), панк и пост-панк («Кабинет», «Чудо-юдо», «Удафф», «Веселые картинки»), психоделик («Звуки My», «Нюанс», «Ночной Проспект»), арт-рок («Николай Коперник», «Вежливый отказ», «До мажор»), всевозможные шоу-группы («Средне-русская возвышенность», «Манго-Манго», «НИИ Косметики»), радикальные авангардисты (группа Алексея Тегина, «Метро» Ю. Царева). В новых именах в моек, роке нет недостатка: «Т-34», «Скандал», «НРГ», «Класс», «Пого», «Ра» и др. Появилось несколько феминизированных групп- «Примадонны», «Маркизы», «Красная Пантера». Ряд отечественных рок-ансамблей подписали контракты с крупными западными фирмами грамзаписи («Круиз», «Центр», «Звуки My», «Парк Горького»).
Начались поиски нового качества и ленингр. Р.-М. — упоминавшиеся «Алиса», «Кино», «Джунгли», «Теле-У», «Странные игры», «Телевизор», «Тамбурин». Продолжает путь исканий изменчивый, как протей, Гребенщиков со своим «Аквариумом». Сенсационными стали выступления «Популярной Механики» С. А. Курехина (1954-1996), где в течение 45 минут разыгрывался музыкальный хеппенинг, в котором участвовали рок-звезды, рок-дилетанты, джазмены, фольклористы, струнный квартет и шумовая «индустриальная» группа. Чередование импровизации, риффов из репертуара «Странных игр», рок-н-ролла и виртуозных джазовых соло, синтез всевозможных музыкальных жанров открывали новые возможности.
Один за одним на подмостки ленингр. рок-сцены поднялись рок-барды А. Башлачев и Ю. Наумов. Башлачев синтезировал Р.-М. с народной поэзией. Рок-бард Наумов сопрягает в песнях дальние смыслы, использует богатство внутренних рифм, изысканные переплетения слов («Депрессия», «Блюз в 1000 дней», «Перекати-поле»).
Одним из самых больших открытий ленингр. рока стала группа «ДДТ» Ю. Шевчука (дебютировал в 1987). В музыкальном отношении «ДДТ» тяготеет к традициям 70-х: рок-н-ролл, блюз, хард-рок, часто с примесью частушки, романса, бардовской песни. Именно это позволяет отнести лучшие песни «ДДТ» — «Не стреляй», «Революция», «Оттепель», «Церковь», «Террористы», «Мажоры», «Я получил эту роль» — к русскому року как естественному продолжению народных традиций отечественной культуры.
После того, как Р.-М. была официально признана (1985), — оживилась провинция. Рок-группы стали расти везде, как грибы после дождя. Архангельск, Свердловск, Новосибирск, Ярославль, Владивосток выдвинули сотни рок-групп. Среди них выделяются «Облачный край» (Архангельск), национально самобытная новосибирская группа «Калинов мост» (Д.Ревякин), свердловский «Чай-Ф» — задиристый, полный иронии, простой и крепкий. Лидером «сибирского рока» становится свердловская группа «Наутилус Помпилиус» (В. Бутусов, Д. Умецкий и И. Кормильцев — автор текстов группы). В песнях «Наутилуса» воссоздается «портрет поколения». Герой Бутусова- яростный наблюдатель современного мира, проживающий внутри себя все его драмы, но сохраняющий отрешенность («Князь Тишины», «Прощальное письмо»). Песни «Наутилуса Помпилиуса» («Скованные», «Рвать ткань», «Казанова», «Взгляд», «Шар цвета хаки», «Я хочу быть с тобой», составившие альбом «Разлука», 1986), сочетают напряженный, насыщенный мелизматикой текст и низкий слой городского музыкального фольклора- быстрые марши, фокстроты, жестокий романс, эстрадную песню ресторанного толка. Мелодическое дарование Бутусова, манера вокала, сценическое обаяние способствовали успеху.
Сотни групп Сибирского региона, Якутии образуют широкое русло Р.-М. Их спектр — от опоры на мировую музыкальную культуру в широком смысле — свердловская группа «Со-нанс», впитавшая музыку эпохи барокко, коллаж из произведений С. Прокофьева, Д. Шостаковича — до этнографии мистической шаман-рок группы «Чолбон». В конце 80-х проходят многочисленные фестивали Р.-М.. основными из которых станут «Панорама-86», «Панорама-87», «Подольск-87», «Мирный-87», концерт в Лужниках, 1988, где встретились лидеры разных поколений и направлений (Градский, Мака-ревич, Шевчук и др.). Появляются программы на ТВ («От 16 и старше», Программа «А», «Кафе „Обломов“», ряд групп гастролирует в США, Франции, Италии и Японии, участвуют в художественных к/ф «Асса». -Игла«и др.).
По возрасту отечественный рок моложе мирового лет на десять, но рос он с удивительной быстротой, опережая в слове и смысле доступные возможности техники. К концу 80-х — началу 90-х гг. Р.-М. быстро превращается в одну из самых доходных статей большого музыкального бизнеса. Во многом тенденции развития неминуемо стали направляться коммерцией. Некогда многострадальный жанр начал стремительно менять свой облик.
Лит.: Рок-музыка в СССР , Сост. А. Троицкий. М., 1990; Троицкий  А. Рок в СССР. М.. 1991: Кто есть кто в советском роке. М., 1991; Смирнов II. Время колокольчиков. М., 1994; Золотое подполье: Энцикл. / Сост. А. Кушнир. М., 1995; Новгородцев Вс. Рок-посевы. Т. 1. М., 1995; Кушнир  А. Сто альбомов советского рока, 1977-1991. М., 1999; Кинчев  Е. Солнцеворот. М., 2001.
Бубенникоаа



ПОИСК
по энциклопедии

 

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100