Перейти к содержимому

9-й Международный цирковой фестиваль в Жироне (Испания)
подробнее
Глава «Росгосцирка» Владимир Шемякин дал интервью сайту русциркус
подробнее
С наступающим Новым 2020 годом!
подробнее

Фотография

Журнал Советская эстрада и цирк. Январь 1981 г.

Советская эстрада и цирк. Советский цирк. Январь 1981 г

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 10

#1 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 24 Январь 2020 - 11:43

Журнал Советская эстрада и цирк. Январь 1981 г.

 

 

Цирк навстречу XXVI съезду КПСС

Годы как люди — один не похож на другой, у каждого — свои приметы, свои характерные особенности. Год, в который мы только что вступили, — особенный, ему суждено навеки войти в историю нашей Родины, нашего народа.

 

23 февраля в огромном и прекрасном зале Кремлевского Дворца откроется XXVI съезд Коммунистической партии Советского Союза. Он подведет итоги грандиозной созидательной работы, проделанной со времени предыдущего съезда, обобщит накопленный опыт, определит стратегию и тактику борьбы на очередном этапе коммунистического строительства.

Путь советского народа от съезда к съезду — это всегда дорога по восходящей, последовательное преодоление магистральных рубежей, новый значительный шаг вперед. С высокой трибуны партийного форума особенно отчетливо и зримо видны нашего «размаха шаги саженьи», отсюда во всей своей полноте и значимости открываются широкие горизонты, к которым нам предстоит приблизиться.

Предстоящий съезд — знаменательное событие не только в жизни партии и страны, но и в жизни каждого советского человека. Так уж счастливо сложились и складываются судьбы советских людей, что все самое дорогое и светлое неразрывно связано у нас с победами и свершениями Коммунистической партии. Планы партии, все то, что она намечает и делает, всегда отвечали и отвечают сокровенным помыслам, надеждам и стремлениям трудящихся. И многомиллионный советский народ свято верит ленинской партии — боевому авангарду строителей коммунизма, он видит в ней цвет нашего общества, средоточие его коллективного разума и воли. «Советские люди, — говорит Леонид Ильич Брежнев, — знают: там, где трудности, — там впереди коммунисты. Советские люди знают: что бы ни случилось, коммунисты не подведут. Советские люди знают: там, где партия, — там успех, там победа!»

Великое единство партии и народа, беззаветная преданность советских людей идеалам коммунизма волнующе сказались и в том, что подготовка к XXVI съезду КПСС стала в нашей стране поистине всенародным делом. Все мы свидетели того, как в предсъездовские дни миллионы и миллионы тружеников рапортуют Родине, партии, ее ленинскому Центральному Комитету о своих успехах и достижениях. Металлурги и хлеборобы, педагоги и шахтеры, станкостроители и ученые — все они преисполнены одним стремлением: встретить съезд весомыми трудовыми подарками, заложить прочную основу для успешной работы в годы одиннадцатой пятилетки. Предсъездовское социалистическое соревнование, охватившее всю страну от края до края, стало могучим стимулом, который приумножил созидательные силы народа, вызвал новый прилив творческой энергии масс.

Предстоящий съезд побуждает и нас, деятелей советской культуры, задуматься над тем, с чем мы встречаем историческое событие в жизни партии и народа, еще точнее определить свое место в общем рабочем строю.

Нам, художникам первого в мире социалистического государства, выпала честь быть причастными к созданию нового великого искусства, которому органически присущи партийность и народность, гуманизм и подлинный демократизм, бережное отношение к культурному достоянию всех народов, высокий уровень художественного мастерства. Всем, что нами создано, мы обязаны прежде всего повседневной заботе, отеческому вниманию партии и государства. И вполне естественно, что свою главную задачу наши художники видят в том, чтобы всегда и во всем быть вместе с партией: активно помогать ей в формировании мировоззрения советского человека, воспитании его нравственных убеждений, духовной культуры.

Мы, работники цирка, с особым волнением думаем в эти предсъездовские дни о судьбах родного искусства, о том, какой замечательный путь прошло оно со времен памятного декрета Совета Народных Комиссаров «Об объединении театрального дела», подписанного Владимиром Ильичем Лениным. Специальный раздел этого декрета, посвященный цирку, на многие годы вперед определил становление и развитие отечественного циркового искусства, дал нам, мастерам манежа, ни с чем не сравнимое право свободно и радостно творить на благо народа.

Сегодня мы можем с полным основанием сказать, что советскому цирку есть чем гордиться! Он творчески возмужал и окреп, обрел ту степень художественной зрелости, которая ставит его вровень с другими видами искусства. Ни в одной стране мира нет такой планомерной и широкой подготовки молодых артистов и режиссеров манежа, как у нас, нигде не создается столько оригинальных новаторских номеров и аттракционов... А строительство новых прекрасных цирков-дворцов — в какой буржуазной стране возможно такое! В разных уголках нашего необъятного государства работают сейчас 64 цирковых стационара (такого количества цирков, кстати, нет во всех странах мира, вместе взятых!), большинство из них сооружено за последние десять-пятнадцать лет. Цирковое строительство продолжается: в предстоящей одиннадцатой пятилетке должны принять первых зрителей новые цирки в Кишиневе, Костроме, Иванове, Караганде, Ашхабаде. А ведь кроме того есть еще передвижные цирки-шапито, есть более пятидесяти коллективов «Цирка на сцене», которые несут свое искусство в самые отдаленные районы нашей Родины.

Бывая в зарубежных гастролях, воочию видишь, какой непререкаемо высокий авторитет завоевал советский цирк на всех широтах Земли, как восторженно принимают его люди, для которых зачастую именно наши программы становятся первым знакомством с жизнерадостным искусством Советской страны.

Не тысячами, а десятками миллионов исчисляется количество зрителей, которые ежегодно бывают на представлениях нашего цирка, неизменно получая заряд бодрости и хорошего настроения.

Все мы — и мастера старшего поколения и молодые исполнители — еще находимся под впечатлением большого и радостного праздника, в который вылилось недавнее 60-летие советского цирка. Присвоение большой группе творческих работников почетных званий, награждение орденами, медалями и грамотами снова подтвердили, что цирк в Советской стране окружен общегосударственной заботой, что наше искусство нужно народу и любимо им.

Быть достойными этой любви и заботы, создавать спектакли, которые бы не только развлекали зрителей, но и воспитывали их, пробуждали в них высокие патриотические чувства — этим руководствуется, к этому стремится коллектив цирка на Ленинских горах.

Мне вспоминается, с каким воодушевлением работали все мы над программами, в которых участвовали мастера Казахского и Башкирского цирков. Вот она, прекрасная новь нашего времени, — на лучшем в стране манеже выступали представители народов, которые до Великой Октябрьской революции и знать не знали о профессиональном цирковом искусстве! Радостно было воочию убедиться, что творчество наших казахских и башкирских друзей не нуждается в какой бы то ни было скидке на «периферийность», что оно вполне отвечает требованиям, которые предъявляет к исполнителям авторитетная столичная арена, наших планах и впредь знакомить москвичей и гостей столицы с лучшими национальными коллективами советского цирка, показывать крупным планом все то новое и самобытное, что рождается в цирковом искусстве союзных и автономных республик.

Памятной вехой в творческой жизни нашего коллектива стала последняя по времени программа — «Звезды Олимпийской арены». Программа, которая вот уже несколько месяцев привлекает горячее, заинтересованное внимание зрителей.

Мне, художественному руководителю и одному из постановщиков спектакля, трудно судить о его достоинствах и недостатках — со стороны это, как говорится, виднее. Скажу только, это все участники представления, от руководителей номеров до танцовщиц балетного ансамбля, работали и работают в этой программе увлеченно, с огоньком, с полной отдачей творческих сил. Среди артистов, занятых в спектакле, почти нет так называемых «громких имен», многие исполнители вообще впервые выступают на столичном манеже, но это, мне думается, не Помешало рождению интересного, разнообразного по жанрам циркового представления. К слову сказать, приглашение молодых и пока еще безвестных артистов — тоже в традициях нового московского стационара: талантливым людям мы всегда рады.

Для нашего коллектива программа «Звезды Олимпийской арены» имеет принципиальное значение. В одном спектакле мы как бы соединили два цирка — «Цирк-ревю» и «Цирк на воде», чего прежде не бывало в наших представлениях. Впервые за годы существования нового московского стационара в полную меру «заработала» сложная система сменных манежей, что дает возможность легко заменять по ходу программы одну арену другой.

Творчески это вполне оправдало себя. И дело не только в том, что шумящий каскад воды, сотни фонтанов, которые устремляются под купол — зрелище само по себе эффектное и красивое. Некоторые номера, знакомые по прежним программам, предстали на водяном манеже в новом качестве, их исполнители заметно обогатили и разнообразили репертуар.

Спектакль «Звезды Олимпийской арены» нам особенно дорог тем, что его постановка — это непосредственный отклик коллектива нового Московского цирка на выдающееся событие в международной спортивной жизни, каким должна была стать — и стала! — недавняя Олимпиада-80.

Показать кровную дружбу цирка со спортом, напомнить, что именно спорт пополняет из года в год наше искусство молодыми исполнителями — такова была одна из задач, которую мы ставили перед собой в процессе создания спектакля. Другая, еще более важная и ответственная — заключалась в том, чтобы средствами цирка рассказать о нашем отношении, отношении советских людей, советских артистов, к замечательному спортивному празднику. Слова товарища Л. И. Брежнева о том, что мы поддерживаем и будем поддерживать олимпийское движение, стали не только эпиграфом программы, но и ее сутью, ее основным идейным содержанием. Жизнеутверждающим звучанием спектакля, публицистичностью его пролога и эпилога мы стремились подчеркнуть, что Олимпийские игры отражают извечное стремление миллионов людей к миру, согласию, красоте, что они одухотворены дорогими для всех нас идеалами дружбы и взаимопонимания между народами. И, присутствуя на представлениях, всякий раз ощущаешь, что зал увлечен и взволнован происходящим на манеже, что сердца артистов и зрителей бьются в едином ритме. А что может быть дороже и радостнее для художника, чем сознание, что его искусство близко и понятно людям, рождает у них живой непосредственный отклик!

Я коротко вспомнил о недавних премьерах только одного манежа. А сколько новых интересных представлений, аттракционов, номеров появилось за последнее время и появится теперь, в преддверии XXVI съезда партии, в других цирках! Сейчас, как никогда, советские мастера манежа преисполнены решимости порадовать Родину новыми творческими успехами, еще выше поднять международный авторитет нашего искусства.

Советским цирком пройден славный путь, одержаны замечательные победы, но впереди еще немало производственно-творческих задач, которые нам предстоит решить. Положа руку на сердце, мы должны признать, что качество цирковых выступлений далеко не всегда отвечает тем высоким требованиям, которые предъявляет к ним народ, что порой мы недостаточно решительно ведем борьбу с серостью и ремесленничеством в нашей работе, с унылым копированием уже существующих образцов. Сплошь да рядом бывает так, что из программы в программу кочуют номера-близнецы, лишенные какого бы то ни было своеобразия и оригинальности. Мы должны добиться такого положения, чтобы каждый номер, пополняющий цирковой «конвейер», был новым не только по фамилиям артистов, но и по трюкам, композиционному построению, исполнительской манере. Подлинное творчество немыслимо без новизны, неустанного поиска, предельно взыскательного отношения к своему искусству — об этом никогда не следует забывать нам, работникам лучшего цирка в мире. Нам многое дано, но ведь давно известно, что кому много дано — с того много и спрашивается...

С гордостью за великие дела и свершения народа, с безграничной верой в правоту и мудрость ленинской Коммунистической партии идут советские люди навстречу XXVI съезду КПСС. Каждый из нас, деятелей советского искусства, особенно остро ощущает в эти предсъездовские дни свою нерасторжимую связь с партией, с общенародным делом коммунистического строительства. Активно помогать партии в формировании нового человека, воспитывать у зрителей идейность, гражданственность, преданность социалистической Родине — в этом видят деятели советского цирка высокий смысл творчества, смысл всей своей жизни.

 

 

 



#2 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 24 Январь 2020 - 12:00

Ян Польди: «Цирк искусство молодых»

Рассказывает секретарь комсомольской организации циркового «конвейера» Всесоюзного объединения цирков, лауреат премии Ленинского комсомола, заслуженный артист РСФСР ЯН ПОЛЬДИ.


Цирк по праву считается искусством молодых. В любой программе вы встретите юных (порой еще не достигших комсомольского возраста) артистов. Молодежь достойно представляет советское цирковое искусство на манежах нашей страны. Многие с большим успехом выступали в Олимпийских цирковых программах Москвы, Ленинграда,. Киева, Минска.

Ежегодно более пятисот молодых артистов выезжают на гастроли за рубеж. Участвуя в различных международных фестивалях циркового искусства, они неизменно поддерживают и укрепляют высокий авторитет советского цирка. Так, победителями крупнейшего циркового фестиваля в Монако стали лауреаты премии Ленинского комсомола «Акробаты-вольтижеры» под руководством Виктора Шемшур, а через год главный приз фестиваля «Золотой клоун» получила труппа заслуженного артиста РСФСР Венедикта Белякова, в большинстве своем также состоящая из молодежи.

Молодые мастера советского цирка — неизменные участники всемирных фестивалей молодежи и студентов (так лауреатами последнего фестиваля в Гаване стали 15 исполнителей, представлявших советский цирк), различных форумов и дружеских встреч со своими сверстниками из разных стран мира. Например, в этом году наши комсомольцы участвовали во встречах с молодежью Болгарии и Польши. Они не только с большим успехом демонстрировали свое искусство, но и явились подлинными полпредами советской молодежи.

И не случайно, что в последние годы ЦК ВЛКСМ регулярно удостаивает высокого звания лауреата премии Ленинского комсомола молодых представителей советского циркового искусства.

Комсомольская организация «конвейера» Союзгосцирка насчитывает более 1200 членов. Основная трудность нашей работы заключается в том, что все они постоянно находятся в разъездах, и порой бывает очень трудно уследить за их передвижениями. Но, несмотря на сложную специфику цирковой жизни, наши комсомольцы участвуют в самых различных общественных мероприятиях, постоянно повышают свой образовательный и идейно-политический уровень. Во многих городах у нас налажен хороший контакт с местными комсомольскими организациями. Мы проводим творческие встречи, отчеты, наши комсомольцы бывают на предприятиях, в колхозах, совхозах, в различных учебных заведениях. Многие представители нашей комсомольской организации выезжали в составе шефских бригад Союзгосцирка на крупнейшие комсомольско-молодежные стройки, в части Советской Армии. Такие встречи не только помогают пропагандировать советское цирковое искусство, но и наглядно демонстрируют те достижения, с которыми наши комсомольцы встречают предстоящий съезд.

В своей работе мы постоянно чувствуем поддержку руководства Союзгосцирка, его партийной организации, ведущих деятелей советского цирка. Большую помощь в нашей работе нам оказывает и Совет ветеранов цирка во главе с его председателем Героем Социалистического Труда, народной артисткой СССР Ириной Николаевной Бугримовой.

Наставничество имеет в цирке свои специфические особенности: почти в каждой программе работают опытные мастера, всегда готовые помочь молодежи и словом и делом. Несколько лет тому назад народный артист СССР Николай Ольховиков обратился к представителям старшего поколения с призывом: «Наставник, воспитай ученика!». Сегодня этот призыв получил конкретное воплощение.

Успешному творческому росту начинающих артистов во многом способствуют молодежные творческие посты, созданные в семнадцати первичных комсомольских организациях Союзгосцирка. Они призваны развивать и поддерживать творческую инициативу молодежи на местах, всемерно содействовать выпуску новых номеров.

Недавно у нас был создан «Совет молодых», который возглавляет Виктор Шемшур. В него входят молодые, но уже получившие широкое признание артисты: Николай Ермаков, Сергей Игнатов, Александр Кузяков, Николай Леонтьев, Владимир Стихановский и другие. Члены совета оказывают конкретную творческую помощь тем юным исполнителям, которые работают с ними в одной программе.

Мы также разбираем творческие заявки и сценарии наших комсомольцев и, если они представляют интерес, рекомендуем их художественному отделу Союзгосцирка, сотрудники которого очень внимательно рассматривают наши предложения. Только за последние два года режиссерской коллегией было рассмотрено 120 таких заявок, 80 из них одобрены, 24 заявки уже осуществлены, а 35 — включены в будущий пятилетний план подготовки новых номеров и аттракционов.

Важную роль в выявлении талантливой молодежи сыграли творческие конкурсы, проведенные в 1976—78 годах. Среди их лауреатов и дипломантов 75% — молодые исполнители.

Из работ последних лет, подготовленных нашими молодыми артистами, хотелось бы назвать аттракцион «Дрессированные львы» О. Борисовой, воздушный полет «Единство» (руководитель В. Ракчеев), группу «Акробатов с подкидной доской» (руководитель В, Радохов), «Акробатов на столах» (руководитель В. Черниевский), «Эквилибристов на першах с ходулями» (руководитель А. Стеценко), аттракцион «Здравствуй, мир!», в котором дрессировщики Федотовы впервые вывели на манеж большую группу экзотических животных, эквилибристов на канате сестер Гаджикурбановых и А. Медникова и т. д.

Недавно во Всесоюзной дирекции был создан молодежный коллектив, впервые показавший в Тульском цирке свой интересный спектакль «Карнавал идет по свету». В Казани успешно прошла премьера новой программы Татарского коллектива. Готовится и новый цирковой Киргизский коллектив. Следует отметить, что основу всех этих коллективов составляют молодежные номера.

Продолжая рассказ о новых произведениях, которые наша молодежь скоро представит на суд зрителей, назову большой номер «Вечерницы всадников» под руководством Б. Назарова, «Воздушный полет» под руководством А. Херца, номер «Дрессированные обезьяны» В. Якубова. С нетерпением мы ждем выпуска аттракциона Ю. Дурова, самого молодого представителя нашей прославленной цирковой династии. Бесспорно, большой интерес вызывает у всех то, какие работы покажут зрителям выпускники Московской клоунской студии, руководимой народным артистом РСФСР, профессором М. Местечкиным. Помимо названного многие молодые артисты без отрыва от производства создадут новые репризы, новые рекордные трюки и т. д.

Весь наш народ готовится достойно встретить знаменательное событие в жизни нашей страны — XXVI съезд КПСС. В его преддверии комитетом комсомола Союзгосцирка был проведен Ленинский зачет, комсомольцы «конвейера» приняли новые социалистические обязательства. Кроме того заслуженный артист РСФСР Юрий Куклачев и комсомольцы номера «Скоморошники» под руководством заслуженного артиста РСФСР Вилена Солохина выступили с инициативой провести социалистическое соревнование за звание комсомольско-молодежного номера, а также конкурс на лучший молодежный номер. В целях усиления эффективности нашей работы комитет комсомола Союзгосцирка принял решение создать первичные комсомольские ячейки в номерах и аттракционах, где есть три и более комсомольцев.

Подготовка к XXVI съезду нашей партии, которую мы ведем в тесном сотрудничестве с партийной организацией и руководством Союзгосцирка, ставит перед нами новые большие задачи. Мы будем стремиться к покорению новых высот, к тому, чтобы вклад молодых артистов в развитие советского циркового искусства становился все более и более весомым.

 



#3 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 24 Январь 2020 - 20:12

О настоящем и будущем конного цирка

На станицах нашего журнала неоднократно печатались материалы, в которых говорилось о настоящем и будущем конного цирка.


В свое время серьезными и проблемными были выступления наших ведущих конников — народных артистов РСФСР Д. Тугановой, И. Кантемирова. Еще острее ставится вопрос о нынешнем состоянии конного цирка в статьях доктора искусствоведения Ю. Дмитриева («Кому в цирке нужен манеж!») и заслуженного артиста РСФСР А. Соколова («Думая о будущем конного цирка»).

Сейчас мы предоставляем слово В. Кошкину — инспектору-режиссеру художественного отдела Союзгосцирка.
Нередко можно услышать, как, давая оценку состоянию конного жанра, говорят о его кризисе и якобы наступившем упадке. Я позволю себе не согласиться с такой общей оценкой творческого состояния конных номеров. И вот почему.

Столь общую оценку можно давать лишь явлениям однородным. А конный жанр по своему содержанию представляет довольно пестрый конгломерат номеров, совершенно отличающихся друг от друга по характеру исполняемых трюков.

Например, если сравнивать дрессированных лошадей «На свободе» с «Жокеями», то легко убедиться, что объединяет их одно — лошади, занятые в том и другом номерах. В остальном же эти выступления совершенно отличны друг от друга: если «Жокеи» ближе к акробатическому жанру, то «Свобода» — это демонстрация дрессированных лошадей.

Поэтому я считаю, правильным будет, если мы проанализируем творческое состояние и перспективу развития каждого отдельного вида конного жанра. Необходимость именно такого дифференцированного подхода к анализу состояния конного жанра обусловлена тем, что эволюция каждого вида проходит совершенно самостоятельно.

В зависимости от характера работы и используемых выразительных средств конный жанр подразделяется на следующие основные виды: дрессировка лошадей, высшая школа верховой езды, джигитовка, жонглирование на лошади, конная акробатика, вольтиж и танцы на лошадях.

Разумеется, подобная классификация в значительной степени условна, так как в последнее время артисты тяготеют к синтезу жанров.

Даже при самом беглом взгляде на состояние конного жанра легко обнаруживается количественная диспропорция между отдельными его видами.

Так, например, если джигитов и «Высшей школы» в «конвейере» более чем достаточно, то сальтоморталисты на лошадях, парфорс-наездники, жонглеры на лошади с кабриолетом или совершенно отсутствуют, или имеются в весьма небольшом количестве. Естественно возникает вопрос: чем вызвана подобная диспропорция?

Главная причина, на мой взгляд, такова: многие годы номера этого жанра создавались без четкого плана. Подтверждением этих слов служит то, что художественный совет Союзгосцирка, который призван управлять процессом создания цирковых произведений впервые за много лет в 1980 году занялся проблемами конного жанра.

Итак, сегодня в «конвейере» имеется 103 конных номера. В них заняты — работают и репетируют — 359 человек. Поголовье всех конных номеров составляют 503 лошади. Хозяйство огромное, если внимательно вдуматься в эти цифры.

Значительная доля всего поголовья падает на номера, связанные с дрессировкой, в которых обычно занято большое количество лошадей. Сюда относятся известные номера «На свободе», а также сольная дрессировка: «Лошадь-математик», «Лошадь в ресторане», «Конная скульптура», «Лошадь и мотоцикл» и т. д.

Приступая к характеристике этого вида конного жанра, необходимо отметить, что русский и советский цирк имеет здесь богатые традиции, которые были основаны и развиты такими замечательными дрессировщиками, как Крутиков, Панкратов, Чинизелли, Никитины, Труцци, Лерри, Анисимов, Ефимов, Манжелли, Лапиадо, Якубовский и другие.

Среди этой блестящей плеяды дрессировщиков особое место принадлежит Вильямсу Труцци. Он был подлинным новатором в конном цирке. Существо его новаторства заключалось в том, что в своей работе он не ограничивался обычной демонстрацией трюков с дрессированными лошадьми, а стремился к созданию красочных конных композиций, в которых органично соединял конную дрессировку, конную акробатику, балет.

Но, к великому сожалению, следует признать, что в силу ряда объективных и субъективных причин сегодня эти традиции во многом утрачены. И такие интересные номера, как «Гирлянды», «Киндер-Гартен», «Ширмы», «Римские игры» и т. д., совершенно исчезли с манежа.

А произошло это потому, что богатый опыт работы с дрессированными лошадьми в цирке нигде не был зафиксирован, никогда никем не изучался и не обобщался.

Поэтому перед Союзгосцирком сегодня стоит актуальная задача возрождения этих богатых классических традиций. И можно с удовлетворением признать, что первые практические шаги в этом направлении уже сделаны.

Так с 1977 года Министерство культуры СССР разрешило Союзгосцирку прикреплять желающих на двухлетнюю стажировку к дрессировщикам-профессионалам. Уже в 1979 году мы получили первые положительные результаты этой стажировки. Так А. Соколовым для стажера А. Рванцева и артистки Е. Страшной подготовлен и выпущен новый номер с дрессированными лошадьми. Номер выдержан в лучших классических традициях конного цирка. Лошади отлично выдрессированы. Композиция отличается ясностью и четкостью замысла, но тем не менее следует признать здесь некоторое влияние известного номера «Штраусиана» Ю. Ермолаева. Это и понятно. Становление А. Соколова как артиста-дрессировщика протекало под влиянием творчества Ю. Ермолаева, с которым он длительное время работал.

Аналогичным образом становление Ю. Ермолаева проходило под влиянием творчества Б. Манжелли. Но ни Ю. Ермолаев, ни А. Соколов в своих собственных работах не шли по линии простого заимствования известных художественных приемов, а всегда творчески переосмысливали их.

Ю, Ермолаев и А. Соколов своим творчеством, по сути дела, определяют два направления в развитии искусства конной дрессуры,

А. Соколов исповедует и развивает классические принципы в дрессировке. Профессиональное мастерство дрессировщика направлено на решение главной задачи — в сложных эволюционных перестроениях лошадей раскрыть красоту этих благородных животных.

Второе направление в конной дрессировке представляет Ю. Ермолаев, который вслед за В. Труцци и Б. Манжелли продолжил поиски новых оригинальных форм. Наряду с демонстрацией сложных эволюций, исполняемых лошадьми, Ю. Ермолаев всегда стремится к решению образно-творческой задачи. По своей форме конно-танцевальные сюиты «Штраусиана» и «Русская березка» представляют собой оригинальный синтез искусства танца и конной дрессировки.

Чертами новаторства отмечена и новая работа артистов Ю. и 3. Бирюковых. В их «Конном дивертисменте» известные классические «Ширмы» приобрели новое оригинальное решение; вместо традиционных ширм в их номере принимают участие ассистенты, стоящие на высоких ходулях, между которыми лошади совершают разнообразные эволюции.

Выше я уже говорил об интересном номере артистов Е. Страшной и А. Рванцева, созданном А, Соколовым в 1979 году. Сейчас Соколов продолжает помогать молодым: для артистки Е. Аннаевой, он создает традиционное «Табло», но особый интерес представляет вторая работа, осуществляемая им для стажера

A. Калугина, в которой с позиций сегодняшнего дня будут возрождены забытые «Римские игры». Дрессировщик B. Кострюков для коллектива «Цирк лилипутов» готовит «Дрессированных пони».

Уже одно этo перечисление свидетельствует о некотором творческом оживлении в области дрессировки лошадей.

Завершая разговор о дрессировке, можно сделать следующий вывод: отмечая сравнительно невысокое мастерство большинства современных дрессировщиков лошадей, следует признать, что эволюция в этом виде конного жанра имеет место, ибо уровень развития жанра всегда определяют его ведущие представители.

Говоря о достижениях в конном жанре, необходимо подчеркнуть: наибольших успехов добились наши джигиты. Исключительную роль в этом сыграли Алибек Кантемиров и Михаил Туганов.

И сегодня «Джигиты» занимают ведущее место в любой цирковой программе, пропагандируя в яркой образной форме искусство своего народа. Гармоничный сплав элементов национального фольклора и традиции жанра — вот тот фундамент, на котором основывается работа лучших. Наиболее отчетливо эта гармония прослеживается в группах, руководимых И. Кантемировым, Т. Нугзаровым, Д. Тугановой, Ю, Мерденовым, Д. Ходжабаевым.

На сегодняшний день в цирковом «конвейере» насчитывается 16 номеров «Джигитов» и еще три новых — в стадии подготовки. Такое большое число групп оправданно лишь при условии, если каждый номер имеет свое творческое лицо, свой неповторимый почерк.

В поисках художественного своеобразия ведущие артисты обращаются к синтезу жанров. Так фрагменты «Высшей школы» мы видим в номерах Д. Тугановой, И. Кантемирова, Ю. Мерденова, Т. Нугзарова, элементы дрессировки — в номерах К. Булибекова, Д. Ходжабаева, И. Кантемирова, Т. Нугзарова, конную акробатику — в номерах Д. Ходжабаева, А. Аннаева, К. Варзиева.

Среди новых работ, созданных за последние годы, особо следует отметить «Конно-акробатические игры Туркмении», возглавляемые Д. Ходжабаевым, где акробатика на лошадях наряду с традиционной джигитовкой становится одним из главных средств художественной выразительности.

Однако, к сожалению, нередки случаи, когда иные артисты в своих творческих заявках заимствуют у известных мастеров не только отдельные трюки, но и решение номера в целом. Именно поэтому режиссерская коллегия Союзгосцирка решительно отвергла заявку артистки Н. Аннаевой, которая была построена на прямом заимствовании приемов из «Горской легенды» Т. Нугзарова и «Иристона» Д. Тугановой.

В 1980 году Союзгосцирком запланировано создание еще трех новых номеров. И тут можно с полным основанием сказать: задача Союзгосцирка состоит в том, чтобы все силы направить на поддержание уже имеющегося в эксплуатации, а отнюдь не на создание новых групп джигитов. Тем более, что в творческой помощи нуждаются и «Наездники Таджикистана» А, Турдиева, и «Молодая Туркмения» Н. Аннаевой, и группа «Девушки-джигиты» Н. Мелкадзе, и «Джигиты Узбекистана» X. Зарипова.

А теперь о некоторых исчезающих с манежа номерах.

Успех «Джигитов» не мог не отразиться на положении дел в традиционном «вольтиже» на лошади. Сегодня в «конвейере» насчитывается шесть «Вольтижей», из которых три считаются у артистов вторыми номерами. Столь незначительное количество этого вида конных номеров объясняется тем, что искусство вольтижировки и искусство джигитовки довольно близки, причем вольтижировка во многом уступает более яркой и выразительной джигитовке. И, естественно, «Джигиты» невольно вытеснили с манежа «Вольтиж», который, кстати, относится к одному из самых несложных и легких видов циркового наездничества. Я убежден, что этот процесс будет продолжаться, и со временем вольтиж на лошади в его чистом виде совершенно исчезнет. Но это никоим образом не означает, что исчезнет искусство вольтижировки. Оно будет существовать как составная часть, например, «Почты», или служить своеобразной краской для характеристики того или иного персонажа в цирковой пантомиме. Например, вольтижировка на лошади очень помогла характеризовать образ Заремы в конно-цирковой пантомиме «Бахчисарайская легенда».

Если рост количества номеров джигитовки был вызван исключительными успехами в этом виде конного жанра, то количественный рост «Высшей школы верховой езды» нельзя объяснить творческим успехом. Пожалуй, наоборот.

Анализируя состояние этих номеров, нетрудно убедиться в низком профессиональном мастерстве большинства исполнителей. Причиной тому — отсутствие в Союзгосцирке необходимого планомерного обучения профессии наездника высшей школы верховой езды, которая признается одной из самых сложных цирковых специальностей.

Сейчас в этот жанр приходят обычно молодые люди, не имеющие достаточной профессиональной подготовки. Самостоятельно подготовить лошадь они не могут, и Союзгосцирк вынужден для этой цели приглашать тренеров. Тренер главным образом Занимается подготовкой лошади, а наездника только «натаскивает» на работу с ней. В результате появляется артист, способный управлять подготовленной лошадью, но не способный самостоятельно отрепетировать новые трюки, т. е. творчески расти.

Чтобы исправить это положение, необходимо всем нам вести решительную борьбу с имеющими место иждивенческими тенденциями у отдельных артистов, считающих, что не они, а спортивные тренеры должны осуществлять подготовку лошади. А на деле артист наездник обязан сам тренировать свою лошадь. Так было в цирке всегда.

Первым шагом в решении этой задачи должна стать организация двухлетней стажировки для всех артистов, желающих овладеть профессией наездника «Высшей школы верховой езды», по примеру уже применяемой стажерской практики у дрессировщиков-конников.

В процессе исторического развития сформировались такие классические формы в «Высшей школе», как «амазонка», «мужская выездка», «школьный дуэт», «догкарт», «двойной и тройной тандемы», «групповая школьная кадриль». Если имеющиеся у нас номера «Высшей школы» рассматривать с позиции многообразия форм, то мы обнаружим довольно серую и однообразную картину.

Из двадцати одного номера — один групповой, два догкарта (наездник управляет лошадью с помощью вожжей, сидя в легком двухколесном экипаже) и пятнадцать сольных. Данное перечисление говорит само за себя. И наши ближайшие задачи здесь можно сформулировать так: возрождение богатых классических традиций и поиски новых оригинальных художественных форм.

Но, создавая интересное новое, мы одновременно должны быть более требовательными к тому, что показывается сейчас на манеже, и, когда это требуется, расформировывать полностью амортизировавшиеся номера. Только так можно избавиться от диспропорции в различных видах конного жанра.

В. КОШКИН



#4 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 25 Январь 2020 - 10:03

«Пластический этюд» Тамары Лязгиной

Мне давно хотелось рассказать об этой артистке и о ее замечательной работе. Собственно, я ее знала давно, не зная, правда, ее лично. Помню, сразу же после одного из всероссийских конкурсов артистов эстрады о ней, тогда еще совсем юной, сразу заговорили как об одной из сенсаций конкурса.

 

56.jpg

 

За долгую цирковую жизнь я насмотрелась самых разных акробатических номеров, в том числе и в одном из старейших цирковых жанров, которые мы называем «каучук».

Но то, что исполняла Лязгина, резко отличалось от всего, что мне приходилось видеть. Трюки, которые делала Тамара, были сложнейшие, и выполняла она их очень чисто, но главное было не это. Покорило меня то, что передо мной была настоящая артистка, именно артистка, а не акробатка. Весь ее номер пронизан поэзией, все его элементы создают сценический образ. Именно так, Тамара лепит образ, как это делают драматические актеры. При этом сложнейшие трюки не просто слагаемые номера, а как бы инструмент, средство создания образа. Как, скажем, рифма в стихотворении. Вот это я увидела в таком жанре впервые. Потом часто вспоминались то загадочно мерцающий зелено-золотой костюм (ящерка из «Малахитовой шкатулки», царственная змея), то большущие темные глаза, освещающие волшебным светом ее лицо, порой надменно красивое, порой грустное или лиричное, с мягкой улыбкой.

Поинтересовалась, кто ставил номер. Оказывается, режиссера не было. Значит, Тамара еще и режиссер, да с каким вкусом!

В цирке да и на эстраде в акробатическом жанре удачный номер живет долго. Артист в постоянных репетициях оттачивает детали, совершенствует или меняет отдельные трюки. Некоторые всю жизнь в принципе работают один и тот же номер — не то что в балете. И это неудивительно: уж очень тяжел труд акробата, огромным трудом дается каждый новый трюк. Тамара тоже довольно долго не расставалась со своим «Пластическим этюдом». Но, должно быть, в этой хрупкой женщине заключен высокий творческий потенциал, не позволяющий ей оставаться в узких рамках жанра.

И несколько лет назад, находясь в отличной форме, пользуясь большой известностью в стране и за рубежом, Тамара вдруг резко сменила, вернее, расширила амплуа и в паре с известным акробатом, заслуженным артистом РСФСР Николаем Фатеевым появилась в совершенно новом для нее жанре — парном акробатическом дуэте. И снова — это был не просто дуэт, а настоящее акробатическое адажио (кстати, так и назывался их номер). И опять переплетение различных жанров — на этот раз акробатики и классического балета. Интересно, что хотя Тамара не рассталась с прежним номером, в новом жанре она почти не использовала свою природную гибкость — основной инструмент артиста, работающего «каучук». Вместо этого появился весь арсенал классической балерины: закрепленная спина, позы на пуантах, красивые арабески И все это в сочетании с очень сложными поддержками, балансом на высоте. Номер был очень красивым, а сложные трюки совершенно не казались таковыми: вся техническая сторона как бы оставалась «за кадром», а зрителям открывалась красота, поэзия, мелодия.

И вот совсем недавно на устном выпуске журнала в Ленинградском Дворце искусств за столом президиума я оказалась рядом с красивой, скромной и на редкость обаятельной Тамарой Лязгиной.

Помню, как теплo встретили зрители рассказ о ней, теперь уже заслуженной артистке РСФСР. А потом я увидела ее новую работу. И снова была абсолютно покорена. На этот раз Тамара показала поставленную известным балетмейстером Г. Майоровым «Прелюдию». Поэтичный, удивительно цельный номер (балетный, акробатический?) на музыку гитарной прелюдии Вилла Лобоса, в котором пластика артистки изысканно переплетается с балетными средствами.

Три номера — такие разные. И в каждом так ярко проявлена индивидуальность этой неповторимой актрисы. И хочется верить, что впереди у Тамары Лязгиной много новых интересных работ — и актерских и режиссерских, — ведь несколько лет назад она окончила режиссерское отделение ГИТИСа, получив диплом режиссера эстрады и цирка.

Удачи вам, Тамара!

ИРИНА БУГРИМОВА, Герой Социалистического Труда, народная артистка СССР

 



#5 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 25 Январь 2020 - 10:19

Валерий Мусин - мастер арлекинады

Впервые я увидел Валерия Мусина, когда он только-только появился на манеже. Не помню уже многое из того, что показал он в тот раз, но одна реприза осталась в памяти
.

 

15.jpg

Герой Валерия влюблен в девушку. Он восхищен ею, готов ради нее на все, но вдруг замечает, что у него порван ботинок. Коверный совсем по-детски растерян и смущен. Что делать? Сначала он с трогательной стыдливостью пытается спрятать ботинок: закрывает его шляпой, обматывает галстуком. Но девушка не хочет иметь дело с оборванцем, она с ним холодна, высокомерна. И тут кто-то выбрасывает на арену модельную туфельку: маленькую, изящную. И всю силу своей отвергнутой, нерастраченной любви клоун обращает на туфельку. Он нежно гладит ее, завязывает на ней бантик, бережно укутывает в платочек и укачивает как ребенка. В конце концов укладывает туфельку в коляску и, совершенно счастливый, увозит ее за кулисы.

Валерий находил тогда для этой репризы и немало смешных деталей, зрители хохотали, и все же корень ее доходчивости был в том, что в ней заложен немалый смысл: если ты сердцем щедр — значит, обязательно обретешь радость, найдешь удовлетворение.

Человечность, доброта сопутствуют всему, что делает на манеже Мусин. Проказы, веселые трюки, корючки — весь арсенал клоунских приспособлений Валерия, как правило, направлен на то, чтобы оттенить гуманность его лирико-комедийных миниатюр. Но даже в классических репризах, которых Мусин отнюдь не чурается, он стремится к поэтическому осмыслению жизни, старается облагородить их порой обветшалый трюковой механизм.

Признаюсь, я довольно настороженно отнесся к тому, что Валерий включил в свой репертуар «Воду». Видел я это старое антре в исполнении Карандаша, многих других цирковых комиков, и мне казалось, что вряд ли можно найти для него свежие краски да и вообще его балаганный дух, представлялось мне, противопоказан Мусину. Но он, к моему удивлению, в эту обросшую штампами цирковую миниатюру сумел привнести лирическую струю, наполнил ее содержанием. И за проделками с обливанием в ней четко проглядывается мысль о том, что любовь всепобеждающа, что во имя ее человек способен на любые свершения.

Мусин до сего времени выступал с партнерами. В отличие от других клоунских дуэтов, где участники предстают в образах Белого и Рыжего, резонера и простака, простофили и хитреца, тупого и сметливого, Валерий и его напарники (В. Барановский, одно время Б. Иванов) — это чаще всего Герой и Антигерой, а разыгрываемые ими цирковые миниатюры — своеобразные арлекинады, где добро неизменно побеждает зло, где Антигерой, несмотря на свое видимое превосходство, неизменно терпит моральное поражение.

Эта сценическая тенденция особенно четко выражена в репризе «Девушка и цветок». И хотелось бы остановиться на ней поподробнее, потому что здесь проявились, как мне кажется, наиболее характерные черты творчества Мусина.

Коверный хочет преподнести своей избраннице гвоздику. Но партнер, до этого его лучший друг, грубо отнимает цветок, а затем пытается сам вручить его девушке. Начинается схватка, которая переходит в дуэль на пистолетах. После различных клоунских перипетий последний выстрел остается за Антигероем. Мусин прощается с девушкой, извиняется за то, что не сумел преподнести ей цветок, и всем своим видом показывает, что готов умереть во имя любви. Выстрел. Арлекин умирает около цветка. Подбегает партнер, подбирает гвоздику, намеревается вручить ее девушке, но в последний момент совесть все же берет верх, и он, не желая предавать друга, кладет цветок на грудь Арлекина и, рыдая, уходит за кулисы...

Я опустил комические подробности репризы. Но в ней нет скучной назидательности, она блещет смешными находками. Мусин не упускает случая то и дело вплетать в ее сюжетную ткань веселые штрихи. В ответ на вызов партнера он бросает ему огромную монтерскую перчатку, перед дуэлью очень забавно ищет у него в груди сердце, а свое закрывает лопатой. Заранее надевает белые тапочки, а когда его, «убитого», уносят, носилки прорываются, униформисты уходят с ними, а Арлекин остается лежать на манеже.

Итак, Мусин — комик лирический, некоторые даже считают его подражателем Енгибарова. Вряд ли это правомерно так как по характеру творчества последний был все же скорее своеобразным клоуном «печального образа», в то время как Мусин работает на остром контрасте, его арлекинада изобилует потешными проделками, он то и дело попадает впросак, заставляя зрителя хохотать и в то же время задумываться. Это завидное свойство соединять, казалось бы, несоединяемое, сохранять целостность образа, не играть поочередно разные характеры, а создавать один, синтетический, — требует отточенной техники высокого мастерства. «Если у Енгибарова я учился мыслить на манеже, — говорит Мусин, — то умению органически совмещать грустное и смешное, если это действительно у меня получается, я обязан братьям Фрателлини».

Мусин — прирожденный мим, его молчание красноречиво, выразительно. И если верно то, что он унаследовал этот дар от отца, выдающегося в прошлом клоуна Константина Мусина, то в пластике, языке жеста, в движении Валерий даже ушел вперед.

В шутке «Дирижер» коверный поистине виртуозен, он с такой кипучей энергией, увлеченностью управляет оркестром, в его гротескных движениях в тоже время столько внутренней правдивости, что поневоле начинаешь верить: перед тобой человек, одержимый страстью дирижировать. И только веселая концовка этой цирковой сценки ставит все на свое место — мы вновь видим перед собой клоуна.

К сожалению, есть у нас коверные, которые отличаются какой-то разболтанностью; они зачастую без нужды слоняются по арене. Невольно противопоставляешь им Мусина, ибо каждый шаг его на манеже строго выверен, жесты точно фиксированы, даже в его нарочитой неуклюжести есть грация. Все движения артиста «работают» на образ: непоседливого мечтателя, то и дело попадающего в различные переделки, но никогда не унывающего, неизменно сохраняющего душевную чистоту.

И всякий отход от этого образа чреват неудачей. В репертуаре Мусина есть довольно смешная реприза «Колокол» (правда, тоже имеющая предшественниц). Суть ее заключается в том, что клоун вдруг обнаруживает «озвученность» партнера. Стоит ему коснуться своего напарника, как раздаются усиленные микрофоном разнообразные звуки. Завершается все тем, что он бьет партнера пр голове и в ответ слышатся звуки колокола. Пораженный коверный становится на колени и начинает ...молиться.

Вроде бы удачная находка, но должного резонанса шутка не получает. И объясняется это, видимо, тем, что Валерий не сумел по новому осмыслить старую репризу, не сумел-осветить ее своим видением жизни.

В арсенале Мусина имеется целый ряд трюков с кошками (кстати, необходимо внести ясность в этот вопрос: несмотря на очевидные успехи, которых добился Юрий Куклачев в работе со своими четвероногими «артистками», приоритет принадлежит Валерию. Он первый из современных клоунов начал дрессировать этих капризных животных, и сам Куклачев не отрицает, что его вдохновил пример Мусина). Начало положил подобранный на улице котенок. Валерий выходил его, привязался к нему до того, что, даже идя в кино, носил его за пазухой. Однажды кто-то подсказал ему: «Ты делаешь репризу с туфелькой. Попробуй заменить ее кошкой, это наверняка будет доходчивей».

Совет оказался дельным. Живое существо придавало репризе какую-то теплоту, сердечность, позволило внести в нее новые нюансы.

Вива, так звали кошку, оказалась способной «партнершей». Валерий стал занимать ее в других паузах. Например, после номера «Пластический этюд» он пытается, но «неудачно», повторить трюки исполнительницы «каучука». Раздосадованная провалом коверного девушка, которая нравится ему, отворачивается от него. Опечаленный клоун садится и грустно склоняет голову. Вдруг в луче света появляется кошка и начинает к нему ластиться. Вдохновленный «участием» Вивы, неудачник повторяет свои трюки. И, о чудо, все у него получается прекрасно. Кошка «целует» счастливого клоуна в лоб, он ей — лапку, и оба уходят в луче прожектора, «влюбленно» поглядывая друг на друга.

Надо сказать, что в дрессировке кошек артист достиг незаурядных результатов. И не случайно, решившись попробовать свои силы в первом Московском конкурсе артистов эстрады, он предложил вниманию жюри кроме пантомимической мелодрамы «Воспоминания об эксцентрике» и репризы с Вивой.

На успехе Мусина на конкурсе стоит остановиться особо, ибо, согласитесь сами, случай довольно редкий — цирковой артист, впервые вступивший на эстрадные подмостки, сразу же завоевывает первое место. Нельзя не отметить, что этому достижению способствовало участие его партнерши — Людмилы Мусиной, проявившей себя несомненно даровитой актрисой. Решающим, наверное, оказалось то, что показанная им эксцентриада была наполнена философским содержанием, в ней, как и в его лучших арлекинадах, славились благородство, умение пожертвовать собой ради дружбы, любви.

Победа Валерия Мусина в конкурсе, звание заслуженного артиста республики, которого он недавно удостоен, особенно приятны, потому что путь его к успеху был нелегок. В детские годы особой любви к цирку Валерий не испытывал, да и мать, цирковая артистка, не настаивала, чтобы сын шел по пути родителей. И когда пришло время решать, какому делу себя посвятить, Валерий, боясь, что не сумеет сказать свое слово на манеже, что будет оставаться в тени славы отца, пошел в индустриальный техникум. После его окончания собирался поступать в технический вуз, но по дороге «заблудился» и подал документы в ... ГУЦЭИ.

После выпуска долго не мог определить свое клоунское амплуа: на манеже пел, разговаривал, выступал как акробат-эксцентрик. Да и затем, когда уже обрел свое лицо комика-мима, было у него немало неудач, немало срывов.

А теперь, когда вроде бы можно дать себе передышку, осмотреться, Мусин снова в поиске. Идет работа, пока еще предварительная, над целым пантомимическим спектаклем «Фестиваль смеха», в котором должны участвовать шесть человек.

Верю, что замыслы Мусина будут воплощены в жизнь. Ведь все в его руках, ибо он сам и автор, и режиссер, и «премьер» будущей труппы, а главное, обладает даром приносить людям радость, заражать их весельем, бодростью, оптимизмом.

ВИК. МАРЬЯНОВСКИЙ

 



#6 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 25 Январь 2020 - 10:56

Наталия и Олег Кирюшкины.

Помните темноволосую хрупкую девочку с большим бантом и хулиганистого веснушчатого мальчишку, пытающегося отнять у нее воздушный шарик? Да, те самые Наталия и Олег Кирюшкины, имена которых долгое время ассоциировались именно с эстрадным номером «Шарик», поставленном для них восемь лет назад Анатолием Бойко.


Не случайно поэтому их творческий вечер (в котором кроме Кирюшкиных принимали участие артисты хореографической мастерской Москонцерта — Е. Шестакова, Л. Гайдарова, М. Тихомирнов, В. Лугукан), недавно проходивший в кинотеатре «София», начался с «Шарика». И хотя номер этот уже всем хорошо знаком (одно время артисты «эксплуатировали» его, пожалуй, даже слишком часто), Наталия и Олег Кирюшкины исполнили его с той степенью высокого мастерства, которое рождает на сцене ощущение сиюминутной импровизации происходящего. А мы уже в который раз с нескрываемым удовольствием следили за наивными перипетиями трогательной истории, где по-своему рассказывалось о вечных проблемах добра и зла.

Первое отделение их вечера помимо «Шарика» включало еще два отдельных номера — «Менуэт», поставленный Э. Виноградовой, и «Бабочка» в постановке В. Манохина. «Менуэт» являл собой пародию на манеры этикета XVIII века: жеманная маркиза в фижмах и на пуантах якобы случайно роняла веер, а сластолюбивый маркиз с лорнетом принимался за ней галантно ухаживать, используя, в основном, акробатические поддержки. Этому номеру (напоминающему хореографические миниатюры Я. Якобсона на аналогичные темы) не хватало, на мой взгляд, ни остроумия, необходимого для пародии, ни изысканности, свойственной пародируемому веку. А исполнители, пытаясь создать стилизацию, подчас впадали в иную крайность, начиная наигрывать. Вообще «Менуэт», в отличие от других номеров, к сожалению, не открыл ничего нового в индивидуальности Кирюшкиных.

А вот «Бабочка» стала одним из самых удачных номеров в программе артистов. Здесь в который раз варьировалась извечная, свойственная романтизму тема человека и волшебного существа, которое, полюбив, теряет свое волшебное, природой данное свойство. История, рассказанная в этот раз средствами танца и пантомимы, вызывала ассоциации и с «Сильфидой», и с «Ундиной», и с «Русалочкой».

Беззаботное порхающее создание, упоенно взмахивающее ярко-желтыми, нарядными крылышками, встретило столь же беззаботного юношу, пытающегося поймать ее. И вот бабочка поймана, вернее, она сама, пленившись юношей, «слетела» к нему в объятия. Но человек, желая оставить навечно волшебное существо на земле, — теряет ее навсегда.

Так и бабочка, подобно Сильфиде, оказавшись в объятиях юноши, потеряла силу своих крыльев, не смогла больше взлететь. Юный восторг сменился разочарованностью, былая беспечность — печалью. Но финал оказался новым для романтических историй: юноша, бережно поддерживая бабочку, помогает ей взлететь.

Артисты тонко раскрыли лирику и драматизм, заложенные в хореографической лексике номера, представляющего собой интересный сплав акробатики и чисто балетных движений.

Наталия и Олег Кирюшкины долгое время выступали с этими отдельными номерами в сборных концертах, и их выступления всегда имели успех. Наверное, можно было бы и дальше продолжать эту концертную деятельность, подготовив еще несколько номеров для расширения репертуара. Но хотелось попробовать что-то совершенно другое, большее — не просто новый номер, а целое отделение, своеобразный маленький спектакль. Для этого нужен был не только режиссер и балетмейстер, но и новые участники, необходимо было расширение исполнительского состава. Так их дуэт превратился в трио за счет приглашенной ими сестры Наталии — Елены Шестаковой, окончившей Ленинградский институт культуры по классу хореографии. Затем появились еще В. Лугукан и М. Тихомирнов — получился уже целый пантомимический квинтет, в котором по-прежнему солировали Наталия и Олег Кирюшкины. Эмилия Виноградова поставила им целую программу, состоящую из пяти номеров, правда один из номеров — «Милорд» — ставила Ф. Иванова-Хачатурян), объединенную общим названием: «Истории грустные и смешные». Программа готовилась долго, готовилась в нерабочее время, по ночам, так как руководство Москонцерта далеко не сразу поверило в успех подобного эксперимента. Но желание и энтузиазм были настолько велики, что Кирюшкины убедили всех в правомерности спектакля. И если на первом представлении в ЦДКЖ еще были длинноты, неоправданные паузы между выступлениями, порой не хватало драматургической четкости и чистоты в исполнении отдельных номеров, то теперь многие «неровности» выступления исправлены, затянутости — ликвидированы, паузы — оправданы и насыщены, а вся программа, в целом, безусловно выглядит более «обкатанной».

«Истории грустные и смешные» начались чеховским «Романом с контрабасом», оказавшимся понятным на языке пантомимы без всяких дополнительных словесных пояснений. Условность оформления (художники всей программы — Н. Ананьев и Н. Комов) была продиктована с самого начала и принималась как данность. Девушка в голубом платье с длинной косой (Е. Шестакова), олицетворявшая Лето, под звуки «Баркаролы» П. Чайковского, пробегая по сцене, тянула за собой две узкие полоски: одну синюю (это была река), и другую зеленую, с рисунком деревьев (это был лес). А потом Девушка-Лето превращалась в озорного мальчишку, укравшего одежду у купающихся в «синей реке» героев и футляр от контрабаса со спрятанной в нем обнаженной барышней. Все забавные перипетии чеховского рассказа — купание, встреча в воде, стыдливость и испуг, поиски украденной одежды — были разыграны Наталией и Олегом Кирюшкиными с веселой непринужденностью и необходимой долей чеховского юмора. Но в финале неожиданно для рассказа и закономерно для чеховского творчества в целом, возникла откровенно грустная нота, окрашенная, правда, в иронические тона: одинокий герой, одетый лишь в кружевные панталоны исчезнувшей барышни, печально водил смычком по струнам воображаемого контрабаса, извлекая скорбные звуки «Элегии» Массне...

А следующий номер переносил нас из России на Запад, из конца прошлого столетия в 30-е годы столетия нынешнего. Назывался он — «Ангажемент в кабаре», и в нем звучали песни из известного кинофильма «Кабаре».

По сравнению с пантомимно-игровым, сюжетным номером «Роман с контрабасом» «Ангажемент в кабаре» представлял собой уже типичный эстрадно-мюзикхольный танец с эффектными трюками. Милое очарование предыдущего номера сменяло чуть холодноватое виртуозное мастерство исполнения, дивертисментная бессодержательность которого несколько выбивалась из стилистики других пантомимно-хореографических миниатюр.

Пожалуй, наиболее интересным и драматически насыщенным стал номер «Милорд», поставленный Ф. Ивановой-Хачатурян.

...В глубине сцены застыл на вертящейся подставке ослепительно и безразлично улыбающийся мужчина-манекен (О. Кирюшкин) в модном костюме. Под звуки знаменитой песни Эдит Пиаф на сцену выбегает худенькая оборванная девочка (Н. Кирюшкина) в зеленом платье с дешевым мехом, в потрепанной шляпке, съехавшей на бок, в одном черном чулке. Она то тщательно приводит в порядок свой жалкий костюм, то встает в «зазывные» позы, отставив бедро и уперевшись рукой в бок, провожая глазами воображаемых, якобы проходящих мимо мужчин. Не выдержав, она бросается им вслед, цепляясь за полы их одежды, падает, словно отброшенная ими прочь, ползает по полу, посылая им вслед проклятия... И вдруг, увидев манекен, она принимает его за живого мужчину — раскланивается перед ним, кокетничает, но он остается безучастным ко всему. Тогда в отчаянии она дает ему пощечину, но манекен по-прежнему не реагирует ни на что. Теперь-то она догадывается, что перед ней — кукла, догадывается и в рыданиях падает у ног безжизненной куклы.

Тут песня «Милорд» сменялась другой, не менее известной — «Гимном любви», в исполнении той же Эдит Пиаф. И героиня Н. Кирюшкиной вдруг превращается из маленькой, затравленной проститутки в прекрасную женщину, поверившую в любовь манекена. И чудо свершается — на какое-то время манекен оживает (или это сработал механизм в его руке?), гладит женщину по голове, и она, счастливая, преображенная светом любви, вновь склоняется у его ног...

Этот номер с неожиданной силой выявил драматические актерские данные Наталии Кирюшкиной, продемонстрировавшей здесь не только грациозную пластику, но и редкое умение перевоплощения, тонкие нюансы перепадов ритма, стиля движений, настроения. Вообще вся разнообразная, насыщенная, необычайно сложная технически программа была исполнена артисткой на очень высоком профессиональном уровне.

Сольный номер Олега Кирюшкина назывался «Шерлок Холмс». Тут уже властвовала пантомима и актерское мастерство исполнителя, остроумно сумевшего за короткое время показать нам Холмса размышляющего, играющего на скрипке, превращающегося в самых разных персонажей, и, наконец, распутывающего какую-то «жуткую» историю с белой перчаткой. А его воображаемым противником становился здесь... парик со шляпой, одетые на ступни ног лежащего на полу Холмса. В данном случае пародийно-ироническая окраска миниатюры была применена весьма (кстати и удачно вписывалась в общую картину представления.

И заключалась программа номером «Старая лента», оживившим перед нами персонажей фильмов Чаплина — надутого, важного полицейского (О. Кирюшкин), кокетливой толстой дамы (О. Кирюшкин), носящей на руках хрупкого Чарли, девушки-мечты (Е. Шестакова), и, наконец, самого Чарли Чаплина, неунывающего и одинокого, забавного и беззащитного (в изящном Исполнении Н. Кирюшкиной), подарившего нам на прощание свою печально-трогательную улыбку.

А связывали все эти номера небольшие интермедии с участием огромной куклы-клоуна (Е. Шестакова), каждый раз уморительно деловито убирающей сцену, меняющей нехитрое оформление, попутно поторапливая двух бестолковых мимов-помощников (В. Лугукан и М. Тихомирнов). Кукла-клоун по-своему «объявляла» каждый предстоящий номер, показывая зрителям его название то на табличке, то на обороте газеты, то на подкладке занавеса, то складывая название из кубиков и т. д. Она была неотъемлемой частью этого своеобразного спектакля, причем непосредственность и .обаяние исполнительницы удачно дополняло «основной» дуэт Кирюшкиных.

— Мы хотим собрать единомышленников, выступающих пока лишь с отдельными номерами, — говорят Наталия и Олег Кирюшкины. — Хотим стать не только исполнителями, но и постановщиками подобных программ. Конечно, все это будет, к сожалению, не скоро, потому что далеко не все идут нам навстречу в этом начинании. Трудностей у нас пока больше административных, чем творческих, но, думаем, со временем нам все-таки удастся осуществить задуманное...

В это очень хочется верить, потому что новая программа, показанная Кирюшкиными, предполагает, на наш взгляд, будущий успех. К тому же творческий рост артистов (как ни банально звучат эти слова), прошедших путь от отдельных номеров до целого спектакля, включающего пантомиму, эстрадный танец, акробатические трюки, хореографию, игровые эпизоды, продемонстрирован достаточно наглядно. Конечно, пока не все еще получается равно удачным, нужна работа с опытными режиссерами, с балетмейстерами самых различных направлений, но фундамент для последующих поисков уже заложен. А попытка создать свой театр хореографической пантомимы, безусловно, заслуживает всяческой поддержки.

ЕКАТЕРИНА БЕЛОВА



#7 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 25 Январь 2020 - 11:10

Оригинальный номер Стасиса Пожериниса

Есть в программе литовского циркового коллектива «Вильнюс», переживающего сейчас пору возрождения, номер, который пользуется неизменным успехом у зрителей взрослых и особенно юных.

 

333.jpg

 

Номер этот впечатляет не только и не столько своими трюками, хотя и в этом отношении достоин всяческой похвалы, сколько оригинальным режиссерские решением, достоверностью и цельностью образа, созданного артистом Стасисом Пожеринисом.

...Манеж погружен в темноту. Слышны далекие призывные сигналы труб. Выхваченная из мрака ярким лучом прожектора возникает забавная фигурка. Все необычно в этом удивительном существе: наряд, составленный из курточки странного покроя с огромными пуговицами, похожими на мячики, трико, доходящего до икр, ярких носков и тапочек, шляпы, кокетливо сидящей на голове; походка, напоминающая Буратино... Забавно переваливаясь с ноги на ногу, человечек доходит до центра манежа и останавливается. Тут-то и начинаются чудеса. Движение рук, и на манеже возникают светящиеся шпили башенок двух сказочных домиков. Еще один жест, и человечек неведомой силой поднимается в воздух. И вот уже зрители видят Буратино, разгуливающего по проволоке, повисшей между двумя башенками.

Право же, это похоже на сновидение — сновидение средь бела дня!

Между тем, расхаживая по тонкому тросу, будто по паркету, человечек еще умудряется проделывать всякие фокусы. Неуловимым движением сбрасывает шляпу с головы на палец, раскручивает ее и снова таким же манером возвращает на свое место. Затем поочередно снимает с курточки пуговицы-мячики и жонглирует ими и шляпой. И все это с таким видом, словно вокруг — ни одной живой души.

Но — о ужас! Буратино теряет равновесие и распластывается на проволоке; летят в разные стороны пуговицы-мячики, шляпа... Ничего страшного — спустя мгновение он снова на ногах, а атрибуты его одеяния — на своих местах.

Вынув из нагрудного кармана платочек, человечек вытирает им разгоряченный лоб. Сняв со шпиля башенки флюгер, человечек превращает его в стул, ставит двумя ножками на проволоку, садится на него и раскачивается. Весь его облик говорит о блаженстве — как хорошо ничего не делать!

Сновидению приходит конец? Как бы не так! Буратино неистощим на выдумки. Отняв две ножки от стула, он взбирается на сидение, снимает спинку стула и жонглирует этими предметами и шляпой. Затем, собрав спинку и ножки в единое целое, ставит это сооружение на лоб и, балансируя им, забрасывает на самый верх шляпу. Спустя мгновение одним взмахом руки сбивает этот своеобразный перш со лба, тот летит в сторону, а шляпа оказывается на голове.

Довольный своей выходкой, Буратино водружает стул-флюгер на место. А вместо флюгера в руках у него оказываются четыре кольца. Жонглируя ими, он двигается к противоположной башенке и, сняв с нее флюгер, превращает его в моноцикл. Катаясь на нем по проволоке, человечек жонглирует кольцами и шляпой. Но вот все предметы снова водружены на места. И по сигналу Буратино гаснут огни на башенках. Сам он опускается на арену и точно так же, как при появлении, переваливаясь с ноги на ногу, удаляется с манежа.

Стасис Пожеринис пришел в цирк из художественной самодеятельности. Работая столяром, фрезеровщиков, занимался под руководством старого циркового артиста Альфонса Гинейки акробатикой, эквилибристикой. И мечтал о профессиональной арене. Шесть лет назад мечта сбылась. А двумя годами спустя Стасису, как он с полным основанием считает, крупно повезло: он встретился с опытным режиссером Семеном Марковичем Уральским и вместе с ним подготовил эксцентрический номер на свободной проволоке, условно названный «Путешествием в страну Чудесию».

Стасис из породы людей, чья творческая мысль не знает покоя. Он убежден, что возможности совершенствования номера далеко не исчерпаны. Артист мечтает демонстрировать трюки на нижней и верхней проволоках. Причем в ходе работы будет меняться их натяжение, провис.

Пожеринис знает цену удачно найденной детали. Сняв, например, флюгер-моноцикл и «внезапно» обнаружив его внешнее сходство с банджо, герой Пожериниса пытается наигрывать на этом воображаемом инструменте. Возможно, в этот момент стоило бы имитировать звуки банджо в оркестре. Не использованы, на наш взгляд, и некоторые другие возможности режиссерского плана. Номер задуман как ночная прогулка сказочного человечка. Почему бы в этих обстоятельствах не изобразить с помощью светотехники небо со звездами и луной?

Но так или иначе в нынешнем своем виде номер Стасиса Пожериниса — работа интересная, неординарная, заслуживающая доброго слова.

А. ДОБКИН
 



#8 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 25 Январь 2020 - 22:24

Заслуженный артист РСФСР Михаил Подчерников


Михаила Дмитриевича Подчерникова можно назвать человеком счастливым. В самом деле, что может быть лучше, если жизнь была отдана любимому делу и ты хорошо поработал и преуспел в нем, если дети и внуки пошли по твоим стопам и тоже считают твое дело делом своей жизни.

 

19.jpg

Недавно известному мастеру цирка Михаилу Дмитриевичу Подчерникову исполнилось восемьдесят лет. Он на покое. Но цирк и теперь ни на день не уходит из его жизни. Каждый вечер в половине двенадцатого раздается телефонный звонок. Сегодня вызывает Киев, месяца через полтора Пермь, затем Кемерово... Это звонит — каждый вечер неукоснительно! — его дочь, известная дрессировщица медведей заслуженная артистка РСФСР Эльвина Подчерникова, и рассказывает отцу, как прошел день, что было нового в цирке, рассказывает об интересной работе коллег-артистов. Сама уже признанный мастер, она внимательно выслушивает советы, ибо опыт ветеранов тот кладезь, из которого черпать и черпать...

Михаил Подчерников, известный почитателям искусства арены под псевдонимами Эльмини, Кремо, а больше всего — Эльворти, основатель теперь уже целой цирковой династии, сам не был потомственным цирковым артистом. Более того, ни в детстве, ни в юности он не помышлял об арене. А между тем можно говорить о некоторой закономерности его появления в 1921 году в цирке.

После гражданской войны многие цирковые труппы были ослаблены, целый ряд из них распался, и потомственные мастера арены, испытывая нужду в молодежи, обратили свои взоры к спорту. Со стадионов и спортивных площадок на манеж пришли крепкие юноши и девушки. Это и был первый призыв спортсменов в цирк. Некоторые из них выросли потом в выдающихся мастеров в разных жанрах — такие, как А. Ширай, В. Беляков, Н. Свирин, П. Маяцкий, И. Бугримова, А. Буслаев и другие.

Именно в это время юный Подчерников, недавно кончивший реальное училище и имевший весьма далекие от искусства жизненные планы, получил неожиданное предложение от циркового гимнаста М. Ольтенса пойти работать в его номер турнистом. Ольтенс, подыскивая партнеров, увидел Подчерникова в гимнастическом зале спортивного клуба «Тур Ферайн», где тот регулярно занимался. Юный спортсмен выделялся среди сверстников и отменной работой на кольцах, брусьях, турнике, и особой грацией, чистотой, законченностью и изяществом движений.

Предложение поначалу удивило и даже смутило его. Но резоны Ольтенса были просты и убедительны: «Поработайте хотя бы здесь, дома, в Одессе... Ведь смотрят же вас в клубе!» Так он попал в цирк.

Вскоре он принял предложение Э. Мюльберга и перешел в его труппу, демонстрировавшую «Воздушный полет», где занял положение ведущего вольтижера. Он исполнял такие сложные по тем временам трюки, как двойное сальто-мортале, пируэт-сальто. Особенно эффектен был его прыжок чуть ли не из-под самого купола со штамберте в руки ловитора.

Через некоторое время Подчерников перешел к Донато, труппа которого была несомненно более высокого класса. Да просто одной из лучших. Между прочим, то, что он получил туда приглашение, тоже свидетельствует о его высоком мастерстве.

Номер пользовался огромным успехом, но артист хотел идти своим путем, и он расстался с Донато, создав вскоре собственный номер в строгом классическом стиле. Назовем его партнеров в разные годы: Н. Подчерникова, А. Снозе, A. Асланян. Здесь работали над каждым движением, над каждым трюком, чтобы слово «полет» было сполна оправдано. Вот, например, как исполнял Артур Асланян (Эльворти был в этот момент ловитором) очень простой, казалось бы, проходной обычно трюк «гладкий с живота» — это когда вольтижер, лежа животом на трапеции, как бы соскальзывает с нее и приходит в руки ловитору. Трюк малозаметный, можно сказать, даже «дамский». Но в исполнении Асланяна он превращался в яркий, запоминающийся. Артур, лежа на животе, вылетал с трапеции вверх, ставил руки в бока, затем выбрасывал их вперед и вверх, касался ими тросов, повернув голову, смотрел на публику и только потом шел в руки к Эльворти. Это действительно был полет, свободное парение!

Или такой трюк. Асланян, взявшись только одной рукой за трапецию, летел на ней, выкручивал с одной руки сальто, и Эльворти его ловил тоже одной рукой.

Не случайно в 1928 году Эльворти вызвал в Москву прославленный артист и режиссер Вильямс Труцци, бывший тогда художественным руководителем государственных цирков, и предложил ему создать перекрестный полет. Ибо в то время такого у нас не было. И полет был создан. А в 1939 году к знаменательной дате — 20-летию советского циркового искусства — он создал двухъярусный полет. Тогда же Михаил Подчерников-Эльворти был удостоен высокого звания заслуженного артиста РСФСР.

В 1943 году он с супругой Ниной Подчерниковой, своим неизменным партнером, принял у Б. Эдера аттракцион с белыми медведями «Во льдах Арктики». Белые медведи очень коварные животные, «фальшивые», как говорят в цирке. Предугадать их ходы часто бывает невозможно. В 1946 году на дрессировщика набросился медведь. Раны были так серьезны, что только отменная спортивная закалка да искусство врачей помогли ему перенести сложнейшие операции и остаться в живых.

С 1947 года он перешел на административную работу и тут сумел показать себя отличным, знающим организатором циркового дела. Эльворти был директором передвижных цирков, зооцирка, стационарного цирка в Батуми, руководителем первого праздника «Русская зима» во Дворце спорта на стадионе имени B. И. Ленина в Лужниках.

И лишь в 1962 году болезнь засадила Михаила Дмитриевича дома. И все-таки с цирком его нельзя разлучить. Совсем недавно он ездил в Калинин смотреть, как работает внук. А ведь подрастает и правнук!

А. АНАТОЛЬЕВ



#9 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 26 Январь 2020 - 15:20

Как научиться испанскому шагу

Суметь в самом кратком изложении осветить историю советского цирка от 1917 года и до наших дней — весьма непростая задача.

 

Автору предстояло охватить и раскрыть все этапы становления, развития и расцвета циркового искусства в нашей стране, рассказать о мастерах цирка, о возникновении в нем новых жанров. Короче, требовалось ввести читателей в мир и в историю нашего цирка — подлинно демократического, яркого, смелого и захватывающего искусства, ставшего за годы Советской власти по-настоящему любимым и массовым.

Написал такую книжку доктор искусствоведения профессор Ю. А. Дмитриев. На семидесяти страницах текста ему удалось нарисовать картину того, как укреплялось и мужало искусство советского цирка, обогащалась его эстетика, как все теснее, органичнее становилась его связь с действительностью, со всеми историческими событиями в жизни нашего народа.

В книжке прослеживаются организационные мероприятия Советской власти, направленные на укрепление материальной базы цирков, на создание новых творческих коллективов. Показано, как год от года в силу самых благоприятных творческих и материальных условий росла творческая инициатива артистов в создание новых номеров, программ. Книга раскрывает историю появления, укрепления и расширения циркового образования в нашей стране, благодаря чему планомерно пополняются ряды профессиональных артистов, постоянно повышается идейно-художественный уровень искусства манежа Привлечение в советский цирк крупных литераторов, ведущих художников, известных композиторов способствовало творческому подъему цирка. Весом вклад в создание тематических программ и отдельных номеров режиссеров, многие из которых привнесли в цирковое искусство высокую культуру театра, нашли интересные пути создания впечатляющих образов, придали программам художественную цельность.
В цирковые спектакли органично вошли развернутые прологи, связывающие представления с важнейшими политическими событиями дня.

Книга Ю. А. Дмитриева построена по хронологическому принципу, который позволяет последовательно, от главы к главе, освещать сложный и одновременно необычайно увлекательный путь творческого расцвета советского циркового искусства. Из множества фактов цирковой истории он умело отобрал наиболее значительные и типические, коснувшись всех без исключения жанров цирка. Особенно удались автору страницы, в которых раскрывается творчество мастеров, таких, как В. Лазаренко, Карандаш, О. Попов, Ю. Никулин и М. Шуйдин, Б. Манжелли, Ташкенбаевы, И. Бугримова, М. Запашный, Л. и В. Шевченко, Э. Кио, В. Филатов, Л. Енгибаров. В своей книге Дмитриев рассказал и о молодых артистах цирка, которые составляют сегодня его гордость и надежду.

Говоря о сегодняшнем советском цирке, Дмитриев делает совершенно точный вывод: «Разумеется, в других странах, в том числе капиталистических, имеются талантливые цирковые артисты, превосходные номера, хорошо организованные цирковые предприятия. Но положа руку на сердце, без всякого преувеличения следует признать, что наш цирк в художественном отношении превосходит цирки мира. Столько первоклассных программ, сколько можем представить мы, ни одна другая страна представить не в состоянии.

Всем строем и содержанием своей новой книги Ю. Дмитриев страстно утверждает, что искусство нашего многонационального цирка прекрасно, потому что оно оптимистично и создает образ человека, преодолевающего сложнейшие препятствия. И еще — в цирке весело, а веселье любят и взрослые и дети.

Эту небольшую по объему, но увлекательную и содержательную книгу с интересом прочтут и работники цирка и все те, кто любит это прекрасное искусство.

К. БЕДЛИНСКИЙ, кандидат искусствоведения



#10 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 26 Январь 2020 - 15:44

Размышления о цирковом искусстве

Шестеро униформистов, напряженно переставляя ноги, вытащили на манеж тяжелую чугунную пушку и с трудом взгромоздили ее на низкий продолговатый лафет. Пушка, очевидно, и впрямь тяжела: из четвертого ряда амфитеатра отчетливо вижу, как глубоко вдавились, ушли в ковер ножки лафета.


Униформисты разбежались, и на манеж обрушилась оглушительная дробь барабана. Во внезапно наступившей темноте заметались, заплясали багрово-оранжевые лучи прожекторов. Затем все смолкло, вспыхнули верхние софиты. Ведущий программу торжественно объявил:

— Тяжелоатлет, рекордсмен мира мистер Зубу!

Он вышел пригнувшись, словно готовясь к прыжку на невидимого противника. Неторопливо проследовал по кругу арены, небрежно поигрывая мускулами рук и груди. Потом вернулся к форгангу, положил на плечи толстую железную палку и, напрягшись всем телом, согнул ее.

Служители униформы подкатили к его ногам две металлические болванки («каждый снаряд весит 60 килограммов»,— объявил в микрофон инспектор манежа). Поставив болванки «на попа», мистер Зубу попытался единым рывком оторвать их от пола и, перевернув, выжать на поднятых руках. Первые две попытки не удались: гладкие снаряды выскальзывали из пальцев. С третьего захода рывок получился — зал громыхнул аплодисментами.

Нет слов, трудный, очень трудный трюк исполнил зарубежный атлет. Но именно атлет, а не артист! Я подумал об этом, когда по невольной ассоциации вспомнил наших цирковых силачей — Всеволода Херца, Бориса Вяткина... Они, как известно, тоже выступают (или выступал, если говорить о Херце) не с воздушными шариками, но есть в их номерах удивительная пластичность и красота. У них все трудно и вроде бы не трудно, зрители, во всяком случае, не видят, какого огромного напряжения стоят исполнителям их трюковые комбинации.

А здесь — все наружу... Сгибая железную палку, отрывая болванки от пола, мистер Зубу, похоже, вовсе не думал о том, какое впечатление он производит на публику. Его лицо то и дело искажалось страдальческой гримасой; он, прошу прощения, кряхтел, стонал, истерично вскрикивал, когда снаряды валились из рук. Была тяжелейшая изнурительная работа, но не было искусства, не было той пленительной легкости, которая всегда так привлекает в цирке.

Впрочем, номер еще не закончен, на очереди пушка, обращенная жерлом в сторону форганга. Пытаюсь угадать, что он с ней будет делать — носить на плече, подбрасывать или выжимать, как выжимал болванки?

Не угадал. Пушка, оказывается, будет прямой наводкой стрелять в мистера Зубу на расстоянии пяти-шести метров, а он — принимать ядро на грудь. Инспектор манежа вновь берет микрофон: «Вес ядра — 55 килограммов, сила пушечного удара — примерно 180—200 килограммов.»

Как и всегда в такого рода номерах, подготовка к финальному трюку нарочито растягивается, дабы зрители смогли вдосталь «попереживать». В жерло пушки медленно закатывается увесистое ядро, с церемониальным ритуалом возжигается факел, который очаровательная ассистентка поднесет затем к запалу. Атлет «играет» отрешенную обреченность — всем своим видом он показывает, что вовсе не уверен в благополучном исходе трюка.

Снова трескучая барабанная дробь, и снова тишина... Зал забирает. Выстрел! Летящего снаряда естественно, не видим — видим только, как грохочущий смерч сбивает исполнителя с ног, и он кувырком катится по ковру манежа, прижимая ядро к груди. Пороховой заряд, по всей вероятности, невелик, но выстрел есть выстрел, и погасить инерцию снаряда, наверное, нелегко. Тяжелоатлет с трудом поднимается с пола, устало отбрасывает ядро, и на его мокром от пота лице впервые за весь номер появляется слабое подобие улыбки.

Зал аплодирует, и мне понятно удивление людей, на глазах у которых человек принял на себя пушечный удар. Но я думаю о другом... Я думаю о том, как горек цирковой хлеб мистера Зубу. И о том, как далеко, в сущности, от искусства все то, что он показывает на манеже. Не восхищение, а скорее, жалость вызывает человек, летящий вверх тормашками с закопченным ядром в руках...

Мистер Зубу выступал минувшим летом в сборной международной программе на манеже Будапештского цирка. В представлении участвовали исполнители многих государств, в том числе и буржуазных, и я, может быть, впервые за последние годы сразу увидел несколько номеров, подобных которым давно уже нет в нашем цирке и все меньше становится в цирках социалистических стран. Вот об этих номерах и хочется поговорить, разобраться в тех ощущениях, которые они рождают. Хочется, как сказал некогда индийский мудрец, положив в рот палец удивления, присесть на ковер размышления...

Известно, что риск — в самой природе циркового искусства, без него цирк поблекнет, станет пресным, во многом утратит присущие ему остроту и привлекательность. Но ведь и рисковать можно по-разному — переступая или не переступая разумные границы. Вряд ли правомерен риск, приобретающий характер нарочитой игры в смертельную опасность, ставящий под угрозу здоровье и жизнь исполнителя.

Между тем именно в такую тревожную игру играют в программе западногерманские артисты Брумбахс. Хмурый человек выходит на манеж в мексиканском костюме, с тяжелым вороненым кольтом на бедре. Правда, устрашающему кольту, как выясняется по ходу номера, отведена на сей раз сугубо декоративная роль — это не то чеховское ружье, которое, будучи повешено на стенку в первом акте, стреляет в четвертом.

Но и без кольта страстей хватает. Искусно пощелкав для начала ременным хлыстом (клочки газеты в руках партнерши рассекаются с точностью до сантиметра), неулыбчивый «мексиканец» приступает к основным трюкам номера. Униформист передает ему охапку ножей с длинными тонкими лезвиями. Партнерша прижимается спиной к деревянному кругу и замирает, слегка раскинув руки. Музыкальное сопровождение не оригинально — все та же тревожная, выматывающая душу барабанная дробь...

И вот, пожалуйста, уважаемые зрители, волнуйтесь на здоровье! Ножи молниеносно пролетают над манежем и, вонзаясь в дерево, угрожающе покачиваются из стороны в сторону. Один впивается над головой женщины, другой — возле уха, третий — под мышкой... Внешне, казалось бы, расслабленное тело партнерши напрягается до предела; сама, может быть, того не замечая, она перестает улыбаться, хотя зубы по-прежнему обнажены.

Ножи сменяются томагавками. Все то же самое, только теперь в цель летят тяжелые топорики на коротких ручках. Не знаю, труднее это или легче, чем метание ножей, но последствия промаха, надо полагать, будут трагичнее. Да и шума от топориков больше — они как-то по-особому звонко впиваются в древесину.

И, наконец, финал номера: круг вместе с привязанной, а точнее, распятой на нем женщиной начинает вращаться. Вращение все быстрее и быстрее... С непостижимой точностью расчета артист бросает один нож за другим. Сразу не замечаешь, куда попадают удары, и только потом, когда круг останавливается, видишь частокол ножей, окружающий партнершу со всех сторон.

Не знаю, как другим, но мне этот номер было смотреть неприятно и даже мучительно. Понимаю, что исполнитель владеет феноменальным мастерством, что он умеет безошибочно выбрать то неуловимое мгновение, когда брошенный нож или томагавк не заденет партнершу. Понимаю, но легче от этого не становится. Человек — не машина, у него есть настроение, эмоции, есть нервы, которые могут дрогнуть в самый последний момент.

Предвижу возражение: «Артист цирка должен уметь собраться во время исполнения трюка — без этого он не артист цирка». Да, должен. Но вспомните недавнюю Олимпиаду... Разве не бывало так, что, стреляя, скажем, из мелкокалиберной винтовки, спортсмены не могли повторить свой же собственный рекорд, хотя им, олимпийцам, никак не откажешь в умении собраться! Но там, на спортивных соревнованиях, неточное попадание в мишень грозило в худшем случае потерей олимпийской медали, а здесь?

Кстати, и в цирке номера, подобные выступлению западногерманских артистов, далеко не всегда кончаются благополучно. Правильнее даже сказать, что рано или поздно такая рискованная игра приводит к печальному исходу. Помню, как несколько лет назад страницы многих газет обошло сообщение о трагическом случае, происшедшем в номере известного на Западе циркового артиста — «Великого Гаучо». Он поражал зрителей тем, что на расстоянии пяти метров с завязанными глазами разбивал из лука стеклянный бокал, который держала на голове его молодая жена. На одном из представлений стрелок промахнулся, и железная стрела попала женщине в глаз. Ранение оказалось смертельным — жена и партнерша «Великого Гаучо» умерла через несколько часов.

Но посмотрим на все это с другой стороны. Допустим, что артист Брумбахс до скончания дней своих не допустит непоправимой ошибки, и его ножи и томагавки всегда будут точно ложиться в цель. Но так ли уж существенно выигрывает его номер от того, что исполнение трюков сопряжено здесь с прямой угрозой жизни партнерши?

Не думаю. Убежден даже, что откровенная игра в смертельную опасность дешевит номер, придает ему ненужную нервозность. Все мы, очевидно, сходимся на том, что цирковое искусство должно не только удивлять, но и радовать людей. А уж какая может быть радость, когда в лицо женщины того и гляди вонзится на наших глазах остро отточенный нож!

Нет, что там ни говори, а полезно бывает порой сопоставить наш цирк с цирком буржуазным. Утверждение, что советский цирк — лучший в мире, приобретает в таких случаях особую наглядность и убедительность.

Вот выступает, скажем, английский артист Осси, который демонстрирует кенгуру-боксера. Номер преподносится с «аттракционным» размахом: изображение боксирующего кенгуру — на фасаде цирка; перед выходом дрессировщика танцовщицы в кожаных перчатках разыгрывают шутливый бой на ринге.

На длинной веревочке выводится кенгуру. И вот тут-то вдруг выясняется, что номера в привычном для нас понимании, по-существу, нет. Робкое животное отбивается от наскакивающего на нее спортсмена не столько передними (они в боксерских перчатках), сколько задними ногами. Защищаться таким образом для кенгуру, судя по всему, привычнее и удобнее, но где же хотя бы приблизительная имитация боя на ринге?

Плохо отрепетированная сценка длится считанные секунды... Не хочешь, да вспомнишь темпераментных боксеров из филатовского аттракциона, «маленьких лебедей» Рустама Касеева. Медведи тоже, как известно, не великие мастера боксировать и танцевать, но в том-то и состоит искусство дрессировщика, чтобы обучить животных вроде бы осмысленным действиям, заставить нас поверить в их «разумность». У англичанина Осей это не получается, широко разрекламированное выступление кенгуру-боксера оказывается на поверку весьма примитивным и скучным зрелищем.

Никак не обрадовал и юмор артистов зарубежного цирка. Чего стоит, к примеру, клоунская сценка «Горилла» в исполнении одного из гастролеров будапештского представления (в программе его фамилия не называется). Страшенная «обезьяна» с огромными желтыми клыками вскакивает на колени женщины, сидящей в первом ряду, и отнимает у нее сумочку. Зрители, очевидно, понимают, что это — обычная для цирка «подсадка», хотя если бы рядом был ребенок, он наверняка испугался бы. Сумочка выносится на середину манежа, и «горилла» начинает поочередно вытаскивать из нее предметы интимного дамского туалета. Каждый такой предмет старательно демонстрируется публике. Ужасно смешно, не правда ли! Впрочем, к чести венгерских зрителей,следует отметить, что зал почти не смеялся: кружевные лифчики явно не произвели впечатления!

Четырьмя выступлениями, о которых я рассказал, естественно, не исчерпывалась международная программа Будапештского цирка. Были и другие номера, оставившие самое отрадное впечатление. Запомнились, в частности, канатоходец из ФРГ Грит Доваль, венгерская дрессировщица голубей и попугаев Эва, румынские антиподисты Андрукович, польские дрессировщики морских львов Левандовские. Достойным завершением спектакля явилось темпераментное выступление советских джигитов Дурдыевых.

Но я, повторяю, сосредоточил внимание на номерах, каждый из которых в той или иной мере противоречит нашему пониманию циркового искусства. Внешне, может быть, и эффектные, как стрельба из пушки по человеку, они не столько обогащают, сколько компрометируют цирк, низводят его до нервозного, а порой и примитивного зрелища. И удивление, которое рождают поначалу такие номера, не радует, едва присядешь на ковер размышления...

НИК. КРИВЕНКО

 



#11 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 152 сообщений

Отправлено 26 Январь 2020 - 15:54

Языком циркового плаката

Кто-то сказал, что цирковой рекламный плакат — «визитная карточка» артиста. Создают эти «визитные карточки» художники. За годы существования советского цирка выпущено множество превосходных плакатов, запомнившихся своей яркостью, красочностью, ставших в подлинном смысле классикой в этом виде прикладного искусства.


Среди мастеров, успешно работающих над плакатами для цирка, видное место принадлежит ленинградскому художнику Ефиму Александровичу Лисковичу. Около пятидесяти произведений было представлено на его персональной выставке, организованной комбинатом живописно-оформительского искусства ленинградского отделения Художественного фонда СССР и ленинградским цирком. Она так и называлась «Цирковой плакат».

Большинство из показанных на выставке работ обращало на себя внимание еще тогда, когда они были расклеены на улицах, на рекламных стендах, выделяясь среди сотен других плакатов и афиш нарядностью, оригинальностью, эксцентричностью. Собранные вместе, они превратились в своеобразные страницы истории советского циркового искусства, по крайней мере за последние двадцать лет, в течение которых трудится над созданием плакатов этот художник.

Лискович превосходно изучил специфику искусства манежа, его жанров. Уже первые его работы в области рекламного плаката — для сестер Кох, Маргариты Назаровой, появившиеся в середине пятидесятых годов, — свидетельствовали о зорком глазе художника, его умении создать лаконичными средствами красноречивый, выразительный образ. Зримо предстали многие цирковые номера в произведениях Лисковича. Наверное, многим запомнился плакат, созданный им для Ирины Сидоркиной: жонглирующий морской лев, усы которого остроумно превращены в надпись «цирк». Немало выдумки, чисто цирковой эксцентрики и в сегодняшних работах Лисковича. Вот шагает по манежу Борис Вяткин, ноги которого сделаны... из его же имени и фамилии. Веселое лицо клоуна и веселая кошачья мордочка — такова «визитная карточка» Юрия Куклачева. Ну разве можно пройти мимо этого изображения и не остановиться, не улыбнуться? Улыбку вызывают и забавно выглядывающие из рамы Юрий Никулин и Михаил Шуйдин.

Черный цилиндр и как бы повисшая в воздухе курительная трубка на белом фоне — рекламный плакат для иллюзионного аттракциона «Человек-невидимка» Отара Ратиани — создают загадочность и одновременно эффект присутствия самого «невидимки». Талантливо сделан плакат для Анатолия Корнилова с нарочито миниатюрным изображением человека, стоящего между двумя огромными слонами. Слоны опустили хоботы, дрессировщик стоит между ними, как между колоннами. Такова эта композиция, которая, как нельзя лучше, без слов, передает силу и волю человека, сумевшего подчинить себе серых великанов.

Создание рекламного плаката всегда ответственное дело. Очень важно, чтобы плакат не был аляповатым, чтобы он был эффектным и в то же время интригующим. Лисковичу вполне можно довериться. Когда он приходит со своей огромной папкой, в которой содержатся эскизы будущего плаката, в цирк — это всегда бывает событием: любопытно, что на этот раз придумал художник, как он справился с темой?

Ученик известного театрального художника М. Бобышова, Ефим Александрович, привнес в цирковой рекламный плакат высокую художественную культуру, современность. Остается добавить, что это уже далеко не молодой человек, ему пошел 76-й год. Но он по-прежнему полон творческой энергии, планов. И как хотелось бы, чтобы лучшие плакаты Лисковича и других мастеров были выпущены отдельным альбомом. Ну если не таким великолепным, как изданный некоторое время тому назад нашими друзьями в ГДР альбом, «Artisten und Zirkus-plakate», то хотя бы чуть более скромным. Чтобы, перелистывая его, можно было еще и ее раз испытать радость от соприкосновения с интересным своеобразным искусством художников плакатистов.

М. МЕДВЕДЕВ







Темы с аналогичным тегами Советская эстрада и цирк., Советский цирк. Январь 1981 г

Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных

  Яндекс цитирования