Перейти к содержимому

Фотодром Шираслана. Новое
подробнее
Международный фестиваль циркового искусства «Золотой слон» в Жироне(10th International Circus Festival Gold Elephant in Girona).
подробнее
Животные в цирке- наша жизнь, наша самая большая любовь.
подробнее

Фотография

Журнал Советская эстрада и цирк. Сентябрь 1984 г.


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 10

#1 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 27 December 2021 - 10:53

Журнал Советская эстрада и цирк. Сентябрь 1984 г.

 

На студенческом смотре в ГУЦЭИ

 

Четвертый раз проходил в ГУЦЭИ конкурс имени Леонида Енгибарова. Как и в предыдущие годы, это был смотр студенческих работ.

 

Как и в предыдущие годы, на учебном манеже выступали почетные гости — мастера эстрады и цирка. На этот раз гостями конкурса стали известный мим Анатолий Елизаров и польские цирковые артисты Ядвига Равицка, Анжей Петрусяк, Юзеф и Казимеж Формелла. Всем им вручены почетные дипломы.

 
Нынешний конкурс отличался жанровым разнообразием. Если ранее в творческом соревновании участвовали лишь студенты, готовившиеся стать клоунами, мимами и музыкальными эксцентриками, то этим летом перед зрителями и членами жюри предстали гимнасты, жонглеры, манипуляторы, каскадеры, акробаты-вольтижеры.
 
Такой прием — чередование клоунады с другими жанрами — вполне оправдал себя. Возникла атмосфера цирковой премьеры. Ощущались волнение, подъем, не было прежней монотонности, когда выход одного клоуна сменялся другим, когда одна реприза или пантомима следовала за другой. Прежде все немного напоминало экзамен. Напряжение участников передавалось публике. А цирк всегда остается цирком, и веселое оживление должно царить здесь всегда.
 
Итак, к конкурсу решено привлечь номера других жанров. Но какие? Те, видимо, где найден неожиданный сюжетный ход, где есть актерский и режиссерский поиск.
 
И вот первую премию получил К. Волков, жонглирующий кубиками. Кубиками? Но ведь это вроде бы и не ново? Да ведь суть не в том, чем жонглировать, суть в том, как делать это. Волков, жонглируя, рассказывает о нашей каждодневной спешке. Но, как бы говорит артист, и в житейской суете человек, когда потребуется, может собрать все силы и совершить почти невозможное. Так своеобразно решенный режиссером Ф. Земцевым и педагогом Л. Швачкиным эксцентрический этюд жонглера Волкова действительно нов и оригинален.
 
Вторая премия присуждена акро-батам-эксцентрикам С. Абапалову и В. Проценко за их «Украинские байки». За занавесом остался третий участник «баек» — режиссер Б. Москаленко, сумевший придать эксцентрической миниатюре национальный колорит. И тем не менее хотелось, чтобы Москаленко и после выпуска продолжил работу над номером, расцветил бы его более яркими красками, придумал бы «стреляющий» финальный трюк.
 
Третью премию поделили выпускники ГУЦЭИ — вьетнамские каскадеры на брусьях (педагог М. Сивачев) и студент Киевского училища циркового и эстрадного искусства С. Деревянко.
 
Вьетнамские каскадеры вынесли на суд зрителей хорошо продуманную акробатическую сценку-шутку, и хотя они не исполняли сверхсложных трюков, но покоряли искренностью, увлеченностью.
 
Киевский студент С. Деревянко показал несколько пантомимических реприз. Показал сочно, ярко, был на редкость органичен и смешон. Совсем не часто мы встречаем молодых клоунов, так свободно чувствующих себя на манеже, умеющих так мгновенно устанавливать контакт с цирковым залом.
 
Четвертый конкурс завершен, а впереди новые конкурсы. И надо надеяться, что в них со временем примут участие студенты всех цирковых и эстрадных училищ страны.
 
Г. Агапова
 
12.jpg
13.jpg
121.jpg
 
Жонглер К. ВОЛКОВ
Группа вьетнамских каскадеров на брусьях
Клоун С. ДЕРЕВЯНКО
Акробаты-эксцентрики С. АБАПАЛОВ и В. ПРОЦЕНКО.
Директор ГУЦЭИ С. МАКАРОВ вручает дипломы
Фото Н. САМОЙЛОВА
 
 


#2 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 29 December 2021 - 21:08

Природа циркового трюка
 
Исполняя невероятные трюки, артисты цирка демонстрируют способность человека преодолевать любые трудности и выходить победителем из самых сложных и опасных положений. «Там, где цирковой номер поражает вас грацией и легкостью, — писал А. В. Луначарский, — где изумительные вещи, кажущиеся чудом, проделываются с естественностью, далеко превосходящей естественность походки любого обывателя, там торжествует человеческий дух».
 
14.jpg
 
Акробаты-прыгуны. Номер «Русская тройка» под руководством Н. ОЛЬХОВИКОВА
 
По своей сути цирковой трюк воспроизводит то, что находится за пределами обычных возможностей человека. Велофигурист исполняет на одноколесном велосипеде (моноцикле) захватывающие виражи, канатоходец уверенно шагает по пружинящему тросу и несет на плечах несколько партнеров, джигит не только скачет во весь опор на галопирующей лошади, но и пролезает на полном скаку под животом коня; и снова оказывается в седле. Все эти захватывающие действия совершаются для того, чтобы утвердить действительность в ее лучших, высоких проявлениях.
 
Демонстрируя превосходство над обычными способностями людей, артисты цирка возвышаются над повседневностью. Достигают они этого, исполняя различные трюки. Трюки справедливо считаются основным выразительным средством цирка. Так что такое трюк? Необычное действие. Какое? На мой взгляд, трюк не просто сложное физическое действие, а яркое проявление определенных человеческих качеств. Однако существует мнение, что трюк — проявление «алогизма обычного», что специфика цирка, «вероятнее всего, в эксцентричности», что «цирк — это кажется бесспорным — эксцентричен во всех проявлениях». Я убежден: цирковой трюк не проявление алогизма обычного, а специфика цирка не эксцентрична во всех проявлениях. Да, элементы эксцентричности имеют место на цирковой арене, но в равной мере они находят свое проявление и в других видах искусства (балет, кукольный театр, пантомима, кино, эстрада). При определении природы эксцентрики я исхожу из замечания В. И. Ленина о том, что в эксцентрике мы находим «какое-то сатирическое или скептическое отношение к общепринятому... стремление вывернуть его наизнанку, немножко исказить, показать алогизм обычного». Давайте задумаемся: дрессировщик кладет свою голову в пасть льва. Поступок, как говорится, архирискованный. Но что это — проявление ненормальности, глупости или абсурдного поведения? Разумеется, нет! В данном случае дрессировщик демонстрирует победу над инстинктами хищника, проявляет волевые качества, уверенность в своей власти над зверем. Здесь отношение к общепринятому выражается не скептически, а скорее, оптимистически. Артист не искажает, а преображает действительность. Алогизм обычного нарушает логику жизни и не возвышает, а скорее, унижает человеческое достоинство. Имеются многочисленные научные подтверждения того, что алогизм обычного, подобно абсурду, открыто «изобличает себя либо совершенной нелепостью доводов или умозаключений или в дурацких поступках, которые являются следствием недостаточности ума». В этом смысле «алогизм следует рассматривать как эстетически отрицательное явление, потому что расторгает связь истины и красоты».
 
Анализируя выступления артистов в самых разных жанрах, легко убедиться, что в основе цирка лежит не эксцентрика, что цирковой трюк не выражает алогизм обычного. Приведу слова известного искусствоведа Г. Хайченко: «Стихия эксцентрики — сатира, юмор, шутка, буффонада. Поэтому эксцентрические приемы кроме прочих своих качеств обязательно должны быть комедийны, должны вызывать смех». Сложные цирковые трюки не вызывают смех, а удивляют, поражают, восторгают. Они утверждают силу человеческого духа, его стойкость, устремленность к совершенству.
 
Например, солист акробатического аттракциона «Масленица» В. Пугачев исполняет с подкидной доски на одной ходуле двойное переднее сальто-мортале с полупируэтом. Уникальный трюк исполняет и другой акробат этой группы, В. Федосеев, — тройное заднее сальто-мортале с пируэтом на колонну из двух человек. В свое время этот трюк, правда только на сход, исполнял Владимир Довейко. В. Федосеев значительно усложнил достижение мастера. Еще пример. До сих пор не превзойден никем трюк жонглера-виртуоза Александра Кисса, который, стоя на ускользающей из-под ног катушке, балансировал на лбу палку с мячом, одновременно жонглировал восемью кольцами. Все эти выдающиеся цирковые творения совершаются не для того, чтобы исказить действительность, а наоборот — чтобы утвердить действительность в ее лучших, высоких проявлениях.
 
Стремление циркового артиста выйти за пределы обычного ярко раскрывает сущность трюка как основного средства цирковой выразительности. Я убежден, трюк несет идейно-смысловую нагрузку. В трюке наглядно проявляется превосходство циркового исполнителя над обычными способностями и возможностями людей.
 
Трюк выражает лучшие качества человека, раскрывает его потенциальные возможности, это убедительно подтверждает, например, трюк, поразивший в свое время А. М. Горького. Он писал, что женщина, «держа в каждой руке по два карандаша и пятый в зубах, могла одновременно писать пять различных слов на пяти разных языках. Это казалось совершенно невероятным не потому, что физически трудно, а потому, что требует неестественного раздробления мысли, однако это факт». В действии, казалось бы, лишенном всякого практического смысла, открываются возможности, значительно превосходящие обычный предел человеческих способностей. Нечто значительное здесь проявляется в самом процессе реализации невероятных возможностей человека.
 
Природу циркового трюка составляет то, что считается невозможным в обычной, повседневной жизни. Видя выразительную силу циркового трюка, нельзя согласиться с тем утверждением, что «трюк сам по себе еще асоциален и находится за пределами всякого искусства».
 
Подобное высказывание не согласуется с художественной практикой цирка. Ошибочно рассматривать трюк лишь как физическое упражнение, как строительный материал в создании цирковых номеров, обходя стороной его способность ярко раскрывать духовные достоинства человека. Смысл, эмоциональное воздействие любого выступления зависят от того, насколько убедительно трюки выражают лучшие качества человека.
 
Хочу обратить внимание — нас потрясают, восхищают и отдельные трюки. Скажем, такой, как финальный в одном из лучших воздушных полетов — «Галактика». Я. Ростоцкая, поднявшись под самый купол цирка, повисает на трапеции вниз головой, а затем, вытянувшись в струнку, камнем падает с двадцатишестиметровой высоты и лишь перед самой сеткой за какие-то доли секунды придает своему телу горизонтальное положение и мягко опускается. Даже будучи вычлененным из общей композиции номера, данный трюк глубоко впечатляет, ибо является выразителем безграничных возможностей человека. Данный трюк воспринимается как дерзновенный поступок, требующий от человека отваги и самообладания содержит социальное звучание.
 
Идейно-смысловая сторона трюка имеет принципиальное значение для верного понимания всей специфики цирковой выразительности. Наличие в отдельном трюке общечеловеческих и социально значимых черт позволяет артисту создавать характер сильной и волевой личности, способной дерзнуть на то, что для многих осталось за пределами возможностей. В философском аспекте трюк аккумулирует в себе умение превосходить обычное, позволяет возвышаться над обыденностью и заурядностью. В этом захватывающая фабула трюка, его зрелищная притягательность. Трюк, в котором важнейшим эстетическим свойством выступает человеческое достоинство, социален. Социальность прямо не подчеркивается, а объективно вытекает из характера самого действия.
 
В цирке мы сталкиваемся с необыкновенно высоким уровнем физической и моральной данности человека, позволяющей ему превосходно действовать в исключительных обстоятельствах. Специфика цирковой выразительности производна от корней трудовой деятельности. Эстетическая потребность именно такого характера труда является принадлежностью исключительно народной «низовой культуры», берущей свои начала в естественной потребности человека трудиться и «чрезвычайно высоко ценить трудность дела и редкость вещи» (Н. Г. Чернышевский). И в этом — демократичность цирка, его социальная сила.
 
Возвышенное в цирке неотделимо от преодоления реальных трудностей и опасных положений. Трюк как основное выразительное средство цирка возвышает человека, а возвышенное, на мой взгляд, не может быть эксцентричным. И в этой возвышенности — жизнеутверждающий пафос цирка, сила его неувядающего оптимизма.
 
ВИКТОР ВЛАДИМИРОВ, заслуженный артист РСФСР
 
Луначарский А. В. «Вестн. театра», 1919, № 3.
Цит. по: Горький М. О литературе. М., «Сов. писатель»,
Пропп В. Я. Проблемы комизма и смеха. М., «Искусство», 1976, с. 148.
Ермаш Г. Л. Искусство как мышление. М., «Искусство», 1982, с. 187.

 

Акробаты-прыгуны. Номер «Русская тройка» под руководством Н. ОЛЬХОВИКОВА


  • Статуй это нравится

#3 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 05 January 2022 - 11:24

О специфике цирка

 

Поиски заветной специфики цирка не сегодня начались и, можно смело быть уверенными, не завтра закончатся. Надо быть отчаянно наивным, чтобы делать вид, будто сей фундаментальный вопрос вовсе не имеет истории исследования.
 
В первые же месяцы Советской власти перед цирком возникло множество организационных и творческих проблем. Один тот факт, что публика «до страсти любит цирк», давал веские основания А. В. Луначарскому призывать к обновлению старого цирка. Основные положения устных и печатных выступлений первого Наркома просвещения А. В. Луначарского послужили теоретической платформой, на основе и под влиянием которой в дальнейшем строился и развивался молодой советский цирк. Это была первая серьезная попытка утвердить (в большей мере теоретически) цирк как самостоятельный вид искусства со своей особой спецификой и задачами. Луначарскому цирк виделся «академией физической красоты и остроумия», где царят культ смелости, силы и красоты. За цирком оставлялись его великие задачи — «демонстрировать силу, ловкость, отвагу, возбуждать смех и восхищение блестящим, ярким и преувеличенным зрелищем». Особенно ценной представляется мысль Луначарского о том, что цирк — столько же торжество тела, сколько духа и разума.
 
3434.jpg
 
В 1930 году при Ленинградском цирке была организована Экспериментальная Мастерская по подготовке новых номеров. Просуществовала она недолго и ее практические достижения были не слишком велики. Значение Мастерской, как позднее признавал ее руководитель Е. М. Кузнецов, «скорее теоретическое, декларационное, нежели практическое». Но и это было немало. Кузнецов на практике выверял многие из теоретических выводов, к которым он пришел в своем фундаментальном труде о цирке. Кузнецов на примере полуторавековой истории мирового цирка доказывал, что цирк является особым самостоятельным видом искусства. Специфика цирка, по мнению Е. Кузнецова, состояла в «использовании самых разнородных физических действий, которые будучи используемыми для создания того или иного образа, демонстрируются не в их иллюзорном воспроизведении, но в  их подлинной трехмерной реальности». Важным было то, что Кузнецов в дальнейшем неустанно повторял, что цирк не есть некая «беспринципная зарядка бодрости» и «рекордсменская демонстрация разрозненно чередующихся трюков». Во многом благодаря усилиям Кузнецова цирк перестали воспринимать как «ответвление, разновидность театра», как «театр великих страстей и беззаботной радости», «театр сказочного зрелища». Цирк остался цирком, со своей отличительной спецификой, особенностями и признаками, которые Кузнецов, для своего времени, достаточно убедительно сформулировал в монографии «Цирк». Много позже придет понимание, что специфика каждого вида искусства не абсолютна! Она неразрывно связана с историческими условиями своего времени, эпохи, с теми изменениями, которые происходят в жизни, а следовательно, и в искусстве. Станет понятным, что специфические признаки всякого искусства исторически изменчивы и диалектически обусловлены. Поэтому-то поиски «чистой» специфики, специфики раз и навсегда данной, обречены на научную несостоятельность. Но далось это понимание не сразу и непросто.
 
В 1960 году со страниц журнала «Советский цирк» прозвучал вопрос профессора Ю. Дмитриева: «В чем же все-таки специфика цирка?» Всесторонне анализируя цирк как особый, самостоятельный, синтетический вид искусства, Ю. А. Дмитриев подверг справедливой критике точку зрения некоторых профессионалов-практиков и теоретиков, которую искусствовед Н. Ельшевский сформулировал так: «Трюк составляет основу художественного языка цирка — трюк, и ничто иное. В этом основа специфики искусства цирка». В развернувшейся дискуссии принял участие доктор филологических наук, писатель В. Шкловский, который увидел основу цирка в «преодолении реальной опасности», в «торжестве над страхом, над невозможностью, уже лишенной смертельного исхода». Эту позицию поддержал и развил философ Ю. Борев, сравнив работу артиста цирка с работой ювелира, шлифующего алмаз, в результате чего на манеже создается «образ победителя, демонстрирующего и осуществляющего возможности человека, решающего сверхзадачу». Писатель М. Тривас увидел специфику цирка в разнородности выразительных средств цирка. «Язык цирка, — утверждал он, — язык подчеркнутых контрастов, головоломных трюков, парадоксальных неожиданностей».
 
Учитывая то положительное, что выявила дискуссия, профессор Ю. Дмитриев в своем «Ответе оппонентам» расширил, обосновал и четко сформулировал собственную точку зрения по проблеме специфики цирка. Ключевыми моментами в системе взглядов Ю. Дмитриева являются следующие.
 
Цирк, по сути, является самостоятельным, многожанровым, синтетическим искусством, равноправным в ряду других зрелищных искусств. Его содержанием «является жизнь, та или другая ее сторона, отраженная художником в свете определенных общественно-эстетических идеалов». (Отличительная особенность советского цирка состоит в том, что искусство это прежде всего оптимистично и гуманно. Развивая демократические традиции русского искусства, советский цирк поднимается до подлинной публицистичности, утверждая в качестве главных направлений героику, без подчеркивания опасности, без неврастении, и в то же время рождает улыбку, переходящую в громкий и разящий смех над всем, что мешает строительству светлого будущего. Цирк — искусство яркое, праздничное, романтическое, ему чужды бытовизм, заземленность, прозаичность. Это содержание реализуется на манеже в особой, художественно значимой, образной форме, при помощи специфических выразительных средств цирка — трюков. «Одна из особенностей трюков заключается в их необычности, алогичности и, в конечном итоге, в эксцентричности». «...Цирк многообразен, но эксцентрика всегда лежит в его основе, она, если угодно, форма цирка, без нее он невозможен, как стихи без рифмы, театр без диалогов, живопись без красок».
 
Такова ретроспектива проблемы. Столь пространная и цитатообильная преамбула понадобилась по двум причинам. По меньшей мере неразумно всякий раз начинать разговор «с нуля», забыв (или сделав вид?) те истины, которые добыты предшественниками. Во-вторых, вряд ли следует ожидать много пользы от того, что пишущие и устно рассуждающие о специфике цирка не имеют единства в самом подходе к проблеме. Пестрая разноголосица мнений в этом коллективном постижении истины сильно напоминает бег на месте, когда увлекает сам процесс бега — поиск, а не его конечный результат — истина.
 
Итак, в ряду выразительных компонентов образного языка цирка, первым неизменно называют трюк. При этом предполагается, что природа трюка и его структура всеми понимается одинаково. Перелетел гимнаст с трапеции в руки к ловитору — трюк; выбросил и поймал жонглер шесть палочек — трюк; достал фокусник из пустого ящика кролика — снова трюк... Все, что предшествует трюку, сопутствует трюку и следует за трюком, обычно с ним самим не связывают. Называют эти «обрамляющие» трюк элементы то паузой, то подготовкой к трюку, то комплиментом. Но кто, где и когда видел цирковой трюк, лишенный этого «обрамления»? Трюк, так сказать, в чистом виде? Да в том-то и дело, что такого трюка в чистом виде история цирка не знала и не знает. Уже тот факт, что трюк предназначен для публичной демонстрации, исключает, атомарную чистоту трюка на манеже. Трюк в цирке изначально — смесь выразительных начал. Вне синтеза с другими искусствами трюк в цирке немыслим. Выводы современной эстетической науки убедительно свидетельствуют: «Особенности синтетических искусств в том именно и заключаются, что вне нового художественного сплава, органично объединяющего различные искусства, они в принципе существовать не могут. Синтез лежит в самой основе этих искусств».
 
Однако сказанного все еще недостаточно, чтобы объяснить неугасающий интерес деятелей цирка к трюку. Конечно же, не только многосоставной структурой, так сказать «многовалентностью», исчерпывается феномен трюка. Одним из непременных условий существования цирковой образности (как и любой другой, кстати) является заразительность. Под заразительностью подразумевается способность искусства вырвать зрителя из его настоящей жизни и захватить, заразить жизнью художественной, навязать жизнь вымышленную и по особым законам организованную, заставив сопереживать не тому, что есть в жизни, но могло бы быть.
 
Феномен трюка как раз в том и состоит, что он особым образом группирует в себе и вокруг себя множество выразительных компонентов, став из «атомарного» «многовалентным», синтетическим носителем определенной информации. Композиционно организованный ряд трюков становится информативной системой, способной будоражить воображение зрителя, приковывать внимание, быть «простейшим возбудителем реакции» (Кузнецов). Чтобы эта система приобрела законченную художественную форму, выражающую соответственное содержание, трюки вбирают, «обживают» (синтезируют) в себе приемы различных искусств. Для достижения полного слияния и органичности актерское мастерство, пластика, костюм, музыка и многое другое должны как бы раствориться, «умереть» в трюке. И все это в интересах и во имя художественной идеи номера. Только к этому моменту, на этой стадии синтеза (когда техническая сторона трюка достигла совершенства) можно говорить о трюке в цирке как о первейшем и важнейшем средстве выразительности, создаваемого артистом манежного образа. Не раньше!
 
И все-таки выразительность трюка не возникает сама собой, если в основе ее не будет лежать... Что?
 
Кувырок, безупречно выполненный на манеже, наверняка оставит зрителей равнодушными. Но исполненный на двенадцатиметровой высоте на канате, тот же самый кувырок завораживает. Клоун дует в микрофон, а из него, вопреки ожиданиям, со страшным хрипом вырывается... облако пыли. И тогда зрители смеются. В этом воздействии на зрителя, в такой концентрированной заразительности и есть смысл трюков в искусстве цирка.
 
Так что же лежит в основе трюковой выразительности? Эксцентрика. Вот мы и добрались до понятия, которое составляет сердцевину концепции профессора Ю. Дмитриева относительно специфики цирка. Восклицательный знак ставить повременим. Вопрос об эксцентрике непростой, попробуем разобраться.
 
В определении эксцентризма принято исходить из хорошо известных слов В. И. Ленина, сказанных им в 1903 году по поводу просмотра программы лондонского мюзик-холла «Альгамбра». О каком эксцентризме речь в этом высказывании? В упоминавшейся выше статье, М. Левин справедливо настаивал, что в ленинской формулировке рассматривается «эксцентризм как универсальная основа или форма искусства, как эстетическая оценка действительности». В данном случае общество (буржуазная действительность) рассматривается художником как «мир нонсенса», извечный хаос, бессмыслица с нечеловеческими порядками, враждебными его природе, основанными на угнетении человека, на преклонении перед чистоганом, на чудовищной нищете, на культе войны во имя наживы, расовой ненависти, цепляния за мерзость. В отношении такой «алогичной» жизни, такого представления о ней эксцентризм абсолютно «логичен» — он отражает, а не искажает и без него уже «искаженную» жизнь. Существует много способов «исправить» этот «мир вверх тормашками», «мир наизнанку», «мир-перевертыш», и один из них — бить нелепостью по нелепице. Эксцентризм, в данном случае выступает как весьма своеобразный способ взглянуть на состояние мира со стороны, эксцентризм становится своего рода мировоззрением. Алогизмом осмеивается и развенчивается алогизм и утверждается логика жизни. «В. И. Ленин определенно характеризует эксцентрику как скептическое отношение к общепринятому, как прямое стремление «показать алогизм обычного». Но ведь показать алогизм обычного, а не быть алогичным в отношении обычного! Ясно, что эксцентрика буржуазного мюзик-холла не имеет ничего общего с цирковой эксцентрикой даже в ее прямом выражении». К такому выводу приходил критик М. Левин и, думается, нет оснований не согласиться с ним.
 
О какой же эксцентрике идет речь, когда мы говорим о цирке? Ю. Дмитриев неоднократно разъяснял, что понимает эксцентрику как производную от латинского excentricus — вне центра. Иными словами, явление за пределами общепринятой логики, алогичное. Некоторые оппоненты выстраивают свои рассуждения несколько наивно: раз за пределами привычной логики, значит, различные сальто, стойки, всевозможные эквилибристические равновесия и тому подобное следует считать эксцентрическими, алогичными.
 
Однако, как свидетельствуют многочисленные памятники материальной культуры, все эти и еще многие элементы ярмарочно-площадного трюкачества из репертуара «бродячих комедиантов», скоморохов, жонглеров, гистрионов и прочих «забавляльщиков» были известны человечеству едва ли не от начала цивилизации. С течением времени в сознании воспринимающих подобного рода «развлечения» давно перестали быть чем-то из ряда вон выходящим, алогичным. Различные «кунштюки», составляющие репертуар «забавляльщиков», постепенно превратились в ту меру условности, тот условный «язык», который отличает всякое художественное творчество. Но «язык» — еще не «речь»! Вспомним, когда зрелища первых стационаров Европы становятся собственно искусством цирка? Когда «нарочитое ярмарочное трюкачество» отметается пионерами цирка «решительно и быстро», а «наездничество военно-спортивного характера» обретает многоликие и разнообразные формы «мимико-трансформационных», «конно-акробатических», «конно-балетных номеров», в основе своей заметно эстетизированных. Народившийся в конце XVII! века цирк только тогда начнет обретать место в «кругу муз», когда, по верному замечанию историка, «типичным станет подчинение самодовлеющего конно-акробатического трюка определенной идее, типичным станет создание определенных художественных образов».
 
Не составляет большого труда заметить, что цирк «не интересовали» ни различные сальто, ни разнообразное балансирование всякого рода умельцев, ни утилитарно-прикладные или чисто технические навыки дрессированных животных. Почему? Неисчислимый перечень подобного рода «умений» (по-своему замечательно сложных и даже эффектных) лишен важнейшей для цирка особенности — эксцентрики. Акробат, исполняющий сальто на манеже или проделывающий стойку на руках, — обыкновенная условность, присущая всякому искусству, она «логична» для цирка, как «логичны» фуэте в балете и пение в опере. Цирковой артист как бы «обрабатывает» эту условность методом эксцентрики. И тогда мы видим акробата, взявшего в руки самовар, подброшенного подкидной доской и уверенно приземлившегося на... голову партнера, стоящего на многоярусной пирамиде из нескольких человек. Артист цирка не просто «выходит» в стойку на двух и даже одной руке, — он «танцует» на руках «Яблочко» и скачет вниз по ступенькам, удерживаясь в стойке на одной руке. Животные в цирке не столько выполняют те или иные команды дрессировщика, сколько «обдуманно» участвуют в своеобразном спектакле на манеже. В стремлении к захватывающей и эффектной форме, в поисках выразительности циркового образа трюк может быть охарактеризован как заостренная мысль художника, направленная в сторону эксцентрики и доведенная до парадокса, тут же, на публике, разрешаемого.
 
При создании манежного образа артист цирка использует множество приемов и средств других искусств, которые «умирают» в трюке, рожденном эксцентрическим мышлением художника. Цирк как явление искусства не имеет ничего общего с упрощенными декларациями типа: «Как хорошо быть Сильным, Ловким и Смелым, а не наоборот». Подлинному искусству цирка чужда примитивная назидательность. Природа цирка образна! Опосредованно, метафорически, иносказательно, через особенный образный строй цирк приводит своего зрителя к удивительно емкой и прекрасной идее о гармонии тела и духа.
 
Известно любопытное высказывание: «Чтобы быть эксцентричным, надо прежде всего знать, где находится центр». Но ведь если знаешь, где находится этот «центр», к чему тогда цирку эксцентрика? Оказывается, для того и нужна, чтобы, подойдя к действительности с неожиданной, парадоксальной стороны, в непредсказуемой и заразительной форме с помощью особого типа цирковой образности показать, что «центр» существует, что он незыблем и утверждение его непреходящих свойств и качеств требует немалых усилий. И когда достигается целостность и гармония, результат оказывается достойным затрат. Поэтому безусловно прав Ю. Дмитриев, когда утверждает эксцентрику как «основной художественный метод цирка», который своим нарочитым отходом от нормы, от «центра», «через эксцентрику, через алогичность, приводит нас к высокой логике», к утверждению гармонически развитой личности, явленной на манеже в поразительном блеске многообразия чувств и характеров.
 
ВЛАДИМИР СЕРГУНИН


#4 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 09 January 2022 - 10:54

«Переходная лестница» С. Лабецкого
 
В цирке обычно не регистрируют рекорды. Но они тем не менее имеются почти в любом цирковом жанре. Это — реальные результаты профессионального творческого соревнования мастеров советского манежа.
 
19.jpg
 
Номер «Переходная лестница» под руководством С. ЛАБЕЦКОГО. Фото В. ДАВЫДОВА
 
О рекордных достижениях в области эквилибра и расскажет эта заметка. Речь пойдет о представителях второго поколения мастеров советского цирка. Они давно уже покинули манеж, но трюки их никто не повторил.
 
Выступления на обычной, типа стремянки, «переходной лестнице» были в то время весьма распространенными. Казалось, уже все творческие резервы здесь исчерпаны. Но в 50-е годы нашелся новатор, который создал совершенно оригинальный трюковой репертуар. Профессионалы признавали его рекордным.
 
Мастером этим оказался С. Лабецкий, руководитель номера «Переходная лестница», в составе которого работали его жена Евдокия, их сын Юрий, мальчик двенадцати лет, и партнер Н. Манский.
 
Номер этот особо не рекламировался, и зрители не очень-то оживлялись, когда униформисты устанавливали на манеже аппаратуру. Завсегдатаи даже констатировали с досадой — опять лестница! — и равнодушно встречали эквилибристов в скромных белых костюмах, неторопливо появлявшихся из-за занавеса. Публика привычно ждала, что сначала девушка перенесет по лестнице мальчика, потом мужчина — своего партнера, а затем... Но ничего подобного нельзя было увидеть в номере под руководством С. Лабецкого.
 
Приковывал внимание уже первый трюк. Средний Н. Манский (кстати, он был выше нижнего С. Лабецкого) становился ногами ему на голову и брал мальчика на вытянутые руки. В таком положении Лабецкий переносил партнеров через лестницу, переносил быстро и без малейшего внешнего напряжения.
 
Во второй комбинации средний исполнял на голове нижнего копфштейн, а верхний стоял ногами на его ногах. Такой пирамиды не показывали акробаты еще и в партере, а ведь перенос через лестницу требовал безупречно четкого исполнения, так как лестница имела высоту около пяти метров. Даже мало разбирающиеся в тонкостях акробатики зрители награждали артистов шумными аплодисментами.
 
Следующая комбинация была еще сенсационней: Манский выжимал стойку на руках на голове нижнего, а Юрий Лабецкий становился в стойку на шее Майского. Когда нижний начинал восхождение по лестнице, средний переходил на одну руку (!) и так совершался весь переход через лестницу.
 
А сложность трюков все увеличивалась. Манский, стоя на плечах нижнего, держал на лбу перш, на руле которого верхний делал стойку. Зрители воочию убеждались, что и средний партнер обладает высочайшей техникой балансирования, да еще в таком сложном положении, как балансирование на плечах нижнего во время перехода последнего через лестницу.
 
А затем перш на лбу балансировал уже С. Лабецкий, Н. Манский выжимал стойку на венчающем перш руле, а на шее у него стоял верхний. И в этом положении партнеры вновь совершали переход через высокую лестницу!
 
В финале артисты показывали колонну из четырех — сложный акробатический трюк. Правда, не самый сложный в их репертуаре. Специалисты знают, что подобная колонна из четырех и без лестницы — трюк не простой, исполняется он только хорошими акробатами. А номер заканчивался именно так, потому что по неписанным режиссерским правилам считалось необходимым завершать выступление группы трюком, требовавшим участия всех исполнителей.
 
Еще одно обстоятельство не ускользало от взгляда внимательного зрителя. Обычно в номерах групповой акробатики нижний — это артист богатырского склада. Но С. Лабецкий, одетый в обычные брюки' и рубашку, скорее, отвечал традиционному представлению о верхнем партнере. И тем не менее он обладал большой силой и виртуозной техникой.
 
Лабецкий и его партнеры остались в истории нашего цирка как исполнители рекордных трюков.
 
Рассказав об этом, не могу не остановиться на такой проблеме. Все чаще, к сожалению, нам приходится наблюдать подмену интересного трюка сверхсложной аппаратурой. Артисты же, о которых шла речь выше, доказали, что и на традиционной «переходной лестнице» возможны открытия. А сейчас молодые исполнители порой жалуются, будто бы жанр их достиг «потолка». Тем самым оправдывается изготовление дорогостоящей аппаратуры, на которой затем исполняются старые трюки. А в цирке прежде всего нужна творческая фантазия, нужен труд, каждодневный и неустанный, нужен целенаправленный поиск нового. А замысловатый реквизит лишь тогда оправдывает себя, когда помогает усложнению трюковых комбинаций, а следовательно, и повышению мастерства.
 
АЛЕКСАНДР ШИРАЙ


#5 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 13 January 2022 - 11:42

Александр Николаевич Ширай

 

Есть люди, не вспомнив которых, невозможно говорить о той области деятельности, которой они посветили свою жизнь. Таким был талантливый артист и выдающийся режиссер, прочно вошедший в историю советского и мирового циркового искусства, Александр Николаевич Ширай.
 
18.jpg
 
Шестьдесят три года тому назад на манеже Московского цирка на Цветном бульваре состоялся дебют братьев Бахман. Любителям праздничного зрелища хорошо был известен латыш Ян Бахман — некогда мировой рекордсмен по штанге в легчайшем весе. Под стать ему был и его молодой «брат» — А. Ширай. Не уступая старшему ни в развороте плеч, ни в богатырском росте, он нес основную физическую нагрузку парной силовой акробатической работы, являясь нижним. Номер был оформлен в модном для тех времен стиле «римских гладиаторов», но счастливо отличался продуманностью, выразительностью и гармонией.
 
Все, что потом создавалось Шираем на протяжении более чем пяти десятилетий, было отмечено высоким вкусом. И отнюдь не случайно. Юноша успешно занимался в художественном училище. Страстный спортсмен, он жадно развивал свои возможности как борец, велогонщик, акробат, гимнаст, конькобежец, атлет. Свой первый диплом чемпиона города Чернигова по велосипедным гонкам Ширай завоевал в 1913 году. А девять лет спустя, будучи уже артистом цирка, стал Победителем по поднятию гирь в тяжелом весе на спартакиаде народов РСФСР.
 
Увлечение театральными спектаклями, занятия в любительских кружках помогли ему развить природные актерские способности и сопрячь их впоследствии со спортивной выучкой. Разносторонние дарования помогли Шираю проявиться как исполнителю цирковых пантомим и как герою в фильмах известных кинорежиссеров Н. Перестиани и А. Бек-Назарова» Природная любознательность, соединившаяся с тягой к технике, дала ему возможность стать цирковым конструктором. А литературный дар, дар владения точной метафорой — и клоунской и трюковой — позволили Шираю создать целый ряд интересных номеров, клоунад, пантомим, заметок и воспоминаний о цирке.
 
Человек своего времени, жадно стремившийся в собственной работе, в собственном творчестве найти отражение тех общественных перемен, которыми жил каждый гражданин молодой Страны Советов, Александр Николаевич стремился так жить и работать, чтобы соответствовать созидательному пафосу эпохи. Ширай первым создал на советском манеже номер «Готов к труду и обороне» впрямую пропагандирующий физкультурное воспитание.
 
Ширай хорошо сознавал, что без блестящей художественной или конструкторской мысли, без фантастического трюка цирка нет, не было и не должно быть. И вот одна из партнерш
 
Ширая, грациозная Ольга Гаупт, после серии прыжков на батуте приходила не в плечи партнера, как тогда было принято, а в стойку сначала в руки Александра Николаевича, стоящего на манеже, потом — к партнеру, вставшему ему на Плечи, а затем на специальную конструкцию, которую удерживал на руке Ширай; Мария Ширай балансировала на лбу перш, стоя на пуантах, а на вершине перша партнерша исполняла копфштейн. Ширай держал на плечах высокий Т-образный перш, с которого свисали две трапеции, и две партнерши Исполняли на них сложнейшую синхронную гимнастическую работу. Или такой трюк: Ширай, стоя на ходулях, удерживал высокий ручной перш, на вершине которого партнер, зацепившись одной ногой за петлю, а другую уперев в перш, держал в стойке второго. И все это, заметьте, без помогающей исполнению трюка или хотя бы страхующей лонжи. В те времена обращение к лонже при выступлении на зрителе почиталось у артистов цирка непрофессиональным.
 
В двадцатые и тридцатые годы Ширай каждый сезон приглашался в Москву и каждый раз он приезжал с новым номером, смело переходя от акробатики к эквилибру или гимнастике.
 
Именно Шираю, первым среди эквилибристов мира, пришла счастливая мысль о создании першей, приспособленных к различным приемам баланса. Так появились всевозможные ручные и плечевые перши, шиpoкo распространенные и сегодня, давшие толчок к развитию сложнейшего репертуара современных эквилибристов» Ширай первым изменил конструкцию подкидной доски, соединив ее с тумбой для отбивания, конструкцию трамплина для прыгунов, превратив умелым введением амортизаторов старинный «дрючок» в цирковой снаряд, втрое увеличивающий амплитуду полета акробата. Оттолкнувшись от идеи вращающейся вокруг оси «чертовой лестницы», он создал целую серию воздушных аппаратов, позволивших завершать гимнастические номера феерическими по тем временам трюками.
 
Редкий дар — соединять художественные задачи с оригинальнейшим жанровым решением — Ширай проявил и при постановке цирковых пантомим. Уже В. Ж. Труцци, создавая первую советскую цирковую пантомиму «Гуляй-поле», воспользовался предложениями молодого артиста. И вот колонны, поддерживающие купол цирка на Цветном бульваре, связал узкий железный помост, по которому тесно встали мимисты в длинных кавалерийских шинелях, синхронно исполнявшие ружейные приемы. Со сцены взлетал огромный дирижабль и вращался под куполом, извергая огненный фейерверк.
 
Молодого выдумщика начали привлекать к постановочной работе. Он участвует в создании пародийной пантомимы «1002 ночь» в Тбилисском цирке братьев Таити. А во время постановки Н. Горчаковым в Москве спектакля «Индия в огне» осуществлял режиссуру трюков. В Ленинграде пришел на помощь В. Максимову В работе над «Ночью перед Рождеством», вместе с Н. Петровым ставил «Тайгу в огне», стал постановщиком цирковых трюков, в созданном Ф. Кавериным спектакле «Как 14-я дивизия в рай шла» в Московском мюзик-холле. Именно Шираю предложено было суровой осенью 1941 года подготовить программу фронтового мюзик-холла. А несколько позже под руководством Н. Горчакова он начал работу над героико-патриотической пантомимой «Трое наших».
 
Творческие идеи буквально обуревали Ширая. В расцвете артистической славы он перешел на преподавательскую работу в Московское цирковое училище. Многие известнейшие ныне артисты прошли профессиональную выучку у Ширая, подготовили под его руководством свои выпускные номера. Круг художественных интересов выдающегося мастера был столь широк, что именно ему поручили ответственное дело воспитания артистов для вновь создававшегося монгольского цирка. За шесть лет, проведенных в монгольской республике, Ширай создал профессиональный коллектив артистов высокого класса. Позже этот же опыт был им повторен в Каире.
 
Удивительной работоспособностью, пронизывающей всю жизнь Ширая, руководила всепоглощающая любовь к цирку и спорту. Даже потеряв возможность из-за прогрессирующей слепоты заниматься практической режиссерской и педагогической деятельностью, он часто брался за перо и карандаш, чтобы написать сценарий нового номера, зарисовать трюковую комбинацию или аппаратуру. Мужественно сражаясь с болезнью, он часто размышлял на бумаге об истории цирка и о том, каким он станет в будущем.
 
Александр Николаевич Ширай не дожил нескольких недель до своего восьмидесятилетия. Его вклад в развитие советского цирка столь значителен, что имя этого выдающегося мастера манежа будет почитаемо всеми профессионалами и любителями искрометного искусства веселых и отважных.
 
М. НЕМЧИНСКИЙ, кандидат искусствоведения


#6 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 15 January 2022 - 13:17

Горьковский цирк справляет юбилей

 

Горьком всем хорошо знакомо круглое здание с куполом на набережной, у самой Оки. Каждый вечер здесь зажигаются огни, отсвечивающие сквозь широкие застекленные витражи. Над самым куполом ярко светится призывное слово: ЦИРК.
 
22.jpg
 
На фото: Коллектив Горьковского цирка приветствует народный артист СССР Ю. НИКУЛИН
 
...Традиции циркового искусства в Нижнем Новгороде уходят в глубь веков. Ни одно праздничное гулянье не обходилось здесь без скоморохов. Краеведы отмечают, что «во все времена года любили нижегородцы уличные представления бродячих артистов-скоморохов...».
 
На ярмарке в Нижнем Новгороде всегда пользовались успехом представления, которые давались в балаганах. Цирковые здания начали сооружать здесь еще в 40—50 годах XIX века. Так, по исследованиям специалистов, в 1859 году на территории ярмарки по проекту архитектора В. Львова возвели деревянное здание цирка. Спустя несколько лет Р. Килевейн для содержательницы цирка Степаниды Авериной построил каменное здание с ареной около 14 метров в диаметре, с просторным ярусным залом и служебными помещениями для актеров.
 
С самого начала XIX столетия в Нижний приезжали иностранные «циркисты». Об их гастролях часто сообщали местные газеты. Одна из них писала, что труппа Карла Велле обещает нижегородцам «грандиозную программу, в которой даны будут артистами, ангажированными из-за границы, большие великолепные конные представления, состоящие в искусстве верховой езды высшей школы на превосходно выдрессированных лошадях».
 
Летом 1879 года в Нижний Новгород приехали братья Петр и Аким Никитины. Они полумили разрешение начать постройку балагана. В документе, выданном ярмарочной конторой, говорилось, что «саратовскому мещанину Петру Никитину дают право на занятие места, бывшего под деревянным театром на Старой Самокатной площади, 210 квадратных сажен для цирка, обтянутого холстом». Несколькими годами позже, в 1883 году, Никитины сооружают постоянное деревянное здание и каждый ярмарочный сезон устраивают «большую и разнообразную программу для почтеннейшей публики». Цирк братьев Никитиных становится одной из достопримечательностей ярмарки.
 
Шло время, и Никитиных уже не устраивал деревянный цирк, в иные дни он не мог вместить всех желающих попасть на представления. После долгих переговоров в ярмарочной конторе Аким Никитин получил право на занятие трехсот двадцати квадратных саженей на той же Старой Самокатной площади. В 1886 году Аким и Петр Никитины закончили сооружение цирка на 2000 мест. Газета «Нижегородская почта» накануне премьеры так прокомментировала это событие:
 
«В нынешнем году ярмарка украсилась еще одним новым и вполне заслуживающим внимания зданием. Мы говорим о новом каменном цирке братьев Никитиных, украшенные флагштоками башни которого возвышаются на месте прежнего деревянного цирка. Новое здание, напоминающее собой знаменитый цирк Ренца в Вене, по размерам своим равняется большинству лучших цирков Европы. Арена нового цирка значительно расширена, что даст возможность Никитиным воспользоваться простором ее для постановки крайне сложных и помпезных представлений со скачками, маршами, охотами и прочими эволюциями. Новое здание русского цирка построено по плану архитектора Иванова. Общий вид просторного, широким размахом раскинувшегося амфитеатра цирка производит весьма приятное впечатление, заставляя удивляться энергии и предприимчивости русских циркистов, с таким широким размахом ведущих дело, как до сего времени удавалось мало кому и из иностранцев».
 
Достоинство цирка Никитиных заключалось в том, что представления в нем носили национальный характер, на манеже выступали преимущественно русские артисты — наездники Лукашенко и Тулова, гимнастка Сорокина, акробат Маслов, клоун Майоров.
 
Горячими поклонниками циркового искусства и друзьями Акима Никитина были Шаляпин, Горький, Гиляровский. Когда они приезжали в Нижний Новгород, непременно посещали цирк.
 
Надо отметить, что в начале XX века в Нижнем Новгороде одновременно с цирком Никитиных действовали и другие. На Звездинском бульваре располагался цирк итальянца Нони Бедини, на Новобазарной площади работали цирки Луиджи Безано, Евдокии Пеклер, шапито
 
После Великой Октябрьской социалистической революции, когда возобновила работу Нижегородская ярмарка, в 1923 году открылся цирк, В здании, выстроенном Никитиными, давал представление коллектив, сформированный ЦУГЦем.
 
В 1926 году было воздвигнуто новое здание в рабочем районе Канавино. Многие специалисты называли этот цирк одним из самых крупных в стране.
 
Новое время диктовало новые темы, требовались новые номера. Пусть не сразу, но определился стиль выступления мастеров манежа молодой Советской республики. Руководство Нижегородского цирка стремилось теснее увязывать программу с задачами дня, возможно полнее отражать события жизни Страны Советов. В 1929 году для делегатов профсоюзной конференции было дано специальное представление «Артисты цирка — труженикам фабрик и заводов». Год спустя, во время спортивного праздника, цирк подготовил спектакль, который шел под девизом «Цирк приветствует Спартакиаду». Традиционной формой культурного шефства были поездки мастеров арены на передовые предприятия, ударные стройки. Среди тех, кто в разное время, гастролируя в Нижнем Новгороде, затем в Горьком, выезжал на шефские концерты, были известные артисты — Карандаш, В. Беляков, B. Филатов, В. Волжанский, И. Бугримова, Н. Ольховиков.
 
19 апреля 1964 года гостеприимно распахнул двери новый Горьковский цирк.
С самого начала здесь ведется большая творческая и организационная работа, которую возглавляет И. Маринин. За последние 15 лет подготовлено более двадцати различных произведений манежа. Здесь готовилась новая редакция аттракциона с дрессированными тиграми под руководством народной артистки РСФСР Маргариты Назаровой, номер группового антипода, руководимый Тамарой Сироткиной. Получили путевку в жизнь иллюзионные аттракционы «Озорные чудеса» Альбины Зотовой и «Арена сюрпризов» Натальи Рубановой, аттракцион «Давид Сасунский» дрессировщика Михаила Багдасарова.
 
Артистам приходят на помощь труженики промышленных предприятий Горького. Они изготовляют нужный реквизит, аппараты. Например, для иллюзионного аттракциона Зотовой всю сложную аппаратуру, в том числе громадный стоведерный самовар и деревянную посуду, — сделали на заводах города, украсили орнаментом на Семеновском комбинате хохломской росписи. Производственные коллективы помогли оформить и аттракцион под руководством М. Багдасарова, причем клетка, тумбы были решены в оригинальном, национальном стиле. В Горьком начал свой путь по манежам страны «Цирк-ревю». Для этого коллектива был изготовлен из оргстекла высокой прочности матово отсвечивающий прозрачный пол, который по ходу номеров вспыхивал всеми цветами радуги. Для артистов, готовящих номера, костюмы шьют в Горьковском театрально-производственном комбинате.
 
Цирк оказывает большую помощь самодеятельным коллективам. Каждые два года, в апреле, накануне дня рождения В. И. Ленина, на манеже цирка проводится смотр художественной самодеятельности. По традиции весь сбор от этих представлений перечисляется в Фонд Мира.
 
В нынешнем сезоне Горьковский цирк отметил свое столетие. На торжественном вечере, посвященном этой знаменательной дате, коллектив тепло поздравили секретарь Горьковского Обкома партии 3. Борисова, генеральный директор Союзгосцирка В. Карижский, народный артист СССР Ю. Никулин, представители общественности. Были вручены Почетные грамоты Министерства культуры СССР, Союзгосцирка, памятные сувениры от предприятий и организаций города и области. Приветствовать юбиляра пришли артисты местных театров, участники художественной самодеятельности.
 
Затем состоялось праздничное представление «Ярмарка чудес», которое, как и в стародавние времена, началось еще на улице. С рауса зрителей приветствовали скоморохи, поводыри медведей, жонглеры и акробаты. Была показана в театрализованной форме история Нижегородского цирка с самого начала до наших дней. Автор сценария спектакля А. Внуков, режиссер М. Запашный. В представлении принимали участие А. Зотова, А. Ширман, М. Запашный, Е. Гордеева, А. Попов и другие мастера манежа.
 
НИКОЛАЙ АРАКЕЛОВ
 
г. Горький
 

 


  • Статуй это нравится

#7 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 17 January 2022 - 23:11

Феодосий Георгиевич Бардиан 
 
Когда заходит речь о ветеранах цирка, о людях, преданных ему душой и сердцем, мы называем обычно имена артистов и режиссеров, для которых служение манежу стало делом всей жизни. Феодосий Георгиевич Бардиан — не артист и не режиссер, да и в цирк он пришел не в молодые годы.
 
26.jpg
 
ФЕОДОСИЙ ГЕОРГИЕВИЧ БАРДИАН
 
Но судьба этого человека так тесно переплетена и связана с нашим искусством, что говорить о нем хочется как о ветеране цирка.
 
Мне вспоминается весна 1969 года, когда вместе с Бардианом и режиссером Марком Местечкиным мы были в Софии, на Втором фестивале болгарского циркового искусства. После заключительного представления нас, советских гостей фестиваля, пригласил к себе Лазар Добрич — патриарх болгарского манежа, лауреат Димитровской премии, которого почтительно называли на родине сеньором цирка. Обращаясь к Бардиану, Добрич сказал:
 
— Я не знаю, Феодосий Георгиевич, какие пути и дороги привели вас в цирк, мы как-то никогда не говорили с вами об этом. Но мы много разговаривали о цирке, о его специфике и проблемах, и я убедился, что наше искусство вы знаете досконально. У меня такое впечатление, что цирком вы занимаетесь не годы, а десятилетия, всю свою жизнь...
 
Такое впечатление было не только у Добрича. Убеждение, что Бардиан по сути своей «цирковой человек», — это убеждение многих людей, которые встречались и поныне встречаются с ним. О цирке и его артистах, о тех или иных явлениях цирковой жизни Феодосий Георгиевич может говорить с восхищением и тревогой, с удовлетворением и беспокойством, но он никогда не говорит об этом равнодушно. Цирк никогда не был для Бардиана только «местом службы» — он всегда был и остался для него горячо любимым делом, требующим полной отдачи энергии и сил.
 
Бардиан стал руководителем циркового главка, когда ему было за сорок. До этого учительствовал в Белоруссии и Сибири, руководил районным отделом народного образования, возглавлял Сибирский филиал Всесоюзного антирелигиозного института. Всю войну, будучи политработником, прошагал по дорогам Западного и 3-го Прибалтийского фронтов, награжден тремя боевыми орденами, медалями. В цирк пришел в звании полковника.
 
На первый взгляд, может показаться странным, что педагог и политработник так быстро и уверенно «акклиматизировался» в цирке, нашел здесь свое призвание. Тому, мне думается, было две причины.
 
Во-первых, Бардиан принадлежит к тем художественно одаренным натурам, чья жизнь всегда была так или иначе связана с искусством. Сегодня он вспоминает: «Во всех школах, где мне довелось работать, обязательно организовывал драмкружок и хор». И не только, добавлю я, организовывал, но и пел в хоре, играл в драматических и музыкальных спектаклях. А уже потом, перед самой войной, руководил Новосибирским областным отделом по делам искусств. Так что любовь к искусству у него давняя, пронесенная через многие годы.
 
Была, на мой взгляд, и вторая причина. Придя в цирк, Бардиан сразу же «настроил» себя на долгую работу в тогда еще малознакомом ему цирковом искусстве, отнесся к делу предельно ответственно и серьезно. Скептики предсказывали: «Не задержится этот симпатичный полковник в нашем беспокойном хозяйстве, проработает два-три года и уйдет, как уходили многие». Бардиан задержался. И не на два-три года, а на целых двадцать лет! Задержался бы и дольше, если бы не подвело здоровье: врачи категорически настояли на том, чтобы он оставил руководящую работу.
 
Вспоминая о первых шагах Бардиан а в цирке, народный артист Ю. Никулин писал в свое время: «...мне понравилось, что он как-то сразу, и притом очень заинтересованно, стал вникать в наши дела... Авторитет управляющего еще более вырос и окреп, когда все убедились в его безукоризненной честности, доброжелательности, принципиальности».
 
Мы встретились с Феодосием Георгиевичем, когда его цирковой стаж «перевалил» за первое десятилетие. И меня всегда радовало его умение безошибочно определить достоинства и недостатки того или иного номера, всесторонне проанализировать работу артиста и режиссера, композитора и балетмейстера. Каждое его критическое замечание было обосновано и подкреплено конкретными доводами, продиктовано желанием помочь человеку сделать больше и лучше, чем он сделал до сих пор. И люди цирка прислушивались к мнению Бардиана, верили его суждениям и оценкам.
 
Артисты старшего и среднего поколения хорошо знают, какие яркие страницы в истории советского циркового искусства связаны с именем Бардиана, но молодежи, вероятно, надо напомнить об этом. При Бардиане наш цирк начал триумфальное шествие по странам и континентам мира. По его инициативе были возобновлены после долгого перерыва цирковые пантомимы, созданы многие оригинальные коллективы, спектакли, аттракционы. И, наверное, неслучайно, что в дни празднования 60-летия советского цирка, уже не работая в главке, Феодосий Георгиевич был награжден орденом Дружбы народов (до этого были ордена Трудового Красного Знамени и «Знак Почета», звание заслуженного деятеля искусств РСФСР).
 
И вот что значит любить цирковое дело, быть преданным ему: Бардиан ушел из цирка и в то же время остался в нем. Последние десять лет он возглавляет кафедру циркового искусства в ГИТИСе имени А. В. Луначарского, читает лекции по истории цирка. Им написано учебное пособие «Организация и планирование циркового производства», готовится к изданию учебник. И. о. профессора, доцент Ф. Бардиан продолжает служить цирку.
 
Недавно Феодосию Георгиевичу исполнилось 75 лет. Возраст почтенный, но «цирковой человек» Бардиан по-прежнему в делах и заботах, у него интересные планы, связанные с расширением и совершенствованием работы кафедры.
 
Так пусть же осуществятся эти планы!
 
 
НИК. КРИВЕНКО

  • Статуй это нравится

#8 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 20 January 2022 - 11:17

Польские артисты цирка в Москве
 
По установившейся традиции каждое лето в Москве, в Измайловском парке, работает цирк-шапито. Не стало исключением и минувшее лето. На этот раз зрители познакомились с искусством польских мастеров. И сразу скажем — знакомство оказалось приятным.
 
Представление начинается скромным, непритязательным, зато и не претенциозным, парадом-прологом. И сразу набирает темп. Его задают живые и веселые акробаты-эксцентрики Богумила и Михал Гайда, стараются не снизить его и велофигуристы Джерино, у которых особенно хороши разнообразные пирамиды. И подхватывают танц-акробаты Тина и Анжей Петрусяк.
 
Затем наступает пауза. Вернее, смена ритма. Представление как бы притормаживает свой ход. Но зрительский интерес отнюдь не падает, скорее наоборот — на арене шимпанзе под руководством Александры и Зигмунда Оковинских. И хочется не торопясь поглядеть на них, полюбоваться их своеобразной пластикой, их врожденным артистизмом, если применимо здесь это слово. Шимпанзе Оковинских — акробаты. Выделяется одна из обезьян, которая вместе с Зигмундом исполняет стойки «руки в руки» и даже «рука в руку». Причем, делают они это рывком с манежа, как заправские артисты. Исполняются и трюки с першем. Зигмунд ставит на лоб перш, наверху которого шимпанзе. выходит в стойку. Есть в их репертуаре и подкидная доска: одна из обезьян, прыгая с тумбы, отбивает ее, а вторая взлетает в воздух, исполняя сальто. Все как у настоящих акробатов. Да, трюки есть. Правда, можно и прибавить. Но главное — хотелось бы, чтобы Оковинские уделяли внимание не только исполнению трюков, были озабочены не только этим, но и подачей их, побольше общались со своими питомцами. Побольше бы игры. Конечно, им не переиграть своих питомцев. И все-таки...
 
29.jpg
 
Дрессированные слоны СТАНИСЛАВА БАСТЫ
 
Кстати, следом идущий номер (хотя он, не сопоставим по жанру с номером Оковинских) особенно наглядно показывает, как много значит умение создать свой индивидуальный образ и актерски подать трюки. Братья Юзеф и Казимеж Формелла — жонглеры, и жонглируют они в основном лишь мячиками. И не таким уж большим количеством. И нет в их репертуаре каких-то сверхсложных трюков. А между тем номер их смотришь с наслаждением. Ощущение гармонии рождает он. Удивительно приятно общаются братья друг с другом в трюках. И когда один начинает солировать, то другой тактично отступает в сторону, пригашивая, но не прекращая своего движения, с тем, чтобы вернуть его в прежний ритм, когда сам станет солировать. Каждый жест, каждый ход, каждый поворот выработан и выверен и в тоже время выглядит абсолютно свободным, непринужденным. Номер имеет свой графический рисунок, которым, видимо, артисты очень дорожат. Вот подтверждение тому. Один из братьев ровно, спокойно, красиво жонглируя мячиками, неожиданно дает одному из них упасть за спиной почти до земли и в последний миг подбивает его пяткой и ловит взметнувшийся опять вверх мячик в закрепленную спереди на поясе маленькую узкую сеточку, похожую на бильярдную лузу. И продолжает комбинацию, доигрывает этот сложный трюк, как бы говоря: «Вот так могу, но не это главное! Смотрите, как красивы в полете мячики! Как прекрасно вообще движение, тем более когда согласовано оно с партнером!» И вы действительно получаете удовольствие от некичливой ловкости братьев Формелла, от их подлинного артистизма.
 
Смело работают на подвешенной высоко под куполом воздушной рамке Ева и Тереза Антарес. Только очень уже озабочены они тем, чтобы побыстрее сделать трюки, спешат, забывая при этом художественные задачи.
 
Еще более отважен эквилибрист на трапеции Ежи Прокоп. Он довольно хорошо исполняет классические в этом жанре трюки. В стойке на голове, раскинув в стороны руки, жонглирует ногами кольца, в том же положении раскачивается от одной полусферы купола до другой. Закрутив тросы, на которых висит трапеция, опять-таки в стойке на голове и раскинув руки — стремительно раскручивается. Делает все это артист изящно.
 
Канатоходцы Самп демонстрируют уверенное мастерство, подают трюки легко, непринужденно. Даже колонну из трех исполняют без видимого напряжения и особой подготовки. Не случайно на конкурсе молодых артистов в Париже они завоевали бронзовые медали. Во многом помог им прийти к этому успеху режиссер Михал Хмелевский, который является художественным руководителем данной программы. К слову, он выпускник нашего ГИТИСа.
 
От турнистов Рикардос ждешь большего. Хотя бы даже по числу и разнообразию трюков. Тем более, что сделать это позволяет и количество участников номера и сам гимнастический аппарат — турники с ловиторкой. Но слишком беден их репертуар. Только и запомнился, пожалуй, перелет с полпируэтом одного из гимнастов через турники к ловитору. Этого слишком мало для такой группы. Сам жанр требует темпераментного, стремительного исполнения и насыщенности движением. Нередко в подобных номерах один из участников (чаще всего руководитель) исполняет роль комика, смешными пассажами и фортелями оттеняя работу товарищей. Есть таковой и здесь. Но кроме грима и костюма, его исполнение и линия поведения ничем, к сожалению, не отличаются от остальных партнеров. И так же, как остальных, зрители видят его в одном-двух незначительных трюках. Жаль.
 
Подобный упрек можно отнести и к Терезе и Кристофу Корчак. У них немалая группа животных: лошадь, пони, осел, буйвол, як, лама, козы, собаки. А дело ограничивается, по сути, двумя, от силы тремя средними трюками.
 
Акробатика на батуде, как и групповая партерная акробатика, сейчас широко распространены в спорте. Часто телевидение демонстрирует подобные соревнования. И удивить зрителя, тем более захватить его, чрезвычайно трудно. Поэтому, мне думается, и акробатам под руководством Вольдемара Барея и акробатам под руководством Яноша Соб-чека следует искать в этих жанрах какие-то новые режиссерские решения. И, разумеется, ставить перед собой новые актерские задачи.
 
И вот пример из этой же программы. Дрессировщик лошадей Чеслав Бонецкий демонстрирует, так называемую «Свободу» — старинный классический жанр, виденный-перевиденный несчетное число раз. Все достойно, но достаточно скромно в профессиональном отношении. Однако здесь есть то самое чуть-чуть, которое рождает искусство. И это «чуть-чуть» исходит от самого дрессировщика. От точно найденного им образа и манеры поведения. Одетый в старинный польский костюм, Бонецкий играет пожилого пана, добродушного и чуть лукавого. Легкая ирония сквозит во всем его облике. Играет очень тактично, нигде, ни в одном движении не пережимая. Можно только удивляться и радоваться, как всего несколькими штрихами он мастерски создает образ. А весь номер смотрится свежо.
 
И еще следует сказать вот о чем. Цирковой профессионал прежде всего обращает внимание на то, в каком состоянии и виде лошади, демонстрируемые дрессировщиком, как смотрятся они. Это один из важнейших критериев в оценке конного номера. Питомцы Чеслава Бонецкого в превосходном состоянии — они выхолены, красивы, горячи и в то же время послушны.
 
Обычно цирковое представление венчает крупный, масштабный номер, аттракцион. Так сделано и на этот раз. И перед ним, как правило, ставят неслабый номер, чтобы к концу шло нарастание зрительского интереса, во всяком случае, чтобы не падал эмоциональный заряд представления. А Михал Хмелецкий за шаг до финала поставил номер гимнастов на вертикальном канате, говоря цирковым языком, на корд де пареле. Подобные номера помещают где-то в середине представления в качестве прокладки между двумя сильными. Так что же — режиссерский просчет? Ни в коей мере. Ядвига Равицка с помощью Анжея Петрусяка, манипулирующего канатом внизу, в партере, сумела трюки подчинить интересному образному решению. Ее балетно-акробатическая композиция «Кармен» весьма впечатляет. И подводит представление к финальному номеру на высокой ноте. Так что расчет режиссера точен. Я только не уверен, стоило ли пускать следом на манеж клоунскую четверку с пародийным танцем «Маленьких лебедей» и тем самым размывать, смазывать цельное впечатление от отличного номера.
 
Станислав Баста бывал в нашей стране. Мы знаем его как мастера дрессуры. И на этот раз он подтвердил свой класс. Пять огромных индийских слонов, заполнивших манеж, чувствуют себя на этом пятачке под руководством дрессировщика совсем не тесно, свободно. Несуетно двигаются, легко неся свои мощные тела. Трое из них по знаку дрессировщика послушно и быстро садятся, что для слонов, тем более таких массивных, очень нелегко. Уже одно это говорит об уровне работы. Два слона, находясь на тумбах, танцуют, делают стойку на передних ногах. А один из великолепной пятерки прыгает на двух ногах — задней и передней, ходит на двух задних. Но, пожалуй, коронный трюк номера такой. На крошечной тумбе, на которой даже не помещается целиком ступня передней ноги, слон делает стойку.
 
Завершается все внушительной пирамидой, которую выстраивают слоны. Затем, поднявшись на задние ноги и положив передние на впереди идущего, слоны такой цепочкой покидают арену.
 
Представление окончено. Но я не сказал еще о важных участниках его — клоунской группе в составе Мечислава Патека, Стефана Тарки, Марека Кульки и Адама Смучека. Первое, что бросается в глаза, это отсутствие полноценного репертуара у них. Они много суетятся, много шумят. А по сути дела у них есть всего лишь три сделанных репризы, сценки. Да и то уж очень все это известно и заиграно. В актив им можно занести лишь хоть и известную, но неплохо исполненную сценку с исчезающими в табурете яйцами. Здесь артисты сумели внести кое-что свое, и знакомая сценка засверкала новыми гранями. Если артисты думают сотрудничать и дальше в этом же составе, то им наверняка надо наработать оригинальный репертуар и найти амплуа каждому участнику группы.
 
Итак, мы познакомились с артистами польского цирка «Варшава», и знакомство это, повторяю еще раз, оказалось приятным. Гостеприимно принимал наших польских друзей летний цирк «Дружба», помогал в представлениях и, помогал, на мой взгляд, хорошо, оркестр Львовского цирка под управлением Геннадия Борисова.
 
А. ГУРОВИЧ


#9 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 21 January 2022 - 22:01

Говорящее дерево

 

Художник, вероятно, живет в каждом. Только не каждому дано открыть его в самом себе. Михаилу Ильяеву это удалось.
 
134134.jpg
 
На фото: «Скульптура из дерева Нанайская борьба»
 
Вот уже пятнадцать лет он занимается резьбой по дереву. Интересна судьба этого человека. В прошлом спортсмен, чемпион Москвы по акробатике, выпускник циркового училища, актер и танцор, Михаил Ильяев пришел к увлечению скульптурой, когда ему было уже за тридцать.
 
Вместе с Ильяевым мы листаем фотоальбом. На многих снимках 50-х годов я вижу его совсем еще молодым на арене цирка. Неожиданное несчастье — тяжелая травма, казалось, перечеркнуло его будущее. Иных беда ломает. Ильяев не из таких. Он не смог вернуться в цирк, однако продолжал выступать на эстраде с индийским танцем и шуточным номером «Нанайская борьба».
 
С чего же началось его увлечение резьбой? Обнаружить Ильяеву в себе талант помог случай. Как-то отдыхая на юге, Михаил скуки ради сделал из камешка амулетик — маленькую человеческую фигурку. Вещь всем очень понравилась. Прошло некоторое время, и Михаил Ильяев начал делать в мраморе фигурки танцоров, индийские статуэтки и другие миниатюры. Позже закончил народный Институт культуры имени Крупской.
 
Знакомство с произведениями выдающегося скульптора С. Эрьзи поразило его. Он решил попробовать резать фигурки из дерева. С тех пор дерево — его основной материал. Он любит крепкие породы с красивой текстурой — дуб, ясень, v кап березы, аргентинское кебрачо. Название «кебрачо», кстати, в переводе означает «сломай топор». Неудивительно поэтому, что в своей работе Михаил Ильяев пользуется не только обычными резцами, но и... бормашиной.
 
Его квартира напоминает музей. Комната, коридор заполнены деревянными скульптурами. Кстати, Ильяевым создано всего около четырехсот произведений. Рядом с рабочим столом различный инструмент. Михаил очень гордится тем, что именно ему доверили бормашину и набор стамесок, которыми когда-то работал знаменитый С. Эрьзя и его ученики.
 
На общественных началах Ильяев оформил сказочный городок детской площадке во дворе дома, где он живет. В числе десяти фигур — крокодил и бегемот, скоморох и два витязя, будто охраняющие площадку. Детвора любит играть здесь.
 
Многие работы Ильяева посвящены теме цирка. В его коллекции можно увидеть четвероногих и пернатых «артистов» и целую компанию клоунов. Ильяев изобразил Олега Попова, Алексея Шлискевича. Любопытны композиции «Слон и клоун», «Петуу и клоун». Привлекает внимание рельеф из березы «Цирк на сцене». Из-за занавеса выглядывает лукавая физиономия клоуна- Он дарит зрителям свою ослепительную улыбку. Кажется, еще мгновение и клоун оживет, как Буратино в мастерской папы Карло. И посыплются в зал веселые шутки и репризы...
 
Среди работ Ильяева есть и скоморохи — старинные предшественники современных мастеров арены.
 
— Чем вызван ваш интерес к клоунам? — спрашиваю скульптора.
 
— В 50-е годы мне пришлось одно время работать в Пензенском цирке. Там в программе выступали сразу семь клоунов. $ их числе известный артист Константин Мусин, который мог развеселить даже самого мрачного зрителя. Именно благодаря Мусину я лучше понял, что значит быть настоящим клоуном. В армии, участвуя в художественной самодеятельности, я довольно успешно копировал Мусина. Мне советовали стать профессиональным комиком. Когда я увлекся резьбой по дереву, у меня возник замысел изобразить артистов этого веселого жанра. Есть изображение и самого Константина Мусина.
 
Среди работ Ильяева много скульптурных портретов. В свое время Михаил выполнил портрет Анджелы Дэвис и подарил ей. Ряд произведений Ильяева посвящены антивоенной теме. Две рабртм из этой серии были удостоены бронзовой медали Выставки достижений народного хозяйства СССР.
 
Работы Ильяева приобретены Музеем Льва Толстого в Москве и Музеем Эрьзи в Саранске, выставлялись на ВДНХ СССР, в Доме дружбы с народами зарубежных стран. А семь лет назад состоялась первая персональная выставка Михаила Ильяева. Тогда же ему было присвоено звание лауреата Первого всесоюзного фестиваля художественного творчества трудящихся. Общество советско-германской дружбы организовало его персональную выставку в Берлине, в других городах Германской Демократической Республики. Любопытно, что одновременно Михаил участвовал там в концертах.
 
Уже несколько лет Михаил Ильяев возглавляет созданный по его инициативе коллектив художественной резьбы по дереву при Дворце культуры имени Максима Горького.
 
Недавно Михаилу Ильяеву исполнилось 50 лет. К своему юбилею народный мастер создал ряд новых интересных произведений. С большим успехом во Дворце культуры имени М. Горького прошла выставка работ Ильяева и его учеников.
 
Ильяеву всегда приятно видеть среди посетителей выставки артистов цирка. Он дружит со многими из них. Они подсказывают ему интересные темы, вдохновляют на создание новых произведений, посвященных мастерам сцены.
 
В руках Ильяева немой материал словно оживает и превращается в поистине говорящее дерево.
 
В. НЫРКО

 


  • Статуй это нравится

#10 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 24 January 2022 - 10:27

В свой выходной

Работники циркового искусства! Внесем свой вклад в дело выполнения продовольственной программы!» — такой ярко оформленный призыв появился за кулисами Костромского цирка.

 

31.jpg

В свой выходной участники программы и работники цирка выехали в совхоз «50 лет СССР». Там они приняли участие в сельскохозяйственных работах — занимались ручной прополкой сахарной свеклы.
Артисты-ветераны и молодежь с увлечением работали рядом. Среди тех, кто вел прополку, были заслуженный артист РСФСР Б. Манжелли, секретарь партийной группы программы И. Сидоркина, секретарь комсомольской организации программы А. Оболенский, артисты различных номеров, ассистенты и служащие цирка.
Артист А. Жуков сделал в этот день несколько снимков на полях совхоза.
 
Е МАЙХРОВСКИЙ, заслуженный артист РСФСР



#11 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20885 сообщений

Отправлено 27 January 2022 - 10:23

После бенефиса
 
Был бенефис сатирика. Хорошего писателя. Когда он читал, все смеялись и хлопали, не жалея ладоней...
 

Потом, с красным от пережитого волнения лицом, бенефициант сидел в ресторане, окруженный своими почитателями.

Гости шумели, громко чокались, перебивая тамаду и друг друга, кричали писателю разные приятные слова.

И вдруг один из почитателей пробился к бенефицианту и, схватив его маслеными пальцами за лацкан, объявил: — Старик, ты — Гоголь!

Все зааплодировали. Но тут встал второй:

— Не слушай его! — Ты — Щедрин! Все опять зааплодировали. И тогда встал третий, маленький печальный человек из Киева, играющий в кино роли с кавказским акцентом, и крикнул:

— Зачем Гоголь? Зачем Щедрин? Ты — Шота Руставели!

Все было захлопали, но первый обиделся и возразил:

— Ну уж и сравнил! Гоголя и Руставели! Мне просто смешно...

— Мне смешно за вас обоих, — засмеялся второй. — Вы бы еще сказали Батюшков!

— А чем же, интересно, вам не потрафил Батюшков? — вскинула бровь известная своими нарядами поэтессе.

— Я ничего не имею против Батюшкова, — с достоинством ответил поклонник Щедрина. — Я просто не понимаю, при чем тут Руставели? Вы читали сатиру у Руставели?

— Я читаю только Цветаеву, — сухо заметила поэтесса.

— Вот, слушай женщину! — воспрянул киевлянин. — Я же говорю — Руставели!

— А я утверждаю — Гоголь! — цепко держался своего первый.

— Ваш Гоголь не любил женщин, а зря! Где же он черпал вдохновение? — скинув цыганскую шаль, обнажила жемчужное ожерелье поэтесса.

— Зато Пушкин любил и черпал, — запальчиво высказалась актриса детского театра, которую все не любили из-за мужа-режиссера, дававшего ей главные роли.

— А Щедрин был губернатором! — вдруг заявил почитатель Щедрина. Да так громко, что все от неожиданности зааплодировали.

— Ну а это при чем? Мы же говорим о поэзии? — скривила губки поэтесса.

— Хорошо. О поэзии, — не смутился щедринист. — Возьмем Грибоедова. Он и поэт, и сатирик, и, между прочим, — говоривший многозначительно поднял палец, — Грибоедов был дипломатом, что ему совершенно не мешало...

— Мы, кажется, немного увлеклись... — мягко потянул на себя вожжи застолья тамада.

— Не перебивай, — отмахнулся щедринист. — Когда ты говорил, я, кажется, молчал... Так вот, Грибоедов... Сбил с мысли... Ах, да! Грибоедов был дипломатом, что ему не мешало любить дочь Чавчавадзе...

— А наш Остап Вишня! — вспомнил наконец, что он из Киева, человек с грузинским акцентом.

Постепенно все гости повставали со своих мест и окружили спорщиков. Временами звон бокалов перекрывал голоса, временами — наоборот. Про писателя как-то все забыли. Не совсем, конечно, а немного...

Тогда он расплатился с официантом за стол, вышел на улицу, сел в такси и поехал домой.

За окошком мелькали фонари и редкие прохожие. Брызгал мелкий невесенний дождик. Блестел асфальт. Уснувшие дома смотрели в свои отражения холодно и отчужденно.

— Скажите, вам кто больше нравится — Гоголь или Щедрин? — вдруг спросил водителя писатель.

— Это в каком же смысле? — не понял тот.

— В прямом... Хотя бы кто, на ваш взгляд, писал смешнее, — смягчил вопрос пассажир.

Водитель пожал плечами.

— Врать не буду, не задумывался, — как-то даже с вызовом сознался таксист. — Но у нас в парке часто крутят пленки с рассказами одного юмориста. Вот где смеху! Усохнуть можно! Не слыхали? — и он назвал фамилию бенефицианта.

Писатель крупно и радостно вздрогнул, но промолчал.

— Конечно! — по своему расценил молчание водитель. — Вам все больше интересно смеяться над прошлыми временами. А мы народ простой... Тут налево или прямо?

...А тем временем почитатели бенефицианта, сойдясь наконец во мнении, что лучше всех был Чехов, и немного дивясь зачем им это нужно было выяснить, разъехались.

И вот что самое поразительное во всей этой истории: и гости и сам бенефициант сохранили об этой встрече исключительно теплые воспоминания. Подробности уже стерлись, но осталось ощущение легкости, доброты, взаимопонимания. Этакая чеховская грустинка. Дескать, хорошо посидели, поговорили, да мало...

 

Владимир Альбинин

  • Статуй это нравится




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

  Яндекс цитирования