Перейти к содержимому

Фотодром Шираслана. Новое
подробнее
ВИДЕО. Московские театры во время ВОВ
подробнее
Животные в цирке- наша жизнь, наша самая большая любовь.
подробнее

Фотография

Журнал Советская эстрада и цирк. Сентябрь 1981 г.

Советский цирк. Сентябрь 1981 Советская эстрада и цирк.

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 9

#1 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 08 Февраль 2020 - 18:01

Андрей Николаев: «Я работаю клоуном»

Программа эта рекламируется так: «Комедийный цирк». Эксцентрическое представление. «Я работаю клоуном».

 

3.jpg

Такая реклама закономерна и необходима. Спектакль, который создал народный артист РСФСР Андрей Николаевич Николаев, необычен, и требуется пояснить публике, что она увидит на манеже.

По моим наблюдениям, иные зрители, придя на это представление, ждут привычного: клоун покидает арену — и акробаты или гимнасты уже без всяких шуток демонстрируют сложные трюки, отвагу, ловкость, дерзновенный порыв. А тут шутки, юмор — в каждом номере, да и клоун все время на манеже.

Сейчас можно услышать сетования, что цирк посерьезнел, что в нем мало забавного и смешного. Этому мнению противопоставляется иное соображение — а разве коверные клоуны не компенсируют того, что в том или ином представлении нет комических акробатов, дрессировщиков, жонглеров, музыкантов. Ведь после каждого выступления клоуны разыгрывают комическую сценку, часто занимающую немало времени. И задается вопрос: а если еще будут комики и в номерах, не окажется ли перебора смешного?

Представление, о котором идет речь, убеждает, что юмора не может быть слишком много.

Об Андрее Николаеве — клоуне писали немало, заслуженно высоко оценивали его мастерство. Я поведу речь о Николаеве — главном герое комедийного представления, о режиссере — создателе представления. Спектакль посвящен тому, что клоун Андрюша утверждает право на шутку, на смех, на веселье. Его оппонент, антипод — долговязый юноша в очках, унылый, суровый — стоит за скучную благопристойность, регламентированный порядок, он против забав, розыгрышей, шуток. Стоит Андрюше что-то затеять,— блюститель порядка тут как тут, чтобы одернуть весельчака, запретить. Андрюше приходится лукавить, проявлять находчивость. Он изобретательно и остроумно выходит из создавшихся положений, и веселый смех побеждает.

Андрюша главный герой не только потому, что исполняемые им сценки занимают значительное место, раскрывают основную идею спектакля, но еще и потому, что он оказывается участником выступлений других артистов, часто их равноправным партнером. Над кем-то он подтрунивает, кого-то подзадоривает, вступает в самые различные отношения (даже объясняется в любви). Без его участия многие номера программы не могут быть исполнены, или их потребуется кардинально перестраивать.

Что это за номера? Все они, как уже сказано, так или иначе решаются в комедийном плане. Больше других, пожалуй, впечатляет номер, названный «Кадриль» (партерный полет с качелями). В нем вольтижеры отправляются в полет не только из рук ловиторов, но и с качелей, которые раскачивают ловиторы. Это — особенность номера. Выстроен он, как народное увеселение, праздник. Поэтому ему и дали название задорного танца — «Кадриль».

Юмор в сценку вносит комический персонаж. В роли комика — руководитель группы Вячеслав Шатин. Он изображает напыщенного, самовлюбленного сердцееда. Колоритно уже само начало номера. В лихо заломленном картузе, с цветком в петлице выходит ухажер, поддерживая под локоть девушку. Он настолько сосредоточен на собственной персоне, что не замечает, что клоун-шутник подхватил девушку и увел ее в сторону. Когда кавалер наконец обнаружил пропажу своей дамы, им поочередно овладевают растерянность, недоумение, возмущение, гнев. Он жаждет объяснений с соперником, зовет на помощь партнеров.

И дальше клоун Андрюша не удерживается от того, чтобы не посмеяться над напыщенностью, самомнением ухажера. Но оба персонажа — клоун и кавалер — весьма добродушны и, попетушившись, сами гасят конфликт шуткой.

Шатин убедительно создает комический образ. Вначале самовлюбленный тип так озабочен тем, какое он производит впечатление на девушку, на зрителей, что забывает о партнерах, об устройстве аппарата и, разбежавшись, натыкается на стойку, пролетает мимо рук ловитора и шлепается плашмя на ковер и т. п. Лишь когда его мнимые соперники, да и сама девушка проделывают сложные трюки, легко и ловко перелетают от ловитора к ловитору, он берет себя в руки и показывает, на что способен, — тут у него есть все основания задрать нос, ждать бурных признаний своих успехов.

Шатин проявляет себя умелым гимнастом, как, кстати, и все участники «партерного полета», но, кроме того, он выразительно передает свои эмоции, он изобретательный комик, достойный партнер Николаева.

Если говорить дальше об участниках представления, владеющих актерским мастерством, талантом перевоплощения, надо сказать об исполнителях номера «Музыкальное недоразумение». Один из них — А. Николаев. Только клоун Андрюша собрался проделать свою очередную шутку, как объявляют, что выступает «солист самого большого театра». Выходит скрипач несколько старомодного облика, явный приверженец строгой классики. Андрюша недоволен: как это так — ему перебежали дорогу. Он старается досадить скрипачу. Вначале нарочито громко восхищается его игрой, затем у него появляется необходимость что-то распилить прямо на манеже, а там он выпускает собаку, которая своим лаем пугает почтенного скрипача. Солист пытается с достоинством провести свое выступление. И в этом столько уморительного комизма! Однако ему все труднее сохранять спокойствие. Он выходит из себя, его охватывает гнев, он в бешенстве. И тут с музыканта слетает широкий смокинг, мешковатые брюки, и перед зрителями в своем легком светлом платье предстает заслуженная артистка РСФСР Елена Амвросьева.

На иных принципах строится выступление акробатов-прыгунов с бочками Ларисы и Виктора Сунгуровых. Их не назовешь комическими персонажами, скорее, уж лирическими. Но взаимоотношения их на манеже окрашены юмором. Проделывая сложные трюки, они все время подтрунивают друг над другом. Скажем, юноша вдруг провалился в одну из бочек, и девушка пытается вытащить его за вихор. Потом она прячет от него кружку, из которой он собирается напиться, и ему приходится совершать замысловатые прыжки, чтобы добраться до цели и хитростью овладеть кружкой. Номер не только восхищает сложными прыжками, но то и дело вызывает в зале веселые улыбки.

Есть в программе номер-пародия «Комическое танго». Это колоритная сценка, в которой танцевальные движения сочетаются с акробатическими трюками эксцентрического характера. В ней высмеиваются этакие роковые, «африканские» страсти. Кавалер демонического типа, а его партнерша выглядит беспомощной жертвой, которую можно крутить как угодно, хоть вниз головой ее передвигать. Впрочем, у партнерши заметно несколько ироническое отношение к усатому партнеру во фраке, она не прочь при случае поставить его в глупое положение. Объявляется, что исполняют номер Сусековы, но раскрываем секрет — это уже знакомый нам Вячеслав Шатин и Александра Сусекова.

Оригинален номер «Веселый трубочист» акробата-мима Александра Романовского. Трубочист собрался заняться своим реже с лом, но вынужден вступить в борьбу с огромным пауком.

В номере «Баба Яга» два исполнителя — Нина Берестова и опять Андрей Николаев. Клоун Андрюша поет серенаду, и появляется избушка на курьих ножках, а из нее выглядывает Баба Яга. Она решает покорить клоуна, превращается в роковую красавицу с безудержным темпераментом, выражающемся в огневом танце, в акробатических прыжках. Невозможно устоять перед ней. Клоун покорен, падает на колени. И лишь под белой фатой он снова обнаруживает лицо Бабы Яги.

Стоп. Те, кто в свое время побывал на представлении, наверняка заявят: «А мы этого не видели. Баба Яга ни в кого не превращалась». Верно, и я не видел этих превращений, а описываю номер так, как он задуман, как он должен выглядеть по сценарию. Дело в том, что еще не готовы специальный костюм и все необходимое для трансформации.

Тут пришло время сказать о трудностях, с которыми сталкивался создатель спектакля. Сам Андрей Николаевич говорит об этом неохотно. Чувствуется, ему досадно переключаться с творческих проблем на разговор о всяких неурядицах. А их очень много.

Стоит напомнить, что представление «Я работаю клоуном» создавалось в Московской дирекции «Цирк на сцене» четыре года назад. Два года назад оно перекочевало со сцены на манеж. Но работа над спектаклем еще не завершена, коллектив в становлении. Процесс затянулся.

С горечью говорит Николаев о помехах. Скажем, было такое: они закончили репетиции нового номера, можно показывать его публике, но нет костюмов. Вместо костюмов приходит приказ о продлении репетиционного периода. Была предоставлена им возможность подготовить конный номер. Отлично! Собраны исполнители, утвержден руководитель, время идет, но нет лишь одного... лошадей. Наконец после многих напоминаний стали получать списанных коняг и т. п. А если дело хоть чуть продвигается вперед — это радует.

— Три месяца продолжались гастроли в Минске, — говорит Николаев, — и тут нам наконец помогли сшить костюмы. Спасибо.

В «Цирке на сцене» с Николаевым работал опытный администратор Я. Ривес. Потом на Николаева свалились все административные и хозяйственные заботы. Он вздохнул с облегчением, лишь когда директором коллектива назначили В. Канищева. Тогда Николаев смог больше времени и сил отдавать творческим вопросам. А тут еще много нерешенного. Скажем, для выступлений в столичном городе — Минске в программу для ее «усиления» включили несколько номеров. Сами по себе они неплохи, обладают несомненными достоинствами, но включены на время. Главный герой — Андрюша в них разумеется, не участвует. Это наносит ущерб единому замыслу, цельности спектакля.

Может быть, действительно маловато номеров? В коллективе были созданы два новых номера. Ставил их, как и все остальное, Николаев. Работая с исполнителями, он добивался от них не только четкого овладения эксцентрическими трюками, но и актерской выразительности. Андрей Николаев совершенно справедливо считает, что цирк, как любой вид искусства, призван дать пищу уму и чувствам. А если в номере отсутствует мысль, не выстраивается образ, он не может увлечь современного зрителя, знакомого (хотя бы по телевизору) с лучшими произведениями сцены, экрана, эстрады, да и цирка, с лучшими мастерами всех видов искусств.

Андрей Николаевич прилагает немало усилий, чтобы участники коллектива были непременно артистами. Он организует с ними регулярно занятия, в .частности по актерскому мастерству. Занятия серьезные, интересные. Ведь А. Николаев доцент ГИТИСа имени А. В. Луначарского, там он ведет на заочном отделении курс эстрадной режиссуры. Среди его студентов С. Дитятев, А. Пугачева, А. Елизаров, и другие эстрадные исполнители, чьи имена хорошо известны. Так что педагог опытный, знающий, лишь бы его цирковые ученики, партнеры по спектаклю, были восприимчивы, стремились побольше усвоить.

Недавно два новых номера были включены в программу коллектива. Один из них «Бал шутов» (группа акробатов на батуте под руководством Валерия Владимирова). В основе номера — несложный сюжет, а мысль такая, что низкопоклонство, карьеризм, борьба за власть, процветавшие при дворах монархов, к сожалению, еще не исчезли с исчезновением монархов. На троне восседает король (его роль исполняет А. Николаев), придворные в цветистых средневековых костюмах стараются заслужить его благосклонность, превзойти один другого в верноподданнических прыжках (проделываются сложные трюковые комбинации на батуте). Но исчезает король, трон свободен, и тут чопорные придворные превращаются в откровенных соперников, разгорается жестокая борьба. (Опять же, сольные и групповые прыжки на батуте с элементами вольтижной акробатики). Надо отметить, что трюки, вызывающие улыбки, смех, оригинальны и, добавлю, весьма сложные.

Второй новый номер — «Ковбойские страсти» — демонстрируют каскадеры-акробаты на лошадях под руководством Руслана Кантемирова. Это не только пародия на пустые ковбойские фильмы, но"и насмешка над показной лихостью, излишней самоуверенностью.

Бесстрашные ковбои, скажем, пасуют перед молоденьким бычком, а он, когда ему надоедает гонять ковбоев, убегает по проходу наверх, «на волю», оставив их в полной растерянности.

Или на манеже вдруг появляется индеец на скачущем коне. В американских фильмах обычно отважные ковбои преследуют индейцев, а тут наоборот — индеец (в нем мы узнаем А. Николаева) разгоняет хвастунов и задир. В номере немало комических ситуаций. Карикатурно изображено родео. Ковбои садятся мимо лошадей, а та на плечи товарищей. Или же долговязый наездник срывается с лошади, но не отпускает седла и, растянувшись во весь рост, проезжает по барьеру. Впадая в панику при виде индейца, два ковбоя пытаются одновременно с двух сторон запрыгнуть на скачущую лошадь, сталкиваются, падают, снова вступают в борьбу. Подобных трюков, трюковых комбинаций немало — падения, столкновения и т. п. Известно — в цирке сложнее изобразить неумение, неловкость, чем чисто выполнить трюк.

В этой сценке, как и во всех остальных, трюки служат прежде всего созданию определенной картинки, раскрывают отношение персонажей друг к другу, к происходящему, несут четкую мысль, служат созданию образа.

Работа над спектаклем продолжается. Совершенствуются номера, уточняется их композиционное построение. Есть смысл четче определить фигуру противника клоуна. Кто он — этот строгий, унылый субъект? Почему он наводит порядок на манеже — он что, директор, главный администратор, распорядитель?

Есть все основания не сомневаться, что спектакль будет совершенствоваться.

Разумеется, не каждой программе быть юмористической. Искусство цирка многогранно, и закономерно создание представлений, в которых преобладают героика, романтика, может быть, лиричность. Но работа А. Николаева, создавшего эксцентрический спектакль, еще раз показала богатые, широкие возможности комического.

В этом эксцентрическом представлении все номера такие разные по характеру, образам, по мысли. В одном случае среди дружной компании гимнастов один оказывается смешон оттого, что у него излишнее самомнение, беспредельная заносчивость, и он расплачивается за это неудачами. Или у исполнителей проявляется присущее жизнерадостным людям тяга к шутке, к розыгрышу.

Есть в спектакле и совсем иные номера. На манеже — картинка далекого прошлого, выглядит она как своеобразная притча, как сатирическое, бескомпромиссное осуждение человеческих качеств и поступков, неприемлемых для нас — советских людей. Или же остро высмеивается мнимая, показная смелость, лихость, которые проявляются лишь в забавах, развлечениях, а не в настоящем деле. И тут же разыгрывается, можно сказать, психологический этюд. Оказывается, весьма забавно наблюдать, как излишне чопорный человек безуспешно пытается сохранить благопристойность в ситуации, в которой это сделать невозможно.

Так что в представлении и непримиримая сатира — резкое осуждение, и комизм, — так сказать, дружеская критика, и добродушная улыбка юмориста. Спектакль «Я работаю клоуном» еще раз подтверждает, что смех отнюдь не признак бездумного развлечения — комические произведения манежа способны выразительно сказать о тех проблемах, которые волнуют наших зрителей.

К. ГАНЕШИН
 

 

 

 

 



#2 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 09 Февраль 2020 - 14:20

Новый цирк в Днепропетровске

Набережная имени Ленина в Днепропетровске — место заметное. Нарядная гостиница, магазины, рестораны, возможность полюбоваться красавицей рекой, послушать шум ее волн, бьющихся о гранит, привлекают сюда многих. Но особенно людно, оживленно стало здесь с тех пор, как вспыхнули, заиграли над Днепром огни нового цирка.


...Сумерки будто отводят на второй план, убирают в глубину остальные строения — и перед вами на просторной площадке вырастает совершенно удивительное здание из стекла и бетона, по форме напоминающее сказочный шатер. Издалека кажется, что он парит над землей. И только вблизи понимаешь — это обман зрения. Просто к бетонному пятачку, на котором стоит цирк, ко входу, ведут ступени. Давайте поднимемся по ним.

Все по порядку. Прежде всего обращает на себя внимание фойе. Его оформление. Художники сумели придать ему неповторимый вид. С первых шагов зрителя ждут сюрпризы. Главный из них — витражи. А ребятишек не оттянуть от аквариумов. Их тут шесть. С живыми рыбками — диковинными, пестрыми. Есть здесь и два птичника, в которых уже щебечут пернатые, а вскоре сюда переселят певчих из разных стран. Приятно смотрятся оригинальные люстры. Свет их падает на гирлянды зелени, стекающей со стен. Дополняет картину «Человек и природа» уютный летний сад с бассейном. Словом, уже в фойе у зрителей создается особое, приподнятое настроение, ощущение праздника. И это, разумеется, касается не только детей, но и взрослых.

Мелодичный перезвон колокольчика приглашает всех в зал, похожий на огромную чашу. На дне — манеж. Две тысячи мест заполняются быстро.

В этом современном цирковом комплексе купол выполнен в форме шатра. Подвесной потолок смонтирован из алюминия. Действует мощная система кондиционеров. Воздух обновляется несколько раз в течение часа.

Максимум удобств для артистов. Здание имеет не один, а два манежа. Основной и репетиционный. Причем репетиционный — это самостоятельный цирковой комплекс. Отличные гримуборные для выступающих.

Не забыли, не обошли и четвероногих артистов. Им тоже созданы великолепные условия. Просторные светлые помещения для содержания львов, собак, обезьян и других зверей. Отличная конюшня. Прекрасная кухня, где есть все необходимое для приготовления животным пищи. Наконец душ...

И все же привлекает сюда людей не уникальное здание — они приходят на встречу с искусством цирка, всегда молодым и смелым. Именно оно покоряет их, вселяет веру в огромные возможности человека...

Большой успех имела первая программа нового цирка «Карнавал идет по свету». Пришлась по душе зрителям и вторая — «Наши гости». Успех не случаен. Его определяет высокий художественно-творческий уровень спектакля. Но каждый последовательно развивает основную тему постановки — красоту и мужество современного человека, утверждение великого праздника жизни. Не последнее место тут занимают музыкальное оформление, балет, костюмы, напряженный ритм представления. Но, конечно, главное — мастерство артистов. Каждое выступление горячо принимается зрителями, впечатляет...

Заслуженный артист РСФСР Анатолий Марчевский ведет первое отделение спектакля «Наши гости». Его выступление умело срежиссировано и поставлено. Сам коверный демонстрирует незаурядные актерские возможности. Да, он владеет всеми классическими приемами своего жанра. Но вот что характерно именно для этого мастера: любой самый гротесковый трюк неотделим у него от характера лирического героя, образ которого талантливый артист создает прямо на наших глазах. Перед нами — добрый и немного грустный человек, озорной и находчивый, веселый и энергичный, со всеми слабостями и радостями, присущими каждому из нас. Именно поэтому он сразу завоевывает сердца.

Запомнился многим и занятный номер с собаками Виктории Сквирской. Рослые сильные животные, в основном служебных пород, появляются без привычных бантиков и платочков, да и вообще манеж свободен от реквизита. Дрессировщица выходит с красивыми животными и показывает, как много они могут сделать. И четвероногие артисты стараются вовсю. Прыгают через скакалку, крутят кульбиты, проносятся через обручи. Создается впечатление, что весь этот собачий ансамбль действует самостоятельно, без помощи дрессировщицы. Каждый знает свое дело и четко его выполняет. Во всяком случае, глядя на милейшего черного пуделя Митю, на то, как он отчаянно и увлеченно работает, поражаешься, что такое возможно.

Удачно сделана, скажем, такая сценка. Шесть собак сами поднимаются на «оф», сами выстраиваются по росту, как дисциплинированные школьники. И самая крупная ведет этот отряд сначала по всему манежу, а затем увлекает за кулисы. Слов нет, собаки молодцы. Но отдадим должное их наставнице. Ведь это заслуга Виктории Сквирской, что животные умны, красивы, полно раскрывают свои способности. За каждым трюком — огромный труд дрессировщицы. Скажем, сальто-мортале исполняется на манеже в течение секунд, а репетируют его целый год. Зрители об этом даже и не догадываются. Они видят яркое, интересное выступление.

Отмечу и огненных джигитов из Узбекистана под руководством народного артиста СССР Хакима Зарипова. Без лихих наездников, пожалуй, не обходится вообще ни одно цирковое представление. Это всегда увлекательное зрелище. Номер Зарипова не исключение. Усиливают впечатление красочные национальные костюмы, трюки, скорость. Перед вами как бы оживают страницы восточных легенд. Конники Зарипова придают программе неповторимую романтическую окраску...

Внимания заслуживает каждый номер спектакля, но все-таки «гвоздем программы» остается аттракцион «Львы Африки» Николая Сквирского. И потому о нем — подробнее.

...Львы появляются на манеже неожиданно. Сначала одни, без дрессировщика. Ведут себя легко, свободно, будто они на воле, в опаленных солнцем саваннах, резвятся, играют. Но эта «разминка» тотчас кончается, как только в клетку входит укротитель. Только что праздно разгуливающие хищники сразу превращаются в заправских «артистов», ловких и шустрых. А ведь львы, в отличие от тигров сонливы и тяжелы на подъем. На воле спят 18—22 часа в сутки. Открывают глаза, чтобы напиться или насытиться пищей, добытой львицей. Так что «раскачать» льва дело не простое.

В работе Сквирского новизна многих трюков идет как раз от активного движения животных. Так, лев Арамис в ходе спектакля сам подползает под Сквирского, и дрессировщик гарцует верхом на нем по манежу. Как только укротитель спрыгивает со льва, другой лев тотчас подключается к этой оценке и затевает с Арамисом игру в «чехарду». Одно действие вытекает из другого. Причем все это выполняют животные, масса которых часто превышает 300 кг. Так, один из львов — Портос — весит более 400 кг. И пусть не обманывает иных зрителей кажущаяся покорность и флегматичность этих зверей. Они способны в секунду выстрелить бешеный заряд энергии, далеко не безопасный. И укротитель проявляет недюжие волевые качества, управляя своим грозным «коллективом». Причем не со стороны. А в максимальной близости от хищников, входя с ними в непосредственный контакт. Это и «объятия» и «голова льва на плече». Или «ладушки». Почему здесь не срабатывает инстинкт дикого зверя? Ведь согласно ему лев выпускает когти в лапе, занесенной для удара. Сквирскому удалось «обмануть» природу. В аттракционе много трюков сложных. Это и «чехарда» и поперечный баланс двух львов на буме или такая сценка: на спины двум львам кладется «мостик», на который садится третий лев и застывает как изваяние на «оф». Всего не перечислишь. Это нужно видеть. Одно заметим. Каждый выход — премьера. Нельзя предугадать, что произойдет в следующую секунду. Ведь во время работы с одним львом за спиной — еще несколько. Поэтому нужно быть всегда в форме, чтобы звери не почувствовали «слабинку», не усомнились в силе и власти укротителя. А это достигается упорными тренировками.

Разумеется, конфликты случаются. Но совсем редко. Отношения у Сквирского со львами самые дружеские. Полный контакт укротителя с животными, взаимное уважение.

Время берет свое. Животные стареют. На смену приходит новое поколение гривастых артистов. Им Сквирский уделяет особое внимание. Ведь это будущее аттракциона. Он смело подключает молодежь, вводит их «партнерами» к уже опытным львам.

В современном аттракционе с хищниками одного только укротителя мало. Чтобы создать настоящее произведение искусства, требуется союз творческих сил. Так родился замысел представления для детей, главным персонажем которого должен стать лев Бонифаций. Сегодня к работе уже подключились сценарист А. Братов, композитор А. Кальварский, режиссер М. Москвин, художница Л. Федорова. Творческие силы, как в настоящем театре. Только все роли в нем исполняют не люди, а львы. Правда, сам дрессировщик считает их полноправными коллегами. Сквирский так и говорит: «Мы собираемся с Портосом совершить рекордный прыжок». Это он имеет в виду прыжок верхом на льве с тумбы на тумбу без лонжи. Словом, у Сквирского много новинок, задумок. И мы их скоро увидим. А пока...

Под гром аплодисментов, перекрывающих звонкую медь оркестра, укротитель принимает из рук маленькой девочки букет ярких гвоздик и вручает их льву: «Это тебе, заслужил!» Награжденный важно направляется к тумбе, унося в зубах подарок. Все. Представление окончено. Гаснет круг манежа. Публика расходится. Но у каждого зрителя надолго останется в памяти вечер, проведенный в новом Днепропетровском цирке. И он непременно захочет вернуться сюда еще раз. Снова.

С. АРУТИНОВ

 



#3 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 09 Февраль 2020 - 14:38

О конных номерах Зинаиды и Юрия Бирюковых

 

О новых конных номерах, созданных жонглерами-акробатами Зинаидой и Юрием Бирюковыми, — фоторассказ.

 

17.jpg
 

Читатели, разглядывая эти фотографии, увидят необычное. В цирке, как известно, даже львы катаются на лошадях. А тут кони сами превратились в наездников. Вот пара лошадей вывозит тележку, а три других бегут рядом, прыгают на нее, оттуда — на манеж, а затем вновь на тележку. Темп убыстряется, повозка мчится галопом, но лошади-наездники не отстают, как заправские жокеи завершают они серию трюков эффектной пирамидой.

Как случилось, что жонглеры Бирюковы стали дрессировщиками? Можно, конечно, рассказать о том, что Юрий, сын клоуна Евгения Бирюкова, с детства любил этих благородных животных, внимательно приглядывался к работе Бориса Манжелли, к репетициям других конников. Если разрешали — чистил, кормил лошадей. Но эта детская привязанность могла и не вылиться ни во что серьезное, если б Юрий Бирюков, закончив ГИТИС и получив диплом режиссера, не задумался над тем, где и как применить полученные знания.

Конечно, можно переоформить свой номер, можно помочь коллегам. Но артист знал, помнил: те, у кого в цирке была своя конюшня, готовили по нескольку программ. Это особенно манило: иметь базу, на основе которой можно мобильно создавать новое и новое.

Юрий Бирюков перечитал, пересмотрел множество материалов о конном цирке, после чего засел за сценарий и строил его по принципу: предлагать трюки и композиции, которых еще не было. В Союзгосцирке одобрили его замысел, в результате чего появились «Лошади-наездники». Потом — «Конный дивертисмент». Как и положено в дивертисментах, один номер сменяется другим. Они различны по стилю, по настроению, но их объединяет новизна трюков и яркая зрелищность.

Звучат фанфары. Девушка выезжает на паре лошадей, за парой движется четверка. Артистка (С. Рослякова) исполняет на рыси элементы гротеска, а четверка, послушно следуя за нею, совершает всевозможные перестроения. Создается полное впечатление, что лошади подчиняются каждому мановению руки. Чуть заметный жест — и прекрасная четверка разом опускается на колени, образуя живые ступеньки, по которым наездница легко сбегает на манеж.

Девушка скрывается за кулисами, уводя с собой двух лошадей, а четверка остается. Тогда-то и понимаешь: всем действием управляет Юрий Бирюков. Но тут опять звучат фанфары, возвещая начало другого конного номера. Это Зинаида Бирюкова привела с собой клоунов, они на таких высоченных ходулях, что лошади свободно пробегают под этими ходулями. Клоуны пытаются преградить им путь, однако это не удается. Игра увлекает всех. Особого накала она достигает, когда один из клоунов шагает вдоль барьера, а лошадь, пробежав под ним, тут же выполняет «свечу», то есть резко встает на дыбы. Просто невероятно, как удалось человеку устоять на ходулях. В следующий раз лошадь непременно собьет его с ног! Но, как и должно быть в цирке, рискованная игра завершается благополучно.

А вот еще фотография, где лошади кружатся в вальсе. Это фрагмент третьего номера Бирюковых — так называемая «Классическая шестерка».

За три года подготовлено три интересных номера, а впереди новые планы. Задумай сюжетный спектакль, где будут действовать простодушные и смекалистые клоуны, храбрые акробаты» ловкие жонглеры и, конечно, умные дрессированные лошади...

Г. СТЕПАНОВА



#4 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 09 Февраль 2020 - 15:11

Всесоюзные конкурсы на лучшие литературные и музыкально-эстрадные произведения для эстрады

 

В соответствии с постановлениями коллегии Министерства культуры СССР в декабре 1981 года — апреле 1982-го будут проведены Всесоюзный конкурс на лучшие музыкально-эстрадные произведения и Всесоюзный конкурс на лучшие литературные произведения для эстрады.
 

Оба конкурса проводятся Министерством культуры СССР совместно с республиканскими министерствами культуры.

Главная их цель — способствовать созданию актуальных, идейно значимых и высокопрофессиональных произведений для эстрады. К участию в конкурсе приглашаются все композиторы и поэты нашей страны, все литераторы (как профессиональные, так и начинающие).

На конкурсы принимаются только оригинальные сочинения, ранее не опубликованные и нигде не исполнявшиеся. Только тексты песен могут быть из числа опубликованных.

На музыкально-эстрадный конкурс принимаются песни продолжительностью звучания не более шести минут; танцевальная музыка и инструментальные композиции — продолжительностью не более восьми минут; оркестровые композиции и фантазии на песенные темы — не более двенадцати минут звучания.

Авторы должны представить четко написанный черной тушью материал: подтекстованный клавир песни в двух экземплярах и отдельно тексты, напечатанные на машинке в четырех экземплярах; партитуры инструментальных и оркестровых произведений в двух экземплярах, написанные черной тушью. Если текст песни написан не на русском языке, следует приложить четыре экземпляра подстрочного перевода на русский язык.

Литературно-эстрадный конкурс проводится по следующим жанрам эстрадной драматургии: монологи, фельетоны, интермедии, скетчи, репризы, музыкальные фельетоны, куплеты, сюжетные или тематические произведения для конферансье.

Сочинения перечисленных жанров могут быть написаны в прозе и стихах героического, лирического, юмористического и сатирического планов, убедительно раскрывающие образы советских людей, их трудовые подвиги, а также критикующие разные негативные явления, мешающие коммунистическому строительству. Произведения могут быть посвящены военно-патриотической теме, борьбе за мир и дружбу народов, охране окружающей среды, учебе, спорту, сфере обслуживания и т. д.— могут охватывать все аспекты советской действительности. Объем конкурсных сочинений — не более пяти машинописных страниц. Рукописи представляются на русском языке в четырех машинописных экземплярах.

Произведения на оба конкурса следует представлять только под девизами с приложением запечатанного конверта, содержащего указание подлинной фамилии, имени и отчества авторов, их адресов. Все конкурсные сочинения следует направлять в адрес республиканских министерств культуры с пометкой: «Всесоюзный конкурс на лучшие музыкально-эстрадные произведения» или — в другом случае — «Всесоюзный конкурс на лучшие литературные произведения для эстрады».

Последний срок представления материалов — 31 декабря 1981 года. Для почтовых отправлений срок представления отмечается по штемпелю места отправления.

Работы, присланные с несоблюдением указанных условий, а также выполненные небрежно, рассматриваться не будут.

Конкурсы проводятся в два этапа. Первый осуществляется республиканскими министерствами культуры в течение декабря 1981-го — февраля 1982 года специальными жюри конкурсов, состоящими из видных деятелей эстрадного искусства. Присуждение премий на первом этапе не предусматривается, конверты с указанием подлинной фамилии не вскрываются.

Все сочинения, отобранные за заключительный этап конкурса, будут направлены в Министерство культуры СССР для рассмотрения их всесоюзными жюри.

Наиболее значительные по своим идейно-художественным достоинствам произведения будут премированы, приобретены Министерством культуры СССР или республиканскими министерствами культуры, рекомендованы для исполнения, издания и записи на грампластинки.



#5 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 09 Февраль 2020 - 15:22

Дирижер минского цирка Михаил Финберг

 

Не знаю, как для кого, но для меня цирк начинается с музыки. Бравурной и будоражащей, светлой и праздничной, специфически цирковой музыки. Без нее немыслимо чудодействие волшебного круга манежа.

У нас в Минске любители цирка с похвалой отзываются о его оркестре. Концертно-эстрадному оркестру Минского цирка через несколько лет исполнится тридцать пять лет. Но, конечно, не возраст определяет лицо творческого коллектива, а само дело, умение, профессионализм, сплоченность и многое, многое другое. И всем этим обладают двадцать музыкантов оркестра, во главе с его художественным руководителем Михаилом Финбергом.

Пока главный дирижер не взмахнул палочкой, хотелось бы привести слова народного артиста СССР Олега Попова: «Приезжаю в самый плохой цирк, но если узнаю, что там играет минский оркестр, то этот цирк для меня — самый лучший...». В словах этих — добрая оценка долгого пути оркестра со всеми его сложностями, со всеми радостями.

А теперь... теперь дирижер взмахнул своей палочкой.

И это не просто жест, а приглашение в прекрасный сказочный мир искусства, имя которому — цирк.

Мы аплодируем исполнителям номеров, реприз, сценок, аттракционов, только что показанных на манеже и пережитых нами, и, вполне естественно видим прежде всего перед собой их непосредственных создателей — артистов. И, пожалуй, редко когда в эти минуты вспоминаем музыкантов. А ведь в представление заложен их труд и талант.

По словам руководителя оркестра Михаила Финберга, в каждой программе приходится исполнять примерно восемьдесят музыкальных произведений и фрагментов, которые относятся к разным жанрам — симфоническая, народная, эстрадная, джазовая музыка. А если учесть, что перерывы, так называемые «пересменки» между программами составляют буквально считанные дни, то нетрудно представить себе, какая колоссальная нагрузка ложится на плечи каждого оркестранта.

—    Что же нам помогает? — переспрашивает Финберг и отвечает: — Прежде всего то, что каждый из нас весьма строго подходит к музыке. Знает свою задачу. Ведь музыка должна способствовать не только раскрытию художественного образа номера и даже отдельного трюка-нюанса, но и обогащать их эмоционально. Кроме того, необходимо, чтобы музыка отвечала характеру драматургии номера, аттракциона и всего циркового спектакля.

—    И все же, — говорю собеседнику, — каковы ваши первые шаги, когда готовится очередное представление?
—    Сначала тщательно, как руководитель оркестра, расспрашиваю артистов об их номерах, смотрю на репетиции их выступления. Затем стараюсь найти соответствующее музыкальное решение каждого номера, всего представления.

Замечу, артист должен иметь нотный материал своего выступления. Но — увы! — подчас этот материал находится в плохом состоянии, случается, вообще отсутствует, а то устарел, не соответствует характеру номера, просто-напросто современным требованиям. Вот и начинаешь в пожарном порядке подбирать музыку к спектаклю. И, как следствие, в первые дни показа новой программы те или иные накладки. Потом все отстаивается и идет как надо. Но ведь и в первые дни, говоря языком производственников, мы должны давать зрителю высококачественную продукцию...

Кстати, о подобных сложностях автору этих строк доводилось слышать и в других наших цирках. Тут сказывается насыщенный до предела график работы стационаров, при котором разрыв между программами составляет, случается, всего два-три дня. Тем не менее выход есть. И видится он в более четкой и требовательной работе над номерами, над их музыкальным оформлением, чтобы это не было заботой на местах, в цирках, куда артисты приезжают выступать.

—    После генеральной репетиции новой программы, — продолжает рассказ Финберг, — собираем художественный совет оркестра. Кто в него входит? Наши ведущие музыканты — концертмейстеры групп, белорусские композиторы. Здесь с учетом всех замечаний, предложений принимаем окончательное решение по музыкальному оформлению...

Оркестр Минского цирка — самостоятельный эстрадный ансамбль, который отличает высокое мастерство и профессионализм. Свидетельства тому — его выступления по Белорусскому телевидению и радио, музыкальное сопровождение кинофильмов. К слову сказать, и о самом оркестре белорусские кинодокументалисты создали интересный музыкальный фильм. А совсем недавно оркестр записал пластинки с музыкой известных белорусских композиторов Евгения Глебова и Игоря Лученка.

Не сразу, не вдруг приходит успех, а главное — признание.

Когда одиннадцать лет назад Михаил Финберг пришел в цирк, а спустя год стал главным дирижером, то оркестр уже имел свои добрые традиции, доброе творческое имя. Достаточно сказать, что у руководства его в разное время стояли заслуженный артист БССР Борис Райский (ныне главный дирижер симфонического оркестра Белорусского телевидения и радио), Дмитрий Соколов и заслуженный артист РСФСР Николай Соколов (ныне — главный дирижер нового Московского цирка). Да и коллектив музыкантов был стабильный, творчески одухотворенный.

Перед молодым главным стали нелегкие задачи. Во-первых, следовало сохранить все лучшее, чем располагал коллектив, его традиции; во-вторых, искать новое, открывать свои пути развития и совершенствования, ибо и сама жизнь не стоит на месте. Предпринимать что-либо следовало деликатно, с умом. Ведь дров можно наломать в любом деле, особенно когда это касается творчества.

Что же с самого начала бросилось ему в глаза? Строгая дисциплина, крайнее уважение к артистам, помощь им в подборе и разработке музыкального оформления выступлений, слаженность звучания, чистота строя, хорошая исполнительская манера оркестра.

И в то же время молодой дирижер увидел то, что надо было сделать. Не расширяя состав оркестра (двадцать человек), он ввел белорусские народные инструменты — дудочки, лиру и т. д. (на сегодняшний день состав оркестра выглядит следующим образом: пять труб, четыре тромбона, пять саксофонов и ритм-секция, два исполнителя на ударных инструментах, бас-гитара, исполнитель на клавишных инструментах, орган, синтезатор). Кроме того, были упрочены контакты с белорусскими композиторами. Поклонниками цирка стали молодые одаренные композиторы. Нужно учитывать, что каждое поколение привносит свой стиль, свои ритмы, целые направления. Музыкально грамотнее и требовательнее стала аудитория. На оркестре цирка двойная ответственность — спрос со стороны артистов и со стороны зрителей.

За последнее время в оркестре усилили ритм-группу: ввели много новых звуковых эффектов. Учитывая то, что здание цирка акустически «трудное», баланса в оркестре пришлось кропотливо добиваться с помощью микрофонов.

Сейчас дирижер и музыканты ищут дополнительные краски звучания. Мечтают ввести новые электроинструменты, которые, кстати, на эстраду и радио приходят быстрее, чем в цирк.

Как-то в беседе Михаил Финберг сказал:

—- Очень важно идти в ногу со временем, а то и опережать его. И предопределяется это поиском, обновлением. Этим можно объяснить то обстоятельство, что музыку, на наш взгляд, в плохой оркестровке, мы взяли за правило переаранжировывать. За последние семь-восемь лет почти полностью обновили свою нотную библиотеку. В каждой программе используются новые произведения белорусских композиторов, народная музыка...

Вспомнили мы сейчас и ряд программ, которые прошли с особым успехом. В частности, «Партизанскую балладу», музыку для которой написал народный артист БССР композитор Евгений Глебов. Вспомнили плодотворное сотрудничество с цирком таких композиторов, как народные артисты республики Владимир Оловников и Юрий Семеняко, заслуженный деятель искусств БССР, председатель правления Союза композиторов республики Игорь Лученок. Музыка их «в полный голос» звучала в цирковом обозрении «Молодость моя, Белоруссия», посвященном 60-летию республики и ее Компартии. Прочные контакты установились также с композиторами — Владимиром Будником, Эдуардом Зарицким, Андреем Мдивани, Владимиром Кондрусевичем и другими.

—    Должно быть, с местными композиторами вам как выпускнику Белорусской консерватории, а теперь еще успешно окончившему аспирантуру проще находить общий язык, — говорю Михаилу Яковлевичу Финбергу, — к тому же все они рядом... Проще, нежели из других городов.
—    Почему же? Своими большими друзьями считаем московских композиторов Вадима Людвиковского, Николая Ле-виновского, Богдана Тротюка, Николая Капустина, Бориса Рычкова... Со всеми у нас непосредственные контакты. А вообще, музыку исполняем самую разную, самых разных авторов.

Да, творческий диапазон оркестра довольно широк: произведения классики, советских и зарубежных композиторов, оригинальные обработки народной музыки.

Из одного разговора с музыкантами оркестра мне особенно запомнились слова Бориса Гурьянова — этого «ветерана ветеранов» коллектива или, как его еще с теплотой называли — «наш старшина», который успешно совмещал исполнительскую деятельность с хозяйственными обязанностями. Он, в частности, сказал:

—    Как старожил не буду утверждать, что, дескать, раньше все было лучше. Наоборот, усложнились номера и трюки, аттракционы и представления. Обогатились новыми красками. И, конечно, изменилась и усложнилась музыка. Стала, что ли, более красочная, своеобразная.

Больше отвечает характеру выступления артистов на манеже. Несколько видоизменился состав оркестра. Уделяем больше внимания ритмической стороне, динамике...

Правота слов этих подтверждается представлениями, уже названными выше, а также посвященными 60-летию Ленинского комсомола и советского цирка, детскими спектаклями «Ну, погоди!», «Золушка», «У самого синего моря», «Нестерка спешит за елкой» и др.

Вести всю разнообразную работу было бы, пожалуй, невозможно, не будь в оркестре опытных талантливых музыкантов, спаянных любовью к своему нелегкому делу. Kто же это? Среди них лауреаты Всесоюзного конкурса артистов эстрады трубач Валерий Щерица, ударник Борис Антоненко, гитарист Юрий Хиловец, Анатолий Гилевич (клавишные). Выделяется своими импровизациями саксофонист Римас Кеблнирис. Положительных оценок заслужинают музыканты-концертмейстеры групп. Это — Анатолий Творогов (группа труб), Евгений Савченко (группа саксофонов) под стать им Владимир Шишигин (тромбон), Виктор Мясников (саксофон-баритон) и т. д.

Многие музыканты оркестра постоянно включаются в творческие коллективы артистов советского цирка, выезжающие на гастроли в зарубежные страны. Так, побывали они в странах Африки, в Японии, Чехословакии, Турции, Италии. Дирижер Михаил Финберг не так давно возвратился из Югославии, где выступал с группой артистов цирка во главе с Олегом Поповым.

Вечером я снова иду в цирк. Смотреть представление. Вот и ступеньки, ведущие в цирк. А с чего он, собственно, начинается, цирк? Слышу, как кое-кто, вспомнив известное изречение, применительно к театру, говорит: с вешалки!

Нет, цирк начинается с музыки. Она встречает и провожает нас, а потом долго-долго звучит в нас волшебная музыка цирка.

ОЛЕГ ФОМЧЕНКО



#6 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 09 Февраль 2020 - 15:29

«Акробаты на столах» Вячеслава Черниевского

 

Темп задается первыми резкими звуками труб и ударными. В том же четко очерченном ритме пойдет и весь номер «Акробаты на столах» под руководством Вячеслава Черниевского, когда первый же трюк — сальто врассыпную — становится завязкой целого каскада трюков, беспрерывно следующих один за другим. «Следующих» — не совсем точное определение, это лишь временное обозначение.

 

22.jpg
 

Технически же каждый последующий трюк рождается из предыдущего, причем во все более усложненном варианте. Усложнение идет непрерывно, но без аффектации. Зритель сам поймет всю сложность программы. И он понимает. Так же как понимает и доверие к своему зрительскому чутью — ему не растолковывают, что это трудно, а просто демонстрируют: да, это трудно, но выполнимо и потому прекрасно.

Усложняется не только трюк: сальто заднее, переднее, арабское. Усложняется способ исполнения трюка: в манеже, на столах, на плечах. Площадка прыжка все больше сужается, все более высоким должно быть мастерство, все более совершенной техника. Четкое ритмическое содержание и такое же четкое композиционное решение.

Если попытаться определить стиль этого номера, то это выразится так: строгость, лаконизм, умение тщательно отделить главное и отказаться от многого другого, возможно, более эффектного, но идущего вразрез с основным направлением.

По-разному варьируясь, столы позволяют показать акробатические трюки в разных плоскостях.

Строгим отбором отмечен и общий рисунок номера. В основе его лежит сальто. Но как разнообразен этот трюк! Боковое, «твист», сальто с пируэтом! Есть и уникальный трюк —- сальто-мортале двойной пируэт с плеч в плечи. А связки строятся опять-таки на сальто — заднем, боковом. Кульминация номера — двойной перелет из рук в руки двух верхних партнеров, при этом сверху вниз делается сальто-мортале двойной «твист» с полпируэтом. Постепенное завершение номера выражается даже графически: с рук на руки сверху вниз двойное сальто с пируэтом и двойной бланш на сход и еще один прыжок вниз на манеж — двойное сальто-мортале с двойным пируэтом. Четкая трюковая композиция имеет такую же четкую форму подачи.

В номере игровое начало. Мы словно присутствуем на увлекательных состязаниях, где каждый из участников демонстрирует свое мастерство. Перебежка в середине номера еще больше подчеркивает эту мысль: закончилось состязание на одном снаряде, и спортсмены переходят к следующему. И поскольку перед нами кусочек жизни, а в жизни бывает всякое, причем нередко смешное, то и здесь мы видим и легкое подтрунивание над соседом, и помощь товарищу, потерпевшему неудачу, и игру сильных и ловких людей — словом, идет соперничество; выяснение возможностей друг друга.

«Акробаты на столах» — вполне оригинальное произведение, сделанное не просто профессионально грамотно, но и творчески. Об уникальности некоторых трюков мы уже говорили. Таким же творческим подходом отмечена и общая композиция номера, каждая комбинация которого выразительна и неповторима. Весь номер словно разбит на несколько небольших кусочков, каждый из которых в свою очередь тоже представляет законченную композицию.

Столы выстроены пирамидой — два внизу, третий наверху. Партнеры — полукругом у барьера. И один за другим легкими прыжками взбегают наверх — полная иллюзия морской волны: все выше и выше, к девятому валу. (Вот почему в синих или зеленых костюмах номер кажется более эффектным).

С верхней площадки исполняется соскок, причем у каждого артиста — свой. Последнего верхнего ловят в руки партнеры, выстроившиеся шеренгой. Казалось бы, несложная комбинация, но благодаря умелой композиции, найденному логическому завершению воспринимается как законченный мини-номер. Недаром в этом месте зрители всегда «взрываются» аплодисментами. Потом прием «морская волна» повторится, уже в следующей комбинации. Но повторится в другом варианте — не соскоком на манеж, а подготовкой к еще более сложному трюку — кульминации номера, о которой уже говорилось.

И еще на один момент хотелось бы обратить внимание — на органическую ансамблевость номера. Общеизвестно, как трудно подобрать партнеров. Нужно, чтобы артист мог выполнять всю программу. По этому принципу и набирается труппа. Но отличная физическая подготовка исполнителей — это еще далеко не все. Не менее важен такой фактор, как психологическая совместимость. К сожалению, чаще всего мы видим на манеже только партнеров, делающих общую работу. Ансамблевость номера Черниевского чувствуется сразу. Здесь мы убеждаемся, что люди, исполняющие сложнейшие трюки, спаяны прекрасными узами товарищества.

История создания номера разбивается на два этапа — тот номер, который выпускался из ГУЦЭИ, и тот, который показывается сейчас.

После того, как руководитель Вячеслав Черниевский вернулся в цирк после службы в армии, он с новыми партнерами воссоздал номер. Сам горячо влюбленный в искусство цирка, Вячеслав сумел зажечь своими планами и товарищей по службе и спорту — чемпиона Москвы по акробатике Николая Поникарова (верхний), мастеров спорта Анатолия Зиновьева, Владимира Кусерова, Сергея Зенова. Из всей шестерки только сам Вячеслав и еще один верхний — Владимир Копаев, перешедший в группу из другого номера, избрали профессию циркового артиста с самого начала. Но дружба, взаимная поддержка, которой связаны эти ребята и на манеже и в жизни, помогли им сделать этот сложный и потому действительно цирковой номер.

И конечно же, недаром ребята так признательны своему режиссеру — заслуженному деятелю искусств РСФСР, режиссеру Московского ордена Ленина цирка на Цветном бульваре Виктору Львовичу Плинеру, который не только помог поставить и оформить номер, но и сумел создать атмосферу полного доверия к возможностям каждого.

А. БУЛГАКОВА



#7 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2020 - 10:55


Ирина Бугримова о гастролях советского цирка во Франции

Сравнительно недавно большая группа артистов советского цирка побывала на гастролях во Франции. За три месяца в Марселе, Париже и Лионе было дано 120 представлений, на которых побывало около 500 тысяч зрителей.

 

post-37120-1300046316.jpg

 

АНАТОЛИЙ ГУРОВИЧ попросил поделиться впечатлениями от этой поездки художественного руководителя коллектива Героя Социалистического Труда, народную артистку СССР ИРИНУ НИКОЛАЕВНУ БУГРИМОВУ.

Во Франции довольно богатые цирковые традиции, здесь знают и любят цирк. И весьма неплохо знакомы с советским искусством арены. На наши гастроли сразу же дружно и широко откликнулась пресса, напомнив своим читателям, что это уже десятый, своего рода юбилейный приезд во Францию большого циркового коллектива из Москвы..

А предшествовали гастролям два момента, о которых хотелось бы упомянуть. Программа наша формировалась в Сочи. Здесь мы создавали представление и проверяли его на нашем требовательном зрителе. И отсюда же удобнее всего было бы отправить морским путем животных и реквизит с сопровождающими их служителями. Да и открывалась в этом случае возможность до последнего дня работать над программой, над спектаклем. Но в Сочи, городе-курорте, нет грузового причала, сюда приходят лишь нарядные пассажирские лайнеры с отдыхающими и туристами. И вот еще одно из многочисленных доказательств того, каким вниманием и заботой окружен советский цирк. Нам пошли навстречу: из Новороссийска специально прибыл сухогруз. Чтобы он мог подойти к причалу и 6стать под погрузку, из порта выдвинули на рейд два пассажирских парохода. Забегая несколько вперед, скажу, что в открытом море сухогруз попал в шторм, четверо суток его изрядно трепало. Наконец он прибыл в Марсель, где на следующий же день должна была состояться премьера, а животных г людей сильно укачало. И все-таки первое выступление прошло хорошо. В этом успехе сказалось не только высокое мастерство отдельных исполнителей, но и тот дух коллективизма, товарищеской поддержки друг друга, когда все трудятся на благо общего спектакля, живут его заботами.

А премьера программы в Марселе имела своеобразный пролог в Париже. Сюда за несколько дней до нашего прибытия во Францию по приглашению организаторов международного конкурса жонглеров прилетел Сергей Игнатов. Он выступил вне конкурса и тем не менее был отмечен специальным призом. Его искусство высоко оценили и знатоки и пресса, не говоря уж о публике, покоренной артистической виртуозностью Игнатова.

Уже в Марселе мы почувствовали, какое большое внимание проявляют к нашим гастролям поклонники цирка, специалисты, фотокорреспонденты, журналисты, многие из которых не дожидаясь премьеры в Париже, приезжали сюда из разных городов, да и из самого Парижа. А мы, работая здесь, все время продолжали совершенствовать спектакль, так сказать, настраивая его на волну французского зрителя. Разумеется, не поступаясь при этом ни на йоту своими идейно-художественными принципами. Я говорю об этом не случайно, ибо во время гастролей мы повидали несколько хороших и даже отличных номеров наших французских коллег, а вот цельного впечатления от циркового искусства испытать не довелось. Это были разрозненные номера, скомпонованные довольно случайно. Да и вообще каждый был озабочен лишь собственным выступлением, не помышляя об ансамблевой стройности всего представления. Хотя, следует вновь подчеркнуть, это были целиком французские коллективы, а не сборные программы, как часто происходит на Западе, когда под флагом той или иной антрепризы наскоро собираются гастролеры из разных стран. Конечно, о каком-то стилистическом единстве и цельности спектакля говорить в подобных случаях не приходится.

А у нас был именно спектакль, единый, цельный, окрашенный доброй улыбкой, что не преминула отметить пресса. Мы заботились о месте каждого номера, о характере каждой паузы между ними. И в этом плане особо хочется выделить клоуна Евгения Майхровского. Он превосходно помогал программе, очень хорошо чувствовал публику, держал ритм представления, ни на минуту не затягивая его ради собственных реприз. Поставлен реквизит, подготовлен к следующему номеру — и Майхровского уже нет на манеже. Он будто бы и не солировал, будто бы и не показывал себя, а тем не менее сумел предстать перед публикой в самом выгодном, ярком свете. Все представление было окрашено именно его веселыми, изобретательными и добрыми шутками. И опять-таки мимо прессы это не прошло.

В Марселе мы дали двадцать представлений, прошедших с аншлагами. Но понимали, что главный экзамен нас ждет в Париже, который «видел все». И экзамен этот, судя по реакции зрителей, по оценкам специалистов и газет, мы выдержали с честью. Все восемьдесят представлений, что были даны парижанам за два месяца, прошли с большим успехом.

О Париже рассказывать не стану. Тем более описывать его. Это сделано бесчисленное множество раз. И не мне соревноваться с блистательными перьями писателей. Вспоминается, как даже замечательный советский прозаик Эм. Казакевич, вернувшись из Франции, начал свой очерк словами: «О Париже писать почти невозможно...» — имея в виду, что о нем уже все написано. И потому позволю себе поделиться с читателями лишь двумя приметами из моих впечатлений о самом городе. Париж показался мне очень спокойным, улицы не кипят движением (между прочим, Париж без проводов над головой), нет суеты, спешки, внешний ритм жизни размеренный. Зато под землей он весь изрезан огромным числом станций метро — вот куда упрятана та лихорадочная пульсация, те бесконечные перемещения масс людей, без которых немыслима жизнь такого гигантского города.

И очень много в Париже зелени. Ею декорировано все, что можно. При этом она очень умело сочетается с искусственной зеленью, которая выполнена так, что ее не отличишь от живой. Я бы сказала, культ красоты царит в Париже. Очень ощутима забота об изящном, гармоничном.

Добрых слов заслуживает фирма «Алап», хорошо организовавшая гастроли и предоставившая нам возможность увидеть, что называется, «весь Париж». Помимо экскурсий по городу (к тому же каждому на весь срок пребывания были выданы проездные билеты в метро), посещений театров, например «Гранд Опера», кино, концертов мы побывали в Квартире-музее В. И. Ленина, на кладбище Пер-Лашез, у стены Коммунаров, в соборе Парижской богоматери, Пантеоне, Сорбонне, на Монмартре, в музеях-мастерских Родена и Бурделя, мемориале погибших бойцов Сопротивления, в культурном центре имени Ж. Помпиду, в Лувре.

Причем в Лувре бывали неоднократно, практически каждое воскресенье. Приходили туда к десяти часам, а к часу дня возвращались во Дворец спорта, где работали, ибо в два часа у нас начиналось дневное представление. И если первый раз осматривали картинную галерею со специально выделенным экскурсоводом, то во все последующие посещения нас уверенно вел по залам собственный экскурсовод, прекрасно знакомый с мировым изобразительным искусством,— жонглер Сергей Игнатов. К слову замечу, он привез из поездки по Франции более ста книг по искусству, фактически потратив на них — стоят эти богато иллюстрированные издания очень дорого — львиную долю заработанных денег.

Посетили мы роскошный зоопарк на окраине Парижа, где нас любезно принимал владелец. Это, собственно, не зоопарк в привычном понимании слова, а, как принято называть на Западе, сафари — животные здесь содержатся на свободе и понаблюдать за ними можно, не выходя из машины, которая движется по специально проложенным дорожкам. Правда, Борис и Стуар Бирюковы не вытерпели и вышли, чтобы познакомиться поближе с медведем — опыт общения с этими животными у них уже немалый, да и смелости им не занимать.

Повидали мы и ночной Париж — Мулен-Руж, Лидо, негритянский театр. Постановочные, инженерно-технические средства в них чрезвычайно богатые, краски яркие, костюмы, декорации роскошные, актеры профессионально точны в заданных ролях. А содержание представлений в основном или пусторазвлекательное, бедное, или откровенно пошлое. Например, в Лидо разыгрывалось похищение Моны Лизы. В нескольких шагах от вашего столика хлещет настоящий дождь, не попадая ни одной каплей на ваше платье, гремят выстрелы, и даже приземляется вертолет с полицейскими, и т. д. Техника поразительная, искусства, в сущности, никакого. В другом месте, в бассейне, который хорошо просматривается, плавает красивая девушка. Появляется дельфин и начинает ее раздевать. Это не столько забавно, сколько пошло.

Но, справедливости ради, нужно сказать, что артисты в этих театрах есть очень талантливые, певцы, танцоры, акробаты. Запомнился превосходно сложенный негритянский артист, замечательно владевший мимикой и пластикой. В шуточной сценке «Коррида» он виртуозно и впечатляюще изображал быка.

Однако вернемся непосредственно к цирку. Я уже говорила, что пресса дружно откликнулась на наши гастроли, отметив и единство спектакля и мастерство отдельных исполнителей. Вот хотя бы несколько характерных выдержек:

«Мы выходили из Дворца спорта еще полные восторженного впечатления, когда один мальчик на вопрос мамы: «Что тебе больше всего понравилось?» — быстро ответил: «Цирк! Весь цирк!» Ответ логичный, полный здравого смысла... Триумф Московского цирка это прежде всего триумф всей труппы» («Юманите»),

«Эта десятая программа советского цирка, гастролирующего во Франции, как и предыдущие, предлагает великолепный показ невиданных, если не сказать, невероятных подвигов, но, кроме того, еще и живую радость. Здесь все празднично: цвета, музыка, красота работы.

Улыбка проходит через все четырнадцать номеров, из которых три четвертых являются номерами высшего класса» («Ле матэн де Пари»).

«Марсель, Париж, Лион -— в десятый раз знаменитый Московский цирк на гастролях во Франции. Качество спектакля свидетельствует о жизненности цирка в Советском Союзе, где больше чем когда-либо склоняются к этому народному искусству и не жалеют средств на его развитие, в то время как у нас культивируют идею о закате цирка» («Юманите Диманш»).

Рецензент из «Ле Паризьен» под заголовком «Московский цирк — высший класс!» пишет: «Советские артисты... показывают нам спектакль исключительного качества. Спектакль строгий и ритмичный, способный понравиться как малышам, так и взрослым, как просто любителям, так и специалистам... Если еще говорить об общих свойствах и чертах представления, я бы сказал, что музыкальное сопровождение замечательное, костюмы сделаны со вкусом, а артисты молоды и красивы».

Практически все номера были отмечены, получили высокие оценки. Особенно часто упоминались братья Пантелеенко. Сергей Игнатов, Марина Осинская, Кантемировы, Французовы, Лозовик.

Но наибольший успех выпал на долю Бориса Бирюкова. Вот какая подпись стояла под фотографией Бирюкова со своими питомцами в популярном журнале «Жур де Франс»: «Номер дрессуры Бориса Бирюкова превосходит в смелости все, что до сих пор видели здесь в цирке». И далее в тексте статьи, специально посвященной ему: «...вершиной спектакля является номер, которому аплодируют зрители всех возрастов, — это Борис Бирюков со своими львами. Дрессура львов довольно известный, классический жанр, но то, что удалось сделать Борису со своими хищниками, превосходит всякое воображение».

Приезжали посмотреть наше представление даже из других стран. Посетили спектакль, а потом пришли за кулисы выразить свою признательность за высокое искусство один из представителей знаменитой швейцарской семьи дрессировщиков Кни и известный немецкий дрессировщик и директор цирка Карл Зембах, со львами которого еще в тридцатые годы впервые вышел на арену в качестве укротителя Борис Эдер. Похвала из уст таких знатоков многого стоит.

Во время гастролей в Париже параллельно с нами поочередно работали три французских цирка, с которыми у нас, конечно же, установились контакты. Один из них — маленькое шапито — стоял под Эйфелевой башней. Это, скорее, студия, цирковая школа, руководит ею представительница знаменитого циркового рода Анни Фрателини, музыкальный эксцентрик, клоунесса. Ученики школы показали нам репетицию, в которой тут же принял участие С. Игнатов и провел с юными артистами урок жонглирования. Разумеется, мы пригласили их к себе на представление.

Побывали мы в Цирке де Вер и в Цирке Амар, где есть номера очень хорошего класса, особенно конные. Можно сказать, конный цирк процветает. Старший Грюсс, опытный мастер, отдавший цирку не один десяток лет, спокойно идет по барьеру, а рядом по всему кругу манежа его сопровождает на задних ногах лошадь. Сын Грюсса Алексис, горячий поборник национального цирка, демонстрирует высокое мастерство — с партнершей исполняет на одной лошади па-де-де, не держась за повод. Да такового и нет. Хорошо владеет он и другими жанрами.

Можно было бы рассказать еще о разных интересных номерах. Но именно об отдельных номера, ибо из шести программ, что удалось повидать, ни одна не сложилась в цельный спектакль. Не было в них цементирующего начала, связующего звена, отсутствовал коверный. Достаточно сказать, что в роскошном современном шапито Цирка Амар, созданном по последнему слову техники, программа шла без оркестра — сопровождал ее только барабанщик.

Французские артисты с восхищением говорили о нашем цирке и возможностях для творчества, какие имеют советские мастера арены. Об этом же говорили и многочисленные любители цирка. Их в самом деле много, и это не случайные зеваки у артистического подъезда, а люди, питающие к искусству арены преданную любовь, прекрасно знающие его историю, годами собирающие литературу о нем. Среди них — адвокаты, инженеры, актеры, студенты. Между прочим, во Франции издано и издается большое количество книг о цирке, великолепно иллюстрированных. В значительной мере способствуют выходу в свет этих изданий люди, объединенные в Общество любителей цирка, куда нас пригласили как почетных гостей и довольно подробно расспрашивали о разных сторонах цирковой жизни.

Были у нас и еще интересные встречи, например в Лионе, в обществе дружбы «Франция — СССР». Здесь мы особенно почувствовали благотворность ровного политического климата в отношениях между нашими странами. Атмосфера искренней доброжелательности царила здесь. Но еще более теплой, более значительной для нас была встреча в Париже, в редакции газеты французских коммунистов «Юманите». На прощание сотрудники редакции сделали нам дорогие подарки — факсимильные издания газеты в разные годы, в том числе и номера, выпущенные тайком в годы фашистской оккупации. В самом деле дорогой подарок!..

Много раз об этом говорилось, писалось, но каждый раз это ощущаешь как бы заново — не сравнимое ни с чем чувство, когда встречаешь за рубежом соотечественников. Так было и с нами, когда мы стали в Марселе гостями моряков на супертанкере «Кубань», а они у нас в цирке. Так было в Советском посольстве в Париже, когда мы давали концерт на новогоднем вечере, и в консульстве, на детском новогоднем утреннике. Кстати, мы не обошли вниманием и некоторые французские детские учреждения, проведя там несколько шефских концертов.

Словом, уезжали мы с чувством неплохо поработавших и много узнавших людей. И уже когда были дома, в Москве, как подтверждение этому пришла телеграмма от советского посла во Франции С. В. Червоненко с благодарностью коллективу, хорошо выполнившему большую культурную и политическую миссию.

 



#8 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2020 - 11:48

Смотр-конкурс учащихся ГУЦЭИ, посвященный памяти Леонида Енгибарова

 

У всех, кто выступал в этот день на манеже ГУЦЭИ, было одно желание — выглядеть смешными, вызывать если и не хохот, то по крайней мере улыбку. И им — будущим комикам цирка — это часто удавалось. Если большинство аудитории, состоявшей из товарищей по училищу, родственников, друзей, смеялось во весь голос, то даже бывалые гости —- режиссеры, старые артисты, работники Союзгосцирка — нередко улыбались и аплодировали.

 

И это было лучшей данью памяти выпускника ГУЦЭИ, народного артиста Армянской ССР Леонида Енгибарова, которому и посвящался смотр-конкурс учащихся. Приятно отметить, что дух этого блистательного клоуна и мима царил во всех выступлениях независимо от степени мастерства участников. Даже в тех клоунских эскизах, этюдах, как названы они были в программе, которые показывали первокурсники, не было дешевого комикования, »ру6ых «корючек»; присутствовало, особенно в номерах старшекурсников, стремление выразить через трюк мысль.

Этюды первого курса относились к области музыкальной эксцентрики. Каждый из исполнителей совмещал игру на каком-либо инструменте с другим цирковым жанром, не забывая при этом об их комическом звучании: саксофонист крутил кольца, балансировал на вольностоящей лестнице, жонглировал воздушным шариком; моноциклист играл на трубе; флейтист исполнял песенку на ходулях: дуэт — гармонист и гитарист — балансировал... Гену и Чебурашку. Все это ребята подготовили с помощью педагога И. Букия.

И пусть не все шло гладко — не всегда слушались артистов кольца, кто-то ронял шарики, а иной не всегда справлялся со своим инструментом — но увлеченность юных артистов, их стремление выразить себя движением, жестом, трюком показывали, что они на верной дороге.

Более зрелые, совершенные работы — небольшие клоунские сценки — показали второкурсники Иван Стынка и Виктор Новиков. А Владимир Герасимов и Александр Песков нашли свои оригинальные штрихи в такой, казалось бы, «отработанной» репризе, как «Бокс». Их педагогами — режиссерами были Б. Бреев, Е. Чернов, Ю. Федосеев.

Безусловно любопытным, обещающим комиком заявил себя третьекурсник Александр Руснак с мимической сценкой «Автомат с газированной водой». Педагогом его является В. Шпак, а номер свой ставил будущий артист сам.

Режиссерски изобретательными были клоунады и репризы, подготовленные педагогом-режиссером В. Шпаком с квартетом своих воспитанников-третьекурсников: Сергеем Соломатиным, Владимиром Столяровым, Александром Утконым, Владимиром Стариковым. Отрадно, что училище по давней традиции продолжает готовить артистов из социалистических стран. На этот раз мы познакомились с будущими цирковыми комиками из Болгарии Словейко Словейковым и Марином Романовым (педагог-режиссер Ю. Федосеев).

Добрые слова — надеюсь, они не вскружат голову Эдуарду Акопяну — хочется сказать об этом комическом жонглере. Его подача трюков, манера держаться на манеже своеобразны, в нем уже проглядываются черты несомненной индивидуальности, что безусловно является заслугой и его педагога-режиссера Ф. Земцева.

Завершался показ ученических работ выступлением учащегося четвертого курса Карима Мутурганова с клоунадой «Фонтанчик» (педагог-режиссер Б. Бреев).

В целом смотр резервов отряда цирковых комиков прошел успешно, он показал, в каком направлении ведутся поиски, что можно ожидать от ГУЦЭИ в этом отношении в ближайшие годы. И все же нельзя не отметить некоторую односторонность увиденного. Почти все этюды, репризы, сценки были пантомимическими, слово — это острейшее оружие клоунов — вновь оказалось забытым. Думается, что, если проведенный смотр и посвящен памяти выдающегося мима, это отнюдь не значит, что он должен замыкаться в рамках пантомимы.

Здесь умышленно не приводятся имена победителей этого соревнования на арене, хотя они, естественно, названы жюри. Нам представляется, что конкурсу памяти Енгибарова (уже одно название обязывает!) вряд ли стоит ограничиваться стенами училища: нельзя же сравнивать робкие, пусть и удачные этюды первокурсников с выступлениями завтрашних выпускников, стоящих уже на пороге овладения мастерством.

— Будущее этого конкурса видится в более широких масштабах, например в соревновании молодых клоунов —- выпускников училища последних лет, безусловно, не исключив в нем и участия наиболее одаренных старшекурсников,— сказал инициатор и организатор этого конкурса — директор ГУЦЭИ Сергей Макаров.

К. ЛАНИН



#9 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2020 - 12:56

Цирковой ветеринар Ольга Щукина

Люди самых разнообразных профессий работают в цирке. Среди них — ветеринар. Сама по себе эта профессия довольно распространенная. Но в цирке она приобретает подчас характер неожиданный и потому сложный.


Более двух лет назад пришла работать ветеринаром в Сочинский цирк Ольга Викторовна Щукина, недавно окончившая институт. Ей приходилось лечить коров, свиней, лошадей, а в цирке вдруг перед ней предстал животный мир всех континентов. Трудно было Ольге на первых порах работать в этой необычной обстановке.

Принципы лечения общие, но как, скажем, лечить льва, слона, попугая? Пришлось Ольге снова сесть за книги, изучать особенности экзотических животных. Помогали ей и дрессировщики и служащие, работающие с этими животными.

Ольга Викторовна любит животных и часто, не считаясь со временем, находится у больного пациента сколько надо. Важен ведь точный диагноз болезни для правильного лечения. А как, например, прослушать легкие у морского льва, смерить давление или пульс у удава? Это все не так просто сделать, и Ольге Викторовне приходится искать свои приемы и методы.

Вот и получается: ветеринар, да не просто ветеринар, а ветеринар цирка — особая профессия. Сейчас Ольга Викторовна поступила в аспирантуру и учится дальше.

— Вот какая у нас Оля, — ласково говорят о Щукиной в Сочинском цирке...

Б. ХРИСТИНИН



#10 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 19 447 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2020 - 13:17

Бэтти и Дэззи

Георгий Никитович Аркатов — известный акробат, возглавлявший в тридцатых годах группу Аркадо. Номер этот, вероятно, запомнился всем, кто его видел сложными трюками, удивительной выразительностью, пластичностью, точным слиянием с музыкой.
С 1943 года Аркатов — педагог-режиссер ГУЦЭИ. Он подготовил и выпустил много интересных номеров.
На протяжении ряда лет он сотрудничал в нашем журнале.
Когда готовился к печати этот номер, Георгия Никитовича Аркатова не стало. Мы предлагаем вашему вниманию его последний рассказ.


—    Итак, на этот раз все согласны! В воскресенье торжественно закрываем сезон и в спешном порядке готовимся к переходу в Верный! — говорил дородный, с бритой яйцеобразной головой директор Семипалатинского цирка артистам, сидящим на местах зрителей.

Коренастый, седой наездник вынул изо рта фарфоровую трубку, которая булькала и' хрипела, пропуская дым через водяной фильтр, и спросил:

—    Михаил, почему ты настаиваешь на пешем переходе по бездорожью осенью? Почему не железная дорога?
—    Дорогой Арвид и вы друзья иностранцы! Некоторые из вас давно в России. Вам известна железнодорожная разруха — следствие гражданской войны. Если мы поедем через центральные голодные области — это около десяти тысяч верст, — то будем иметь несколько пересадок, перегрузок багажа, животных и еще рискуем опоздать и приехать к следующему сезону. А напрямик, — директор отважно рубанул ладонью, — в десять раз меньше, через скотоводческий край, где вдоволь мяса и фуража.
—    Прошу не забывать, я имею слонов, а дорога большая, — перебивая говорившего, предостерег дрессировщик слонов сухощавый блондин Джерри Кларк. Англичанин недурно говорил по-русски, но с акцентом, а иногда, даже порывшись в памяти, не находил там нужных слов.
—    Ну-у, мистер Кларк, ваши милые дамы Бэтти и Дэззи у себя в Индии только тем и занимались, что прогуливались по своим джунглям. Пройти тридцать верст для них — легкий променад.
—    Это есть так, если корм и вода. Слон кушает, как десять лошадей, а пьет сорок ведер воды.
—    Знаю,— важно кивнул отполированной лысиной директор.— Фураж достанем у местных крестьян, да и подножный корм еще не закрыт снегом. И двигаться будем с севера на юг. А вода... Ведь мы пойдем через Семиречье, где масса речек, ручьев и озер...

Цирковой караван лишь к полудню тронулся из города, провожаемый толпой местных жителей. Впереди ехала маленькая Лиза — младшая из семьи Сосиных. Девочка гордо восседала на унылом ишаке клоуна Макса, воображая себя в роли караван-баши. Все шествие состояло из десятка наемных телег, которые тянули волы и лошади; несколько верблюдов несли вьюки, цирковые лошади шли на привязи, люди — пешком.

Первые дни, пока держалась хорошая погода, артисты останавливались в населенных пунктах-кочевьях и под открытым небом давали представления из номеров, не требующих подвесной аппаратуры. Но иногда солнце меркло и на выступающих срывался снежок, таявший на обнаженных телах акробатов.

Зрители расплачивались фуражом для животных и продуктами питания для людей, пополняя таким образом запасы каравана.

Главными артистами программы были Бэтти и Дэззи. Скотоводы-казахи, никогда не видевшие цирка и слонов, приходили в неописуемый восторг от всего, что делалось на импровизированном манеже, обозначенном лишь земляным валиком. Особенно нравилась публике танцевальная сценка, когда Бэтти, держа в хоботе губную гармошку, играла на ней под аккомпанемент осла, который, сидя на манеже, усердно колотил передними копытцами по опрокинутому корыту, а Дэззи танцевала на двух ногах, держа в хоботе бубен и ритмично ударяя им по высоко поднятым коленам передних ног.

Заканчивался этот танец неожиданно. Плясунья вдруг начинала бить бубном дрессировщика по голове. Тот в панике нахлобучивал на голову ведро и бросался наутёк с манежа. Но Дэззи проворно догоняла его и подфутболивала ножкой пониже спины так ловко, что бедняжка Кларк, под хохот зрителей, гремя ведром, распластывался на животе, а затем переворачивался на спину, высоко задрав длинные худые ноги в крагах.

В конце второй недели началась пустынная, почти безлюдная степь. Наших кочевников нагнала морозом и накрыла снежной вьюгой зима. От холода особенно страдали слоны, хотя были одеты в теплые попоны и обуты в особые валенки. К тому же стал ощущаться недостаток воды и корма.

—    Где есть ваши семь рек, много ручейков, озер? — сердито выговаривал Кларк директору Михаилу Матвеевичу, которого артисты сокращенно называли Михмат. Михмат заболел инфлюэнцей и теперь лежал в телеге.— Видно, вы слабо знаете географию вашей страны, — съехидничал Кларк.
—    Во-первых, поздно выяснилось, что многие речки и ручьи начисто пересыхают в летнюю сушь; во-вторых, нам встретилось много соленых, а не пресных озер; в-третьих, знать географию моей страны труднее, чем вам, мистер Кларк, географию вашей. Ведь только в один Казахстан, по которому мы шествуем, могут вместиться десяток таких государств, как ваша Великобритания,— отбивался директор, подтягивая к подбородку одеяло.

Обоз расположился на привал в бескрайней степи. Стояла тихая, слегка морозная погода. В огромном котле группа женщин-артисток готовила коллективный обед из целого барана. Шла кормежка животных запасным фуражом. Подошедший к Михмату за очередным распоряжением Петя стал невольным свидетелем этой неприятной пикировки, грозившей перейти в крупный разговор. Желая отвлечь, успокоить разгоревшиеся страсти, он решил вмешаться.

— Дядя Джерри, извините, что вмешиваюсь в разговор, но еще за месяц до нашего отъезда Михм... Михаил Матвеевич предлагал трогаться, не мешкая, на юг. А вы, да и большинство из нас, были так увлечены повальными аншлагами, что и слышать не хотели о закрытии сезона.

Опустив голову, Кларк постукивал по краге стеком с серебряной рукояткой в виде лошадиной головки. Выпряженные из ярма, плохо кормленные, взъерошенные лошади упорно топтались возле директорской «колесницы» и украдкой выдергивали сено из-под больного.

—    Да-a, все дело в том, что мы упустили погоду и позволили зиме обогнать нас, — оживился директор, с трудом приподнявшись.

Обвисшие, желтоватые щеки его чуть порозовели. Он снял шапку-ушанку и, поглаживая голову, ощетинившуюся на висках и затылке неожиданно ярко-рыжими всходами, продолжал:

—    Я плохо сплю по ночам. Слышу, как над нами пролетают запоздалые наши собратья — перелетные птицы: журавли, гуси-лебеди и прочие утки. Слышу их прощальные трубные крики, и мне становится грустно, что мы не обладаем способностью летать.
—    Не только вас, но и людей всех времен огорчало отсутствие способности летать, однако никто из них своих рук на крылья не променяет. Наденьте-ка шапку, товарищ директор. Не хватает нам только, чтоб вы подхватили осложнение,— опуская с облаков лирично настроенного Михмата, напомнил Петя.
—    Видали, мистер Кларк, как молодежь авторитетно поучает, распоряжается нами, стариками? — покорно натягивая на голову шапку, ворчал Михмат. — А давно ли без штанов бегал?.. Я по-омню... Ох, как быстро мчится время! Чем дальше, тем быстрее, быстрее...
—    Так как же с маршрутом, Михаил Матвеевич? — Петя пропустил мимо ушей философский экскурс директора.— Вчера так и не договорились. Мухтар настаивает...
—    Сопляк твой Мухтар! Мальчишка! — вдруг вспылил Михмат.— Наобещал нам колодцы! Ну, где они?.. Одни обвалились, другие засолились, третьи высохли, некоторые просто не оказались на месте! Слава богу, хоть снегом выручил! — уже кричал руководитель, начисто забыв, что совсем недавно сам отбивался от подобных обвинений.— Я сказал: идти на аул Чингильды — и точка! Дальше... ты хочешь сказать?.. Верно! Но твой липовый проводник забывает, что у нас не только ноги да копыта! У нас еще колеса и слоны! Зато на моем маршруте нет этой окаянной горы. Верно я говорю? — повернулся он к англичанину.
—    Верно,— сдержав улыбку и согласно кивнув головой, буркнул тот.
—    Ты вот что, Петя-дружок. Скажи там Вере Павловне, чтоб скорее присылала обед. Ведь вот наказание: почти не двигаюсь, а жрать по-прежнему здоров, — директор устало отвалился на свое ложе, укрываясь. — Идите, друзья, извините, отдохну малость,— тихо проговорил он, закрывая глаза.

Артисты переправлялись через реки и речки. Через одни — на пароходах, через другие — вброд. Обходили озера, пересекали ущелья, поднимались на возвышенности, спускались в низины( переходили пустынные степи. Они терпели холод, усталость, недостаток пищи, воды, преодолевая те необъятные пространства, где в наши дни новоселы осваивают целинные земли.

Мучительно медленно тянулись дни. Менялись возчики, лошади, волы, верблюды. Вначале ночевали на постоялых дворах в аулах, а потом под небесным шатром. Представители местной фауны разбегались, едва увидев приближающийся караван. Изредка мелькали на горизонте стада сайгаков. Одежда артистов превратилась в лохмотья, их обветренные лица почернели. Цирковая труппа стала напоминать цыганский табор. Голодные слоны шли вяло и, наконец, стали отставать. Совсем ослабела Бэтти. Лишь «корабли пустыни», верблюды, сохраняли свою невозмутимо-надменную осанку. Они ели всякий прошлогодний бурьян, колючий татарник и на остановках сосредоточенно перетирали свою жвачку.

На очередном привале наши странники оказались в безжизненной, запорошенной снегом степи. Нескончаемо, тоскливо шуршали понизу струйки снежной пыли, гонимые ветром. Впереди, над клыкастым горизонтом голубеющих гор, угрюмо устремил указующий в небо перст беловерхий пик Талгар — величайшая вершина Заилийского Ала-Тау. Где-то там, перед этой горой, находился город Верный — конец тяжелого пути.

С грустью глядя на кашляющую слониху, Кларк сокрушенно говорил:

—    Она схватила воспаление легких. Погибнет бедное животное. Что делать, как ее спасти?! Что скажет мой хозяин?
—    Но ведь вы же не виноваты, дядя Джерри, — возразил Петя, ежась и притоптывая от холода.
—    Я-то не виноват, но попробуй-ка доказать это Гагэнбэку.
—    А они старые или молодые? — спросила Тамара, сестра Пети.
—    Возраст слонов так трудно определить: они все такие морщинистые.
—    Мои слоны совсем не старые. Если верить их биографии, они имеют только по сто лет и еще немножко.
—    Дядя Джерри, а сколько лет живут слоны? — спросила Сима, вторая сестра Пети.
—    На свободе слон живет побольше двухсот лет.
—    Ой! — округлила рот и глаза-вишенки Сима.

Тамара протянула Бэтти яблоко. Та вяло потянулась к своему любимому угощению хоботом, но тут же безжизненно опустила его.

—    Она уже ничего не кушает, — печально проговорил Кларк, — а Дэззи нечем кормить.

Недалеко по снегу ходила, шатаясь, ослабевшая от голода Дэззи. Она обрывала хоботом торчавшие в снегу пучки засохшей осоки, ветки саксаула и аккуратно складывала в кучку. Затем, захватив эту охапку, подошла к Бэтти и положила это скорее топливо, чем корм перед нею.

Сима резко отвернулась и побежала к возам. Кларк выхватил из кармана носовой платок и трубно, долго сморкался, украдкой вытирая глаза.

Пылает большой костер под коллективным котлом. Обкуривает табор, стелется по степи едкий, остро пахнущий горелым пометом дым. Суетятся закутанные фигуры женщин. Мужчины возятся с животными, подводами, кладью; дети собирают серые коряги саксаула для костра. Раздается стук топора. Слышится разноязыкий говор, возгласы.

Голодно ржут, бьют мерзлую землю копытами лошади, просяще мычат волы, с плачем, заикаясь, вопит, жалуется на свою горькую долю ишак, надменно молчат верблюды. Прижавшись друг к другу тихо, покорно стоят слоны. Усиливаясь, посвистывает, подвывает ветер. В сероватой мгле стал скрываться горизонт. Внезапно небо бросило на землю густой рой белых хлопьев. Люди, животные, повозки начали растворяться, тонуть в стремительных клубах метели. За первым порывом устойчиво повалил снег, гонимый налетевшим с севера ветром, скрывший окончательно всех и все в белой, непроницаемой мгле.

В этот день наши переселенцы не смогли продолжать свой путь. Буран промчался, исчез также внезапно, как и налетел. Рано стемнело. Ночью, подбираясь к лагерю, выли волки. Испуганно храпели лошади. Вдали жутко, по-детски плакал шакал.

На рассвете, в морозное утро Бэтти не смогла встать. И никто не мог помочь ей подняться. Цирковой караван задержался. Дэззи не отходила от своей подруги: она согревала больную своим дыханием, из ее маленьких серых глаз лились слезы. В течение дня Бэтти еще несколько раз пыталась подняться с помощью Дэззи, но безуспешно. Ночью она умерла.

Утром артисты вновь тронулись в путь, но Дэззи отказалась покинуть мертвую подругу.

— Идите, не надо ждать, — говорил Кларк остановившимся коллегам, с трудом сдерживая слезы, суетясь с Робертом около Дэззи, понуро стоявшей над трупом. — Я буду уговаривать, заставлять ее. Мы будем вас догонять... Дэззи, моя милая, иди, иди, прошу тебя, — ласково обращался он к слонихе.

Ушедшие вперед остановились в одном из дворов придорожного аула Чингиль-ды, в двадцати километрах от многоводной реки Или, дающей вместе со своими притоками жизнь огромному, тогда еще не тронутому плугом плодородному краю, орошая его своими водами. Тихий поселок встревожили чужие голоса, крики животных, скрип, тарахтение телег. Безмолвно, с удивлением и страхом смотрели жители, особенно дети, на странных, неожиданных гостей. Позднее сюда прибыли Кларк и Роберт вместе с Дэззи.

Аул состоял из нескольких десятков низеньких глинобитных и деревянных хижин, в которые люди входили наклоняя голову. Относительно помещений для животных, тем более для Дэззи, не могло быть и речи. Она оставалась на всю ночь под открытым небом, на снегу, привязанная цепью к столбу сарая, одетая в шерстяную попону.

Рано утром Петя выглянул из окна мазанки, где вповалку на полу, покрытом большим ковром, ночевала вместе с хозяевами семья Сосиных. И первое, что он увидел, были развалины сарая. Дэззи исчезла... Юноша бросился через спящих в соседнее помещение, в котором спал Кларк, и возбужденно закричал:

—    Дядя Джерри! Дядя Джерри! Проснитесь! Дэззи убежала!!!
—    Что? Где? — испуганно забормотал тот, подскочив, садясь на ковре. Хлопая спросонья глазами, он удивленно уставился на юношу.
—    Дэззи развалила сарай и убежала! — повторил Петя, глядя на англичанина большими, растерянными глазами.

Кларк, Роберт и Петя торопливо оделись. К ним присоединилась разбуженная шумом Сима. Во дворе, осмотрев следы Дэззи, Кларк тихо сказал:

—    Она пошла к Бэтти... Она тоже будет погибать...

Ночью Дэззи вырвала столб с частью сарая, к которому была привязана цепью задняя нога, грудью протаранила глинобитную ограду двора и, волоча за собой обломки стены, пошла обратно к Бэтти.

Так в морозную лунную ночь по пустынной заснеженной степи торопливо шагала, заплетаясь ослабевшими ногами, жительница знойных, буйно-зеленых джунглей, тарахтя волочащимися дощатыми обломками.

Петя, Сима и Тамара отправились вместе с Кларком и Робертом за Дэззи, следы которой отчеливо виднелись на снегу дороги. Еще издали Кларк и его спутники заметили скопление людей вокруг места, где был оставлен труп Бэтти. Высоко в небе плавно кружили орлы-стервятники; казахи составили большой круг и на почтительном расстоянии с изумлением и страхом смотрели на невиданное зрелище. Артисты подошли к толпе. Люди с любопытством оглядывали их и уважительно расступились. И тогда перед нашими друзьями открылась большая снежная арена, на которой четвероногие артисты, их любимцы, давали свое последнее представление.

На этой арене истерзанная волками и шакалами лежала в вечном сне Бэтти. У ее трупа на коленях стояла Дэззи. Задыхаясь, она обнимала мертвую подругу хоботом за шею, с хрипом и стонами пытаясь ее поднять.

На другой день, переправившись через реку Или, караван наконец-то подошел к городу Верному. Перед вступлением в город сделали короткую остановку. Все кое-как помылись, переоделись, почистили животных. Бодрясь, артисты составили кавалькаду и двинулись через центральную часть города для рекламы. Лиза снова была впереди. Одетая в костюм маленького раджи, она восседала на шее принаряженной, но вяло шагавшей Дэззи. Все артисты были одеты в национальные и цирковые костюмы. Шествие замыкали жокеи.

Через два дня состоялось открытие переполненного зрителями цирка. Дэззи в программе не участвовала. Со дня смерти подруги она почти не ела, от нее остались лишь кожа да кости. На несчастную было жалко и страшно смотреть. Все дни и ночи она звала Бэтти, и из ее глаз нескончаемо струились слезы. В своем предсказании Кларк, к сожалению, не ошибся. Работать и жить Дэззи уже не могла.

Она умерла через месяц после смерти любимой подруги.

ГЕОРГИЙ АРКАТОВ







Темы с аналогичным тегами Советский цирк. Сентябрь 1981, Советская эстрада и цирк.

Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных

  Яндекс цитирования