Перейти к содержимому

Зоопараноики обломались. В новом Законе нет и намека на запрет цирков с животными
подробнее
Глава «Росгосцирка» Владимир Шемякин дал интервью сайту русциркус
подробнее
В Мексике отменили запрет на использование животных в цирке
подробнее

Фотография

Журнал Советская эстрада и цирк. Февраль 1978 г.

Советская эстрада и цирк Советский цирк февраль 1978

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 11

#1 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 08 Ноябрь 2019 - 19:09

Журнал Советская эстрада и цирк. Февраль 1978 г.

Прикрепленные изображения

  • 0.jpg
  • 1.jpg
  • 2.jpg
  • 3.jpg
  • 4.jpg
  • 5.jpg
  • 6.jpg
  • 7.jpg
  • 8.jpg
  • 9.jpg
  • 10.jpg
  • 11.jpg
  • 12.jpg
  • 13.jpg
  • 14.jpg
  • 15.jpg
  • 16.jpg
  • 17.jpg
  • 18.jpg
  • 19.jpg
  • 20.jpg
  • 21.jpg
  • 22.jpg
  • 23.jpg
  • 24.jpg
  • 25.jpg
  • 26.jpg
  • 27.jpg
  • 28.jpg
  • 29.jpg
  • 30.jpg
  • 31.jpg
  • 32.jpg
  • 33.jpg
  • конец обложки.jpg
  • начало обложки.jpg


#2 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 08 Ноябрь 2019 - 19:25

О премьере в Уфимском цирке

 

Минувшей осенью мне довелось побывать на премьере Уфимского цирка...

 

Уфа — город больших расстояний, она тянется из конца в конце на десятки километров, и для многих поездка в цирк сопряжена с дальней дорогой. К тому же и погода в день открытия нового сезона была скверной: невелика радость возвращаться домой после представления под холодным и моросящим дождем.

И тем не менее, зрительный зал в этот вечер был полон — ни одного свободного кресла. Оказалось, что билеты проданы не только на сегодня, но и на десять дней вперед. Уже по этому можно было судить о популярности цирка в городе, о том, что уфимцы любят его и охотно посещают.

Такая популярность не пришла, надо полагать, сама собой. Местные журналисты рассказывали, как много делает коллектив стационара во главе с его директором, заслуженным работником культуры Башкирской АССР Дмитрием Васильевичем Бондаренко для организации и привлечения зрителей. На кассу здесь надеются, но и сами, как говорится, не плошают: значительная часть билетов распространяется на предприятиях и в учреждениях. Так, заведено, что о всех цирковых новостях регулярно сообщают газеты, радио... Вот и сегодня, кстати, в день открытия сезона, подробную информацию о премьере со снимками ее участников опубликовала «Вечерняя Уфа».

Примечателен и такой факт: примерно четверть всех зрителей, которые бывают в здешнем цирке, жители близлежащих сел. Совсем недавно, на одном из заключительных представлений предыдущей программы, артисты и работники стационара торжественно чествовали хлеборобов Кармаскалинского района, которые первыми выполнили план сдачи зерна государству. Здесь никогда не упускают возможности сказать с манежа доброе приветственное слово, обращенное к пришедшим на спектакль передовикам промышленности, мастерам высоких урожаев, ветеранам Великой Отечественной войны.

Заинтересованное, неказенное отношение к делу сказывается в большом и малом. Насколько мне известно, никто не обязывает администрацию цирка устраивать в фойе нечто вроде зимнего сада, да еще населять его всякой живностью. Такой вечнозеленый сад создан в уфимском стационаре. За стеклом аквариумов — диковинные рыбки, меж ветвей щебечут щеглы, чижи, канарейки. Перед началом представления и в антракте юных уфимцев, что называется, не оттащишь от клеток, в которых живут бельчонок Васек и попугай Петрушка. Вроде бы незначительно все это — есть в фойе цирка бельчонок или нет бельчонка, но ведь даже такой скромный «живой уголок» делает, наверное, свое доброе и полезное дело, воспитывая в ребячьих сердцах интерес и любовь к родной природе.

Вернемся, однако, к премьере. Прошла она хорошо, празднично, зрители покидали цирк в приподнятом радостном настроении. Были и цветы артистам, и поздравления участников программы после спектакля, и та ни с чем не сравнимая атмосфера счастливых тревог и волнений за кулисами, которая всегда сопутствует премьере.

Не будет преувеличением сказать, что первый вечер нового сезона стал вечером триумфального успеха молодых и теперь уже достаточно известных клоунов Валерия Серебрякова и Станислава Щукина. Не берусь судить, какую роль сыграло в этом широкое рекламирование артистов, как «единственных обладателей медалей Парижского цирка «Буглион». Думаю, что отнюдь не решающую, хотя для рекламы это, может быть, и неплохо. Убежден, что и без зазывной ссылки на парижские медали успех Серебрякова и Щукина в программе нисколько бы не приуменьшился.

Они очень смешные — в этом, мне кажется, главное. Смешные без назойливого стремления рассмешить зрителей, без нарочитого комикования, за которым скрывается обычно неуверенность исполнителей в своих «смехотворческих»» силах и возможностях. Смешные не столько тем, что они делают по ходу реприз и сценок, сколько тем, как это делается.

Последний раз я видел Серебрякова и Щукина два или три года назад. И было приятно убедиться на уфимской премьере, что заметно прибавив за это время в мастерстве, они нисколько не растеряли, не утратили непосредственности своей исполнительской манеры, не приглушили той искренности и веры в происходящее на манеже, которые обратили на себя внимание еще при первых шагах этого оригинального клоунского дуэта. Все, что играют Серебряков и Щукин, очень точно «пригнано» к характерам их забавных героев; исполняемые ими интермедии и сценки — это, по существу, единый нескончаемый конфликт между одним комическим персонажем и другим. И потому, наверное, так радостно встречает зал каждое появление клоунов: люди как бы заранее настраиваются на смешное, веселое зрелище. И не обманываются в своих ожиданиях!

Тепло приняли уфимцы и воздушный полет «Галактика» под руководством Владимира Мяловского. Выпущенный более десяти лет назад из стен Государственного училища циркового и эстрадного искусства, номер претерпел с тех пор некоторые перемены в творческом составе. Но «Галактика» осталась «Галактикой» — эффектной и красивой, одухотворенной романтикой преодоления высоты и пространства.

Вряд ли есть смысл перечислять всех участников представления, хотя многие из них, как, например, воздушная гимнастка, заслуженная артистка РСФСР Галина Петринская, акробаты с шестом Валентина Кирюшкина, Станислав Макаров и Виктор Титов, гимнастка на трапеции Рамануэла Калужевичутс и другие, оставили хорошее впечатление. Цель настоящих заметок иная —разобраться в досадных просчетах и недостатках программы, поговорить о том, почему премьера Уфимского цирка при всех ее достоинствах оказалась все же менее интересной, чем она могла бы и, главное, должна была быть.

Цирковой спектакль, как известно, начинается с пролога. В данном случае роль пролога была тем более велика и ответственна, что представление посвящалось 60-летию Великого Октября.

В Уфимском цирке, как и во многих других стационарах, нот своего режиссера, поэтому постановка пролога была возложена Союзгосцирком на одного из участников воздушного полета «Галактика». Возложена на том основании, что он недавно заочно окончил режиссерское отделение ГИТИСа, и ему, как говорится, карты в руки.

Выпускник ГИТИСа ( я позволю себе не называть его фамилии) явно но справился с порученным делом: пролог получился бледным, невыразительным, банальным. Перед началом представления заметались над погруженным в темноту манежем лучи прожекторов, прозвучала песня, а затем из-за форганга вышли участники программы, которые, дружно подняв руки, приветствовали публику.

Парад-пролог циркового спектакля... Не хочется повторяться и в сотый раз говорить о том, сколь велико его значение в любом цирковом представлении и тем более праздничном, юбилейном. О том, что нельзя ставить его наспех, кое-как, по принципу «и так сойдет», О том, наконец, что цирковой парад-пролог должен решаться посредством циркового действия, а не вокально-декламационных «прослоек». В нем могут, естественно, быть и стихи, и песни, и танцевальные сцены, но в нем обязательно должен присутствовать цирк, его специфика, присущие ему средства художественной выразительности.

Мне вспоминается в этой связи парад-пролог, который предварял программу «Конный цирк», поставленную в свое время на манеже тульского стационара. Уже с тех самых минут, когда оркестр взрывался огневыми кавалерийскими ритмами, когда по ярко освещенной арене проносилась с бубенцами и гармошкой тройка, скакали в сумасшедших аллюрах всадники, — уже с тех самых минут зрителей властно охватывало и переполняло ощущение праздничности, радостного и полнозвучного циркового спектакля.

Можно ли винить участника воздушного полета «Галактика» в том, что он не сумел подготовить мало-мальски интересный оригинальный пролог. Мне думается, нет. Ведь он, к слову сказать, и программу-то выстроил не лучшим образом, расположив по соседству номера, которым не следовало стоять рядом. Видимо, диплом ГИТИСа еще не гарантия того, что артист обладает режиссерским дарованием и склонностью к постановочной работе. Скорее, нужно пожалеть о том, что из Москвы не был командирован профессиональный опытный режиссер, который бы смог поставить пролог, достойный юбилейной программы. Понимаю, что куда проще «предписать» молодому выпускнику ГИТИСа принять на себя обязанности режиссера, но ведь «проще» далеко не всегда бывает «лучше».

Еще более, чем невыразительность пролога, удивил крайне непродуманный жанровый подбор программы. Среди десяти номеров представления оказалось четыре (I) воздушных — «Галактика», Г. Петринская, Р. Калужевичуте и корд-де-парель Светланы Бадакиной, к тому же еще и клоун С. Щукин выступил со своей традиционной выходной репризой «Полет на воздушных шарах». Не говоря худого слова ни об одном из этих номеров, трудно тем не менее найти хоть какое-то оправдание такого «воздушного перебора».

Перенасыщенная «воздухом» программа весьма скромно представляла другие жанры. Так, в жанре дрессировки, едва пи не самом привлекательном в цирке, выступала одна-единствениая Анна Язловская, вышедшая на арену с небольшой группой собачек. Правда, позже я узнал, что в представлении должна участвовать Л. Разуваева с дрессированными обезьянами, однако в день премьеры обезьян на манеже не было, а была телеграмма на столе директора цирка, извещающая о том, что Л. Разуваева выезжает в Уфу из Херсона. Горько шутить по этому поводу, но, право же, в «живом уголке» на втором этаже цирка был в день открытия сезона более разнообразный подбор животных, чем на манеже...

Убежден, что многое, о чем я здесь пишу, было исправлено и улучшено в ходе последующей работы программы. Директор цирка Д. Бондаренко рассказывал после спектакля, как они собираются своими силами обогатить и перестроить пролог, точнее расставить номера внутри представления. Из Херсона в Уфу, надо полагать, добралась, наконец, Л. Разуваева с группой потешных макак-резусов. Работники уфимского стационара даже приняли решение срочно «приодеть» дрессировщицу собачек А. Язловскую, которая вышла на премьерный манеж в костюме, напоминающем репетиционный комбинезон. (Кто, к слову говоря, отвечает, кто следит за состоянием гардероба цирковых исполнителей? Как могло случиться, что у артистки «конвейера», приехавшей а Уфу, не оказалось «выходного» платья?)

Многое, повторяю, наверняка было исправлено и улучшено в ходе последующей работы программы. Но как же быть с теми 2210-ю зрителями, которые смотрели представление в день премьеры? Де, они ушли со спектакля в радостном приподнятом настроении, потому что любят цирк, но ведь их радость была бы несравнимо большей, не окажись в программе столько шероховатостей и просчетов. Не слишком ли терпимо относимся мы порой к представлениям, не тронутым режиссерской рукой, к артистам, которые по своей или по чьей-либо еще неорганизованности и нерасторопности опаздывают к началу премьеры?!

Мы часто и с полным на то основанием говорим, что наши зрители очень любят цирк. Это обязывает работников циркового искусства предельно ответственно относиться к каждому представлению, к каждой встрече с публикой, будь то в Москве или Новосибирске, Уфе или Саратове, Ташкенте или Волгограде. На любовь надо отвечать любовью!

НИК. КРИВЕНКО

 



#3 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 08 Ноябрь 2019 - 19:46

Вальде Шестуа

 

Старое помещение циркового техникума. Это бывший манеж Расторгуевских конюшен, который наскоро приспособили для нашего учебного заведения.

 

Получился маленький цирк с настоящим зрительным залом и манежем. Но тем не менее месте для репетиций явно не хватало, и ученики тренировались всюду. Вестибюль техникума служил одновременно и вешалкой, и буфетом, и репетиционной комнатой.

В один из морозных январских дней 1931 года мы занимались в вестибюле хореографией под руководством Марии Степановны Воронько. Вдруг входная дверь широко распахнулась, нас обдало холодом и Мария Степановна крикнула: Быстрее закрывайте дверь! Вы же всех простудите!» Дверь захлопнулась — и на пороге появился... Чарли Чаплин.

Сходство было разительным. Мы видели такое всем нам знакомое по экрану лицо с маленькими усиками, высоко поднятыми «удивленными» бровями и бесконечно грустными глазами. Черные мешковатые брюки, стоптанные ботинки, кургузый пиджачок, котелок и тонкая тросточка в руках дополняли картину.

Но ведь мы как-никак были студентами циркового техникума, и потому нам не пристало слишком уж изумляться даже внезапному появлению Чарли Чаплина. Тем более что «Чаплин» приподнял котелок, представился и коротко объяснил свое появление: «Вальде Шестуа. Приехал из Одессы. Очень хочу учиться с вами, если не возражаете».

В этот момент Мария Степановна напомнила нам, что мы находимся на занятиях: «По местам! Урок продолжается».

Все заняли свои места, и «Чаплин», быстро засучив брюки, вместе с нами встал к станку. Мы рассмеялись, а наша строгая Мария Степановна улыбнулась и сказала: «А вам нельзя. Вы еще не студент».

Очевидно Вальде сумел заинтересовать педагогов своей эксцентричностью и очень симпатичной дурашливостью. Несмотря на то, что учебный год был в разгаре и курс клоунады полностью укомплектован, его приняли.

Поступив в техникум, Вальде стал заниматься сразу всеми жанрами, стремясь в каждом из них достичь наибольшего совершенства. Ом готовил себя на амплуа коверного-клоуна, где весь этот «багаж» должен был ему пригодиться.

У Владимира Шестакова (таковы настоящие имя и фамилия Вальде Шестуа) мать была француженкой, и юноша свободно владел французским языком. Еще лучше он знал русский. Но так как Владимир мечтал стать клоуном, он нарочито коверкал русский язык — вживался в образ.

Вальде вообще не расставался с любимым образом ни на минуту. То ли у него не было другой одежды, но только он и в жизни ходил в костюме, похожем на костюм Чарли Чаплина. На улице, естественно, прохожие обращали на него внимание. Особенно донимали мальчишки. Они бежали за Вальде и вопили: «Чарли Чаплин! Чарли Чаплин!» Другому бы это надоело, а Вальде улыбался, — значит, он действительно похож на знаменитого артиста.

Не злило его это еще и потому, что он очень любил детей. Вальде с юности мечтал создать труппу артистов, которая бы полностью состояла из его сыновей, дочерей, зятьев, снох и внуков: все они исполняют разнообразные номера, а он — коверный-клоун — объединяет их номера своими репризами...

Если б не война, эта мечта могла бы осуществиться! Вальде Шестуа погиб тридцати двух лет, оставив троих детей — сына и двух дочерей. Дочери — Сюзанна и Ирина — работают в цирке. Сюзанна — акробатка и дрессировщица. Ирина — лучшая исполнительница в жанре «Акробаты-вольтижеры с шестами», утвердившая этот жанр в нашем цирке. Выступают на манеже и их мужья, будут, вероятно, выступать и дети... Но вернемся к герою нашего рассказа.

Шестуа закончил техникум циркового искусства в 1933 году. Стоит рассказать о его первом выступлении.

В Воронежском цирке все готово к открытию сезона. Вальде Шестуа разрекламирован чуть ли не как настоящий Чарли Чаплин. Цирк набит до отказа. Дан третий звонок, а Вальде в цирке еще не появлялся. За кулисами — переполох. Инспектор манежа вынужден объявить, что представление состоиться, но без участия «Чарли Чаплина». Желающие могут сдать билеты в кассу.

Поднялся невероятный шум. Но вдруг пронзительный свист перекрыл шум целого зала, и притихшие зрители услышали негромкий, но ясный голос, произнесший на ломаном русском языке: «Затем сдавайт билет? Я приехаль!»

На барьере с огромным чемоданом и собакой появился обещанный «Чарли Чаплина.

Шестуа прибыл прямо с вокзала. Оставив жену и ребенка в комнате администратора, он сразу вышел на манеж. Ему не надо было ни переодеваться, ни гримироваться. Кто-то из «искушенных» зрителей восхищенно произнес: «Молодец! Какой интересный выход придумал!»

Начиная с этого города, всюду, где Вальде работал, он пользовался большим успехом и любовью публики.

Шестуа был справедливым, честным, высокопринципиальным человеком. Работая в цирках по целому сезону, он очень часто избирался председателем месткома. Защищав интересы артистов и работников цирка, он нередко конфликтовал с директорами.

...В первые дни Великой Отечественной войны Владимир Шестаков ушел на фронт. Он стал рядовым. В полку, где он служил, его хорошо знали и любили. В вещевом мешке Шестакова постоянно находились разные мелкие цирковые атрибуты. Когда полк выходил из боя, солдаты имели возможность немного передохнуть, Владимир на короткое время вновь становился артистом.

Находясь в армии, Шестаков разговаривал на правильном русском языке. Он понимал: война — дело серьезное. А свой «иностранный акцент» он блестяще использовал в выступлениях перед бойцами, когда изображал побитого «фрица» или оголтелых бандитов Гитлера и Геббельса.

Где бы ни появлялся артист-фронтовик, его тут же окружали солдаты, и сразу слышались взрывы хохота — Владимир великолепно рассказывал импровизированные анекдоты про фашистскую нечисть.

В 1943 году Шестаков в виде поощрения получил десятидневный отпуск — фронтовик в последний раз повидался со своей семьей...

Вальде Шестуа был талантлив, трудолюбив и одержим. Он должен был стать знаменитым артистом, а стал солдатом. В одном из жестоких боев под Белгородом Владимир Шестаков погиб...

 

363636.jpg

С. КУРЕПОВ, И. ФРИДМАН
 



#4 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 08 Ноябрь 2019 - 21:01

Иван Шепетков — герой Советского Союза

 

В серии судов «Герои панфиловцы» Черноморского государственного морского пароходства есть и автоматизированный контейнеровоз «Иван Шепетков», который бороздит моря и океаны, заходит в порты разных стран мира. Теплоход носит имя Героя Советского Союза Ивана Алексеевича Шепеткова.

 

Юность Ивана Шепеткова прошла в Алма-Ате, до войны он был артистом цирка — воздушным гимнастом. В июльские дни 1941 года он стал пулеметчиком гвардейской дивизии.

16 ноября 1941 года в легендарном бою под Москвой у разъезда Дубосеково героически сражались панфиловцы. Они не пропустили фашистов к столице. Среди павших в бою двадцати восьми героев был и отважный пулеметчик Иван Шепетков. Звание Героя Советского Союза ему присвоено посмертно в 1942 году.

В Алма-Ате есть улица Шепеткова, на доме, где жил артист, установлена мемориальная доска. А теперь имя героя — на борту черноморского теплохода.

Коллектив Одесского цирка, совет ветеранов цирка установил шефство над черноморским судном «Иван Шепетков». Старейший артист, председатель совета ветеранов А. Ширман провел большую подготовительную работу: списался с коллегами в Москве, Ленинграде, Алма-Ате, с Музеем циркового искусства в Ленинграде, с ветеранами Великой Отечественной войны. В ответ поступили интересные письма, документы, фотографии. Наш земляк — народный артист СССР Леонид Осипович Утесов — разыскал редкостную фотографию Ивана Алексеевича Шепеткова и прислал этот снимок в Одесский цирк.

В теплой, дружеской обстановке состоялась первая встреча артистов Одесского цирка с моряками. Она проходила в салоне «Родная гавань», во Дворце культуры моряков имени А. М. Горького. Капитан «Ивана Шепеткова» Николай Николаевич Кадыгробов рассказал о трудовых успехах, достигнутых экипажем судна. Лучшим морякам — победителям социалистического соревнования — на встрече были вручены Почетные грамоты.

Артисты цирка горячо поздравили черноморцев. Они передали им в дар документы, письма, а также фотоснимки И. Шепеткова, которые стали первыми экспонатами создающегося на теплоходе музея. Шефы вручили экипажу книги о цирке, памятные подарки, плакаты. Пять постоянных пропусков в Одесский цирк торжественно вручены командованию судна. Дружба артистов с экипажем черноморского теплохода «Иван Шепетков» — дань памяти герою.

И. ИЛЮШИН



#5 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 08 Ноябрь 2019 - 21:25

Иллюзионный аттракцион «Человек-невидимка»

 

Отара Ратиани Мне уже как-то приходилось писать об этом парадоксальном явлении: есть в цирке такая профессия, обладатели которой получают свои честно заработанные деньги за... обман.

 

Да -да, в умении легко, незаметно водить зрителей за нос и состоит их вполне уважаемая профессия. И чем лучше они это делают, тем выше ценится их труд, тем более горячо аплодируют им зрители, которые, в сущности, очень любят, когда артист ловко и весело дурачит их.

Вы, разумеется, понимаете, что речь идет о жанре, корнями своими уходящем а далекое прошлое, о древнейшем иллюзионном жанре. Об одном из аттракционов этого жанра у нас и пойдет речь.

Не случайно это произведение привлекло внимание не только самых широких кругов зрителей, но и артистической общественности, самих мастеров иллюзии, отлично знающих толк в этом тонком и сложном деле. Но об этом позже.

Примечательная черта советского циркового искусства — неуклонное стремление расширять границы всех жанров, обогащать их, открывать в каждом новые, свежие страницы. Эти дерзновенные искания, смелые эксперименты позволяют создавать подлинно оригинальные новаторские номера в горячо любимом народом цирковом искусстве. Именно таким произведением по праву считается аттракцион «Человек-невидимка», руководимый заслуженным артистом РСФСР Отаром Белоусовым-Ратиани.

Свой путь по цирковым манежам аттракцион начал десять лет назад, в преддверии 50-летия Великого Октября. Премьера состоялась 13 октября 1967 года в Ярославле. Хорошо помню, с каким громадным интересом было встречено тогда это неожиданное зрелище.

Ошеломляющие сценки, разыгравшиеся на манеже, не оставляли зрителей равнодушными. Да и как может быть иначе, когда на ваших глазах внезапно исчезает человек, словно растворившись в воздухе не просматриваемой со всех сторон арене. Однако его присутствие совершенно явственно ощущается: после телефонного звонка незримый артист снимает с аппарата трубку, ведет отлично слышимый деловой разговор, а затем невидимой же рукой спокойно укладывает трубку на рычаг...

Основное место в драматургии аттракциона занимали столкновения с Невидимкой двух дотошных репортеров, настойчиво пытающихся выведать секреты его чудесных превращений. Выведать во что бы то ни стало!

И сидящие в зале становились свидетелями абсолютно непонятных, загадочных явлений. Так, например, согласившись дать автографы мнимым журналистам, Невидимка надписывает программки — авторучка сама деловито строчит надписи — и незримая рука протягивает их «репортерам».

Потом оба они начинают ожесточенное преследование Невидимки. Порой им кажется, что его уже здесь нет, вероятно сбежал куда-то. Но нет, он тут, бесспорно тут! Листает же кто-то журнал, переворачивая страницу за страницей... Он здесь! Вот он громко чихает — и репортеры растопырив руки бросаются на этот звук. Но все напрасно — руки ощупывают... воздух. Тогда преследователи устремляются к микрофонам, установленным на манеже, и в отчаянии поочередно взывают к публике:

— Товарищи, вы не видели Невидимку?

И тут третий микрофон, будто притянутый ко рту незримого артиста, исторгает его явно насмешливый возглас:

— А я здесь!

И опять возобновляется безуспешная погоня.

Иногда преследователи видят Невидимку, видит его и публика. Происходит это в тех случаях, когда он появляется в одежде. Ведь «прозрачно» только его тело, а надетые на нем вещи — ботинки, брюки, перчатки, широкое клетчатое пальто с необычайно высоким воротником, закрывающим всю голову, шляпа — лишены этого свойства. В таких случаях клоунам, выступающим в роли журналистов, кажется, будто они совсем уже близки к своей цели. Но нет, это, оказывается, вовсе не так просто.

Вот Невидимка поднимается на треугольный пьедестал. Только на одно мгновение опускаются все три шторки, чтобы сейчас же снова подняться. И мы видим человека... без головы.

Шторки опять закрываются и тотчас же распахиваются: на этот раз исчезло уже и туловища, лишь ноги, одетые в брюки и обутые, беспокойно ерзают по пьедесталу, особенно когда «репортеры» пытаются схватить их. Тогда одна нога угрожающе яростно вскидывается, будто вот-вот изо всей силы ударит по головам назойливых преследователей.

А когда в третий раз открывается пьедестал, на нем уже нет никого, только на полу осталась одежда Невидимки.

Необычайно загадочна сценка в закрытой душевой кабине, куда наш герой однажды входит. Входит, разумеется, одетым, иначе мы бы этого не заметили. Все дальнейшее мы отчетливо видим через матовые стекла ярко освещенной изнутри кабины. Вот он вошел, начал раздеваться, совершенно при этом растворяясь. Затем он моется. Потом выходит и удаляется, шлепает босиком по манежу, не котором остаются влажные следы...

Есть и другие превосходные эпизоды, за каждым из которых зрители следят неотрывно, с напряженным вниманием. Тут и подъем артиста на «луну», висящую над ареной, и удивительное катание Невидимки на мотоцикле, публика видит, как машина без седока начинает буквально по пятам преследовать «репортеров», видит и многое другое, загадочное, непостижимое.

Одним словом, тот ужо далекий осенний день 1967 года в Ярославле стал памятным не только для Невидимки, роль которого превосходно сыграл О. Ратиани, не только для небольшого коллектива авторов и создателей нового аттракциона, для работников тамошнего цирка. Он стал как бы этапной вехой а развитии иллюзионного жанра, открыл в нем новую, перспективную страницу.

И вот аттракциону этому исполнилось десять лет. За это время его узнали и полюбили зрители более чем тридцати советских городов. В каждом из них публика, общественность и печать не просто благосклонно, а очень тепло, сердечно принимали замечательную цирковую новинку. Множество самых благоприятных отзывов, рецензий, интервью опубликовано газетами и журналами. Однажды в Воронеже журналист, беседуя с О. Ратиани, попросил:

—    Если можно, разоблачите какой-нибудь трюк.
—    Пожалуйста, — ответил артист. — Вот хотя бы душевая кабина...
—    Там, вероятно, — заметил журналист, — в стенку вмонтирован миниатюрный кинопроектор?
—    Так думают все. Но нет, в кабине в специальном секретном ящике сидит человек, который имитирует мытье под душем. Потом он прячется в тот же ящик.

Доброжелательное отношение встретил артист и во время двух своих зарубежных поездок — в Румынию и Польшу. В Польше, где гастроли по просьбе польской дирекции трижды продлевали, О. Ратиани был удостоен почетного международного приза иллюзионистов — «Золотой волшебной палочки с бриллиантами».

Для этого новаторского аттракциона, недавно отметившего свое первое десятилетие, два наших цирка стали в подлинном смысле слова этапными. Это, во-первых, возглавляемый А. Ядреновым Ярославский цирк, где аттракцион был создан, где его оснастили сложной современной техникой и откуда начался его успешный творческий путь по советским и зарубежным аренам.

Важную, очень существенную роль в его биографии сыграл также Пермский цирк (директор Ю. Александровский), где аттракцион в 1971 году, а затем и в 1977 году подвергся значительной реконструкции. В Перми, этом крупном индустриальном центре нашей страны, режиссер-постановщик А. Фальковский и О. Ратиани в течение нескольких месяцев энергично трудились над новой редакцией аттракциона: вводили в него новые трюковые комбинации, обновляли аппаратуру и оформление, которые сейчас стали намного ярче, интересное, выразительнее. Да и сами трюки выглядят гораздо более четко, эффектно. Вот лишь один пример. В прежнее время, когда Невидимка выходил из душевой кабины, он оставлял мокрые следы на полу, но делалось это куда более грубо: шлепанье босых ног по полу было чересчур звучным, будто не человеческие ноги, а какие-то тяжелые металлические штампы передвигались, резкими ударами печатая следы. Сейчас же это происходит легко, почти беззвучно. Маленькая, едва заметная деталь, пустяковый, казалось бы, штрих, а насколько выигрышнее, убедительнее стала от этого вся сценка!

Штрихов таких оказалось немало в результате доработки. И не просто штрихов. Для новой, очень эффектной трюковой комбинации создана специальная аппаратура. Она позволит Отару Ратиани превращать в Невидимку любого зрителя. Да-да, любого! Он поднимется с места, перешагнув через барьер, ступит на манеж и на глазах у всего зала внезапно исчезнет, как бы растаяв в воздухе. Исчезнет, чтобы вскоре по воле артиста опять, так сказать, обрести свою плоть, стать снова абсолютно видимым и благополучно возвратиться на свое место где-нибудь в шестом, одиннадцатом, семнадцатом или любом другом ряду...

Надо думать, что беспокойный руководитель аттракциона «Человек-невидимка» О. Ратиани вместе с постановщиком и художником А. Фальковским внесут еще много нового в свое детище, сделают его более интересным и значительным.

И тут хотелось бы высказать одно пожелание. Понятно, что поиск новых красок для этого произведения все время велся вокруг тех зрелищных возможностей, которые предоставляет уникальный образ Невидимки. Но теперь, когда найдены и уже широко используются сложнейшие формы различных загадочных превращений, пора шагнуть а новый, высший класс, позаботиться о том, чтобы аттракцион к своей успешно выполняемой развлекательной функции приплюсовал общественно-политический заряд. Наша внутренняя и международная жизнь предоставляют для этого, как мне кажется, достаточно широкие возможности, всемерно использовать их — дело чести отлично зарекомендовавшего себя коллектива. Нет сомнения, что на этом пути его ждут новые, большие творческие радости.


ЯН ОСТРОВСКИЙ



#6 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 10:02

Илья Клявер и Роман Казаков

 

В городе Кишиневе в разных домах на одной улице росли два мальчика: Илья и Роман. Учились они в одной школе, брали книги в одной библиотеке, «болели» на одном стадионе... И не знали друг друга.

 

В первый раз встретились не в Кишиневе, а в Москве, в Государственном училище циркового и эстрадного искусства. И то лишь потому, что мама Романа, осуществляя заботу на расстоянии, узнала о кишиневском второкурснике, дозвонилась до ГУЦЭИ и попросила Илью взять шефство над сыном. Выразилось оно со стороны старшего земляка в пяти «наставнических» словах: «Рома, главное в нашем искусстве — обаяние». Младший принял их к сведению. На том знакомство окончилось.

Ни в школьные годы, ни в училище земляки не дружили. После выпуска Илья Клявер работал самостоятельно в Москонцерте, Роман Казаков — в Ленконцерте.

Через четыре года они встретились во второй раз в Кишиневе, на родной улице. Встретились уже коллегами и разговорились:
—    Ну как, смешно работаешь? — спросил один.
—    Смешно, — ответил второй.
—    А вдвоем было бы в два раза смешнее, — не сговариваясь сказали оба.

И с тех пор они разговаривают вместе. С эстрады.

После случайной встречи в Кишиневе, после откровенных бесед и творческого сближения они сроднились не только как земляки — как братья по искусству.

Теперь Илья Клявер и Роман Казаков работают в Ленконцерте. У них полное взаимопонимание. С полуслова. Вот ведь как бывает! Нарочно не придумаешь.

Первый шаг «в ногу» ими уже сделан: после полутора лет совместной работы они приняли участие в Шестом Всероссийском конкурсе артистов эстрады и получили третью премию.

Илья Клявер и Роман Казаков нашли свой стиль, созвучный дарованию обоих. По душевному тяготению и складу характера оба — юмористы. Но действительно остроумная сценическая шутка требует высокой духовной культуры, филигранной художественной отделки. Говорить весело о вещах серьезных, заставлять зрителя не только смеяться, но и думать — вот к чему стремятся молодые артисты Клявер и Казаков. Специальное эстрадное образование — владение элементами акробатики и жонглирования, мастерское «падение многими музыкальными инструментами — дает им широкие творческие возможности.

Они не только говорят, они играют и поют. Это интеллигентные, высокообразованные молодые артисты современной эстрадной школы. Шутят они тонко, целеустремленно, с изобретательной выдумкой, с развитым чувством меры и вкуса. А главное — весело, задорно, смешно. И зрители от души смеются.

Вот что говорит о Клявере и Казакове заслуженный артист РСФСР художественный руководитель Ленконцерта Дмитрий Иванович Тимофеев:

—    Они не повторяют ни одной краской того, что уже есть в палитре эстрады. У них свой голос, свой облик. Возможности этой пары еще далеко не раскрыты.

А вот что говорят о себе сами артисты:

—    С тех пор как мы начали заниматься своим жанром, стали очень серьезными людьми. Свободного времени очень мало, но все же стремимся больше читать, бывать в театре. Ведь тот, кто на сцене, непременно должен быть интересен зрителям, и. если возникает контакт, взаимопонимание со зрительным залом, это приносит большое удовлетворение.

Идей, иначе говоря творческих планов, у нас много. Стараемся переходить к новым формам. Готовим номера, в которых пародируется зонг-опера и рок-опера, вводим е номера пантомиму и клоунаду. Над сказками Даниила Хармса, которые мы сейчас показываем, люди смеются, задумываются и грустят. Хочется поработать над Ильфом и Петровым, над Чеховым — заветных желаний много...

В. ЛЕБЕДИНСКАЯ



#7 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 10:18

Моноциклисты Геннадия Пекулина

 

Они лихо выкатывают из-за форганга на маленьких моноциклах и, совершив под музыку каскад быстрых и легких вращений, как вкопанные замирают четкой линией, неподвижно балансируя в центре специального пола.

 

Трое элегантных артистов в строгих вечерних костюмах — дань традиции этого старинного эстрадно-циркового жанра — и их изящная партнерша в темном трико с блестками.

Приветственный поклон, аплодисменты и та особая тишина, которая устанавливается а публике в предвкушении красивого и необычного номера. Затем артистка съезжает на ковер, а мужчины, соединив в центре руки и образовав причудливую фигуру, раскручивают стремительную «вертушку»...

Так начинается номер лауреатов Всесоюзного конкурса новых произведений циркового искусства, моноциклистов под руководством Геннадия Пекулина.

«Великолепная четверка» Г. Пекулина сложилась далеко не сразу, да и вообще все они, разными путями придя в цирк, поначалу даже не помышляли о моноцикле. Найти друг друга и свое истинное призвание им, как это часто бывает, помог счастливый случай.

Сам Геннадий Пекулин с детства занимался фигурным катанием и в 1962 году стал чемпионом Латвии. Поступив в Рижский электромеханический техникум, упорно готовился к предстоявшему первенству Союза в Кирове, когда а 1963 году начали набирать группу первого в нашей стране цирке на льду. Молодого фигуриста посмотрел Арнольд Григорьевич Арнольд и предложил ему попробовать свои силы на новом поприще. После долгого семейного совета предложение было принято. Так Пекулин стел артистом цирка на льду.

Но и там на моноцикл он сел не сразу. Сначала был акробатический вольтиж, нанайская борьба... Прекрасно физически подготовленному спортсмену легко давались различные цирковые жанры, а уж на коньках он, естественно, чувствовал себя как рыба в воде. Кроме того, большой спорт выработал у начинающего артиста жесткую самодисциплину, умение трудиться до седьмого пота и не унывать от неудач — качества, столь необходимые в цирке. И, конечно, подобно всем, кто хоть раз в жизни ступил на манеж, Геннадий навсегда «заболел» цирком.

Исподволь, постепенно шел Пекулин к моноциклу, сам еще не вполне сознавая, куда его влечет. Способности к балансу — главное для моноциклиста — в нем уже были заложены фигурным катанием. Вольтиж с шестом, который молодой артист исполнял со своими партнерами, развил и укрепил эти способности, подсказал оригинальные трюки будущего номера. И когда руководитель группы моноциклистов в цирке на льду В. Минкин пригласил Геннадия стать их партнером, капризное колесо моноцикла легко покорилось ему. Причем ок с удивлением обнаружил, что колесо это сродни фигурным конькам в плане самой техники и элементов катания.

В цирке на льду Пекулин познакомился со своей будущей женой и партнершей, которая, окончив в 1967 году ГУЦЭИ, демонстрировала сразу два номера — «Гимнасты на корд де воланах» и «Игра с диаболо». Она была руководителем этих номеров и также пришла на лед по приглашению Арнольда.

—    Лида быстро освоила моноцикл, — рассказывает Геннадий, — и он ей полюбился, как и мне. И вот, проработав в цирке на льду несколько лет, мы твердо решили создать новый номер.

Пекулины подали в Союзгосцирк свой сценарий, там подивились дерзости молодых артистов, задумавших действительно уникальные трюки, но поверили в их силы и сценарий утвердили сперва, правда, на трех участников.

Этим третьим участником стал москвич Михаил Окуньков, который пришел к ним из униформы. Цирком Михаил «заразился» от старшего брата, музыканта циркового оркестра. Мальчишкой бегал к нему вечерами на Цветной бульвар и очень скоро понял, что без манежа для него жизни нет. Чтобы поступить в заветное училище, устроился работать униформистом — приглядывался, перенимал, учился. После армии вновь вернулся на свой пост у ковра и там-то познакомился с Пекулиными, А с моноциклом Михаил дружил уже давно. «Первый раз сесть на него мне дал сам Енгибаров...»

—    Михаил вскоре полностью вошел в номер, и лучшего партнера нам трудно было желать, — говорит Лидия.
—    Свой первый номер втроем мы готовили в Челябинском цирке, — рассказывает Геннадий Пекулии, — и там у нас появился добровольный помощник, ставший затем нашим близким другом, — Виктор Савин. Он занимался в самодеятельном цирке, увлекался спортом и через своих знакомых на заводах и в клубах помогал нам с изготовлением реквизита. Без него мы бы просто пропали. Потом Виктор начал понемножку репетировать вместе с нами и как-то неприметно сделался нашим полноправным партнером, так что весь номер у нас теперь перестроился на четверых. Но добиться того, чтобы в нашу группу ввели четвертого участника я на смог, и номер пришлось выпускать втроем. Его приняли хорошо, и в 73-м году мы ездили с ним на гастроли в ГДР, где даже выступали в специальной программе по интервидению, собирающей обычно лучших артистов эстрады и цирка из разных стран. Все это время мы не теряли связи с Виктором.

Когда в конце 1973 года Геннадия Пекулина призвали на год в армию (до этого он успел окончить заочное отделение Латвийского государственного института физкультуры), его место временно занял Виктор Савин. А после возвращения Пекулина из армии Союзгосцирк утвердил В. Савина в коллективе.

С декабря 1974 года труппа начала выступать вчетвером. Разъезжали по Союзу, участвовали в триумфальных гастролях советского цирка во Франции и Бельгии. Росло мастерство, накапливался опыт, шел постоянный, неутомимый поиск нового, лучшего...

Попробую последовательно описать то, что они показывают на манеже сегодня.

Вслед за «вертушкой» втроем Г. Пекулин показывает эффектную сольную комбинацию на маленьком моноцикле, исполняя двойные пируэты и повороты ив 180 градусов. Затем В. Савин и М. Окуньков выезжают на трехметровых моноциклах и, вращаясь по кругу, еще балансируют на плечах шест с корд де воланом. а их партнерша проделывает различные гимнастические элементы. Потом Пекулии на двухметровом моноцикле принимает на лоб першевую лестницу с Лидией на вершине.

Вот эквилибристы прямо на манеже запрыгивают на высокие моноциклы (что само по себе уникально, ибо обычно для этого пользуются приставной лестницей), кладут на плечи шест, и артистка взлетает на наго, как на турник, встает во весь рост и исполняет арабеск. Но это еще не все. На шесте устанавливают пятиметровую лестницу, и под балансом нижних акробатка поднимается на ее вершину, вытянувшись там в фигурной стойке на руках.

И, наконец, финальный трюк. Артисты, вновь оседлав моноциклы, с шестом на плечах балансируют на этой узкой металлической трубке сидящего на моноцикле Виктора, который в свою очередь держит на плечах партнершу.

Конечно, поразительная трюковая работа, но, увы, только трюковая. Игровой изюминки, которая выгодно отличала, например, выступавших в той же программе танцоров на проволоке Т. Маркову и В. Стихановского, номеру Пекулиных явно не хватает. За набором их сложнейших, уникальных трюков не чувствуется находчивой режиссерской руки, не видно стройного композиционного рисунка. А без этого номер заметно проигрывает в зрелищном отношении, что очень обидно.

Надо сказать, артисты и сами понимают, что слишком увлеклись трюковой стороной своего выступления в ущерб образной, и много думают сейчас над тем, как сделать номер ярче, интереснее. Они постоянно советуются с опытным режиссером и педагогом В. Плинером, вместе с ним ищут новые художественные решения.

Они рассказали мне, что собираются заменить обе громоздкие лестницы универсальным першем. Это сократит время подготовки очередного трюка, позволит слить их как бы в одну непрерывную комбинацию и вместе с тем усложнит ее. придаст ей изящество линий. Кроме того, в предпоследнем трюке смогут участвовать благодаря этому все четверо артистов, а не трое, как сейчас. Пекулины хотят также значительно расширить зону катания, выйти за пределы пола, приблизившись тем самым к зрителям...

И все-таки наряду с поисками более эффективного оформления мысль о новых редкостях по красоте и сложности трюках ни на минуту не оставляет этих неуемных тружеников. Получив авторские свидетельства на пять уникальных трюков, которых другим, возможно, хватило бы до конца их цирковой карьеры, они уже мечтают, как признался мне по секрету Геннадий Пекулин, о пяти балансах на моноциклах. Никто кроме них в это пока не верит. Но ведь это только пока...   

ЮРИЙ ОСИПОВ



#8 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 10:35

Передвижной цирк «Салют»

 

Несколько месяцев передвижной цирк «Салют» гастролировал по городам Южного Урала. Желающих познакомиться с его программой было так много, что коллектив цирка давал представления и на стадионах.

 

Например, когда шапито стояло в городе Миассе, артисты выезжали в Чебаркуль и провели там представление под открытым небом.

Во время гастролей в Салавате состоялась поездка к труженикам Стерлитамака. На городском стадионе заботами инспектора манежа И. Тернянского был подготовлен настоящий манеж с барьером. На нем смогли с успехом выступить дрессировщики медведей А. Слива и А. Кирачуков и дрессировщица группы экзотических животных Т. Великая. Для воздушных гимнастов был вызван подъемный кран. Артисты прикрепили к его стреле свои аппараты. Высоко над полем стадиона, под самой стрелой, выступали участники номера под руководством А. Бухарева и воздушная гимнастка Л. Мартиросян.

Свои номера показали оригинальные жонглеры Л. Аникеева и В. Волкова, музыкальные эксцентрики Шнитке, иллюзионисты О. и С. Пырьевы, акробаты с першами Т. Хаврось и А. Черевко, силовой жонглер Б. Вяткин, акробаты-эксцентрики А. Клюев и С. Казанцев, акробаты-прыгуны Шаламовы, эквилибрист М. Жадин, участники художественно-акробатической группы Киселевы.

Аплодисменты и смех собравшихся вызвали репризы, показанные заслуженным артистом РСФСР Борисом Вяткиным.

После представления зрители и представители городского отдела культуры горячо благодарили участников программы.

Ю. КУЗИН, артист цирка



#9 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 10:50

О цирковых кавалькадах

 

Передо мной заметка из пермской газеты «Звезда» с заголовком «Ареной стали улицы». В ней сказано: «Ребятишки и взрослые окружили кавалькаду уже у цирка и следовали за ней многие кварталы.

 

В ней сказано: «Ребятишки и взрослые окружили кавалькаду уже у цирка и следовали за ней многие кварталы. Действительно, окинуть ее одним взглядом было невозможно: разукрашенные машины с цирковыми артистами, эскорт велосипедистов-клоунов, нарядные пони, всадники на лошадях с султанами и в центре реальное чудо — человек-невидимка на мотоцикле. Правда, никто не сможет сказать, что видел мотоциклиста, потому что тогда уже не будет чуда и невидимки... Цирк вышел на улицы Перми, устроив для ее жителей в юбилейном году праздник циркового искусства».

Я подумал: редко встречаешь сейчас я печати такие сообщения. А когда-то кавалькады проходили довольно часто. Например, в 1957 году во время VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов по улицам Москвы прошла большая цирковая кавалькада. Ее маршрут был: Центральный парк культуры и отдыха имени Горького — Садовое кольцо до площади Маяковского — улица Горького — Ленинградский проспект — стадион Динамо, где было дано представление. В кавалькаде участвовало 280 советских мастеров манежа, 220 артистов цирка из Болгарии, Венгрии, Германской Демократической Республики, Монголии, Польши, Румынии и Чехословакии. Кроме того, в процессии принимали участие студенты циркового училища и спортсмены.

В том же году Союзгосцирк организовал две многодневные кавалькады: «Москва — Донбасс — Кузбасс» и «Москва — Кубань». Они были посвящены 40-летию Великой Октябрьской социалистической революции.

Учитывая положительный опыт этих кавалькад, в 1958 году было проведено шесть многодневных кавалькад, посвященных 40-летию Ленинского комсомола. Их маршруты были весьма разнообразны: Свердловск — Омск, Москва — Волгоград, Киев — Днепропетровск; по республикам Средней Азии: Казахстану, Киргизии, Узбекистану; по Эстонии, Латвии, Литве и Белоруссии и, наконец, по целинным землям Сибири и Алтая.

В шести кавалькадах участвовало более 180 артистов. Было дано 550 представлений. Количество зрителей достигло почти миллиона человек. В 1958 году кавалькады проводились в Баку (посвященная 40-летию Компартии Украины) и Ростове-на-Дону.

У меня есть сведения о трех кавалькадах в 1959 году. Одна прошла по районам освоения целинных земель Восточно-Казахстанской, Семипалатинской и Карагандинской областей Казахстана, вторая состоялась в Красноярске и третья — в Пензе.

В 1960 году были проведены кавалькады в Киеве и Волжске. В 1961-м давалось представление на стадионе Новороссийска, которому предшествовала кавалькада по городу. В этом же году были проведены кавалькады в честь XXII съезда КПСС артистами Московской, Ростовской и Новосибирской групп «Цирк на сцене».

Позже эти интересные мероприятия организовывались все реже и реже. Можно лишь вспомнить, что в 1967 году большой успех имела кавалькада в Москве, посвященная 50-летию Великого Октября. Она продефилировала от цирка на Цветном бульваре до ВДНХ. Тогда по улицам столицы двигались 30 автомашин с атлетами, 30 наездников, 30 мотоциклистов и 3 автопоезда. На ВДНХ давались представления на восьми площадках.

Как известно, у советского цирка давние традиции по проведению кавалькад. В Ленинградском музее цирка хранятся фотографии и газетные сообщения о шествиях цирковых артистов, о их участии в праздничных демонстрациях. В одной из таких заметок читаем: «Едва ли не с самого первого советского праздника повсеместно устанавливалась добрая традиция: артисты цирка выходили на улицы городов в колоннах демонстрантов.

На снимке Октябрьская демонстрация, в которой участвуют известные артисты — премьеры Ленинградского цирка. Впереди с барабаном популярный сатирик Леон Таити, поодаль его брат и партнер Константин. На трехметровых ходулях, громко произнося в рупор короткие стихотворные приветствия, шагает Виталий Лазаренко. В первом ряду колонны мы видим Вильямса Труцци, знаменитого дрессировщика и режиссера, артистического директора государственных цирков».

В те же годы проводились кавалькады во время демонстрации и в Москве. Об одной из них в 1928 году сообщала «Рабочая газета».

Сейчас внимание работников цирка к кавалькадам явно снизилось. Проводят их очень редко. А думается, напрасно. Они являются одной из форм популяризации циркового искусства. А во время многодневных кавалькад мастера цирка встречаются с жителями отдаленных городов, селений, аулов, кишлаков.

Хорошо бы директорам цирков проводить красочные шествия у себя в городе, а Союзгосцирку и группам «Цирк на сцене» возобновить организацию многодневных кавалькад.

А. КОТЛЯРОВ



#10 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 11:40

«Борец Джим Каннон». Александр Грин

 

В 1912—1917 годах в Петербурге выходил журнал «Геркулес». Автор в Алых парусов» Александр Грин поместил в нем несколько рассказов из жизни цирковых борцов.

 

Эти произведения впоследствии не вошли ни в сборники рассказов Грина, ни в собрания его сочинений. Предлагаем их вниманию читателей.

Чемпион мира Джим Каннон любил все законченное, совершенное: луну, розы, море, снег, солнце. Все эти явления, как и множество других явлений, не могли быть сравниваемыми ни с чем однородным, а потому были совершенны. Совсем не то получалось, когда Джим Каннон обращал внимание на людей. Все качества их были условны, и не было среди них самых умных, самых добрых, жестоких, сильных и красивых — таких, относительно которых можно было быть в полной уверенности, что не появятся люди еще умнее, добрее, жесточе, сильнее или красивее.

Как борец, и притом борец такой, которого еще ни разу никто не клал на лопатки, Джим Каннон при наклонности брать все в превосходной степени, мало-помалу пришел к убеждению в своей полной физической неодолимости. И действительно, слава о нем гремела от Нагасаки до Нагасаки — вокруг света. В сотнях цирков прижимал он к ковру различных людей: белых, черных, коричневых, красных, блондинов и рыжих, брюнетов и шатенов, русых и белобрысых. В параде грудь ого сверкала узорами медалей и орденов. Он был всех знаменитее, всех сильнее, всех удачливее — он был «непобедимый чемпион мира Джим Каннон» — так и печатали его на афишах. Ни за какие суммы золота нельзя было склонить его к самопоражению, да он и не нуждался в деньгах, зарабатывая десятки тысяч.

Единственный человек, которого чтил и уважал Джим, как тоже непобедимого, только в другом роде, был Фантомас, неуловимый разбойник, герой трех романов и множества кинематографических фильмов. Но Фантомас — лицо вымышленное, Джим же Каннон существовал в действительности, и это сравнение еще больше радовало борца.

Однажды в Риме к нему пришел директор цирка Антонио Козетти. Он сказал Джиму следующее.

—    Синьор! Мне пишут, что на Корсике объявился поразительный диковинный силач, некто Джузеппе, лодочник. Одной рукой он бросает лодку, как дротик, далеко в море. Впрочем, думаю, что в рассказе о нем многое преувеличено; однако нет сомнения — он силач, каких мало. О нем уже пишут в «Римском вестнике природного воспитания». Очень прошу вас, синьор, бороться с этим Джузеппе и положить его. Пора доказать скептикам преимущество профессионального атлета перед сырой силой. Не так давно уличные газетки обрушились на нас за отказ дать противника погонщику из Падуи. Итак, я попрошу Джузеппе приехать?

—    Хорошо! — сказал Джим и, когда директор ушел, он, подойдя к трюмо, влюбленно осмотрел свой бугристый торс, казавшийся отраженным в выпуклом зеркале — так он был массивен и уродливо широк в плечах. Яркое белое тело по глубоким складкам мышц казалось проложенным голубыми жгутами — линиями теней.
—    Ну и машина! — сказал Джим.

Джузеппе приехал. Его посадили а самую дальнюю уборную и присматривали за ним, чтобы он раньше времени, то есть борьбы, не выскочил как-нибудь на глаза публики, дабы поразить видом лодочника с арены. Хотели поднести такое зрелище оглушительнее.

Джим одевался в своей уборной, когда к нему вошел растерянный тренер Фиш. Он сказал:

—    Откажись бороться, Джим! Скажи, что заболел, или как сам придумаешь.

Чемпион посмотрел на него широко раскрытыми глазами. Рука его от изумления так и застыла на шее, прижимая к ней мохнатое полотенце.

—    Я видел Джузеппе, — пояснил Фиш. — С таким бороться немыслимо. Я ведь кое-что понимаю... Поди посмотри!

Джим Каннон знал, что Фиш очень осторожен в словах. Сразу сильно и тяжело взволнованный, он вышел в коридор и постучал в дверь, за которой сидел Джузеппе.

В уборной горели две электрические лампочки. При появлении Джима они стали как бы тускнеть и гаснуть — это поднимался со стула Джузеппе, поднимался медленно и, встав, заслонил собой все.

Страшен и огромен был Джим Каннон, но еще страшнее, еще необхватнее, еще больше был корсиканский лодочник. Кошмарная фигура его утомляла одним только созерцанием ее выступов, расщелин, углов и покатостей. Трудно было бы другими словами выразить массивность его сложения — как гора, возвышался он среди остальных присутствовавших. Даже в трех шагах нельзя было разглядеть его всего сразу — надо было отойти дальше.

Опытным серьезным взглядом рассмотрел великана Джим. Гнев и восторг душили ого. Он видел, что Джузеппе не нужны никакие приемы, никакая техника, что он может измять любого, как мнут газетный лист, и даже дыхание его при этом не сделается неравным. Все это он понял, сухо поклонился и вышел.

Ничем не выдав своего потрясения, Джим, возвратясь к себе, сказал Фишу:

—    Ступай к директору и объяви, чтобы он особенно не беспокоился. Я знаю, как победить лодочника.

Фиш удалился, и Джим начал надевать трико.

«А все-таки я останусь непобедимым!» — сказал он наконец сам себе после долгого, скорбного раздумья и, просветлев, улыбнулся.

Затем он открыл раздвижное золотое кольцо старинной работы. В крошечном углублении металла лежал сухой серый шарик смерти. Джим положил его на язык, побледнел и запил водой.

В этот момент оркестр разразился маршем. Через минуту Джим уже стоял в центре полукруга атлетов, сверкавших разноцветными лентами, и небрежно оправлял трико.

Очередь быть провозглашенным дошла, как всегда, и до него.

—    Чемпион мира Джим Каннон, прозванный Непобедимым! — громко крикнул Антонио.

И Джим, медленно выйдя из круга, поклонился ревущей толпе. Затем под гром рукоплесканий закрыл, теряя сознание, глаза и упал мертвый.

1916 г.



#11 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 11:56

«Борец Фома Сибиряк». Александр Грин

 

Незаметно, но верно, коньяк, любимый напиток Фомы Сибиряка, чемпиона Сибири, как его именовали афиши, сделал свое поганое дело. Человек первоклассной физической силы, но бесхарактерный.

 

Сибиряк усердно следовал внушениям завистливых приятелей, которые после каждой удачной борьбы доказывали ему, что ему, Сибиряку, непременно следует оросить свежие лавры в трактирчике, помещавшемся напротив здания цирка, и восьмипудовый Сибиряк, слишком надеясь на свою выносливость и здоровье, шел почти каждый вечер пить.

Фома Сибиряк не знал соперников в борьбе. Приятели его знали соперников, и им приятно было видеть, как день за днем усиливается у простодушного богатыря одышка, неровное становится поступь и нервно блестят когда-то спокойные, полные уверенности, добрые, быстрые глаза.

Чувство удовольствия от каждой победы, одобрения публики и сознания своей силы было остро в хмельном состоянии, и Фома Сибиряк начал пить сам, самостоятельно. Он даже начал угощать товарищей ради того, чтобы они сидели с ним и выслушивали его похвалы самому себе. Наконец, и он не мог уже не заметить, что все труднее становится ему выстаивать против свежих борцов, что уже дрожит протянутая для мертвой хватки рука, слабеет сообразительность, мучает бессонница. И вот в одни горький вечер мясник с Подола, вызвавший Сибиряка бороться на поясах, бросил его через пять минут, утерся рукавом и сказал: «Это нам нипочем!»

А еще через месяц после этого Сибиряк пил уже запоем, с пьяными слезали и драками, с закладыванием вещей и ночевками под забором. И рассчитали его из чемпионов, и, уже не помня как, пешком ли, зайцем ли по железной дороге, или же этапом, или всеми этими способами вместе, очутился он великим постом в рыночных трактирах прикамского города Ц., жалкий, пьяный и злой, босиком, в армейских офицерских штанах, драной бумазейной рубахе и четырехугольной татарской шапке.

Сибиряк зажил той новой жизнью, которая, вытекая из прежней ого профессии и настоящего запойного положения, сложилась сама собой. За пятак давал он бить себя по голому животу дровяным кругляком, возил на потеху рыночной толпы, ухватясь за оглобли и ржа как лошадь, возы с мукой; ел на пари горячий хлеб по пяти фунтов и, чтоб не отравиться, глотал после этого тараканов; разбивал ребром ладони кирпичи и т. д. Все это давало ему ночлежку, много водки, мало еды и еще меньше денег.

Стояла темная апрельская ночь. После пасхи в Ц. приехал цирк и расположился в деревянном строении на берегу речки. У запасных и простых выходов цирка, как везде, опускались к земле грубые деревянные лесенки, возле которых располагались днем городские золоторотцы. Одни из них выпивали и закусывали, другие спали, свернувшись, как бродячие кошки, калачом на узкой площадке лестницы. Сибиряк избегал подходить к цирку. Цирк тревожил его когда-то веселыми и приятными, в теперь больными воспоминаниями. Однажды и он посидел на одной из лесенок, зато к вечеру напился как зверь.

Тем не менее в ту мочь, о которой идет речь. Сибиряк, славший у дровяного сарая, вдруг проснулся, и, сидя на земле, долго тер рукой лоб. Упорная мысль о цирке запала в его душу. Ему приснился тоскливый сон, о котором он ничего не мог вспомнить, кроме музыки, яркого, как солнце, света и радостной тревоги, заставившей его сердце биться так сильно, что он проснулся. Рука его, упав на колено, коснулась сквозь изношенную материю голого, когда-то белого и холеного тела, и прикосновение это было ужасно. Но еще ужаснее было вспыхнувшее непреодолимое желание мучить себя, растравлять свою скорбь, и Сибиряк встал...

На соборной колокольне пробило десять часов. Безветренная теплая ночь дышала огнями звезд. Сибиряк слышал, что сильнее и громче бьется пульс отогретой за эти дни весенней земли, что даже тело его, повинуясь неведомому закону, чувствует себя более упругим и свежим, и кровь просит движения. И вспомнилась ему хорошенькая цирковая акробатка Соня, с которой год тому назад налаживалось у него что-то прочное, но шаг за шагом разбилось и погасло. И все это звало его к цирку — растравить раны, напиться и позабыть в тяжком сне прошлое.

Когда Сибиряк взобрался на крышу цирка, на ней уже лежали, распластавшись, как тюлени на льдине, бесплатные зрители. Из широких щелей крыши блестел свет, освещал носы и брови прильнувших к ним босяков. Сибиряк выбрал щель с выпавшим у края доски сучком, что делало отверстие довольно широким, и посмотрел вниз.

Прямо под ним в плывущих снизу вверх звуках вальса раскачивалась на трапеции худощавая мускулистая брюнетка с покрасневшим от напряжения и волнения лицом. Лицо ее сверху не все было видно ему, однако в изгибе плеч и шеи он нашел нечто, показавшееся ему знакомым. Он не успел еще отдать отчет в этом, как акробатка, упав на палку трапеции согнутыми коленями и продолжая раскачиваться, поймала за руки подлетевшего к ней по воздуху товарища-гимнаста и с веселым лицом бросила его в сетку, где, мягко перевернувшись, он стал на ноги и раскланялся.

— Соня! — закричал, узнав девушку. Сибиряк. Но он закричал в щель, и никто его не услышал. Тем временем, прыгнув и сама вниз, девушка удалилась. Сибиряк стукнул кулаком по крыше так, что жалобно задребезжал пес, сел и заплакал.
Речной разлив стягивало, но мостки перевоза стояли еще не на обычном месте, а выше по отлогому берегу. У мостков, разводя пары, стоял пароход-перевозчик, типа среднего катера, переправлявший публику на заречный берег. На пароходе сидела вторая партия цирковой труппы, отправлявшаяся в Симбирск. Пронзительно закричал третий свисток, и матрос отнял причал.

—    Ну, поехали! — сказал Гутман, хозяин труппы, старому «рыжему» Арманди. — Дай бог еще в Симбирске так поработать!

В этот момент, задыхаясь от быстрого бега, взбежал на мостки человек огромного роста, в поношенном, но приличном костюме.

—    Стойте! — закричал он. — Верните пароход! Ради бога!

Лоцман пожал плечами. Корма поворачивавшегося пароходика находилась от мостков на расстоянии меньше пяти аршин. Тогда с быстротой щуки огромный человек прыгнул в воду по грудь, ухватился за корму пароходика, взмылившего от негодования воду, и дернул его назад. Винт беспомощно забурлил, а пассажиры бросились к корме посмотреть на чудовище, которое, ухватившись левой рукой за мостик, держало правой рукой пароходик на месте.

—    Господин Гутман, — кричал Сибиряк, — идите к корме! Я опоздал... Я сегодня только узнал в цирке, что вы уезжаете... Возьмите меня! Я пил раньше, но вот, видите, бросил водку и уже заработал на заводе на костюм... только он теперь смок... Это ничего... Возьмите меня, чтобы спасти, ради господа!

Он продолжал держать белыми от напряжения пальцами прыгающую корму. И мостки, и сам он, и пароходик тряслись как в лихорадке.

Гутман наклонился к нему, щелкая от удивления языком.

—    Кто такой? — спросил он.
—    Фома Сибиряк, чай слышали...
—    Ой... Слыхал... Полезай живо на борт!

Когда Сибиряк, весь посиневший от холодной воды, перелез через борт, его ждала бесконечная радость: он увидел красивые, полные слез глаза Сони, которые говорили ему что-то такое хорошее, что этот день стал лучшим в жизни Фомы Сибиряка.



#12 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 18 549 сообщений

Отправлено 09 Ноябрь 2019 - 17:18

Цирковая коллекция Ефима Линера

 

Коллекционеров порой называют чудаками. Но правильно ли это? Увлеченные предметом своей страсти, они отнюдь не просто чудаки. Из скрупулезно собираемых ими материалов складывается яркая картина прошлого и настоящего. А работают коллекционеры на будущее, на историю.

 

Из частного собрания вырос, как мы знаем, Ленинградский музей циркового искусства. На всем протяжении своего почти пятидесятилетнего существования он пополнялся прежде всего за счет коллекционеров, их бескорыстных преподношений. Ну как не сказать большое спасибо, например, тому, кто передал сюда входной билет а цирк Гверры, существовавший в Петербурге а 40—х годах прошлого столетия! Представляете себе, какая бесценная редкость этот невзрачный на вид клочок бумажки? И как замечательно, что он сохранился и мы можем видеть его под стеклом в экспозиции. И все — благодаря коллекционеру!

Цирк является горячим увлечением многих. Привлек он в свое время и ленинградца Ефима Исааковича Линера. Им собрано большое количество материалов — печатных, иконографических, предметов прикладного искусства, отображающих развитие цирка у нас в стране и за рубежом. Даже Ленинградский музей с его фондом в более чем восемьдесят тысяч единиц подчас не располагает тем, что есть в этой частной коллекции. Она познавательна. Многое в ней по-настоящему уникально.

Коллекция заполняет квартиру. Цирк здесь всюду — на стенах, в шкафах. Я знакомлюсь с некоторыми образцами из этого собрания. Вот, к примеру, серебряная юбилейная медаль, выпущенная в честь 20-летия русского цирка Никитиных, который вел свое существование как известно, с 1873 года. На медали — герб города Саратова, Та, что попала в коллекцию Линера, именная. Она была преподнесена Акимом Никитиным на добрую память известному клоуну Вилли Кремзеру, о чем свидетельствует гравировка. Другую памятную медаль тот же цирк выпустил к своему сорокалетию. На ней изображен А. Никитин. Он представлен здесь в двух видах: молодым и сорок лет спустя. уже в годах, почтенным, с орденами на груди.

Не один десяток медалей собрал Линер. А ведь кроме них есть еще медальоны, жетоны, значки, тоже исчисляющиеся десятками. По каким только поводам они не выпускались! В 1890 году в Париже, например, появился бронзовый жетон, посвященный Анатолию Леонидовичу Дурову, который изображен на нем в шубе и... косоворотке. Надпись гласит: «PREMIER CLOWN RUSS». Некоторое время спустя во Франции же был выпущен другой цирковой жетон из бронзы. На нем изображение знаменитого канатоходца Блондена.

Любопытен серебряный жетон, изготовленный в Киеве и преподнесенный главе известной труппы акробатов Леониду Ольховнкову. «За постановку пантомимы «Бунтарь Кармелюк», — гласит надпись. И тут же дата: 5 марта 1930 года.

Среди значков также немало редкого. Вот, скажем, серебряный значок с изображением подковы {в данном случае символизирующей конный цирк), лиры и трехцветного флага Российской империи. Это — эмблема РОАВЦа (Российского общества артистов варьете и цирка). Значок выпущен в 1914 году — год созданий общества. В коллекции можно увидеть значки ЦУГЦа, ГОМЭЦа и других учреждений, имевших отношение к цирку. Помимо выпущенных у нас в стране, в собрании представлены значки цирков Чехословакии, ГДР, Польши, Монголии, Португалии.

Свои эмблемы выпускают народные цирки Ленинграда, Череповца, Кургана, что является одним из свидетельств широкой популярности искусства смелых и ловких.

Тематика значков охватывает более чем пятнадцать цирковых жанров. Особенно много — посвященных клоунаде, конному цирку, иллюзии. Только одному Олегу Попову посвящено около тридцати видов значков, выполненных в металле, пластмассе, фотоспособом, покрытых горячей эмалью и т. д. Есть значки Карандаша, Юрия Никулина. Ильи Символокова, Волжаниских, Кио, Цовкра, Корниловых и других мастеров манежа. Целая серия посвящена изображению зданий цирков.

Цирковое искусство Советского Союза, Венгрии, Чехословакии, Болгарии, Монголии, Вьетнама, Франции и других стран нашло широкое отражение в сериях почтовых марок. Каждого страстного филателиста, наверное, порадовали бы яркие по цвету марки, выпущенные в честь международного фестиваля цирка в Монако. Есть в коллекции Ликера и светло-голубая с желтым обрамлением марка, на которой изображены эквилибристы на шестах. Она выпущена в Народной Демократической Республике Йемен.

Некогда, в дореволюционное время, табачная промышленность выпускала папиросы «Клоун», «Паяц», «Силач», «Атлет». Был сорт папирос, посвященных любимцу публики, популярному борцу Георгу Луриху. Они так и назывались «Лурихи («10 штук — 6 копеек»). В наши дни папирос на цирковую тематику нет, но есть «цирковые» спички. В коллекции Линера их более 400 образцов. Здесь же — «цирковые» табели-календари, переводные картинки, елочные флажки, почтовые конверты, тарелки, чашки, блокноты, статуэтки, игральные карты, конфетные обертки, детские игрушки... Обращают на себя внимание боны (бумажные деньги). Вид их необычен. На царской купюре — десятирублевке сделана печатная надпись: «Подарок от И. Поддубного. Рубль за минуту французской борьбы» (1909 год.) Эта кредитка предназначалась в качестве приза для любого желающего, кто решил бы померяться силами с Поддубным и устоял а течение десяти минут. Но таких, разумеется не находилось, чтобы побороть Поддубного! Дензнак остался как своеобразная память о легендарном борце. Не менее интересна н рекламная летучка, отпечатанная ради экономии бумаги на ...деньгах, выпускавшихся в Ростове-на-Дону в пору «властвования» Деникина. Надпечатка, относящаяся к более позднему времени, гласит: «Сегодня а цирке грандиозный бенефис воздушных гимнастов бр. Эдер».

Какая коллекция такого рода обходится без открыток! Есть они и у Линера. Открытки, на которых помещены репродукции картин на цирковую тематику. Открытки с изображенном зданий цирков, в том числе крайне редкое издание 1911 года, на котором можно увидеть внутренний вид цирка Чинизелли той поры. Рекламные открытки, выпущенные как до революции, так и в 20-х годах и в 30-х годах (издания «Кинопечати», музея Ленгосцирка и др.). Одна из представленных в коллекции открыток была адресована в свое время в Петербург директору цирка «Модерн» Антону Маршану. Пославший ее Клеменс Беллииг (комическая дрессура) извещал «господина директора» о том, что будет свободен с февраля 1913 года, и предлагал свои услуги. Другая открытка, а которой также идет речь об ангажементе, была отправлена в Москву, в «Скетинг-палас», роликобежцами труппы Чарли Ваусона. Там, где речь идет о прошлом, об истории, любой штрих как общественного, так и бытового характера представляет большой интерес.

О значении коллекции Е. Линера свидетельствуют отзывы, получаемые от знатоков циркового искусства. «Всегда с большим чувством удовлетворения отношусь к вашему подвижничеству коллекционера. Хочется совместно с вами создать экспозицию, основой которой будут собранные вами материалы», — пишет заведующий Ленинградским музеем циркового искусства Александр Левин. Крупный цирковой коллекционер Роланд Вайзе (ГДР), создавший у себя «архив международного циркового и эстрадного искусства», пишет по поводу некоторых медалей из коллекции ленинградца: «Я имею подобные в своем архиве, однако с изображениями клоунов и жонглера, как у вас, не имею».

Остается добавить, что увлечение майора в отставке Е. Линера цирком не прошло бесследно и для его семьи. Дочь Лариса стала артисткой ленинградского «Цирка на сцене», она — исполнительница акробатического н пластического этюдов. Там же работает и ее муж — иллюзионист Виктор Быковский. Бывая на гастролях в различных городах, они стараются не пропускать ничего мало-мальски интересного, что могло бы пополнить коллекцию, окружающую их дома, в Ленинграде. Зная о существовании коллекции, стараются помочь ее владельцу материалами и другие работники ленинградского «Цирка на сцене», в частности директор — заслуженный артист РСФСР М. Звегинцев, главный режиссер В. Вальт.

Ленинградец Е. Лимор не единственный в стране коллекционер, чью «одну, но пламенную страсть» составляет цирк. Может быть, целесообразно было бы к предстоящему 60-летию советского цирка открыть всесоюзную выставку, на которой были бы представлены материалы из частных коллекций.

М. Медведев







Темы с аналогичным тегами Советская эстрада и цирк, Советский цирк февраль 1978

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

  Яндекс цитирования     Rambler's Top100