Перейти к содержимому

Фотодром Шираслана. Новое
подробнее
Международный фестиваль циркового искусства «Золотой слон» в Жироне(10th International Circus Festival Gold Elephant in Girona).
подробнее
Животные в цирке- наша жизнь, наша самая большая любовь.
подробнее

Фотография

Журнал Советская эстрада и цирк. Август 1984 г.

Советская эстрада и цирк. Советский цирк. Август 1984

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 4

#1 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20665 сообщений

Отправлено 10 June 2021 - 17:22

Большие мастера комического

 

В 1929 году в пятом номере журнала «Чудак» появилось стихотворение Владимира Маяковского «Мрачное о юмористах». Поэт, много сделавший в области сатиры, обращался к своим коллегам: «Где вы, бодрые задиры?».

 

Вопрос задавался не случайно. Маяковский писал, что современный ему сатирик «измельчал», «обеззубел», «обэстетился». Речь шла о том, чтобы поднимать большие, острые, злободневные темы, а не выволакивать на свет одно и то же: «дореформенных тещ» и «гробовые» анекдоты. Сам Маяковский всем своим творчеством подавал пример — его сатира всегда была боевой, агитационной, целеустремленной.

Почему мы вспомнили об этом? Потому что вопрос — «Где вы, бодрые задиры?» — не потерял актуальности и в наши дни. В частности, его хотелось бы адресовать тем, кто представляет сегодня жанр сатиры на арене цирка — клоунам, музыкальным эксцентрикам, и не только им. Ведь сатира может иметь место и в других жанрах.

Большую политическую, гражданственного звучания тему цирк обычно решает в парадах-прологах. Они посвящаются знаменательным событиям в жизни страны, юбилейным датам. Есть немало интересных постановок такого рода. Как правило, они праздничны, торжественны, проникнуты пафосом. Парад-пролог — это плакат цирка. Но порой лишь этим, бесспорно важным компонентом спектакля, и ограничивается обращение цирка к актуальным темам, темам сегодняшнего дня. Далее на всем протяжении спектакля вы не найдете даже крупицы публицистики, гражданственности, сатиры. И не только на международные, но нередко и на внутренние темы.

Все попытки острить и смешить на манеже сводятся в последнее время в основном либо к юмору положений, комическому трюкачеству, либо — что еще хуже — к барахтанью в цирковой рутине. Если же и появляются новые сатирические репризы, то затрагивают они зачастую мелкие, второстепенные темы. Актуальные вопросы дня, такие, как борьба с нарушителями трудовой дисциплины, прогульщиками, пьяницами, «несунами», хапугами, находят крайне недостаточное отражение в современном клоунском репертуаре.

Известно, что задача всех видов искусства не только развлекать, но и воспитывать. К этому призывают решения партии. Идеологической, воспитательной, пропагандистской работе был посвящен июньский (1983 года) пленум ЦК КПСС, поставивший исключительной важности задачу перед идеологическими кадрами. В докладе товарища К. У. Черненко «Актуальные вопросы идеологической, массово-политической работы партии» немало места было отведено деятелям культуры, их важнейшей миссии — «формировать, возвышать духовные потребности человека, активно влиять на идейно-политический и нравственный облик личности». Особое внимание было обращено на задачи, вытекающие из нынешней международной обстановки.

Сегодня в репертуаре цирка международная тематика занимает весьма скромное место. А между тем именно сегодня она необходима. Разоблачение империализма, его происков, преступных замыслов разжечь пламя нового мирового военного пожара, ядерной войны может и должно быть одним из важных аспектов, на который следует нацеливать оружие цирковой сатиры.

Большие мастера комического, такие, как Дуровы, В. Лазаренко, Карандаш, постоянно и, надо сказать, очень умело пользовались этим оружием. До сих пор люди старших поколений вспоминают яркие сатирические сценки Карандаша, с которыми он выступал в годы Великой Отечественной войны. В них он высмеивал фашистских агрессоров, решившихся пойти походом на Советский Союз.

И позже выдающийся советский комик неизменно обращался наряду с юмором к сатире, как бытовой, так и международной, проявляя порой завидную оперативность. Когда, например, зарубежный дипломат был застигнут за фотографированием оборонного объекта, Карандаш в тот же вечер вышел на манеж с репризой на эту тему. И зрители откликнулись на нее громом аплодисментов, отмечая тем самым и остроту сатиры и оперативность, «сиюминутность», сатирика.

Значительные политические темы присутствовали в выступлениях Ю. Никулина и М. Шуйдина. Такая их работа, как клоунада-пантомима «Маленький Пьер», имевшая большое, принципиальное, творческое значение для них самих, посвящалась борьбе за мир. Политическая сатира всегда была и в репертуаре Г. Ротмана и Г. Маковского. Построенная на использовании фонограммы сценка «Ограбление банка» высмеивала одновременно и нравы буржуазного общества и гангстерские фильмы. Осталась в истории советского циркового искусства их же «Притча о воинственном короле», приемами сказки-буффонады разоблачавшая поджигателей войны.

Но не только представители клоунады, музыкальной эксцентрики, разговорного жанра обращались к политической сатире. Занимала она видное место и в других жанрах. Можно сказать, что она была одной из ярчайших красок в творческой палитре Эмиля Теодоровича Кио. Такие сценки, как «Голова американского джентльмена», «Посылка дяди Сэма или Ангел мира», «Поджигатели войны», средствами иллюзии, подкрепленной элементами театрализации, разоблачали буржуазный образ жизни, агрессивные замыслы империализма, перекликаясь с карикатурами и фельетонами на эти темы, появляющимися на страницах «Правды», «Известий», «Крокодила». Так один из старинных жанров цирка — иллюзия — приобрел у Кио новое содержание, превратился в острое оружие политсатиры. Кио нашел для него даже специальный термин: «Политический иллюзион».

Нельзя не вспомнить и другого известного иллюзиониста А. Вадимова, который тоже охотно обращался к международной тематике. Он, например, демонстрировал сценку «Полицейский и голубь». Полицейский срывал со стены плакат, призывающий к борьбе за мир, рвал его, сжигал. Оставалась кучка пепла. И вдруг из нее появлялся белоснежный голубь. Он нес плакат: «За мир! Против войны!». Символичность этого и ему подобных трюков (а их у Вадимова было немало) наполняла работу иллюзиониста большим политическим содержанием.

О том, что сатира может иметь место не только в клоунаде, в иллюзиях, свидетельствует практика существовавшего в 50-е годы Московского акробатического ансамбля при Центральном доме культуры железнодорожников. Он демонстрировал Интермедию «Американский балаган», где акробатика в сочетании с буффонадой служила созданию сатирических портретов поджигателей новой войны.

Сатирическим содержанием наполнена сценка на батуде в спектакле «Я работаю клоуном», поставленном в наши дни А. Николаевым. Акробатические прыжки, совершаемые исполнителями, одетыми в стилизованные костюмы придворных, отображают изворотливость, угодливость, взлеты и падения в стремлении достичь королевского трона. Композиция превращается в остропамфлетное обобщение. Право же, есть в этом действе что-то от Эдгара По, от тех его новелл, где описываются балы и придворные, короли и шуты и где в причудливом гротеске сталкиваются одновременно и жуткое и комическое. Да и назван номер «Бал шутов». Мы упоминаем о сценке из спектакля А. Николаева, чтобы показать, как разнообразны приемы использования политсатиры на манеже.

Ведя об этом разговор, следует вспомнить и В. Г. Дурова, продолжавшего, как и все представители дуровской династии, традиции своих прославленных предков. Сценки на международные темы у В. Г. Дурова разыгрывали животные. Так, в злом старом бульдоге с толстой сигарой в зубах все узнавали одного из ярых апологетов «холодной войны». В таком же шаржированном обличье представали и другие животные.

Хочется отметить и безусловно интересную попытку Л. и Б. Федотовых ввести элементы сатиры в работу с экзотическими животными. Талантливые молодые дрессировщики верно уловили дух номера, ту возможность, которую он дает для использования в нем социальной темы. Так появился персонаж, изображающий охотника с ружьем в тропическом шлеме,— образ колонизатора, занимающегося хищническим истреблением фауны. К сожалению, театрализованные интермедии с участием этого персонажа не вошли органично в номер, превратились в дополнительную и совсем не обязательную иллюстрацию. Это почувствовали и сами артисты. Они отказались от сценок, хотя, быть может, и следовало бы продолжить поиски в этом направлении для более четкой реализации задуманного.

Итак, публицистика, политсатира, как мы видим, всегда занимали существенное место на манеже цирка. Должны они занимать это место и сегодня. Но — увы! Далеко не все современные мастера циркового смеха обращаются, как мы говорили выше, к этой «тематике. Иные клоуны предпочитают лучше вводить в свои выступления лирические, порой даже не свойственные клоунаде мотивы, чем гражданственные, обыгрывать воздушные шарики, собачек и кошечек (ну, как тут вновь не вспомнить Маяковского, сказавшего в том же упомянутом нами вначале стихотворении: «Обличитель, меньше крему!»), забывая тем самым о своей основной роли — быть «бодрыми задирами».

То, что политическая тема, публицистика не находят подчас должного отражения на манеже свидетельствует об отсутствии повседневной заботы о том, чтобы этот важный род цирковой сатиры не пребывал в забвении. Многое зависит, понятно, от пишущих для цирка. В свое время плодотворно работали над актуальной тематикой такие авторы, как В. Маяковский, Д. Бедный, В. Лебедев-Кумач, В. Воинов. Есть талантливые авторы и в наши дни. Что же мешает им включиться в активную работу?

4.jpg

Эксцентрический номер на батуде «Бал шутов». Коллектив под руководством А. НИКОЛАЕВА

Сейчас цирки заказывают сами для себя только сценарии и тексты для парадов-прологов, детских спектаклей. Может быть, следовало бы пойти дальше и предоставить им больше самостоятельности, дать возможность заказывать на местах и репертуар для клоунов? Так когда-то и было. Помнится, в 50-х годах много работали над клоунским репертуаром в Ленинграде. Придя к тогдашнему художественному руководителю Ленинградского цирка Г. Венецианову, вы на столе у него всегда могли увидеть пачку рукописей. Это были клоунские репризы, как заказанные цирком, так и поступившие самотеком. Их приносили и литераторы-профессионалы и просто любители циркового искусства, желавшие попробовать свои силы в работе над клоунскими репризами. Зато на манеже тех лет часто появлялся оперативный отклик на тот или иной злободневный факт, будь то неправомочный успех у части зрителей примитивного приключенческого зарубежного фильма или событие международного характера. Очень удачно было поставлено Г. Венециановым (по сценарию Г. Рябкина) антре «Спиритическая история». Его исполняли И. Демаш, Г. Мозель и Б. Вяткин. По цирковому была решена комическая история с вызыванием духов трех «битых» — Керенского, Врангеля и Гитлера.

Публицистика, политическая тема в цирке может находить отражение и в малой и в большой форме. Примеров тому предостаточно. Искусство манежа знает, скажем, такие работы В. Маяковского для цирка, как «Чемпионат всемирной классической борьбы», написанный специально для В. Лазаренко и героическая меломима «Москва горит» (1905 год). В свое время на манеже был поставлен сюжетный спектакль «Карнавал на Кубе». Неплохо бы и в наши дни увидеть подобного рода представление. Темой для него могло бы статьи героическое сопротивление патриотов стран Латинской Америки агрессивным силам империализма и борьба народов за мир.

И еще вот о чем хочется сказать в заключение: ни один клоунский образ, каким бы он ни был, реалистическим или гротесковым, не входит в противоречие с политсатирой. Взять хотя бы клоунов, чей образ и чья работа на манеже навеяны фольклором. Свойственные им приемы скоморошества, народного балагана позволяют решать политические темы под особенно острым углом. И в буффонаде политсатира чувствует себя свободно.

Оружие политической сатиры должно не пребывать в дальних «запасниках», а действовать активно, боевито, так, как ему и положено. К этому настоятельно призывают задачи сегодняшнего дня.

М. МЕДВЕДЕВ

 



#2 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20665 сообщений

Отправлено 11 June 2021 - 11:27

О творческих коллективах Союзгосцирка

В шестом номере журнала были опубликованы статьи Ю. Дмитриева «Коллективы и проблемы творчества» и Р. Ветрова «Начинать всегда не легко», в которых рассказывается о создании цирковых коллективов. Разговор на эту тему продолжает артист цирка В. Аверьянов.


В Союзгосцирке сформированы коллективы и постоянно действующие программы. Мне лично кажется: такая форма работы нам сегодня необходима. В коллективе больше возможностей для творчества, легче подготовить спектакль — для взрослых и для детей, более активно можно вести партийную, комсомольскую и профсоюзную работу.

Словом, коллектив — это хорошо. Об этом и пишет Р. Ветров в статье «Начинать всегда не легко». А профессор Ю. Дмитриев, отмечая положительные стороны такого объединения артистов в творческие труппы, тем не менее предостерегает нас: в былые годы коллективы распадались через несколько лет после создания. Как же избежать этого, как сделать, чтобы труд и средства, затраченные на формирование этих трупп, не пропадали даром? И почему все-таки они так быстро прекращали свое существование?

Думаю, ошибка заключалась в том, что сложную организационную и творческую проблему решали одним махом, не считаясь с тем, что поспешность уже не раз приводила к отрицательным результатам. Начинали сразу с приказов, на опыт и практику старейших мастеров манежа не опирались, к их мнениям и просьбам не прислушивались. А когда артисты-ветераны пытались что-то подсказать, посоветовать, их предложения в расчет не принимались. Коллективы создавались наспех. Формировались не по убеждению — необходимо собрать творческих единомышленников, а по принципу: «Стерпятся, слюбятся».

Нас, артистов, естественно, волнует, почему каждый раз к созданию коллективов подходили столь формально. И почему бы не начать, предположим, с «Положения о коллективах», которое руководители номеров и аттракционов предварительно обсудят. Лишь после окончательной доработки такое «Положение» должно быть принято и стать законом.

А теперь несколько слов о правах и обязанностях артистов. Нам нередко приходится слышать: «Обязан поехать в такой-то город!», «Обязан отгулять отпуск тогда-то», «Обязан начать выступления такого-то», «Обязан с минимальным количеством багажа...». И ни одного раза никто из артистов не получил такого рода уведомления: «Вам обязаны в короткий срок сшить новые костюмы», «Вам должны заказать новую, более современную музыку», «Вам срочно изготавливается новый реквизит».

Такого, действительно, еще не было. Но хочется верить, коллективы для того и создаются, чтобы подобное отношение к делу стало реальностью.

Артистам необходим документ, регламентирующий их права и обязанности. Артисты должны знать точно: через сколько лет их номера периодически будут переоформляться, кто станет их режиссером, кто балетмейстером, кто художником, кто в Союзгосцирке будет их курировать, за каким постановочным цирком их закрепят, сколько денег будет ежегодно отпускаться на коллектив. И еще десятки непраздных вопросов, на которые аппарат Союзгосцирка оперативно давал бы убедительные и профессионально обоснованные ответы. Все перечисленные пункты должны найти определенное место в «Положении о коллективах».

Можно это претворить в жизнь? Вполне. Но при условии, что взгляды на коллективы коренным образом изменятся и у артистов и у работников Союзгосцирка.

Повторяю: свежи в памяти примеры, когда коллективы, не окупив затрат, распадались. Чтобы подобное не повторилось, хорошо бы, последовав совету Ю. Дмитриева, создать вначале ряд действительно творчески сильных коллективов. И в них вложить весь накопленный опыт, сделать из них образец, на который захотят равняться другие.

Как мы знаем, сейчас созданы постоянно действующие программы. Это пока не стабильные коллективы, им еще предстоит в них перерасти. И потому первым «опытным образцам» совершенно необходим успех. Он явится наглядной агитацией, артисты смогут воочию убедиться насколько интереснее, продуктивнее работать в таких труппах и сами попросятся в коллективы.

Позволю себе небольшое отступление и расскажу о том, как до недавнего времени планировались наши маршруты. Артист мог в один и тот же город приехать через год или даже на следующий год, а в других не выступить ни разу до самой пенсии. Мы, например, не выступали более чем в двадцати цирках нашей страны, а в других бывали так часто, что зрители выучили наш номер наизусть. Выигрывает от этого публика? Наверное, нет. Она просто перестает посещать представления.

Может быть трудно уследить за передвижениями одного номера, а с целой программой дело будет обстоять лучше? Прослежу на конкретном примере. Несколько лет назад мы заканчивали работу в Ставрополе, из Союзгосцирка поступило распоряжение: всю программу направить в Запорожье. В Ставрополе с нами гастролировал аттракцион «Дрессированные обезьяны-гамадрилы Тамары Шатировой». В Запорожье в то время находился Юрий Дуров. В следующем городе ему предстояло начать выступления дней через двадцать, поэтому его животные тоже оставались в Запорожье. А раз животные остаются, значит обезьянам Шатировой разместиться негде. Шатирова, беспокоясь за судьбу питомцев, заблаговременно попросила направить ее в другой цирк с более свободным помещением. Вот тут-то отдел формирования Союзгосцирка не проявил нужной гибкости, оставив в силе свое первоначальное решение. Вагоны с обезьянами прибыли, но разместить их Шатировой так и не удалось. Ее животные около месяца просидели в железнодорожном вагоне и в конце концов аттракцион Шатировой все же переправили в другой город. А ведь подобное отношение к артистам вредит общему делу, наносит не только материальный, но и моральный ущерб.

Или другой пример. Чечено-Ингушетия готовилась торжественно встретить два юбилея: 200-летие добровольного присоединения к России и 60-летие образования СССР. Цирк готовился рапортовать юбилейной постановкой «Сказание о земле вайнахов». Программа была утверждена за полгода, но тем не менее гастроли начались без коверных и недоставало шести (!) номеров.

Где же гарантия, что с переходом на рельсы стабильных коллективов что-то изменится? Ведь до сих пор такие срывы происходили постоянно. Директора поэтому стараются вывешивать афиши и плакаты уже после премьер. То же самое практикуется и с программками. На вопрос:

«Почему так поздно рекламируете?» — следует ответ: «Нас так часто подводят, что приходится страховаться. Нельзя же постоянно обманывать зрителей, это подрывает авторитет цирка».

Я подробно остановился на этих фактах, чтобы стало понятно: взаимоотношения коллективов с отделом формирования нужно строить, как мне думается, на основе взаимных обязательств. Видится это примерно так.

В конце года (учтя ошибки прошлых разнарядок) руководители коллективов, ознакомившись с сезонным маршрутом, заключают договор, в котором указано, что отдел формирования обязуется не нарушать сроков работы в тех городах, которые перечислены в разнарядке. Заодно оговаривается и месяц отпускного периода. Коллектив же, в лице своего руководителя, обязуется начинать гастроли в указанных городах в точно установленные сроки и провести все спектакли на высоком идейно-художественном уровне. Такой документ придаст определенный авторитет коллективу, именно это будет отличать его от обычной сборной программы.

Думая о создании нового коллектива, в первую очередь надо подумать о том, кто его возглавит. Творческий руководитель должен быть лидером коллектива, а стать им может только человек, авторитет которого опирается на прочный фундамент его опыта и знаний, включая способность и умение жить жизнью коллектива, его радостями и его горестями.

И еще. Коллективы должны быть сильны прежде всего своей политической зрелостью, своим ясным пониманием целей и задач, которые перед ними поставили партия и народ. Партком Союзгосцирка должен вести большую пропагандистскую и разъяснительную работу и среди артистов и среди работников аппарата. Если до сознания каждого дойдет, что коллективы — это новый производственный этап и новый нравственный рубеж, то и отношение к коллективам станет совсем иным.

Если все будет на этот раз учтено, то, поверьте мне, работать в коллективах будет и почетно, и авторитетно, и ответственно, и интересно.

ВАЛЕРИЙ АВЕРЬЯНОВ, артист цирка
 



#3 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20665 сообщений

Отправлено 17 September 2021 - 19:59

В ритмах карнавала

 

Работа над феерией «Карнавал мира» (называвшейся тогда «Карнавал идет по свету») начиналась в Ростове-на-Дону. В новый коллектив была приглашена группа молодых спортсменов, мастеров спорта. Там, в Ростовском цирке, они начали готовить номер с качественно новыми снарядами — шестами из фибергласса, которые используются в спорте в прыжках с шестом. Позже работа над феерией продолжалась в Москве во Всесоюзной дирекции.

 

Балетмейстер Наталия Маковская вела там класс, и, когда к ней за помощью обратился руководитель «Акробатов на шестах» Александр Моисеев, она с удовольствием стала заниматься с ними хореографией.

 

Перед режиссером спектакля, заслуженным деятелем искусств РСФСР Вилем Головко, среди множества проблем стояла и такая: кто будет готовить номера для будущей постановки? По замыслу авторов сценария А. Внукова и В. Головко каждый номер в ней как бы олицетворял один из континентов. Так, «Акробаты на шестах» Моисеевы должны были представлять Азию, а конкретно — Японию. Тогда и возник замысел «Каратэ». Прежде чем приступить к работе над номером, его балетмейстер проштудировала многочисленную литературу, посвященную этому виду национальной японской борьбы. В. Головко, посмотрев, как идут репетиции, поддержал замысел Наталии Маковской. Вот так и состоялся ее режиссерский дебют.

9.jpg

НАТАЛИЯ МАКОВСКАЯ готовит новый номер. Фото В. ПАНЯРСКОГО.
 

Но если Александр Моисеев и его партнеры были дебютантами на манеже, то Анжела Микитюк пришла в новый молодежный коллектив уже признанным мастером. На манеже она начала выступать с одиннадцати лет вместе с родителями и старшей сестрой Светланой. Труппа антиподистов, возглавляемая заслуженным артистом Украинской ССР Франко Микитюк, по праву считалась лучшей в советском цирке. После того как родители вышли на пенсию, Светлана и ее муж Вячеслав Золкин создали аттракцион с дрессированными медведями, а Анжела демонстрировала сольный номер «Антипод» в украинском стиле. Показывала она его и на премьере спектакля в 1980 году. Ее выступление имело успех, но В. Головко этот вариант не удовлетворил: для феерии была нужна композиция, посвященная американским индейцам. Постановку поручили Наталии Маковской.

 

...Изваяние древнего индейского идола оказывается пьедесталом, на нем появляется хрупкая очаровательная девушка, а внизу, у подножия идола, преклонив колена, стоят два могучих телохранителя, бесконечно преданные девушке и безнадежно в нее влюбленные...

 

Собственно, о том, кого именно изображает Анжела Микитюк, нет единого мнения. Некоторые считают, что это жрица, другие, что это «добрый дух» идола, Н. Румянцева назвала А. Микитюк «маленьким чудом» — и, наверное, каждый по-своему прав. В этой неоднозначности оценок, очевидно, и заключается прелесть номера. Уже то, как неожиданно исполнительница появляется из чрева грозного и загадочного идола, а затем исчезает внутри него, придает всему выступлению элемент некой сказочной таинственности.

 

Однако это карнавал, поэтому и очаровательная жрица (или «добрый дух») и ее преданные телохранители — лишь карнавальные маски, не более того. На карнавале возможны всякие озорные чудеса и превращения, так почему бы Анжеле Микитюк и ее партнерам не стать индейцами? Красочный реквизит, костюмы, а главное, условный, чуть намеченный сюжет дали возможность исполнительнице не только блеснуть высочайшим мастерством антиподистки, но и проявить незаурядное артистическое дарование.

 

Вот некоторые трюки А. Микитюк. Артистка асинхронно вращает ногами одновременно две «сигары». Подано это весьма эффектно: один из партнеров отбивает на «сигаре», используемой как своеобразный тамтам, ритм, а затем исполнительница, как бы следуя ему, начинает свою комбинацию. Есть в ее репертуаре и такое: антиподистка одной ногой отбивает «сигару», другой вращает кольцо и жонглирует при этом тремя шариками.

 

Если выступление Анжелы Микитюк идет на одном дыхании, создавая у зрителей определенный эмоциональный настрой, то выступление «Аробатов на шестах» под руководством Александра Моисеева решено в ином ключе. Здесь больше плавности, неторопливости, это как бы восточный ритуальный танец, в который вплетены элементы акробатики.

Молодые артисты исполняют весьма сложные комбинации: тройное заднее сальто, тройное заднее сальто с пируэтом, тройное переднее сальто с полу-пируэтом... Одно это перечисление говорит само за себя. Шест из фибергласса дает необычайно сильный толчок, подброшенный им акробат взлетает высоко вверх, по зрительному залу прокатывается гул удивления и восхищения, но в последней фазе трюка к «верхнему» бросаются два пассировщика и буквально ставят его на шест. Поэтому впечатление от трюка смазывается.

 

Создателей и исполнителей здесь подвела своеобразная инерция мышления: почему акробат, подброшенный шестом вверх, должен каждый раз непременно возвращаться на него? Ведь это делает выступление несколько однообразным, монотонным. Богатые возможности, которые дает новый снаряд, используются не полностью. Когда смотришь «Каратэ», то так и хочется, чтобы акробаты «приземлялись» не только на шест, но и на плечи партнерам. А вот зато причудливые танцевальные па, имитирующие приемы борьбы каратэ придают номеру неповторимое своеобразие.

 

Режиссерский дебют Наталии Маковской можно признать удачным. В произведениях, поставленных ею, заметно стремление выявить актерскую индивидуальность исполнителей, разработать сюжетную канву их выступления, а не просто выстроить в ряд набор трюков по нехитрому принципу: от простого к сложному. И это в ее работах привлекает.

 

НАТАЛИЯ МАКОВСКАЯ готовит новый номер. Фото В. ПАНЯРСКОГО.


МИХАИЛ НИКОЛАЕВ



#4 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20665 сообщений

Отправлено 19 September 2021 - 10:41

А цирк ли это?
 
Такой вопрос я постоянно слышал, находясь в Ленинграде, во время гастролей там коллектива «Цирка-ревю».

 
Но в задаваемом вопросе часто слышался и ответ: нет, это не настоящий цирк! И я готов присоединиться к такому заявлению, но с известными оговорками.
 
То, что сегодня показывается на аренах цирков, особенно учитывая стационарный характер большинства из них, должно быть максимально разнообразно. И каждый выступающий новый коллектив не должен походить на предыдущий. Если стать на точку зрения строгого ревнителя традиций, то разве «Цирк на льду» соответствует подлинным нормам манежного зрелища? В нем нет лошадей, а арена покрыта слоем льда. А «Цирк на воде»? Или «Цирк лилипутов»? А иллюзионные аттракционы — разве они были известны в цирковом прошлом?
 
Спора нет: одно то, что во время выступлений «Цирка-ревю» арена закрывается пластиковым светящимся полом, уже находится вне специфики классического цирка. На таком полу ни наездники, ни дрессировщики лошадей выступать не могут.
 
Но разве во всей цирковой системе не может, более тога, не должен быть хотя бы один коллектив, органически соединяющий качества цирка и эстрады, использующий постановочные принципы мюзик-холла? Разве такой коллектив, конечно, хорошо организованный, с первоклассными номерами, не будет интересен публике?
 
Собираясь на представление цирка-ревю, названное «Молодости марш» (название это совершенно условное), я, честно говоря, немножко волновался, а может быть, оно действительно лежит где-то очень далеко от цирковых основ? А уходил я после представления в целом удовлетворенный тем, что мне был представлен во многом новый вид зрелища, одинаково близкий и цирку и мюзик-холлу, но это не то и не другое, а конгломерат их, поэтому имеющий самостоятельное значение. Хотя ближе он находится все-таки к цирку.
 
В центре представления — танцевальная группа, в которую входят, если верить программке, восемнадцать артисток. В ее репертуаре имеется несколько цирковых номеров: гимнастика на перпендикулярных земле канатах (корд де парель), групповое жонглирование булавами, так же групповая игра в дья-боло, а в танце с барабанами артистки так ловко оперируют палочками, что номер приближается к жонглерскому. Именно таким разнообразием приемов должен отличаться цирковой балет. Что же касается данной группы, то ей необходимо расширять репертуар, в то же время добиваясь еще большей виртуозности, качества, присущего именно цирку. И стоило бы пригласить для постановки еще одного танца кого-нибудь из ведущих балетмейстеров, с тем чтобы этот танец стал подлинным украшением не только данной программы, но и всего нашего ансамблевого танцевального искусства. Разумеется, в нем должны быть использованы какие-то чисто цирковые моменты.
 
 10.jpg

Клоуны В. МАТОРИН и В. КОНДРАТОВ
 
Есть в программе несколько поистине выдающихся номеров. Назову среди них прежде всего «Парад велосипедистов», возглавляемый В. Голубевым. Большая группа мастеров велосипедной езды демонстрирует широкое разнообразие велосипедов, в том числе комические и старинные машины,. используются также и мотоциклы. Голубевы исполняют уникальные трюки. На обычном двухколесном велосипеде показываются сложнейшие акробатические приемы: так партнерша летит по воздуху и приходит на колонну велосипедистов, составленную из двух и даже трех человек. И весь номер проходит в стремительном темпе, легко, весело, перемежая сложнейшие трюки шутливыми проездами то на старинном велосипеде, с огромным передним колесом, то на какой-то хромающей машине. Короче говоря, речь идет о номере самого высокого класса и к тому же не похожем ни на один другой. И он очень подходит именно для цирка-ревю.
 
Особенно хорошо в этом цирке смотрятся комические музыканты, возглавляемые Г. Шахниным. Их теперь трое, но своеобразие номера сохранено. Два серьезных музыканта собираются отдаться музыке, а им все время мешает вздорный и вредный старикашка, также собирающийся помузицировать. Отсюда возникает множество комических фортелей. Но заключена в номере и серьезная идея: как часто бравада, вздорность, пустая самоуверенность мешают хорошему делу, разрушают его. Артисты не стесняются прибегать к самой сочной буффонаде, но проводят выступление с такой психологической верой в происходящее, что это соответствует правде чувств, которую мы хотим видеть в лучших театральных постановках.
 
Высоких похвал заслуживает С. Богуслаев, выводящий группу разнопородных собак. В конце его выступления собаки «поют»» под оркестр, каждая на свой лад, вступая в нужный момент. Образуется нечто вроде собачьего хора, артист же играет роль дирижера. Это новинка в цирковой практике. В первой же части номера артист с увлечением играет с собаками, в то время, когда они исполняют сложные трюки, и это захватывает зрителей.
 
Иллюзионистка А. Монастырская не показывает каких-либо новых фокусов, но, красивая, пластичная, она двигается по манежу в танцевальном ритме, использует яркие цветы, голубей, даже утку. И благодаря этому, а также благодаря элегантной подаче трюков, раскованной манере держаться на арене, она нравится зрителям.
 
Своеобразны эквилибристы с першами В. Кожевникова и А. Максименко. И не потому, что у них какие-то уникальные трюки. Но весь номер строится как объяснение в любви двух молодых людей. И сыграно это вполне убедительно. Не знаю, как другим, но мне пока не приходилось видеть такого лирического номера эквилибристов с шестами. Этот же весьма понравился. И еще один своеобразный номер — М. Гусевой. Она бьет мяч головой, при этом делая шпагат, поднимаясь на вершину мачты, жонглируя, делая акробатические трюки. Это вызывает сначала удивление, а потом радость от того, что человек достиг такого удивительного мастерства, поразительной ловкости.
 
Не будем говорить о других номерах, они вполне удовлетворительны, но к выступлению В. и Н. Андроновых хочется обратиться. К сожалению, этот номер выпадает из программы и не потому, что плохи или стандартны трюки. Нет! Медведь, например, вися на кольцах, показывает так называемый преднос, то есть вытягивает ноги параллельно земле. Другой медведь стоит на передних лапах на качающихся палках, медведи стреляют из ружья и даже из пушки, конечно, бутафорской, выбрасывающей вместо снаряда мяч. Но дело в том, что дрессировщики не нашли актерских контактов с животными. Они просто демонстрируют, чему им удалось обучить медведей, выводя их одного за другим. В результате номер приобретает излишнюю что ли технологичность, и чем дальше, тем больше скучнеет. Здесь совершенно необходим режиссер, а может быть, и автор сценария. Для современного цирка простой демонстрации даже хорошо выдрессированных зверей мало, необходимо художественное решение выступления.
 
Теперь о клоунах — В. Кондратове и В. Маторине. По-цирковому впечатляюще их первое появление, когда, сами играя на трубах, они поднимаются, при помощи специальных лонж, под купол. Отличная находка режиссера! Говорят, что артисты хотят создать большую сцену — «Клоуны в космосе». Как говорится — в добрый час! Такая сцена может быть и своеобразна, забавна и, конечно, современна.
 
В названной паре Кондратов выступает в обличии традиционного рыжего, изображая и осмеивая, конечно, в гротесковом плане, самоуверенность, хвастовство, желание досадить товарищу даже без пользы для себя. Кондратов удивительно легок, музыкален, пластичен, танцевален. Я давно слежу за этим артистом и нахожу его одним из лучших среди современных клоунов.
 
У Маторина присутствует несомненное обаяние, он владеет достаточно широкой амплитудой цирковых приемов, умело подыгрывает своему партнеру, выдавая себя за простака, даже за резонера. На деле тот, кого играет Мато-рин,— малый далеко не промах и своего добиваться он умеет. Словом, перед нами органичный клоунский дуэт.
 
Я рассказал о сегодняшнем дне «Цирка-ревю»; если говорить о дальнейшем развитии этого, с моей точки зрения, интересного коллектива, то здесь совершенно необходим хороший разговорный номер, вероятно, музыкально-речевой сатирический дуэт. Понимаю, как трудно найти такой номер, но искать, а может быть, и создавать его необходимо. Возможно, здесь на помощь придет цирковое училище или студия по под-готовке новых номеров.
 
Подошел бы для такого коллектива и вокально-инструментальный ансамбль, разумеется, самого высокого класса и приспособленный для выступлений на круглой производственной площадке.
 
Что же касается цирковой части, то в ней был бы весьма желателен большой и хороший воздушный номер, может быть, полет, а также номер с животными, вписывающийся именно в эту программу. Может быть, это будут гепарды или морские львы. Во всяком случае, аттракцион М. Маяцкой, в большой степени решаемый мюзик-холльными средствами, здесь бы оказался уместен. Но это только одно из предложений.
 
Впрочем, Маторин, — опытный и одаренный художественный руководитель коллектива, и то, что цирк-ревю, конечно, при благоприятных условиях, может войти в ряд лучших ансамблей советского цирка (и эстрады), в этом я не сомневаюсь.
 
 
Ю. Дмитриев



#5 Александр Рыбкин

Александр Рыбкин

    Дед

  • Администраторы
  • PipPipPipPipPip
  • 20665 сообщений

Отправлено 21 September 2021 - 18:14

Новизна и оригинальность прежде всего

 

Наверное, я не погрешу против истины, если скажу, что у Ленинградского мюзик-холла счастливая творческая судьба. Зрители не только сразу заметили, но и сразу полюбили талантливый творческий коллектив. И эта любовь с первого взгляда не была обманута: чередовались программы, один спектакль сменялся другим, но интерес к искусству артистов с берегов Невы оставался неизменным.

 

13.jpg
 
Прочность зрительских симпатий снова подтвердилась во время недавних гастролей ленинградцев в Москве: на спектакль «Счастливый день», как принято говорить в таких случаях, трудно было попасть. Не знаю, как другие, но я, к слову сказать, очень люблю бывать на эстрадных представлениях, когда «все билеты проданы». Заполненный до предела зрительный зал уже сам по себе создает ощущение праздничности, которой так недостает порой нашей эстраде.
 
Новую программу Ленинградского мюзик-холла (постановка И. Рахлина и К. Кауфмана) невольно сравниваешь с его предыдущими спектаклями. При этом вспоминаешь не столько бесспорные удачи (а их было много за минувшие годы), сколько те противоречивые суждения, которые высказывались на страницах газет и журналов уже после первых выступлений ленинградцев.
 
Шпаги рецензентов скрещивались в основном вокруг вопроса о том, нужно ли мюзик-холльному спектаклю драматургически стройное сюжетное построение? Многие считали (и, возможно, считают до сих пор), что такое построение необходимо, и в его отсутствии усматривали очевидный просчет художественного руководства коллектива. Так, интересное представление Ленинградского мюзик-холла «Миллион новобрачных» критиковалось главным образом за то, что счастливая пара молодоженов, появлявшаяся в начале программы, затем как бы исчезала из сюжетной линии спектакля. Для сравнения и вроде бы доказательного контраста вспоминались постановки довоенного мюзик-холла — «Артисты варьете», «Под куполом цирка», «Как 14-я дивизия в рай шла» и другие, построенные, как известно, на прочной литературной основе.
 
Противникам бессюжетного построения мюзик-холльных спектаклей убедительно ответил тогда Леонид Осипович Утесов. Четко разграничивая два термина, два понятия — «мюзик-холл» и «мюзикл», — он писал: «В представлении ленинградцев не эти действующие лица (то есть молодожены. — С. К.) определяют качество спектакля. Здесь все другое прекрасно, от великолепного оформления до прекрасного танцевального ансамбля, отличных певцов, сыгранного и замечательно аккомпанирующего оркестра. И совсем не случайно, мне думается, к названию этого спектакля приставлено слово «ревю»: оно, это слово, и определяет понятие «мюзик-холл». И дело здесь, повторяю, вовсе не в логичности и завершенности сюжета. Дело в эстетичности, великолепной музыкальности, в чудесной эстрадной и цирковой технике»(Утесов Л. Давайте разберемся. — «Сов. эстрада и цирк», № 9, 1972).
 
Слово «ревю» приставлено и к названию программы «Счастливый день». Форма мюзик-холльного представления-ревю (не мюзикла, а именно ревю!) как бы обрамляет здесь разножанровые эстрадные выступления; она, как мы говорим, «работает на номер», придает спектаклю жизнерадостное, мажорное звучание. Все эти выступления могли быть, естественно, показаны и в обычной концертной программе, но именно ревю с его масштабами и красками, его оркестровым сопровождением представляет эстрадные номера в наиболее выигрышном свете. Нечто похожее происходит, мне кажется, при знакомстве с изобразительным искусством. Ведь когда мы смотрим произведения живописи или скульптуры, нам далеко не безразлично, в какой обстановке — в академических залах Третьяковской галереи или временном выставочном павильоне — они демонстрируются, насколько удачно или неудачно построение композиции, ее освещение и т. д. Одно и то же произведение смотрится по-разному в зависимости от того, как оно «преподносится», что предпослано его восприятию зрителям.
 
И еще один довод в подтверждение правомерности мюзик-холльного ревю, лишенного драматургической основы. Хорошо, конечно, когда отдельные эстрадные выступления органически входят в сюжетную ткань представления или, что еще лучше, когда эти выступления специально готовятся для того или иного спектакля (именно такой номер, кстати, мы подготовили в свое время с партнером Н. Павловским для мюзикла «Артисты варьете»).
 
Но, как показывает практика, это случается сравнительно редко. Чаще бывает так, что готовые номера «втискивают» в прокрустовы рамки пунктирно обозначенного сюжета. При этом они обычно сокращаются, в них смещаются акценты, нарушается композиционная стройность пусть небольших, но законченных произведений концертного искусства. Другими словами, номера используются как «строительный материал», зачастую теряя при этом свою оригинальность и завершенность. Надо ли ради ложно понимаемой сюжетности идти на это? Мне думается, нет, игра в данном случае «не стоит свеч».
 
Нисколько не сокрушаясь по поводу бессюжетности мюзик-холльных ревю, я вместе с тем убежден, что в представлениях такого рода совершенно необходима четко сформулированная и заявленная авторами канва спектакля. Пусть не сюжетная (оставим это мюзиклам), пусть тематическая, но канва нужна, программа мюзик-холла не должна походить на обычный дивертисментный концерт. Этому непреложному, на мой взгляд, правилу в полной мере отвечала первая премьера ленинградцев — «Нет тебя прекрасней». Всеми своими компонентами, от названия программы до ее музыкально-сценического оформления, она была подчинена единой теме — теме Ленинграда, великого и славного города на берегах Невы. Это придавало спектаклю определенный тематический настрой, делало его цельным и завершенным.
 
Такой основополагающей тематической канвы нет, к сожалению, в последней работе коллектива. Впрочем, критические замечания позже, а вначале о том, что обрадовало и запомнилось в последней работе ленинградских артистов.
 
В моем представлении каждый новый мюзик-холльный спектакль — это, по существу, новое рождение мюзик-холла. Номера, даже очень интересные, но знакомые зрителям по прежним выступлениям, не должны демонстрироваться в таких спектаклях. Здесь, как, может быть, ни в одном другом виде эстрадного искусства, первостепенно важны новизна и оригинальность репертуара, необычность и свежесть режиссерско-постановочных решений. Нет новизны и оригинальности — нет мюзик-холла.
 
В программе «Счастливый день», как и в других спектаклях ленинградцев, много подлинно оригинальных, хорошо «придуманных» танцев. В своем подавляющем большинстве они изобретательно поставлены, со вкусом стилизованы. В каждой хореографической миниатюре есть своя «изюминка», свой неожиданный сюжетно-постановочный поворот. К тому же танцевальные номера — это тоже в лучших традициях коллектива, — как правило, великолепно оформлены (художники по костюмам И. Булгакова и Н. Зюскевич). Все это в сочетании с высокой профессиональной подготовкой танцовщиц и танцоров оставляет самое приятное впечатление.
 
Едва ли не лучшим номером программы стало, на мой взгляд, выступление Сергея Захарова. И дело не только в том, что он прекрасно поет, что у него со вкусом подобранный и завидно широкий по диапазону репертуар. Захаров пластичен и выразителен в каждом своем движении и жесте, ему, как говорится, в полной мере отпущены сценическое обаяние и природная раскрепощенность, которые так необходимы эстрадному артисту. Исполнительская манера певца предельно скромна, но это та скромность, которая не обедняет искусство, а обогащает его.
 
Нашел свое место в спектакле и певец Андрей Калайда, который, как и Захаров, дважды выходит на сцену по ходу представления. У него отличные вокальные данные, он умеет эмоционально окрасить песню, раскрыть ее внутренний смысл. Два певца в программе, но они разные и потому «не мешают» один другому.
 
Тепло принимают зрители комический хор «Братья Архивариус» с А. Рогацкий, А. Бочоидзе, А. Сластин, А. Окулов, Ю. Скороходов). Номер и в самом деле любопытный, с той разве оговоркой, что в такой же манере и с таким же примерно репертуаром выступал в свое время знаменитый комический хор братьев Зайцевых. Говорят, правда, что новое в искусстве — хорошо забытое старое, но может быть, именно применительно к мюзик-холлу эту благодушную сентенцию не следует принимать во внимание.
 
В колоритном былинном стиле поставлен «Сказ о русском богатыре» Валентины Белобородовой и Сергея Мотявина. Он хорошо смотрится: есть в нем и образное решение темы, и напряженная острота сценического действия, и интересные акробатические трюки. Претензии все те же: такой, или почти такой, номер мы видели в программе хореографического коллектива Венгрии, не раз исполнялся он и нашими артистами. Выступление В. Белобородовой и С. Мотявина наверняка украсило бы любую концертную программу, но у мюзик-холльного спектакля, как мы уже говорили, свои требования, свои критерии.
 
Вообще у меня создалось впечатление, что оригинальному жанру не слишком повезло в новом спектакле ленинградцев. Вполне профессиональны, к примеру, «Дагестанские игры на канате» Шамхала Абакарова и «Игры с кольцами» Оксаны Костюк, но ни тот, ни другой номер не несет в себе элементов новизны и творческих исканий, не выходит за традиционные рамки многих подобных выступлений. Сложный и красивый эквилибр на пьедестале демонстрируют участники номера «Космическая фантазия» Наталья Перетятько и Александр Козловский, однако заявленная ими тема покорения космоса раскрыта поверхностно и неубедительно. На мой взгляд, это тот случай, когда большая и серьезная тема искусственно «притянута» к номеру, не подкреплена ни характером, ни образным строем выступления.

 
Оригинальный жанр — наиболее близкая мне область эстрадного искусства. По собственному режиссерскому опыту знаю, как долго вынашиваются и трудно рождаются номера этого жанра. Хочу лишь подчеркнуть, что искать сценарно-постановочный ключ должен каждый режиссер оригинального эстрадного номера. Любые пути и средства приемлемы, если они художественно оправданы, не нарушают специфики эстрадного искусства. Труд режиссера по созданию оригинального номера я бы сравнил с рождением так называемых «природных скульптур». Бывает, находит человек корень, причудливое сплетение ветвей, которые напоминают или крокодила, или цаплю, или какое-либо другое животное. Нужны чутье и вкус художника, чтобы что-то прибавить или срезать, придать «природной скульптуре» более определенный и законченный вид. Так и с оригинальным номером... Артист приходит к режиссеру со своими природными способностями и профессиональным мастерством, и дело режиссера — увидеть и наиболее полно раскрыть творческие возможности исполнителя и в соответствии с ними помочь ему подготовить интересное выступление.
 
В свое время мне уже приходилось писать о том, что понятие «оригинальный номер» обязывает ко многому. Уповать при его создании только на профессиональное мастерство исполнителя недостаточно — оно подразумевается как первое, и притом необходимое, условие для успешной работы. Каждый такой номер представляется мне законченным художественным произведением, своего рода спектаклем в миниатюре. И, как всякий спектакль, он должен иметь свой идейный замысел, свою драматургию, определенную трактовку образов, композицию, оформление. Придумать такой спектакль, мысленно «проиграть» его от начала до конца, найти нужные средства художественной выразительности порой бывает труднее, чем поставить спектакль в драматическом театре, где режиссер имеет готовую литературную первооснову.
 
Вот таких подлинно оригинальных, неожиданных и ярких по своему постановочно-оформительскому решению номеров явно недостает, на мой взгляд, спектаклю «Счастливый день». Между тем именно такие номера во многом способствовали в свое время рождению и упрочению славы Ленинградского мюзик-холла. Убежден, что любители эстрадного искусства до сих пор с удовольствием вспоминают прелестных «Вологодских кружевниц», музыкально-зрелищные «Колокола», знаменитого «Тигренка» (перечень можно продолжить). Негоже талантливому коллективу снижать художественные критерии, сдавать завоеванные позиции. Создателям и участникам будущих спектаклей нужно проявлять больше фантазии, выдумки, изобретательности, не довольствоваться повторением того, что уже знакомо зрителям. Прежде всего это относится к режиссерам — именно они должны предостерегать, удерживать молодых артистов от проторенных путей и дорожек, воспитывать у них чувство высокой требовательности к своему творчеству. Копировщики, пусть даже умелые, не нужны эстрадному искусству, а уж мюзик-холлу — тем более.
 
Спектакль «Счастливый день» в значительной мере обеднен еще и тем, что в нем почти не звучит слово. Как-то так получилось, что песни и танцы, цирковые номера совершенно вытеснили из программы речевые жанры. Мне думается, это серьезное упущение. Остроумный конферанс и сатирический фельетон, миниатюрные скетчи и интермедии никогда не были противопоказаны веселому жанру мюзик-холла. Напротив, они очень нужны ему. И дело не только в том, что речевые жанры заметно обогатят программу, они сделают ее более современной и публицистически острой, приблизят к тем насущным проблемам, которыми живут сегодня советские люди.
 
Мне было приятно узнать, что при Ленинградском мюзик-холле организована недавно студия по подготовке новых номеров, которую возглавил бессменный художественный руководитель театра Илья Яковлевич Рахлин. Это дает основание надеяться, что уже в ближайшее время в коллектив вольются свежие творческие силы, которые продолжат и приумножат славные традиции ведущего в стране мюзик-холльного театра.
 
СЕРГЕЙ КАШТЕЛЯН, заслуженный деятель искусств РСФСР







Темы с аналогичным тегами Советская эстрада и цирк., Советский цирк. Август 1984

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

  Яндекс цитирования