В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Иллюзионный аттракцион Альбины Зотовой

Казалось, чудес на манеже в тот вечер больше не будет. Еще раз взлетели в причудливом танце струи воды над золотистым роялем, и яркий свет разрушил чары.

Но с окончанием представления не кончился трудовой день арены. Суетились коверные, включили запись фонограммы, и цирк снова наполнился музыкой: в просторной русской теме увертюры чудились звон колоколов, шум каруселей, ярмарки. На манеж выкатился огромный пузатый самовар. Носились с ведрами ассистенты, заливая его водой, загорались угольки, самовар закипал, свистел и выпускал пар... Словом, шла репетиция нового трюка, который через несколько дней Альбина Зотова готовилась включить в свой иллюзионный аттракцион.

Смотрю представления, вечерние репетиции, во время которых выверяются трюки, продумываются варианты связок, вижу, как собирается и опробывается реквизит, слушаю реплики артистов, и становится ясно — люди готовят большой иллюзионный спектакль.

Альбина Зотова. Мне рассказывали, что она человек творчески кипучий, любит открывать для себя в цирке новое. Ее первые выступления на манеже были связаны с изящным классическим номером «Па-де-труа на лошади», которым руководила известная артистка В. Щетинина. Потом она сыграла роль Заремы в конно-балетной пантомимы «Бахчисарайская легенда», раскрыв цирковыми средствами сложную драматургию образа. А через некоторое время артистка подготовила сольный номер в таком старом жанре, как гротеск на лошади. И до сих пор знатоки, любители цирка вспоминают «Буденновку» Альбины Зотовой, которую она играла темпераментно и вдохновенно.

И вот в 1971 году заслуженная артистка РСФСР Зинаида Тарасова, уходя на пенсию, передала молодой артистке иллюзионный аттракцион. Иллюзия — жанр особенный, ему, пожалуй, в большей степени присуща цирковая праздничность, которая всегда влекла к себе Зотову. Кроме того, артистке нашла в этом жанре возможность самораскрытия в образах. И, взяв за основу прежний аттракцион, она стала готовить новый тематический иллюзионный спектакль.

Строить город всегда трудно, но,как считают специалисты, строить на пустыре легче; наверное, поэтому такие города радуют своей ясной, четкой планировкой. Чтобы вписать новостройки в города старые и добиться общей гармонии архитектуры, необходима, пожалуй, большая фантазия и большая творческая гибкость. Точно так же, работая над своим аттракционом, Зотова хотела переосмыслить его основу, найти собственное творческое решение, изменить прежние трюки настолько, чтобы ощутить в них себя, изобрести новые. Автором сценария и режиссером стал коверный Анатолий Ширман.

Репетиционный период проходил в Горьком. И, конечно, атмосфера старинного русского города оказала определенное влияние на тему аттракциона, тем более, что артисты задумали придать ему черты русского фольклора. Здесь, в Горьковской области, знаменитые мастера народных промыслов занимались росписью реквизита, здесь рождались эти чистые золотистые и красные тона, сделавшие оформление каким-то особенно праздничным.

И наступил день, когда Альбина Зотова вышла на манеж в новой роли, в новом для себя иллюзионном жанре. Аттракцион начинается цвето-музыкальной увертюрой, о которой нельзя не сказать, потому что она не просто красивое музыкальное оформление. Это часть аттракциона, вступление, раскрывающее его тему. Вообще музыка, написанная Л. Моллером, органически вплетается в действие, очень точно иллюстрируя трюки-картинки. Кроме того, музыка как бы участвует в аттракционе на правах одного из центральных героев — имеет свои сольные партии.

Зотова и Ширман пытаются сочетать в аттракционе музыку со светом, соединить игру звуков с игрой красок, создать цвето-музыкальные композиции. Отдельные элементы цветомузыки в увертюре есть, но успех замысла во многом зависит от световой аппаратуры, которой еще не полностью, к сожалению, оснащен аттракцион.

...Заканчивается увертюра, в воздухе вьются разноцветные светящиеся платки, сходятся, расходятся, ткут легкий, незамысловатый узор, пока, наконец, словно бы распахивая дверь в иллюзию, в центре этого узора не появляется Альбина Зотова. Таким трюком-танцем и начинается русская тема аттракциона, которая продолжается в «Самоваре» сочной, близкой лубку картинке. После задушевного, лирического хоровода происходит резкая смена настроений: теперь на манеже все вертится-крутится. Пыхтит самовар, гостеприимная хозяйка приглашает зрителей к чаю, русские молодцы, приплясывая, разносят подносы, а Зотова весело набрасывает на стол скатерть-самобранку. Стоит только сдернуть ее со стола — и стол полон яств. Кажется, чай уже выпит, но неожиданно самовар вновь свистит и из него появляются коверные, ассистентки и... медведь.

А за «Самоваром» другие потешки: «Аленушка и Иванушка», «Матрешка», превращения, исчезновения, смена трюков, разнообразных по настроению, именно смена — не демонстрация. И потому не так уж важно, насколько сложен или прост их секрет, об >том не думаешь, входя е условный мир иллюзии, чудес, которым воришь, как верят волшебной сказке, не пытаясь в процессе чтения возражать, что ковер-самолет не летает, шапка-невидимка вас скрыть не может, сапоги-скороходы никого нс несут. Увлекательность условного мира сказки делает непреходящим их волшебство.

Мне кажется, в иллюзионном жанре, как в искусстве кино, техника, механизм трюка должны остаться за кадром. Почему, сопереживая героям на экране, зритель не думает о комбинированных съемках, о том, как получен тот или иной эффект. И почему так часто в цирке зрителям упорно хочется разоблачить отдельные трюки? Думается, путь развития иллюзионного жанра — в превращении трюка из цели в средство, способное увлечь своим сюжетом или настроением, способное вызвать какие-то мысли, чувства и ассоциации.

Так в парад-пролог Зотова включила «Волшебный автомобиль» — трюк-экспозицию из аттракциона, намек на то, что в программе среди других жанров есть и иллюзионный. Этот новый трюк динамичен, рисунок его экспрессивен: пульсирующий ритм неона, блестящая черная машина, современная женщина за рулем, к тому же шестнадцать озорных длинноногих девчонок, весело выскакивающих из машины, наконец, танец Зотовой и партнерш, движения которых ритмичны мигающему свету. Этот лаконичный и яркий трюк, врываясь в начало представления, словно бы еще на какое-то мгновение связывает зрителей с шумом улиц, со звонким ритмом города, и этим определяется его место в аттракционе и представлении.

Или еще один трюк. На манеже две клетки. В правой птицы, левая пуста, клетки накрыли платком, взмах руки — и платки сдернуты: птицы уже в левой клетке. Традиционен ли этот трюк, видели мы его? Да, и в цирке и на эстраде. Но вот Зотова идет в полумраке манежа с птицами, уютно устроившимися у нее на плече и на вытянутой руке, идет, задумчиво улыбаясь. И благодаря этому настроению артистки, ее жестам, плавной походке, легкой накидке поверх русского платья, передо мной вдруг возникает женственный, поэтичный образ Ярославны, вышедшей рано поутру к городской стене. Впрочем, кто-то прочитает эту картинку совсем иначе. Ну что ж1 В таких разночтениях заключается одно из художественных достоинств аттракциона.

Кончается сказка, на манеже — современные чудеса. Если классические иллюзионные трюки именовались таинственно: «Распиливание», «Сжигание», «Женщина в воздухе», то в современной части аттракциона Альбины Зотовой трюки носят совсем не загадочные, а скорее, даже бытовые названия: «Аквариум», «Кукла», «Молоковоз». Но и с этими бытовыми предметами происходят увлекательные чудеса. Например, вместо ожидаемой русалочки из аквариума вдруг выскакивает мокрый коверный с веником, лотом он вдруг исчезает и неожиданно оказывается заточенным в огромную бутылку с молоком.

И, наконец, финал аттракциона. Артистка садится за рояль, берет аккорд, другой, третий... И из глубины инструмента льется сверкающий разными красками поток звуков и воды. Меняются очертания струй, сплетаются вместе мелодия, свет, вода; и эта музыка, и этот меняющийся свет, и плеск танцующего фонтана — волшебная феерия, которая последним, но сильным мазком завершает аттракцион и все представление.

Артистка словно бы говорит зрителям: чудеса живут не только в сказке, окружающий нас мир тоже полон чудес.

И снова после представления идет ночная репетиция. Работа над аттракционом не завершена. Альбина Зотова и Анатолий Ширман готовят трюки, какие-то детали отбрасывая, какие-то добавляя, ищут логически оправданные взаимоотношения между персонажами, придумывают смешные ситуации для коверных. А на конюшне в клетке томится черная пантера — красавица Багира, будущая участница нового трюка...

С. РИВЕС

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100