В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

К юбилею А.М. Волошина

Убежден, что любая работа, если ею занимается умный и увлеченный человек, может быть творческой. Примером этому служит Александр Маркианович Волошин. Вся его жизнь в цирке на первый взгляд связана с административными заботами, но всякое дело, за которое он брался, обретало качества подлинной художественности. И лепта, внесенная им в общее дело строительства советского циркового искусства, очень велика.

С конца двадцатых годов при театрах и других культурных учреждениях существовали так называемые художественно-политические советы. В них входили рабочие, представители партийных и профсоюзных организаций, журналисты. Советы, с одной стороны, сближали рабочих с учреждениями искусства, а с другой — вели активную борьбу за утверждение советского репертуара. Вот в таком совете при Государственном объединении музыки, эстрады и цирка (ГОМЭЦ) и работал на общественных началах студент Института народного хозяйства имени Г. В. Плеханова А. Волошин. Характер у него с тех пор мало изменился. Он и тогда делал вид, что обижается на всех и каждого за якобы проявляемое к нему невнимание, и тогда, если он упрямился, переубедить его было почти невозможно. Но было у него качество, сразу выделившее его из числа других худполитсоветчиков: страстная любовь к цирку, подлинный интерес ко всему, что происходило и на арене, и в артистических гардеробных, и на конюшне. Короче говоря, во всех сферах цирковой жизни. Случилось, что он очень быстро стал не просто знакомым, а другом многих цирковых артистов, своим человеком в замкнутом тогда кругу цирковых деятелей. И когда встал вопрос о распределении после окончания института, Волошин не колеблясь заявил: только в цирк, там нужны и коммунисты и образованные экономисты. И хотя его учителя, да и в отделе кадров пожимали плечами: экая блажь, хочет работать в цирке,— он настоял на своем. Иногда и упрямство играет полезную роль.

Итак, Волошин пришел на работу в Центральное управление цирками. Здесь позволю себе сделать маленькое отступление. Может быть, не все еще знают, что программы для цирков СССР от Владивостока и до Батуми формируются в Москве. Отдел, где эта работа ведется, называется Отделом формирования программ. Но артисты говорят просто: конвейер. Вот в этот-то «конвейер» Волошин пришел работать. Теперь представьте себе сотни цирковых номеров, десятки цирков, и для каждого из них надо составить программу. Сколько при этом надо учесть различных обстоятельств: расстояние от одного города до другого, чтобы переезды не были слишком велики, наличие стойл в конюшне — разместятся ли в ней одновременно лошади, львы и слоны? Какова высота циркового купола и какие гимнастические снаряды к нему можно подвесить? И, наконец, самое главное при всех обстоятельствах: программа должна быть интересной, разнообразной, не похожей на предыдущую и последующую, должна максимально широко показать цирковые возможности.

Работа в конвейере требует отличных знаний цирка, художественного вкуса и, если угодно, особого таланта.
Конечно, можно составить программы механически: акробаты, жонглеры, дрессировщики. Но программа, составленная настоящим мастером, всегда приобретает особую неповторимость и художественную законченность.

У Волошина были хорошие учителя: А. Данкман, В. Логвинов, В. Старухин, М. Рабинович. А скоро он и сам стал мастером — художником своего дела. Работать с ним было трудно. Он засиживался до глубокой ночи, еще и еще раз варьируя программу, убирал одни номера, привлекал другие. Но зато, когда программа бывала готова, она оказывалась отрежиссированной Волошиным во всех деталях.

В тридцатые годы выезды советских артистов за рубеж были довольно редки. Тем более приятно было узнать, что в 1934 году большая цирковая труппа направляется в Монгольскую Народную Республику. Вместе с труппой поехал и А. Волошин. Поездка была трудной: страна большая, хороших дорог в ту пору почти не было, иногда приходилось ехать прямо по степи; выступали под открытым небом, в поле, на городских площадях и деревенских улицах. А зрители сидели на корточках, стояли, гарцевали на конях. И в этих очень трудных условиях поездка прошла успешно. Правительство Монголии наградило участников цирковой труппы грамотами.

Можно было, казалось, почивать на лаврах. Но не таков 8олошин. Ему хотелось оставить в братской стране нечто большее, чем хорошую память о первой гастрольной поездке нашего цирка. Он хотел, чтобы в Монголии вырос свой цирк. И он договорился с министром просвещения, что четверо юношей отправятся в Москву, в училище циркового искусства. Юноши приехали, окончили училище и вернулись на родину. Они выступали в Улан-Баторе и в самых дальних улусах, вызывая восхищение. Но согласитесь, четыре артиста — это еще не цирк. И по приглашению Монгольского правительства в 1942 году Волошин снова поехал в Улан-Батор, и не один, а с группой специалистов. Здесь были гимнаст и акробат С. Маслюков, дрессировщик лошадей А. Чи-вов. гимнастка, акробатка и дрессировщица Е. Шкунова. Была создана цирковая студия, готовящая артистов разных жанроо. Построили первый в Монголии стационарный цирк. Волошин был награжден орденом «Полярная звезда». Что же касается Монгольского цирка, то его артисты теперь с успехом выступают не только у себя на родине, но и за границей.

Вернувшись домой, Волошин возглавил училище циркового искусства. Надо сказать, что его отговаривали: зачем, мол, тебе нужна такая трудная работа, ты ведь не имеешь педагогического образования. Но Волошин снова проявил упрямство. Он понимал, что училище — будущее цирка. Что это было за училище?! Оно располагалось в бывших конюшнях и манеже купца Расторгуева. Откровенно говоря, здесь было всегда сыро, неуютно, зимой холодно. У аудиторий были фанерные стены, так что ребята слышали не только объяснения учителей, но и все происходящее в соседних классах. Ну как в таких условиях готовить квалифицированных и интеллигентных артистов арены? И Волошин начал хлопотать о том, что-бы все перестроить. И он, упрямый человек, получавший вначале везде отказ, добился своего.

Теперь ГУЦЭИ располагает своим учебным цирком с хорошо оборудованным манежем и местами для зрителей. Есть и другой манеж, для занятий, есть танцевальный зал и большое количество аудиторий для практических и теоретических занятий. Но этого мало. Сейчас тут же по соседству будет воздвигнуто еще одно здание, также с манежем, с учебными и производственными помещениями. Ведь учащихся-то теперь пятьсот человек — не шутка.

Но здание зданием, а что происходит внутри его? Когда в училище пришел Волошин, здесь было только одно отделение, готовящее акробатов, жонглеров, гимнастов и эквилибристов. Клоуны выпускались очень редко. А сейчас создано специальное отделение клоунады. И не только создано, оно успело выпустить талантливых артистов. Леонид Енгибаров был признан на фестивале в Праге лучшим клоуном мира. Звание лучшего клоуна Европы получил в Софии Андрей Николаев. Выдающихся успехов добились Г. Маковский и Г. Ротман, Е. Майхровский, А. Марчев-ский и другие.

Открыто отделение, готовящее артистов эстрады. Успехи и здесь очевидны. На всесоюзных конкурсах призовые места завоевали певица Е. Камбурова, пародист Г. Хазанов, пантомимист Б. Амарантов, исполнители музыкально-комедийного номера Екатерина и Вячеслав Троян и многие другие. Теперь эстрада, как и цирк, все чаще получает кадры из ГУЦЭИ.

Кому не ясно, что акробатикой надо заниматься с детства, тогда можно добиться особенно значительных результатов. Но принимали в цирковое училище после окончания восьмилетней школы. Волошин добился, что это положение было изменено. Созданы специальные детские группы, в которые поступают те, кто окончил всего четыре класса. Ну, а как же быть этим ребятам со школой? Не получится с ними по поговорке: не умеют ни читать, ни писать, только по полу скакать? Нет, так не будет. И если кто-нибудь, окончив ГУЦЭИ, пойти на работу в цирк не пожелает или почему-нибудь не сможет, он будет иметь право поступить в высшее учебное заведение. В училище занимаются не только акробатикой, гимнастикой и жонглированием, но и математикой, географией, русским языком и литературой. И как в обычной школе, здесь ребята так же волнуются перед контрольными сочинениями.

Но ведь в училище должны готовить но просто отдельных артистов, а законченные номера. Значит, надо привлечь режиссеров, могущих номера поставить, а им также нужна методическая помощь. При постановке номеров необходимо обращаться к цирковой истории, чтобы использовать весь накопленный опыт. И тогда Волошин решил создать при училище нечто вроде музея. А у него слово редко расходится с делом. Он собрал десятки, сотни, тысячи фотографий, афиш, программок. Теперь в музее при училище можно увидеть материалы, касающиеся прославленных мастеров всего мира. Смотри, изучай, бери самое яркое и интересное, старайся не повторяться, не изобретай давно уже изобретенное. После музея цирка в Ленинграде, коллекция, собранная Волошиным, вероятно, самая большая в нашей стране. А ведь ее собирал всего-навсего один человек. Прибавьте еще библиотеку цирковых книг. Волошин переписывается с любителями цирка в разных странах мира, он им посылает советские издания, а от них получает то, что появляется на всех пяти континентах. И если вас интересует какая-нибудь книга по цирку, на каком бы языке она ни была напечатана, смело направляйтесь к Волошину. У него она почти наверняка есть.

Как-то получилось, что мы за последнее время редко встречаемся с Александром Маркиеновичем. Живем друг от друга далеко, оба заняты. Но вот недавно мы встретились в Московском цирке, а после представления прошлись по улицам. Он все тот же. Рассказывает о готовящихся в училище номерах. Недавно вернулся с Кубы, где встал вопрос о создании своей цирковой школы. Есть и новая забота — может быть, на базе циркового училища следует создать вуз? Дело это совсем новое, не имеющее прецедента ни в советской, ни в мировой практике.

Я смотрю на своего собеседника, красивого, подтянутого, и как-то все не верю, что ему семьдесят, что он сорок лет работает в цирке. Вот только шляпу он теперь носит вместо кепки. А увлеченность делом, упрямство, способность обижаться на тех, кто его не поддерживает,— все это у него сохранилось.

В журнале часто даются творческие портреты цирковых и эстрадных артистов, весьма редко — режиссеров, писателей и уж том более административных работников. А между тем без них и современный цирк и современная эстрада но могут существовать. Вот я и решил написать о человеке, который если и выходил на арену, то только в праздничные дни за стол президиума. Но сделал он для этой арены очень и очень много.

Ю. ДМИТРИЕВ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100