В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Некрасивая история

Актер не согласен с оценкой рецензента. Что ж, такое бывает. Случается, после критического выступления газеты актер приходит в редакцию, встречается с рецензентом, чтоб объясниться, поспорить, попытаться переубедить. Случается, собеседники не приходят к общему мнению...

А эта история оказалась очень уж некрасивой. С таким отношением к критике я столкнулась впервые, и, честное слово, не хочется, чтоб еще где-то произошло подобное.

В областной партийной газете «Индустриальное Запорожье» 18 июня 1971 года появилась статья журналиста И. Черненко «Право на манеж» — разбор и критика очередной программы, которую увидели запорожцы на зроно своего цирка. Автор повел серьезный разговор о мастерстве артиста, обстоятельно проанализировал номера, указал на их недостатки. Он поставил вопрос об ответственности исполнителя перед зрителем, о праве актера на манеж. Тон статьи доброжелательный. Просто получилось так. что в одной программе было слишком много серых, невыразительных номеров, много недостатков даже в выступлениях одаренных, опытных артистов.

То, что автор рецензии прав, подтверждают письма читателей, откликнувшихся на выступление И. Черненко. «Я люблю цирк, и как больно за него, когда на манеже идет серая, неинтересная программа!.. Я мог бы привести целый ряд досадных накладок, небрежностей а программе, но это с большой убедительностью сделано в статье», — пишет врач областной больницы В. Хайновский.

«Мы просто недоумевали, почему клоунам разрешают обижать тех, кто пришел отдыхать, — пишут в редакцию участники самодеятельного цирка Трансформаторного завода. А о рецензии И. Черненко они отзываются так: «Статья написана верно, но автор все же защищает артистов, не находит тех злых слов, которых они заслуживают».

Еще в одном отклике (его прислали в редакцию Л. Губенко и 3. Рея) упрек: «Почему же ваш сотрудник столь мягко и деликатно написал о том, что вообще показывать нельзя». Авторы письма рассказали «о том чувстве стыда и неловкости, которое испытали, когда выступали две артистки с чтением мыслей... Глумление над зрителями продолжали клоуны. Хотелось не смеяться, а бежать за дружинниками или милицией, искать, кто бы защитил зрителей».

Вот так оценивали некоторые номера программы зрители.

Критика никому не мила, но люди сильные умеют, пережив горечь неприятных слов, посмотреть на себя со стороны, постараться быть объективными, извлечь для себя уроки. В данном случае было совсем не так. Первым в редакции появился эквилибрист Андронов. С ним произошел бесконечно длинный н трудный разговор. Опровергая мнение рецензента, Андронов ссылался на многие заграничные поездки (как будто это ограждает от небрежной работы в Союзе!), на моральную стойкость своего коллектива. Он обвинял автора в злонамеренности, неоправданной резкости и т. п.

Разговор все же кончился вполне мирно. Андронов, прощаясь, сказал, что больше об этой статье затевать разговора не будет. На следующий день, минуя отдел, он побывал у редактора. Ему было предложено изложить возражения письменно. День спустя в кабинете редактора сидели супруги — артисты О. Штейн и П. Феррони. Они принесли опровержение, отпечатанное убористым шрифтом на нескольких страницах. Нет, это был не разбор программы, не спор с рецензентом. Это было обличение. Под сомнение ставились моральные качества И. Черненко, его понимание и знание циркового искусства. Авторы письма договорились до того, что рецензия написана лишь ради гонорара. Походя они подсмеивались над актерами, работа которых была оценена положительно.

На этом было построено все опровержение. В запальчивом разговоре было высказано еще больше неприятных и злых слоя, обещание не забыть этого, «сообщить куда и кому нужно».

Почувствовав, что редакция поддерживает автора (мы много лет знаем И. Черненко, доверяем его знанию цирка), прослушав письма зрителей, Феррони на всякий случай забрала из рук редактора текст своего «опровержения», пообещав, «этого так не оставить».

А дальше случилось еще худшее. Где и как узнали актеры цирка адрес врача В. Хайновского, я не знаю. Но они явились к нему домой выяснить, в каких родственных отношениях он с Черненко и почему он прислал свой отзыв в редакцию. Возмущечный до глубины души человек пришел жаловаться к нам в отдел, почему редакция не оградила его от нападок бесцеремонных артистов...

К нашей радости, в труппе оказались люди, способные правильно квалифицировать действия опровергателей. Группа артистов выразила «огорчение и возмущение, недоумение в связи с непонятным и предельно бестактным поведением некоторых наших коллег».

"Мы не новички в цирке, но, пожалуй, впервые встретились с таким злобным, даже хулиганским реагированием на критику, высказанную вполне доброжелательно на страницах партийной газеты. В рецензии, которую опубликовало ваша газета, правильно поставлен вопрос и дан вразумительный ответ на то, кто имеет право на манеж, принципиально и объективно дана оценка программы, подвергнуты деловой и тактичной критике творческие просчеты и недостатки в работах некоторых товарищей. Однако вместо того, чтобы до конца исправить точно подмеченные недостатки, некоторые наши товарищи занялись деятельностью, позорящей звание артиста...". Это письмо подписали отец и дочь Королевы (наездник и дрессировщица лошадей), Е. Шкунова (дрессировщица), супруги Н. и О. Поповы (игра с арканами), А. Геллер (акробат).

Мне кажется, этот случай а Запорожье может послужить поводом для крупного и принципиального разговора о взаимоотношении газеты и творческого коллектива, рецензента и актера.

Л. ЮДАВИНА, сотрудник идеологического отдела редакции газеты "Индустриальное Запорожье".

ОТ РЕДАКЦИИ. В связи с рассказанной здесь историей мы командировали в Запорожье сотрудника редакции Я. Островского. Откровенно говоря. как-то не верилось, что такое могло случиться. Проверка подтвердила, что все эти факты имели место.

Низкое качество многих номеров программы, показанной в Запорожском цирке, отмечают не только рецензент и зрители. Артисты М. Птицын, А. Николаев и другие участники следующей программы, видевшие выступления своих предшественников на манеже Запорожского цирка, также подтвердили справедливость критики, содержащейся в рецензии. Не отрицает этого и директор цирка А. Дворкин с одной, в сущности, оговоркой: он не согласен с оценкой, которая дана в статье номеру Н. Андронова.

Очень может быть, что отдельные суждения и оценки рецензента И. Черненко субъективны, что в чем-то он неправ. Но разве это давало право целиком перечеркивать и отвергать в общем-то справедливую рецензию, пытаться всеми дозволенными и недозволенными способами дискредитировать ее автора?!

Между тем некоторые товарищи, в первую очередь О. Штейн и П. Феррони, чьи выступления, кстати, подвергнуты в статье совершенно справедливой критике, проявили абсолютное неуважение как к редакции областной газеты, так и к автору рецензии. Дело дошло до того, что в адрес И. Черненко они позволили себе недопустимые, граничащие с хулиганством выходки во время представления. И вот тут, как нам кажется, с еще большей остротой встает вопрос о праве некоторых исполнителей ка манеж, об их дурном воспитании и бескультурье. Люди, которые так обывательски реагируют ка критику, вряд ли отвечают тем высоким требованиям. которые предъявляются сегодня артисту.

Надо думать, что эта некрасивая история станет предметом специального разбора в Союзгосцирке.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100