В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

О роли аппаратуры в цирке

Эти заметки не претендуют на обобщение. Я просто попытался как-то систематизировать факты и мысли, которые волновали меня на протяжении более ием тридцатилетней работы в цирке. Мне бы не хотелось называть это и подведением итогов, хоте кое-какие выводы, очевидно, будут опрашиваться.

Может быть, моя страсть к технике, которая проявилась давно, еще в школе, или специфика излюбленного жанра — воздушной гимнастики,— требующая специальной аппаратуры, а возможно сегодняшняя рсжиссерская работа подсказали тему этих заметок — о роли аппаратуры в цирке. Всего точнее, пожалуй, что заставила меня взяться за перо совокупность всех этих причин.

История развития цирновой аппаратуры, особенно за годы существования советского цирка, достойна, по моему глубокому убеждению, специального исследования. Года три назад ка страницах нашего журнала со статьей о Кулибиных манежа выступил мой коллега С. Бензарь, и я целиком разделяю пафос его статьи. Автор называл большое количество умельцев, создавших, да и поныне работающих над аппаратами, совершенствующих как их конструкцию, так и форму. Или вот пытливый и талантливый мастер И. Папазов, на счету которого немало интересных изобретений. А Юрий Мандыч — смелый экспериментатор, создатель замечательных номеров, таких, как, например, «Галактика — полета, в котором ловитор находится между двух мостиков.

Дело, однако, но только в творческих поисках артистов и режиссеров, создающих новые аппараты. Вопрос надо ставить более широко. В январе нынешнего года газета «Советская культура» вновь поставила проблему создания централизованной организации по проектированию аппаратов для манежа. Конструкторская группа Союзгосцирка успевает, по существу, только совершенствовать уже предложенные узлы, а уж на создание новых у него не хватает ни сил, ни времени. Оставляет желать лучшего и работа механических мастерских нашего производственного комбината. Они мало связаны с самими конструкторами аппаратов — артистами и режиссерами, что создает дополнительные трудности. В последнее время мы с начальником цеха механических мастерских Г. Устиновым решили работать в непосредственном контакте. Вместе мы оперативно решаем многие вопросы. И результаты не замедлили сказаться — новые аппараты, которые мы с ним готовим, выглядят и компактнее и даже изящнее, а стоят дешевле.

Перед мастерскими стоит «вечная проблема» материально - технического снабжения. Для изготовления аппаратуры, необходимой воздушным гимнастам, да и артистам других жанров, требуется легкий и прочный материал, а его-то часто и недостает. Сплошь и рядом вместо специальных сортов алюминия мастерским предоставляют обычную сталь, из-за чего аппараты получаются тяжелыми и громоздкими.

Заостряя внимание на технологической стороне вопроса, нельзя не рассматривать и другой его аспект: направления, тенденции s создании аппаратов для манежа. К сожалению, и здесь наблюдается некоторая стихийность. Лет сорок назад она была как-то объяснима — советский цирк находился тогда в стадии своего становления, в его рядах еще не было такого большого отряда режиссеров и творческих работников других специальностей. В то время никто, а сущности, не задумывался — почему, например, для воздушного номера Б. Эдера и О. Беретта на арене громоздилась конструкция, созданная по образу и подобию башни Эйфеля в Париже. Или, скажем, мототрек братьев Донеман: даже с учетом того, что конструкцию попытались облегчить, это было копией с известного номера, исполнявшегося за границей.

Оправданием подобной тенденции служило то обстоятельство, что все делалось исполнителями без режиссера, на свой страх н риск. Но вот совсем недавно мне пришлось столкнуться с номером, как бы продолжающим или «воскрешающим» это направление. Я говорю о выступлении артистов Соколовых на вращающейся стреле. Представьте себе, что «приспособление» для работы двух человек весит около полу-тонны! По-моему, даже для сверхэффектного номера это многовато. Оригинальность аппарата должна непременно сочетаться с его портативностью. Создатели аппаратов не должны забывать об одной из весьма существенных особенностей деятельности артистов цирка — о частых переездов из города в город. И надо, чтобы детали аппарата удобно было грузить в машины, перевозить в вагонах поездов и трюмах судов. Когда Александров-Федотов придумал плетеные клетки для хищников — это был убедительный пример творческого отношения к своему труду. Новая клетка красива, она нисколько не мешает следить за происходящим на манеже и в то же время полностью отвечает нормам безопасности. Ответственно, как и положено, подошел к делу и П. Щетинин, убрав крылья у своей ракеты. Без них аппарат стал динамичнее, легче. Широко известен «Шар смелости» Маяцких. Мотоцикл, бегущий внутри шара, развивает необходимую скорость, и мотоциклист на полном ходу перемещается в верхнюю полусферу, продолжая там свои головокружительные виражи. Номер пользуется успехом, но, на мой взгляд, аппарат, созданный двадцать лет назад, необходимо серьезно усовершенствовать. Его габариты, сложность его установки и перевозки, я уверен, волнуют и самих исполнительниц.

Особого разговора заслуживает новый номер Запашных «К звездам».

В интервью в «Советской культуре» М. Запашный вкратце рассказал, сколько мытарств пришлось испытать создателям этого снаряда. Хочу обратить внимание на другое. Стремление Запашных средствами цирка отразить современность — покорение советскими людьми космоса — заслуживает самого горячего одобрения. Этот номер совершенно справедливо получил высокую оценку общественности. Но мне хотелось бы отметить, что аппарат можно было бы конструктивно улучшить. Центральный момент номера — «стыковка» — затянут, технически несовершенен, сложна перецепка лонж и т. д. Это, естественно, отражается на трюковой композиции. Тут есть над чем подумать способным, мыслящим артистам. Им следует постараться улучшить свой аппарат, что сделает выступление еще интереснее, ещо ярче.

Бывает, что аппарат, механизмы и приспособления превалируют над искусством артиста. Вспоминаю, как в детстве я видел как-то одного воздушного гимнаста. Он выступал в парке нашего города и ничем особенно не выделялся из числа других, приезжавших к нам артистов. Но рекламу ему создавал сногсшибательный трюк — в конце своего выступления, он с трапеции нырял в разведенный внизу огонь. Только впоследствии я узнал, что огонь разжигался лишь по ободу огромного чана, наполненного водой. Так что артист попросту прыгал в воду сквозь огненное кольцо — верхний край чана был выше уровня глаз зрителей. Прыжок этот был очень эффектен, но к воздушной гимнастике он имел весьма отдаленное отношение. Очень прошу понять меня правильно. Я ни в косм случае не выступаю против эффектов и трюков в цирке. Нет! Я за эффекты и трюки, но вытекающие из смысла номера, оттеняющие, подчеркивающие ловкость, смелость, красоту артиста — центральной фигуры манежа,— могущество человека, его превосходство над силами стихии.

В этом смысле совершенно закономерен безвозвратный уход многих так называемых механических аттракционов, то есть выступлений ив манеже с использованием мотоциклои, автомобилей и прочей поршневой техники. В номерах этих артист, по сути дела, принимая пассисное участие; зрителям демонстрировались точный инженерный расчет, совершенные машины, ну и, попутно, техническое мастерство исполнителя. Как правило, вокруг таких номеров «огород городился» ради мгновенного эффекта. Долго подготавливались громоздкие приспособления, и подготовка сопровождалась страшным треском двигателей, с которых предусмотрительно сняты были глушители. Порой в номер режиссером сводились какие-то драматизированные сценки, призванные подчеркнуть «страшную опасность», которой якобы подвергается исполнитель. Но ничего, кроме, разумеется, законов физики, такое выступление не иллюстрировало. Жизнь показала непрактичность и бесперспективность подобных номеров для цирка.

И еще один важный аспект проблемы — эстетика создаваемых аппаратов, их внешний облик. Когда я иду по улице и, к примеру, вижу благородную осанку высотного подъемного крана, я думою не только о технической целесообразности его узлов, но и о том, как гармонично, красиво они расположены. И невольно я возвращаюсь мыслями к арене — насколько же совершенными эстетически должны быть наши аппараты, если в жизни — в технике, в быту — мы придаем такое значение красоте!

В последнее время я наблюдаю удачное использование кольцеобразных аппаратов. В этом есть какое-то рациональное зерно — аппарат приобретает законченность формы и одновременно открывает новые возможности для исполнителя. Из удачных номеров с такими аппаратами я бы назвал выступление Л. Писаренковой — гимнастки в кольце с элементами «каучука» (режиссер Н. Денисов), эквилибристов Бернадских (режиссер Г. Аркатов). которые заменили перш колесом, расширив таким образом и трюковую композицию. Я специально подчеркиваю фамилии режиссеров и создателей аппаратов, так как на проводимых смотрах и конкурсах о ни> обычно забывают, даже в программах не увидишь фамилии постановщика номера, создателя нового аппарата.

Если говорить о моей сегодняшней режиссерской работе, то я по мере сил стараюсь воплощать в жизнь принципы, которые, так сказать, исповедую, то есть создавать для номеров аппаратуру, по возможности оригинальную и портативную. В текущем году на суд зрителей будут вынесены три такие работы. Это — «Круг смелости» для воздушных гимнастов В. Краснощековой и Е. Антипова, номер для эквилибристов Коноваловых с использованием оригинальной аппаратуры спортивно-космической формы, и «Воздушный волчок» для гимнастки М. Гордич.

Создание новых аппаратов тесно свезено с подготовкой новых номеров и развитием цирковых жанров. Оно заслуживает самого пристального внимания.

В. ЛИСИН, заслуженный артист РСФСР

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100