В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

О Серафиме Трофимовиче Твеленеве

На манеж выбегает большая группа акробатов, они демонстрируют виртуозные трюки, ио публике их представляют под одной фамилией — фамилией руководителя.

В этом, видимо, есть своя логика. Цирк — это стремительный темп, и перечисление восьми-десяти фамилий нарушало бы ритм и динамику представления. Конечно, заботиться о стилевом единстве спектакля необходимо. Но давайте все же вспомним о людях, беззаветно преданных цирку, отдавших ему свое умение, свои способности и ничего не требовавших взамен. Не требовавших даже личной известности.

Об одном из таких артистов — Серафиме Трофимовиче Твеленеве — хочу рассказать.

1932 год. Я одержим идеей создания группового номера с подкидными досками. Вернувшись в родной Калинин (до этого почти шесть лет гастролировал по циркам страны), хожу по спортивным клубам и буквально сманиваю спортсменов в цирк. В этом мне активно помогает моя жена.

Однажды, прибежав домой, она выпалила: «Какого парня видела — ты бы ахнул! Идет эдакий красавец в белом свитере, плечи вот такие, — она раскидывает руки в стороны, — а талия вот такусенькая, — жена изображает пальцами маленький элипс и, вздохнув, добавляет, — только я постеснялась подойти и упустила его».

По описанию понял, что она встретила Симу Твеленева. Я уже заприметил этого молодого спортсмена, отличавшегося удивительной стройностью и вместе с тем поразительно развитой мускулатурой. Лучшей внешности для акробата и желать нельзя!

Конечно, мне удалось уговорить Симу поехать вместе с нами. До этого таким же образом «заманил» в цирк и других земляков — Сергея Кулакова, Владимира Назарова и совсем юного Ивана Девяткина.

Готовить новое было тогда, прямо скажем, очень нелегко. Ни тебе репетиционных периодов, ни мастерских, изготавливающих костюмы и реквизит. Все делали сами и за свой счет. А были мы тогда настолько бедны, что имели на всю труппу одну доху и носили ее зимой по очереди.

Но как же мы все-таки жили, на какие средства создавали номер, спросят меня. А происходило это так: вначале я, моя жена и двое партнеров выступали с номером «Ханд-вольтиж». Затем еще двое из нашей группы подготовили комическую акробатическую сценку. Заработанные деньги отдавали в «общий котел», вместе ели, вместе обсуждали кому какую покупку сделать. Но без крайней нужды обновы не приобретали — каждую копейку экономили, чтобы заказать реквизит.

В такой обстановке люди как-то не думали о себе лично, а заботились о номере в целом, о нашем маленьком, но спаянном коллективе.

В процессе репетиций выяснилось, что Серафим Твеленев способен быть и сродним, и нижним, но совершенно незаменим он как отбивающий доску и пассировщик. И когда мы отвели ему эту роль, он, не задумываясь, согласился.

Почему я заостряю на этом внимание? Да вот почему. Когда публика следит за группой акробатов, она, как правило, замечает того, «кто всех держит» или того, «кто выше всех прыгает». Твеленев мог «всех держать», но понимал, что наилучших результатов мы достигнем, если именно он станет отбивать доску. Наш успех зависел от его выверенных и блестяще рассчитанных движений. Он понимал это и делал то дело, где был наиболее нужен.

Надо сказать, что от мастерства Твеленева нередко зависело удачное исполнение нашего рекордного трюка — сальто-мортале на колонну из четырех. Твеленев неуловимо точным и сильным движением отбивал доску, Девяткин взлетал в воздух, выкручивал сальто-мортале и приходил на колонну пятым.

Отбив доску, Твеленев тут же оказывался у колонны, чтобы спассировать верхнего. И все наши акробаты знали: «Если пассирует Сима, можно быть спокойным».

Помимо своего основного амплуа Твеленев дублировал наших средних, участвовал в вольтижной акробатике. И при этом обладал истинно актерским даром так преподносить трюки, что они из спортивных упражнений превращались в легкую красивую игру.

Его актерские способности раскрывались не только в нашем номере. Твеленев являлся непременным участником различных пантомим. Вспоминаю его в роли Повара в «Черном пирате» (Иваново. 1937 год), в роли пьяницы-городового в спектакле «Родине любимой» (Ленинград, 1951 год). Обладая удивительной способностью к перевоплощению, он, красивый, стройный, мускулистый, умел стать, когда требовала роль, худым, забитым, вертлявым и смешным.

В годы войны (в цирке тогда не хватало номеров) Твеленев подготовил с партнером номер «Акробаты-неудачники». И столь правдоподобно изображал неудачника, что бухгалтер (она была в цирке новичком) категорически отказалась выдать им зарплату.

— Они ничего не умеют, за что же им платить? — недоумевала она.

Никакие объяснения, что это, мол, эксцентрика, не помогли. Пришлось Твеленеву с партнером показать ей на репетиции, что они действительно «все умеют». Таким актером был Твеленев...

В 1947 году я задумал создать новый номер «Акробаты на качелях». Серафим Трофимович был моим первым и ближайшим помощником в освоении этого нового, до сей поры не применявшегося в цирке снаряда.

Тут уже его разносторонние способности были использованы полностью: он качал качели, исполнял роль среднего и роль ловитора — у барьера на высоте семи метров от земли подвешивалась рамка и акробаты с другого конца манежа взлетали с качелей и приходили в руки к Твеленеву.

Ровно двадцать лет трудились мы рука об руку. И, конечно, было грустно, когда Серафим Твеленев собрался уходить от меня. Но я понимал его — подросла дочь, нужно определять се жизненный путь. И уж если ей предназначено стать артисткой цирка, то лучшего тренера и партнера ей нельзя было пожелать.

И вот известный акробат Александр Киричуков, Элеонора и Серафим Твеленевы создали акробатическое трио. Позже, в 1957 году, отец и дочь подготовили интересный акробатический дуэт.

...Прошло около десяти лет. За это время подросла вторая дочь Твеленева — Наталия, и Серафим Трофимович решил, что девушки должны работать вместе. Приняв от артистов Марьянковых воздушный аппарат, артист стал у своих дочерей тренером и режиссером. Он разъезжал с ними до тех пор, пока не убедился, что Элеонора и Наталия могут работать самостоятельно, и тогда только уехал в Москву, где стал преподавать в ГУЦЭИ.

Отличный знаток многих жанров, мягкий, сдержанный человек, он стал отличным педагогом, тренером гимнастов, акробатов, эквилибристов.

Открываю программку прошлогоднего выпуска училища и вижу: Твеленев готовил молодых артистов — эквилибриста на моноцикле и гимнастов на двойной трапеции. Вспоминаю, как торжественно проходил этот выпуск, каким счастливым выглядел Серафим Трофимович в окружении своих учеников. Он, как и раньше был влюблен в искусство манежа, всего себя отдавая дорогому его сердцу делу.

В этом году Серафима Трофимовича Твеленева не стало. Но каждый вечер выходят на манеж сестры Твеленевы, выходят многочисленные ученики Серафима Трофимовича как в нашей стране, так и за рубежом. Они продолжают дело его жизни.

ВЕНЕДИКТ БЕЛЯКОВ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100