В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Памяти Михаила Золло

Михаил Золло — заслуженный артист республики, замечательный дрессировщик, клоун-сатирик, ветеран русского и советского цирка, обаятельный человек, «дедусь Золло», как его ласково называла киевская детвора.

Все, кому приходилось близко встречаться с Михаилом Михайловичем, знают, каким интересным собеседником был этот житейски мудрый патриарх манежа, наделенный к тому же исключительной памятью. И как это хорошо, что несколько лет назад удалось записать его голос; теперь магнитофонная лента хранит его воспоминания о прожитых годах, о горестном детстве, о скитаниях и цирковых хозяйчиках, о талантливых русских артистах, с которыми ему привелось выступать.

Родился М. М. Золло (Золов) в селе Акшине Пензенской губернии — третий сын о большой полунищей семье. Восьми лет его отдали «в люди» казанскому кондитеру Маломеркову. Не сладко пришлось «мальчику на побегушках» у торговца пирожными. Подзатыльники кондитера сменились затрещинами провизора. Лишь за веселой возней с кошкой высыхали слезы обиды. Миша учил ее прыгать в кольцо, как видел в балагане на ярмарке. Хозяин аптеки Грахе, прознав об этом, дал будущему знаменитому дрессировщику палок, о животное отравил. Смириться с этим мальчишка не мог и сбежал к балаганщику Лагонову, а оттуда уже в настоящий цирк— к Суру. Здесь прошел все ступени циркового ученичества: «человек без костей», клишник, жонглер, шпагоглотатель, позднее — гротеск-наездник, комик, куплетист, с успехом играл в пантомимах. В моей коллекции хранится пожелтевшая от времени листовка, анонсирующая в духе тех лет раёшным слогом пантомиму «У страха огромные очи, или Двенадцать часов ночи» — «главную роль хвата-бравого солдата — всяк запомнит, Золло исполнит»...

Тогда же определилось и его главное призвание — искусство клоунады и дрессировка. Начал с одной собаки, а через несколько лет его зоотруппа едва размещалась в шести вагонах. Аттракцион Золло делал полные сборы.

Все, кому привелось видеть, как Золло тренировал... нет, пожалуй, правильнее сказать — обучал животных, знают, с какой выдержкой проводил он свои занятия, как терпелив был, не злился и не срывал досады на «учениках», если не получался тот или иной трюк. Золло любил животных, любил трогательно и преданно. Это всегда было заметно в манеже. И в этом же все уверились позднее, когда, закончив свой долгий, счастливый артистический путь, он окружил ласковой заботой своих питомцев-пенсионеров в специально для них сооруженных благоустроенных «квартирах». ..

И клоуном он был первостатейным: изобретательно обыгрывал свое гибкое тело, хорошо тренированное и выразительное. Вся его цирковая жизнь состояла из беспокойных поисков нового. Артист сменил несколько масок: был традиционным рыжим, выступал потешным босяком — лысая круглая голова с одиноким хохолком на макушке, нос картошкой, хриплый голос; трюки животных он сопровождал хлесткими прибаутками и побасенками. В течение нескольких лет он с большим успехом появлялся в маске эксцентричного джентльмена — в тугой крахмальной манишке, то и дело выскакивающей из-под фрака. Этот образ нес в себе откровенную издевку над сословием имущих... Забавный барин выходил в манеж и привычным жестом, не глядя, передавал свой сверкающий цилиндр лакею. Но поскольку никто не бросался обслуживать гостя, он ставил свой головной убор на пол. И вдруг— что это? Откуда ни возьмись— резвый фокстерьер. Пока джентльмен важно снимал свои перчатки, пес проявлял ужасающую непочтительность его цилиндру — подняв над ним лапу, застывал в собачьем арабеске...

В годы творческого расцвета Золло тяготел к острой сатире. Читал с арены дореволюционного цирка обличительные монологи, за что неоднократно подвергался штрафам и высылке из города.

В первые же послереволюционные годы Золло переключился на создание сюжетных пантомим с участием дрессированных животных. Первой такой постановкой была развернутая пантомима «Убийство и похороны Распутина». Артист в клоунском обличье сатирически комментировал происходящее. В «Убийстве» что ни эпизод, что ни выход «действующего лица», то разящая наповал реплика. ..

На склоне лет Золло поселился в Киеве. Ему отвели холмистый участок на пустыре, и он вырастил на нем прекрасный сад. Его часто можно было видеть за кулисами Киевского цирка: старый мастер охотно делился «секретами» профессии с молодыми клоунами и дрессировщиками. Ему платили глубоким уважением. В цирке на площади Победы к спинке одного из кресел первого ряда прикреплена табличка, уведомляющая о том, что — это постоянное место старейшего мастера манежа: М. М. Золло.

Дом № 37 на улице Саперное поле стал своеобразной киевской достопримечательностью. Встретиться с добрым звериным учителем, посмотреть на его умных воспитанников приходили толпами. И всех здесь привечали. А когда «Вечерний Киев» рассказал о старом клоуне-дрессировщике, то экскурсанты стали приезжать даже из области целыми автобусами.

Золло постоянно спрашивали, как ему удается в столь преклонном возрасте сохранять удивительную бодрость духа и тела. У него был свой распорядок жизни, главное в котором — двигательная активность. Золло неукоснительно следовал этому распорядку. Ни в 80 лет, ни даже на последнем 91-м году его жизни я не видел Михаила Михайловича дряхлым. Когда ни приди к нему — в любое время года, — застанешь его во дворе с граблями или метлой, с лопатой или малярной кистью. И лишь однажды осенью я увидел Золло сидящим у ворот. Окруженный шумливыми ребятами, он весело беседовал с ними. Возле него стояла высокая корзина, полная огромных красных яблок, выращенных в его саду. Золло с веселыми шутками раздавал яблоки ребятам...

Он был цельной натурой: хороший семьянин, работяга, человек совестливый и скромный. Щемит душу, когда подумаешь, что больше не придут к тебе письма, написанные характерными крупными буквами, и сам ты уже не бросишь в почтовый ящик торопливую открытку с просьбой дать справку о дореволюционном цирке или об особенностях дрессировки обезьян или верблюдов...

Золло умер. Но он остался жить на страницах истории нашего цирка, остался в благодарной памяти близко знавших его, в сердцах тысяч и тысяч детей, видевших его вместе с «учениками» на телеэкране. Нет дорогого Михаила Михайловича, но работают на манеже дрессировщики и клоуны, которым он щедро помог своими советами, и долгие годы будет плодоносить выращенный им сад.

Р. СЛАВСКИЙ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100

купить левитру в нижнем новгороде