В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Постигая жизнь цирка

Сопоставлять литературу и экран стало делом привычным и для критиков и для зрителей. Появляется очередная экранизация, и вновь вспыхивают споры о ее принципах и законах.

Цирк на экране пока не слишком нарушает покой теоретиков кино, хотя фильмы Федерико Феллини иной раз и рождают смутные догадки и предложения насчет связи его киноэстетики с цирком. Некоторые критики склонны даже называть ее мудрым фокусничеством. Клоунское начало прослеживается в героинях Джульетты Мазины в фильмах «Дорога» и «Ночи Кабирии». В картинах «8 1/2», «Джульетта и духи», как в цирке, слиты воедино истина и мистификация, действительность и фокус. Как в цирке, мир Феллини — мир реализованных метафор.

Это небольшое отступление имеет прямое отношение к существу темы «Цирк и кино». Кажется, ни для кого не секрет, что границы между ними постепенно стираются. Образ в цирке по-прежнему раскрывается через трюки, но обрел большую художественную содержательность и философскую значительность. А кинематограф все чаще берет на вооружение откровенный гротеск и буффонаду. Впрочем, этот разговор может завести нас далеко от основной цели статьи: что и как надо сделать, чтобы достижения современного советского цирка стали достоянием миллионов кинозрителей.

Конечно, цирк на экране не может заменить прямого общения с ним. Пропадает радость непосредственной встречи с искусством акробатов, жонглеров, гимнастов, иллюзионистов, клоунов. Кроме того, отсутствует особое обаяние манежа, всей атмосферы напряженного внимания, сопереживания зрителей. Но думается, что эти неизбежные издержки можно компенсировать особыми возможностями и средствами кино. В том случае, разумеется, если кинокамера превратится из фиксатора о первооткрывателя, создателя на экране образа циркового представления, если она проникнет в самый творческий процесс.

Так и старались поступать создатели фильмов «Дети цирка», «В городе клоун», «Леонид Енгибаров — знакомьтесь». Удачи и просчеты их в значительной мере от того и зависели, насколько авторам удавалось достичь внутреннего драматизма повествования о цирке, найти оригинальное, подлинно кинематографическое решение темы. Не до конца удалось, скажем, раскрыть духовную связь между жизнью клоуна Енгибарова и его репризами на арене. Получился не портрет, а, скорее, эскиз, набросок. Бегло очерчено и его мастерство мима. Понятно опасение режиссера В. Лисаковича не переборщить, не допустить насилия над природой дарования клоуна. Но все же хотелось бы больше интересных кинематографических находок, которые в полной мере соответствовали бы эстетике и образному строю енгибаровских композиций.

Советское кино не обвинишь в равнодушии к цирковому искусству. Вспомним, например, огромный, многолетний успех, выпавший на долю фильма Г. Александрова «Цирк». Вспомним «Укротительницу тигров» и некоторые другие ленты, завоевавшие успех у миллионов зрителей. Вспомним, наконец, картины о наших виднейших мастерах арены. Все самое талантливое, что есть в цирке так или иначе становится достоянием кино. Есть картины о династии Дуровых, Карандаше (М. Румянцеве), О. Попове, Ю. Никулине. Создал режиссер А. Арнольд программу «Цирк на льду» — вскоре появился одноименный киноочерк. Немедленно откликнулось кино на «Конный цирк» и «Медвежий цирк». Но сколько еще «за кадром» — великолепный узбекский клоун Акрам Юсупов, талантливые мастера смеха Борис Вяткин, Андрей Николаев, Акоп Узунян, Константин Берман, Геннадий Маковский и Геннадий Ротман. Заслуживают, на мой взгляд, отдельных фильмов группа акробатов-прыгунов под руководством В. Довейко, труппа, возглавляемая виртуозом манежа В. Волжанским. И не только они.

В нашей стране работает свыше пятидесяти стационарных и десятки передвижных цирков. Хорошо зарекомендовали себя украинский, белорусский, узбекский, грузинский, азербайджанский, армянский, литовский, латышский коллективы. А вот видели ли мы их на экране? Нет. Не довелось, к примеру, даже фрунзенцам достаточно полно познакомиться с труппой «Молодая Киргизия». Точно так же мало знают о Казахском цирке алма-атинцы, не говоря уже о всей огромной республике. Почему? Да потому, что ни «Казахфильм», ни «Киргизфильм» как-то не доглядели новых явлений в национальных культурах. Правда, года два назад киргизские документалисты посвятили двухчастевую картину наездникам из цирка «Молодая Киргизия», да тем и ограничились. В 1965 году «Туркменфильм» снял двухчастевую ленту «Кочевники» — об артистах хорошо известного ансамбля под руководством Давлета Ходжабаева. При некотором налете чрезмерной красивости она правдиво и убедительно рассказала об истоках искусства бесстрашных джигитов — народных конных праздниках, где воспитывается ловкость, смелость, мастерство. Впечатляли и напряженные репетиции, и неподражаемые выступления на арене — все эти пируэты, «обрывы», пролазы под животом коня на полном скаку к т. д.

Кстати сказать, конные номера, воздушные аттракционы кинематографисты стараются обычно снять в эффектных ракурсах. Сбожают они и выигрышные моменты п работе дрессировщиков. Камера прямо-таки замирает, показывая укротителей львов, тигров, леопардов, медведей. «Здорово!» — восхищаются зрители, наблюдая за поведением на экране И. Бугримовой, М. Назаровой, Вальтера и Марицы Запашных и других. Но, слегка пощекотав нервы, экран торопится показать триумф человека над зверем, эдакий блестящий парад-алле артистов. А вот мир их мыслей и чувств остается для зрителей грамотой за семью печатями. Будто разобраться в нем под силу только игровому кинематографу. А последний что-то не очень одаривает зрителей подобного рода творческими открытиями. Многие художественные фильмы о цирке последних лет страдают схематизмом, слабым знанием жизненного материала.

Как обидно бывает за артистов цирка! Ведь есть же у нас такие картины, как «Сегодня премьера», «Там, за дверью», в которых раскрыт сам процесс работы над театральным спектаклем, сложный и увлекательный труд режиссера, исполнителей. А мастеров арены мы видим только тогда, когда они собирают лавры успеха: аплодисменты, восторженные возгласы зрителей. А будни цирка? Рождение новой программы? Разве это не интересно кинозрителям?

Вот бы зоркими «глазами» открытой и скрытой камер «подглядеть» реакцию людей на очередное творение режиссера и актеров цирка, как это сделано, к примеру, в картине «Взгляните на лицо». Или цирк менее интересен людям, чем произведения живописи? А может быть, он просто не пользуется расположением наших кинодокументалистов? Правда, и В. Лисакович, и Л. Кристи, и Л. Дербышева уделили ему благосклонное внимание, сняв упоминавшиеся выше «Леонид Енгибаров — знакомьтесь», «Конный цирк», «В городе клоун». Благосклонность, увы, измеряется пока одной-двумя картинами. Но ведь фильмы о цирке всегда пользуются успехом у зрителей. И это немаловажное обстоятельство, если учесть, что мы ратуем за широкий прокат документальных лент.

Возможно, некоторых серьезных художников отпугивает кажущаяся им чрезмерной зрелищность циркового материала, невозможность раскрытия здесь больших философских тем. Но, думается, что такие опасения не основательны. Более чем полувековая история советского цирка — кладезь увлекательнейших сюжетов, образов, художественных обобщений. Она ждет прихода из кинематографа настоящих энтузиастов. Ведь есть же у него режиссеры, операторы, посвятившие свое творчество живописи, скульптуре, театру, музыке. Тридцать лет, к примеру, отдал искусству Я. Миримое. Он автор больших фильмов — «Чайковский», «Станиславский»,— очерков о Н. Рерихе, С. Герасимове, Р. Гуттузо, превосходных лент «У Северного озера», «Краски Дионисия». Главное достоинство его произведений — пробуждение в зрителях высоких чувств любви к родной культуре, гордости за народ, его великую историю.

Когда мальчишки и девчонки видят на экране «Медвс-экий цирк» или «Конный цирк», они не только восторгаются дрессировщиками, их выдумкой, смелостью, но и учатся ценить и любить животных. Косолапые питомцы В. Филатова не уступают иному гимнасту, эквилибристу, акробату. А зооцирк? Сколько радости он несет людям, старым и молодым! Но взгляд на него художника кино должен быть более зорким, чем взгляд просто любопытствующей публики. Разумеется. художник тоже отметит яркие краски птиц, повадки львов, тигров, обезьян и т. д. Зооцирк на экране самоигрален. И все же кинематографист обязан рассказать зрителю о том, чего тот не знает, взволновать его. Для этого есть один путь — сделать зрителя соучастником исследования, изучения жизни и поведения животных.

Вот тут-то и нужны зорко подмеченные, свежие и значительные детали. И необходима целая систему их, чтобы наши зрительские впечатления, постепенно расширяясь, углубляли восприятие живого. Хороший фильм о животных рождает в нас чувство сопричастности, соединенности со всем живым. Именно поэтому снять его не просто, но тем заманчивее для тех, кто ищет в кино настоящих больших тем. И именно поэтому хочется обратить внимание наших кинематографистов на зооцирки. Создатели прекрасного фильма «Язык животных» доказали, что животный мир, окружающий нас, поучителен великой гармонией, великой диалектикой. Познавая ее, люди лучше познают себя и законы жизни.

Цирк, как известно, не только развлекает, но и воспитывает. Ему есть чем поделиться с кинематографом. Наш советский многонациональный экран впитывает и пропагандирует лучшие достижения культур всех народов, живущих в союзных и автономных республиках. И хочется, чтобы с его помощью миллионы зрителей с каждым годом все шире узнавали и постигали древнее и вечно молодое, мудрое искусство, имя которому — цирк.

О.АРТЮХОВ

оставить комментарий

 

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100