В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Программа без аттракциона

Конечно, в цирковой программе по возможности каждый номер должен быть хорош. И все же часто какое-то выступление занимает центральное место, больше других заинтересовывает публику, а это значит и притягивает ее.

Такой особенно яркий номер называют аттракционом. Это может быть дрессировщик хищных животных, слонов или человекоподобных обезьян, иллюзионист, талантливый клоун. Это может быть и акробатическая группа, демонстрирующая сложные трюки, или мастера хождения по канату.

Но порой аттракционов не хватает, и тогда отдел формирования программ Союзгосцирка создает представление без них. На таком представлении я побывал недавно в Ташкентском цирке.

Честно говоря, я полагал: коли нет аттракциона, программа должна быть особенно увлекательной и разнообразной, включать нескольких блестящих исполнителей. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что отсутствуют воздушные и вообще гимнастические номера, жонглеры, комические музыканты и нет даже большой акробатической группы, а конный жанр представлен только одинарной высшей школой верховой езды. Короче говоря, за одним-двумя исключениями всю программу легко было перенести на сцену, ибо манеж и купол для ее демонстрации вовсе не обязательны. К тому же уровень многих, если не большинства, номеров явно оставлял желать лучшего. Подобные программы тем более удивительны, что дело касается Ташкента—огромного города, четвертого в СССР по количеству населения, располагающего многими отличными предприятиями, Академией наук, университетом, учебными и научными учреждениями, замечательными театрами.

Позже, когда я познакомился со списком артистов, за последние годы в Ташкенте выступавшими, то убедился — многие ведущие аттракционы этот город миновали.

Между тем нельзя не вспомнить, что Ташкент имеет давнюю цирковую традицию. Еще в дореволюционные годы здесь действовали крупные антрепризы Юпатова, Козырькова, Жигалова. Семьей Цинцадзе здесь было построено хорошее цирковое здание. В Ташкенте действовал узбекский национальный цирк, в котором выступали семьи Ташкенбаевых, Ходжаевых, Зариповых. Номера их потомков и теперь украшают наши арены.

А какой в Ташкенте современный стационар! Право, немногие города могут таким похвастаться. И руководят цирком опытные и квалифицированные работники — К. Садыков и Г. Хабак. И все же при этих благоприятных условиях здесь идет более чем посредственная программа.

Называя программу посредственной, я вовсе не хочу сказать, что все представленные в ней номера плохи. Нет, среди них есть и вполне удовлетворительные, но есть и такие, которые, очевидно, нуждаются в творческой помощи. В нынешнем состоянии они не вправе выступать в первоклассном цирке.

Внимания заслуживает клоун Гоша (Г. Афанасьев). Мне довелось видеть его лет восемь тому назад в Ярославле, и с тех пор артист безусловно творчески вырос. У него интересный номер «Худож--ик-моменталист», он хорошо разговаривает, умело общается со зрителями. Недавно он ввел в свои сценки, и сделал это весьма тактично, двух помощников. Гоша выступает в старинной маске рыжего, правда, несколько ее модернизуя. А один из его партнеров появляется в маске белого. Успех им приносят главным образом разговорные репризы. Думаю, Афанасьев имеет право выступать в любой программе, особенно если репертуарный отдел предложит ему две-три подлинно злободневные и остроумные шутки. А то, что он к их исполнению готов — факт несомненный. Хорошо разговаривающий клоун не так часто встречается на наших аренах. Стоило бы на Афанасьева обратить особое внимание.

Канатоходцы Буряк исполняют сложные и отчасти новые трюки (например, баланс на доске, положенной поперек каната, на ее концах находятся артистки). У них есть артистический шарм и профессиональная уверенность. Разумеется, такой номер мог бы войти в программу любого цирка. Но пока ему не хватает творческой самостоятельности: по костюмам, манере держаться, трюкам, даже по тому, как упускается лонжа, он следует традиции Волжанских. Боюсь советовать артистам, они сами могут решить, как им вести дело дальше. Но, может быть, стоило вспомнить про воздушный канат, когда на нем работали над сеткой, и создать на этом канате не романтическую, а комедийную сцену. При удачной режиссуре это может перерасти и в аттракцион.

К счастью, мне в 30-е годы довелось увидеть знаменитого мастера высшей школы верховой езды В. Гайера, у него лошадь повторяла движения танцовщицы. Л. Кривых демонстрирует приблизительно такой же номер, конечно используя другие танцы, и делает это мастерски. В ближайшее время артист обещает показать так называемый тандем, это значит, что, сидя на одной лошади, будет при помощи длинных вожжей управлять другой. Это очень эффектный и совсем не встречающийся из-за трудности в современной практике номер. Если данный номер получится, а на Кривых можно положиться — он опытный и даровитый конник, то такое выступление явится подлинным украшением арены.

Артисты Чугуновы демонстрируют дрессированных бурых медведей. Напомню, что отец Валерия Чугунова, да и он сам на протяжении долгого времени входили в состав циркового цыганского ансамбля. И сейчас артисты действуют в национальных костюмах, а животным предлагают исполнять цыганские пляски. Такое стремление к своеобразию похвально. Но пока животные по преимуществу действуют на поводке. При том уровне дрессировки, который достигнут в нашем цирке, использование поводка никак нельзя приветствовать. Одно дело — обучение зверя на репетиции и совсем другое — показ его на представлении. Второй номер Чугуновых — игра с лассо и хлыстами — показался мне по-трюкам не слишком сильным; были здесь к тому же и срывы. Что касается дротиков, пускаемых в цель, то, например, 15 ноября 1978 года три из пяти вовсе не попали в мишень.

Семья Деревянко выступает с тремя номерами; два из них акробатические, третий — дрессировка животных. Стремление к разносторонности обычно приветствуется, тем более что в области акробатики артисты демонстрируют достаточно значительные достижения. Думаю, в условиях передвижного цирка, действующего по преимуществу в небольших городах, все три номера имеют право на жизнь. Но для первоклассного столичного цирка они явно нуждаются в укреплении. Да и так ли здесь обязательно трехкратное выступление одного коллектива или, во всяком случае, некоторых его членов? Прекрасно, что демонстрируются обученные домашние животные (свинья в их числе). Хорошо и то, что дрессировщица появляется в маске деревенского старичка. Но режиссерски номер никак не выстроен, и характер своего персонажа артистка пока не нашла. Мало наклеить бороду и надеть парик с большой лысиной, надо уметь внутренне перевоплотиться в образ, а это не достигнуто. Поэтому и взаимоотношения с животными, именно актерски, кажутся неналаженными. И в акробатических номерах композиция трюков оставляет желать лучшего. Деревянко говорят, что все три номера они сделали сами. Честь и хвала их труду. Но почему же артисты не получили поддержки со стороны художественного отдела? Тем более, если речь идет о молодых и в то же время потомственных цирковых артистах, людях творческих и работоспособных, могущих стать, при оказании им надлежащей помощи, мастерами цирковой арены. И не надо ставить труппу на простой, ей следует помочь в процессе производственной деятельности.

В первый раз я видел артиста Мехтей — эквилибриста на вольностоящей лестнице. Если бы такой номер действовал в том же Ташкенте в 1926 году, его можно было бы признать вполне удовлетворительным. Правда, тогда артисту не разрешили бы пользоваться лонжей. Да и теперь это кажется странным: подняться на относительно невысокую лесенку и страховать себя от ушибов! Какой же это цирк, какая школа мужества?! Но не это главное. При исполнении даже довольно сложных трюков, когда артист вместе с лестницей, стоя на ней, обходит препятствия, он не создает никакого образа. Мастерство демонстрируется в чистом виде, не более того. Для современного цирка этого недостаточно.

Нуждается в укреплении и номер акробатов на батуте Тарасян. Артист и в маске комика и в серьезном плане показывает несколько довольно сложных комбинаций, но партнерша ограничивает свое мастерство только задним сальто-мортале, и это, когда в спорте, в том числе на батуте, демонстрируют такие поразительные достижения! Комический колорит вовсе не исключает необходимости прибегать к сложным трюкам.

Не буду говорить о других исполнителях: иллюзионистах Черновых, акробатах Власове и Колласе, эквилибристах и танцорах Смирновых. Они помогают тому, чтобы программа имела большую протяженность, но не усиливают ее.

При минимуме материальных средств и времени пролог со стихами и поднятыми вверх руками поставил режиссер А. Ташкенбаев, и он же, что важнее, хорошо организовал представление. Это сделать было далеко не просто, притом что не было квалифицированного инспектора манежа, а коверный клоун и дирижер оркестра (кстати сказать, хорошего) познакомились с программой всего за два дня до премьеры. Впрочем, это не исключение из правила, а, скорее, обычай, правда печальный, но обычай...

Когда-то выдающийся теоретик цирка Е. Кузнецов делил цирки на кольцо «А» и кольцо «Б». Во втором кольце программы могли быть похуже. Что же делать, пока не получается, чтобы во всех цирках шли одинаковые программы, ведь и театры и филармонии и даже библиотеки маленьких городов уступают тем, которые действуют в городах крупных. Но то, что цирк в Ташкенте не может находиться в кольце «Б», для меня бесспорно. Хотелось, чтобы мое убеждение разделяли и товарищи из отдела формирования да и их коллеги из художественного отдела. Это очень важно.

Ю. ДМИТРИЕВ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100