В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Репетиционный период в цирке

Разговор, участником которого я оказался в одной из комнат художественного отдела Союзгосцирка, для его работников был самым обычным. Пришел руководитель конного номера, и речь пошла о продлении репетиционного периода, о том, что еще нет костюмов, нужного оформления, нет упряжи для лошадей.

Рассчитывали, что для подготовки номера будет достаточно года. Год прошел, и теперь требовалось еще минимум четыре месяца. В чем же дело? Мне рассказали о всех перипетиях. Начались тренировки л так называемом Павловском манеже в Москве, потом артистов направили в Криворожский цирк. Переезд занял больше полумесяца: то не было вагонов, то — машины для перевозки лошадей. В Кривом Роге манеж часто оказывался занят. После вечернего представления не снимали клетку, в которой демонстрировали хищников. Когда на другой день являлись униформисты и клетку, наконец, убирали, сразу приступали к репетициям участники программы. В праздничные дни, в дни школьных каникул три представления — манеж занят с утра. Иной раз артисты лишь гоняли лошадей в ближайшем сквере. В марте они вернулись в Москву в помещение ипподрома. Но время было упущено, да, как уже говорилось, не готово еще оформление костюмы...

Видимо, когда эта статья появится в свет, конный номер под руководством В. Демаш (именно о нем шла речь) будет включен в программы. Но можно ли считать, что раз все так благополучно завершится, нет основания для серьезного разговора о том, насколько рационально используются репетиционные периоды? Трудности, с которыми столкнулись артисты Демаш, испытывают, как можно убедиться, многие из тех, кто готовит новые номера.

Журнал уже писал о репетициях, о том, что разрешать подготовку номера надо лишь в том случае, если есть интересный замысел, если исполнитель обладает достаточным мастерством и способностями, чтобы осуществить задуманное. В одной из статей утверждалось: если, мол, номер в конце концов оказался интересным, то, значит, все затраты окупились. Получалось вроде бы — победителей не судят. Но так ли это? Будем считать, что выпуск номера — победа. Но почему бы не добиваться побед более дешевой ценой? Готовить новые произведения быстрее и с меньшими затратами. Конечно, к этому нужно-стремиться. А как получается на деле?

Скажем, в Московском цирке на Цветном бульваре был выпущен номер Михайловых, о достоинствах которого, вероятно, еще будет рассказано на страницах журнала. Но стоит сказать и о другом, о том, что мешало выпуску его в намеченный срок. В начале 1973 года был издан приказ. Он предписывал к двадцатому января закончить формирование номера о составе восьми человек. Однако лишь в середине февраля к репетициям приступили... четыре человека, в начале марта к ним присоединились еще двое. В сентябре появился еще один исполнитель, и еще один — в июле. Для освоения оригинальных трюков требовалась специальная ловиторка. Семнадцатого марта прошлого года были подписаны документы на ее изготовление, но лишь в сентябре артисты получили нужный аппарат. Разумеется, все это задерживало подготовку номера, а в результате Михайлову и его партнерам продлевали репетиционный период.

Подобные же трудности испытали участники другого номера, выпущенного тем же цирком. Речь идет о канатоходцах под руководством А. Абакарова. Начнем с того, что аппарат, соответствующий замыслу номера, не был готов ко времени выпуска. Абакаровы сейчас выступают на старом, брошенном за ненадобностью другими исполнителями. Этот старый реквизит не позволяет осуществить все задуманное артистами. Хочется напомнить, репетиции шли в Москве, артисты и их режиссер В. Плинер могли каждый день ходить в Художественно-производственный комбинат Союзгосцирка и напоминать о своих заказах. Но и при этом реквизит и костюмы не удалось получить к нужному сроку. Даже веревочная лестница, которая необходима по условиям техники безопасности, заказанная в декабре 1973 года, была получена лишь в мае 1974-го.

В художественном отделе Союзгосцирка мне показали пачку писем из Всесоюзной дирекции по подготовке новых программ, аттракционов, номеров. В письмах просьбы о продлении репетиционных периодов. И почти всюду одна причина — не готов реквизит, костюмы, аппарат. По такой же причине продлили репетиции артистам Марфинским, заслуженной артистке Дагестанской АССР Э. Гаджикурбановой, клоунам В. Карпу и А. Макарову и многим другим.

Как утверждают работники художественного отдела, именно из-за того, что к нужному сроку не изготавливается аппаратура и оформление, почти семьдесят процентов создающихся номеров нуждаются в продлении репетиционного периода. Художественно-производственный комбинат Союзгосцирка явно не справляется с требуемым объемом работ. Руководство комбината объясняет это тем, что у мастерских неудобные помещения. не хватает нужного оборудования, что заказы, в частности от Всесоюзной дирекции, поступают несвоевременно. Но как бы то ни было, многие артисты, закончив работу над новым номером, ждут реквизит, костюмы и из-за этого не участвуют в представлениях.

Нормальному ходу репетиций мешает и то, что у артистов часто нет возможности тренироваться столько, сколько требуется, как было, например, у Демаш в Кривом Роге. В цирках, где идут представления, манеж для репетиций в первую очередь дают, конечно, участникам программы.

Мастера арены с нетерпением ждали завершения строительства здания Всесоюзной дирекции. Но не успели прозвучать слова восхищения новым помещением, как раздались тревожные голоса — здание оказалось тесным, сразу стало ясно, что необходим второй манеж. Что же сейчас получается? Артистов освобождают от выступлений, они приезжают в Москву во Всесоюзную дирекцию, но не могут репетировать сколько нужно. Вряд ли стоит умиляться тем, что исполнители, желая как-то подвинуть дело, занимаются в фойе и в буфете. Один артист рассказывал мне, что готовит номер в заводском клубе, в котором когда-то давал шефские концерты, а в Дирекцию приезжает лишь для встречи с режиссером, чтобы где-то в уголке показать ему сделанное.

Но только ли перегрузка манежей, отсутствие реквизита или волокита с подбором партнеров задерживают выпуск номеров?

Артисткам Фалеевым для совершенствования номера «Партерный полет с брусьями» был предоставлен один месяц. По прошествии всего срока из Дирекции в художественный отдел поступило письмо, в котором содержалась просьба продлить им репетиции еще на... три месяца. Сразу возникает вопрос, так сколько же надо для совершенствования данного номера — месяц или четыре? Почему это не было выяснено до того, как артисток сняли с программы и направили во Всесоюзную дирекцию?

Или такое: п конце прошлого года сюда же был направлен молодой артист С. Баскунбаев, в январе этого года — С. Сарамбаев. Им установили срок репетиций до июля, после чего они должны были войти коверными клоунами в национальный коллектив. Казалось бы, за работу надо браться без промедления. Но когда я в апреле присутствовал на совещании в Дирекции, там велись разговоры о репертуаре, который еще только собирались заказать для будущих коверных. Так когда же молодые артисты приступили к подготовке новых реприз?

Предполагается — кстати, это предписывает приказ Союзгосцирка,— что артист получает репетиционный период, лишь когда четко разработан сценарий, составлена смета всех расходов. еще лучше, если заказаны костюмы, реквизит, аппарат. Как правило, упомянутый приказ игнорируется. Артистов освобождают от выступлений и только после этого начинают уточнять характер нового номера, определяют, какой требуется реквизит, оформление... А случается, и по ходу репетиций номер перестраивается несколько раз. Например, еще в конце 1972 года артист В. Кузьменко приступил к подготовке номера «Соло жонглер». Через несколько месяцев, когда его просмотрела компетентная комиссия, общее мнение было: для сольного выступления у исполнителя нет данных. Ему подобрали партнершу. Однако дуэт не сложился, и Кузьменко снова начал репетировать сольный номер. Почему? Что-то принципиально изменилось в оценке его возможностей? Видимо. нет, если через некоторое время ему опять подобрали партнершу, на этот раз артистку А. Малкову. Наконец, в марте 1974 года дуэт жонглеров был выпушен. Говорят, что номер получился неплохой, но, нет сомнения, подготовить его можно было куда быстрее.

В мае прошлого года во Всесоюзной дирекции начала готовить номер «Сатиры» артистка Т. Иванова. Ей неоднократно продлевали репетиционный период, и вдруг после двенадцати месяцев репетиций установили,—сам номер низкого качества, исполнять его нельзя. Артистку направили в цирки в качестве ведущей, разрешив ей выступать на утренниках с репертуаром для детей. Меня уверили — Иванова очень квалифицированная ведущая. Охотно верю. Но чтобы вести программы, нужно ли было затрачивать средства на заказ репертуара, изготовление костюма и реквизита, оплату режиссера?

Таких примеров безответственного растранжиривания репетиционного времени, к сожалению, немало. В. Круглов и В. Ярославцев выступали на эстраде. В апреле 1972 года они пришли во Всесоюзную дирекцию готовить номер для цирка. С того времени у них три раза менялся режиссер, перезаказывался репертуар и тогда изготовленный уже реквизит оказывался ненужным и т. п. В середине 1974 года оба исполнителя еще пребывали в стенах Дирекции. Вина в этом ив только исполнителей, а и тех, кто призван контролировать и направлять их работу.

Кстати, во Всесоюзной дирекции обратили мое внимание на непонятное положение с оплатой внештатных режиссеров. Чем дольше они готовят номера, тем большую оплату получают. Если кто-то из них проявит рвение и скорее завершит работу, вознаграждение сокращается. Дело вот в чем: оплата производится не аккордно за постановку.номера, а повременно. Конечно, заслуживает всяческой поддержки практика привлечения режиссеров из смежных видов искусств, нет основания подозревать кого-либо в недобросовестности, но, видимо, система оплаты должна стимулировать быстрейший выпуск номеров.

Если говорить о требовательности и контроле, надо еще вспомнить, что за последнее время восемнадцать номеров уже после выпуска были расформированы из-за низкого художественного уровня. Есть случаи, когда исполнитель год, полтора, а то и больше находился на репетиционном периоде, а потом уходил из системы Союзгосцирка, убедившись в своей неспособности. Такого не случалось бы, если с самого начала специалисты Художественного отдела и всесоюзной дирекции определяли, есть ли основания предоставлять тому или другому исполнителю возможность для подготовки номера, а не отодвигали окончательного (пусть сурового) решения иа потом.

Может быть, в таких вопросах смущает отсутствие четких, обоснованных критериев при определении творческих возможностей артиста, в частности, возможностей освоения тех или иных трюков, определения точных сроков подготовки номера. Правда, существует приказ: «О предельных сроках репетиционных периодов...». Из названия уже ясно: в приказе указаны лишь предельные сроки, но должны существовать и другие. Не определено и то, в каких случаях требуются предельные сроки, а в каких, скажем, минимальные, и каковы минимальные? И тут впору вспомнить о существовании методической службы Всесоюзной дирекции. Думается сотрудники службы могли бы заняться тем, чтобы научно обосновать сроки репетиций в зависимости не только от жанра, но и от характера номера, уровня подготовки исполнителей и многого другого.

Требуется изучить и такой вопрос: сколько номеров должно находиться на репетиции для успешного развития циркового искусства^ В мае мне сообщили, что репетируют в данный момент приблизительно 87 номеров. Но много это или мало? Чтобы ответить, видимо, нужен серьезный анализ.

Союзгосцирку предстоит резко увеличить количество номеров и аттракционов в системе. Значит репетиционная работа будет расширяться, и в связи с этим особенно важно разобраться, что мешает быстро и успешно создавать новые произведения для манежа. Как мне известно, руководство и партийная организация Союзгосцирка принимают серьезные меры для улучшения всей репетиционной работы.

И вот уже рисуется радужная картина. Время для репетиций предоставляется, лишь когда четко разработан сценарий, составлена смета, заказаны костюмы, реквизит, и артисты, прекратив выступления, все свои силы отдают творчеству. Заканчивается репетиционный период, и манеж непременно обогащается новым оригинальным произведением.


оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100