Выступление Грузинского цирка в Москве

Во время декады искусства и литературы Грузинской ССР в Московском цирке впервые выступал молодой коллектив Грузин­ского цирка.

Пролог представления коллектива грузинского цирка.

Мы попросили художественного руководителя ансамбля И. А. Кончели рассказать о дальнейших творческих планах коллектива. Вот что он нам сообщил:

— Планов у нас много. После гастроли в Москве мы будем вы­ступать в Казанском цирке. В нашей программе пока одно отделение, в дальнейшем мы ее, конечно, расширим. Мы начали работу над ат­тракционом, включающим народные конно-спортивные игры. Некото­рые номера из нашей программы включим в этот аттракцион.

Наш коллектив будет попол­няться за счет участников ху­дожественной самодеятельности и, в частности, из спортивных коллективов. Опыт показал, что этот метод себя вполне оправдывает. Элементы спорта, которые мы вносим в нашу про­грамму только украшают ее. Это можно отчетливо видеть на примере исполняемого нами воинственного грузинского тан­ца «хоруми». Мы стремимся насытить его акробатикой. Есть у нас и своеобразный музыкальный номер «Грузинские ритмы», построенный на вирту­озной игре на двух барабанах. Мы и его хотим превратить в номер по-настоящему цирковой. Все это нам придется готовить «в пути», но мы надеемся ус­пешно осуществить наши за­мыслы.

Сейчас нам твердо известно, что в цир­ковой драматургии первенство не всегда остается за словом. Часто действие выходит на первый план, а меткое и острое слово только комментирует это действие, как бы ставит сатирическую точку в конце каждого смешного куска.

Если душой любой репризы, интермедии, клоунады является мысль, идея, то трюк — это их тело. Содружество сатирического слова и буффонадного трюка — большая сила! «Секрет» этот хоро­шо известен таким мастерам эстрады, как Тарапунька и Штепсель, как конферансье Афанасий Белов. Эти артисты и в цирке не пока­зались бы чужеродными и имели бы большой успех. А вот эстрад­ный мастер Илья Набатов, тоже имея успех со своими политически­ми куплетами, бесспорно, на мой взгляд, оставался бы гостем с эстрады. Мне кажется, что в этом случае дело не только в мастер­стве и в качестве репертуара. Ведь даже при наличии высокого мастерства и отличного репертуара, выступающая а эстрадной про­грамме пара буффонадных клоунов эстрадным номером не станет. Она будет цирком на сцене. Тек же как номер Ильи Набатоза ос­танется эстрадой на арене цирка.

В вопросе о ведущих цирковую программу, о цирковом конфе­рансье я полностью присоединяюсь к Н. П. Смирнову-Сокольскому. Бесспорно, в этой области нужно смело ломать старые каноны, ис­кать новые гибкие формы. Только, по моему мнению, так как это цирк с его жизнерадостной красочностью, и конферансье должен быть клоуном. Почему бы программу цирка не объявлять, не вести клоунской паре, каждый раз преподнося очередной номер не­ожиданно, по-новому, забавно?

И нужно сказать, что поиски в этом направлении уже начались. Так, например, режиссура Бакинского цирка в одной из программ прошлого сезона смело доверила объявление части номеров своим коверным — Косуму Абдулаеву и Газанфуру Меликову, которые ус­пешно исполняли ряд реприз и интермедий на местные темы.

Такое «дерзкое» нарушение одного из старых канонов не только не испортило программу, а скорее обогатило ее новыми красками, освежило ее.

Уже около года существует цирковой коллектив под руководст­вом М. Марчеос. Группа клоунов этого коллектива, от пролога и до финала, ведет всю программу и объявляет большинство номеров са­мыми забавными неожиданными способами. Ясно, что с таким мас­совым клоунским конферансом не в силах соревноваться даже луч­ший инспектор манежа, ибо здесь его ограниченному набору штампов противопоставляется безграничное количество новых приемов подачи очередного номера.

Говоря о различных поисках и находках, хотелось бы упомянуть и об удачном, на мой взгляд, эксперименте, проделанном в Тби­лисском цирке весной прошлого года художественным руководите­лем цирка И. Канчели. Стремясь создать наиболее подходящие ус­ловия для проведения программы в стремительном темпе, режис­сер решил обойтись без объявления номеров инспектором. Он стал выпускать артистов на манеж одновременно с началом музыки к номеру, объявлял номера по радио вслед за появлением артистов перед зрителями. Как только униформисты завершали подготовку манежа к следующему номеру, —коверные заканчивали заполнение пауз.

Процедура подготовки и объявления номера, обычно растягивав­шаяся на две-три минуты, теперь проходила мгновенно. Эффект был поразительный! Программа шла в прекрасном темпе и прини­малась много лучше обычного.

«Цирковой клоун должен быть публицистом. Должен иметь высо­кий в своем комизме репертуар». Эти слова А. Луначарского забы­вать нельзя. Но для того, чтобы поднимать важные темы, чтобы ре­шать их увлекательно и смешно, нужна клоунская группа, разыгры­вающая своего рода буффонадные пьески.

Готовая драматургия такого рода есть в портфеле репертуарного отдела Союзгосцирка. Пора выпустить ее на манеж.

Цирковая арена представляет безграничные возможности для яркого сценического воплощения буквально всех жанров драматур­гии малых и больших форм. Сатирическая басня, например, в услови­ях цирка, где ее не просто читают, а показывают, разыгрывают, ста­новится маленькой стихотворной клоунадой. Года три тому назад одна клоунская пара уже исполняла на манеже ряд басен С. Ми­халкова.

Уж коль зашла речь о том, что следовало бы сделать, думаю, что пора заняться возрождением трудного, но интересного и нужного жанра «соло-клоун», блестящим представителем которого был Ви­талий Лазаренко. Среди нашей талантливой, цирковой молодежи можно найти артистов, владеющих и акробатической техникой и тех­никой слова.

Итак, мы тоже за умный смех. Пусть этот смех торжествующе вершит свое благородное дело!

ГЕОРГИЙ КАДНИКОВ,

артист государственных цирков

Журнал « Советский цирк» май 1958 год