Советский цирк в Индии

В ноябре 1950 года группа артистов со­ветского цирка отправилась в гастрольную поездку по странам Азии. Первые наши гастроли должны были состояться в Ин­дии, затем Бирме и Индонезии.

...Последние приготовления на аэрод­роме, погрузка нашего производственного багажа в специальный грузовой самолет, прощание с родными и друзьями. И на­конец все в самолете. Традиционный круг над   любимой   Москвой — и    мы    в   пути.

Из Ташкента в Дели летим самолетом «ТУ-104».

Нет слов, чтобы описать наше восхи­щение стальной птицей, которая, легко оторвавшись от земли, быстро набрала высоту и легла курсом на Дели.

Впервые в жизни мы увидели рассвет с высоты 10 километров. Он приближал­ся к нам очень быстро: наш воздушный лайнер шел со скоростью 950 километров в час.

С правого борта появился Памир — бес­конечные заснеженные вершины, и вскоре мы заметили, что не так уж далеки от Земли. Начался перелет через вершины Гималайских  гор.

После Гималаев взорам открылась па­норама индийской земли. Вечно голубое, безоблачное небо, а внизу — строго гео­метрически распланированные участки земли, которые возделывались индийцами на волах, запряженных по паре или трой­ке в плуг.

Потом стали чаще появляться селения с плоскими крышами и более крупные го­рода. А  вот и Дели, Это огромный город, состоящий из двух частей:   Старого и Но­вого Дели.

На аэродроме на всех участников на­шей труппы надели венки из живых цве­тов — так, украшенные цветами, опьянен­ные их ароматом, мы ступили на землю Индии.

Утром мы поездом отправились в Бом­бей. Бомбей — своеобразный город с насе­лением: более миллиона человек. В этом крупном промышленном центре страны мы давали свое первое представление.

На вокзале артистов советского цирка встречали официальные лица во главе с мэром города, представители обществен­ности, члены Общества индийско-советской дружбы. Нам крепко пожимали руки, же­лали успеха в предстоящих выступлениях.

Для нас был отведен стадион, трибуны которого могли вместить 25 тысяч зрите­лей.

Никто из нас раньше не бывал в стра­нах Азии, не знал вкусов и требований зрителя, перед которым придется высту­пать. А ответственность огромная. Ведь со­ветские артисты цирка впервые должны были представлять свое искусство так да­леко  от Родины.

Я волновался, пожалуй, больше дру­гих: мне, иллюзионисту, предстояло демонстрировать свои номера в Индии. А кто не слышал рассказов о творящих чудеса индийских магах и  волшебниках-йогах!..

На зеленом поле стадиона мы ycтроили цирковую арену. Установили мачты, разместили  аппаратуру.  Зрители должны были увидеть полное цирковое представле­ние с  красочным  парадом  и эпилогом.

Представление началось вечером, когда в темном небе уже зажглись крупные юж­ные звезды. Интерес к выступлению со­ветских артистов был огромный. Трибуны заполнились до отказа.

Трудно сказать, какой из номеров пользовался большим успехом.

Вот, освещенные светом прожекторов, под аплодисменты 25 тысяч человек де­монстрируют свое искусство тувинские ар­тисты, возглавляемые заслуженным арти­стом  РСФСР   Владимиром  Оскал-Оол.

Бурю восторга вызывают выступления акробатов Владимировых, воздушной гим­настки Лидии Викторовой, клоунов Савича и Мозеля.

Мои тревоги оказались напрасными. Индийские иллюзионисты — большие ма­стера своего дела, но их номера рассчита­ны на сравнительно маленькие аудитории. Я же демонстрировал иллюзионные трюки, за которыми могли наблюдать все 25 тысяч зрителей. И это произвело впечатле­ние.

Наибольший успех имел трюк «сжига­ние клоуна», который исполнялся на ог­ромном пламени под треск разноцветных ракет.

После двух-трех выступлений советско­го цирка в Бомбее меня пригласили на торжественное заседание Академии иллю­зионистов. Она объединяет артистов на­шего жанра независимо от их националь­ности.

В назначенный час я прибыл в Акаде­мию, занимающую обширное помещение, в котором хранится огромное количество литературы по вопросам иллюзии.

На заседании Президиума было объяв­лено о зачислении меня почетным членом Академии. Я по достоинству оценил этот дружелюбный акт гостеприимства, оказан­ный в моем лице артистам советского цирка.

Затем индийские коллеги демонстриро­вали свое мастерство. Один номер — мани­пуляция с гвоздем — был особенно эффек­тен. Артист, молодой, красивый индус, взял небольшой гвоздь без шляпки и по­ложил его за щеку. Потом, как бы пере­двигая этот гвоздь под кожей, он повел его вверх по щеке, и... гвоздь выпал из глаза в подставленное блюдце. Индус взял его, вставил в угол глаза, перевел под ко­жей через лоб к другому глазу — и снова гвоздь звякнул о блюдце... Эта манипуля­ция была загадочна. Ничего подобного я не видел.

На улицах Бомбея, как и на улицах других городов Индии, много бродячих ак­робатов, фокусников, укротителей змей, Некоторые их номера очень смелы и по-настоящему талантливы. Мне запомнилось выступление семьи акробатов, которое про­ходило на улице перед окнами нашей го­стиницы. Выступали старик индус, его сын и внучка. Сын вставлял за матерчатый по­яс бамбуковый шест метров семи высотой. Старик с седой бородой и внучка пооче­редно поднимались по этому шесту и про­делывали на нем сложные гимнастические упражнения. А вокруг акробатов сновали машины и велосипедисты, ехали тяжело нагруженные арбы, запряженные буйво­лами.

Интересное зрелище — бой кобры с мангустой — показывают укротители змей. Мангуста, маленький остромордый зверек с пушистым хвостом, похожий на лису, привязана на веревке к вбитому в землю колышку. Большая кобра, раздувая шею и злобно шипя, ползает вокруг. Улучив мо­мент, змея стрелой бросается на зверька. Она обвивает его всего, и кажется, что мангуста погибла. Но... кобра уже обре­чена. Зверек с непостижимой быстротой предупреждает нападение и вгрызается змее в горло...

Закончив свои выступления в Бомбее, мы совершили турне по стране, посетив Мадрас, Калькутту и столицу республики Дели. Эта поездка позволила нам многое увидеть.

Выступления советского цирка повсюду имели большой успех. Многотысячные тол­пы народа приветствовали нас, артистов Страны Советов, с небывалым воодушевле­нием и теплотой. Чувствовалось, что их приветственные возгласы и аплодисменты выражают нечто большее, чем восхище­ние одним цирковым искусством.

В Дели на представлении присутствовал премьер-министр Республики Индии Джавахарлал  Неру.

В тот день он вернулся из загранич­ной поездки и предполагал посмотреть только начало представления, но остался до конца. После окончания представления Неру прошел за кулисы, выразил свое вос­хищение и пожелал советским артистам дальнейших  успехов.

Высокую оценку выступлениям совет­ского цирка дала индийская пресса. Она писала, что никогда и ничего равного со­ветским артистам в цирковом искусстве индийцы не видели. Театральные критики индийских газет были единодушны в оцен­ке советского цирка. Так, например, газета «Хиндустан стандарт» писала, что все ар­тисты «исполняли трудные, почти неверо­ятные номера». Газета «Индиан экспресс», рассказывая о выступлениях цирка, отме­чала, что зрителей поразила идеальная отработанность номеров, высокий класс ис­полнения всей программы. Еженедельник «Синд Эдванс», выходящий в Калькутте и Бомбее, назвал гастроли советского цирка «историческим событием в жизни Каль­кутты».

Встречались мы в Индии и со своими коллегами — артистами индийских цир­ков. Эти встречи всегда были очень друже­ственны. Мы обменивались опытом работы, давали друг другу полезные советы. В частности, в Калькутте во время нашего пребывания работало два больших цирка. Индийские артисты показывали эффект­ные номера с дрессированными слонами, сложные акробатические выступления, в которых особенно выделялись две девоч­ки — восьми и одиннадцати лет. Их ма­стерство поистине международного класса.

Следует отметить, что в индийских цир­ках показываются и излишне опасные но­мера, которые запрещает наше трудовое законодательство. Таков, например, номер метателей ножей в живую мишень. Одна девочка встает у деревянной стенки, а дру­гая стоит, балансируя, на проволоке и бро­сает острые ножи так, что, втыкаясь в стен­ку, они точно обрисовывают фигуру артист­ки. Конец номера происходит в темноте, причем «живая мишень» вращается. Это, несомненно, очень опасно.

Наше  пребывание в Индии подходило к концу.

В этой стране у нас появились настоя­щие друзья, здесь мы слышали много теп­лых слов о нашей Советской Родине, виде­ли трогательные проявления братской индо-советокой дружбы. И вот наступил ко­нец последнего спектакля. Последний раз индийские школьницы поднесли советским артистам огромные букеты прекрасных цветов.

На другой день по приглашению бир­манского министерства просвещения и культуры наша труппа вылетела в столи­цу   Бирмы  Рангун.

Индия произвела на нас глубокое, вол­нующее впечатление. Эта страна неповто­римо своеобразна, величественны и пре­красны ее древние архитектурные памят­ники, ярка и экзотична природа. Но самое замечательное в Индии — ее народ — тру­долюбивый, талантливый, понимающий и ценящий искусство. Народ, который от всей души заявляет: «Русские и индий­цы — братья!»

С. РУБАНОВ