Варшава - Пекин

В эпоху спутников и меж­континентальных ракет расстоя­ние Варшава—Пекин фактиче­ски перестало быть большим. Однако на преодоление его скорым поездом требуется десять дней, и для польских цирковых артистов, впервые так далеко выехавших на гастроли за гра­ницы родины, оно казалось гро­мадным.

Поездка коллектива в Китай представлялась путешествие  в неизвестное. Никто из нас не встречался с китайским зрите­лем, а отзывы о его требованиях, вкусах и обычаях были са­мыми разнообразными. Ввиду этого составление программы оказалось нелегким делом, тем более что китайские товарищи просили не показывать номеров с животными, как, например, с лошадьми и медведями, а также воздушных номеров, так как вы­ступать придется преимущест­венно на сцене.

Поэтому, составляя програм­му, мы включили в нее номера, не встречающиеся в китайских цирках, и одновременно под­черкнули европейский характер всего зрелища. Из этих сообра­жений в программу были вклю­чены два отличающихся друг от друга гротесковых акробатиче­ских номера, прыжки на бату­де, акробатическая езда на роли­ках, показ снайперской стрель­бы, дрессировщик мелких жи­вотных,   иллюзионист, пользующийся  реквизитом   нового типа, и эквилибристы на проволоке.

При составлении программы нельзя было полностью избе­жать жанров, широко используе­мых в китайских цирках. Ряд таких номеров также был вклю­чен в программу; при этом мы стремились подчеркнуть их свое­образие, отличие в способах и стиле их исполнения от китай­ских номеров того же типа-Коллектив был дополнен коми­ками-мимистами Корчаком и Вишневским, а также конфе­рансье  Б. Росцишевским.

Польские артисты серьезно побаивались первой встречи с китайским зрителем. Опасения оказались напрасными. Публика живо реагировала на работу ар­тистов, аплодисменты раздава­лись и во время выступлений и по окончании номеров, а после представления зрители долго и сердечно прощались со всем коллективом. Особенно «сивую реакцию, большую, чем в Евро­пе, вызвали выступления коми­ков.

Торжественные представле­ния польского цирка в Пекине посетили премьер Чжоу Энь-лай, министр культуры Шэнь Янь-бин и другие члены правительства.

Несколько дней спустя после премьеры состоялось специаль­но организованное для польских артистов представление китай­ского   цирка,  цирка    китайской армии и цирка железнодорож­ников.

В программу кроме таких традиционных номеров, как жонглирование тарелками, па­лочками, эквилибристика на стульях, игра с диаболо, прыжки сквозь обручи, иллюзии в китайском стиле, были как бы для контраста включены номе­ра, носящие необычный для ки­тайского цирка характер, — па­родийная эксцентриада, акроба­тический гротеск, пластико-акробатический танец, иллюзион­ное ревю, упражнения на бату­де (до прошлого года этот но­мер в Китае был неизвестен). Эти номера сделаны явно по ев­ропейскому образцу. Костюмы и музыкальное сопровождение этой части программы также ев­ропейские и ничем не напомина­ют традиционного китайского ис­кусства. Комики также берут пример с европейских клоунов. Успехи в области усвоения ки­тайскими артистами характера работы и стиля номеров евро­пейских артистов просто удивительны.

Широкий взаимообмен цир­ковыми коллективами создает большие возможности для по­знания новых, ранее неизвест­ных стран и людей.

После начала гастролей в Китае к нашему коллективу присоединилась одна из поль­ских артисток, тяжело заболев­шая в поезде, по дороге из Варшавы в Пекин, уже на террито­рии СССР. Состояние ее здо­ровья потребовало неотложной и трудной операции. С волнением и восхищением рассказывала она о сердечном отношении к ней и ее мужу, об искренней заботе, внимании и радушии, которыми окружил ее персонал железно­дорожной больницы в городе Богатове, около Красноярска, и местные власти. Поездка в Ки­тай дала ей возможность впер­вые в жизни встретиться с со­ветскими людьми. Эта первая встреча с людьми далекой Сиби­ри, с людьми, каждый из кото­рых, как она сказала, вероятно, имеет по два сердца, останется в ее душе до конца жизни.

Таких встреч, как эта встре­ча польской артистки с жителя­ми Сибири, как встречи коллек­тива со зрителями и населением Пекина: рабочими, артистами, детьми, встреч сердечных, неза­бываемых, создающих возмож­ности для действительного взаи­мопонимания и непосредствен­ного сближения людей — таких встреч надо пожелать как мож­но больше. Они нужны не толь­ко цирковому искусству, в пер­вую очередь они нужны для блага общего великого дела, ко­торому мы все служим.

АНДРЕЙ   ЛЯХ,

заместитель директора

Объединения   государственных

цирков Польской

Народной Республики

г. Варшава

Журнал « Советский цирк» февраль 1958 год