С нас спросится 

Мне кажется, что наши ведущие мастера еще не достаточно выступают на страницах нашего журнала, а надо, что­бы они больше писали о своей работе, о том, как они репетировали и добивались высоких результатов. Мы с гордостью можем назвать имена Егорова, Арзуманова, Довейко, Белякова, Симадо, Французовых, сестер Кох, В. и А. Кисс и еще многих других, которые, несмотря на свой далеко не двадцатилетний возраст, блестяще исполняют трюки мирового класса. И я не ошибусь, если скажу, что они еще много лет будут высоко нести знамя советского цирка. Но они уже сейчас при­глядываются к нам, молодым артистам, и, надо честно сказать, не всегда остаются довольны своей будущей сменой. Ведь мы, моло­дежь, должны сменить наше старшее поколение, не так ли? Да, это так. Но на деле многим из нас еще очень далеко до вершин мастерства. Почему? Мне кажется, что причина в нас самих: мы недостаточно работаем над собой, мало репетируем, а еcть и такие,    которые    совершенно    не заботятся  о своем дальнейшем творческом росте.

Давайте спросим молодых артистов, сколько они репетируют, и мы убедимся, что большинство из них репетируют один час. А если спросить Егорова, Довейко, Арзуманова, Волжанского, сколько репетировали они, когда им было по двадцать пять лет, не сомневаюсь, мы бы услышали в ответ: четыре-пять часов. Ко­нечно, необязательно репетировать четыре-пять часов подряд. Можно разбить репетиции на два-три раза. Один час утром, мне кажется, это нужно обязательно. Утренняя репетиция должна быть легкой: маленькая зарядка, несколько стоек темпом, прыж­ки на ногах и т. д. Это как бы подготовит организм к основной дневной репетиции, ну, а днем два-три часа тренировки совершен­но нормальны. И иногда после работы, когда организм разо­грет, — можно тоже полчаса. Мне кажется, если репетировать по такому плану, то можно достичь хороших и сильных трюков.

Я беседовал с некоторыми молодыми артистами о таких репе­тициях. Ответы почти одни и те же: «Не дают времени» или «За­гоним себя». Но почему же не «загнали» себя Егоров, Довейко, Волжанский, которым и сейчас позавидует любой молодой артист. Почему никто не может повторить тройное сальто с пируэтом, по­чему никто не может съехать по тросу на копфштейне, как это делает Арзуманов? Да потому, что эти трюки создавались годами и в результате упорных ежедневных репетиций. Сейчас этим ма­стерам хватает и одного часа. А что же наблюдается у нас, мо­лодых артистов? Я следил за пятью последними выпусками Госу­дарственного училища циркового искусства. Бывают в каждом вы­пуске четыре-пять сильных и оригинальных номеров. И, казалось бы, эти номера должны расти, прогрессировать, вносить что-то свое, новое. Но на практике нередко бывает далеко не так. Спустя некоторое время номер тускнеет. Перестав упорно репетировать, артисты снижают свое мастерство, начинают отказываться от сильных трюков. А подчас из-за плохих отношений между парт­нерами номер распадается. Разве не обидно, что такой номер, как акробаты-вольтижеры Митрохины, развалился? Выходили на манеж три крепких симпатичных парня и две милые девушки и показывали отличную работу (трюки в номере были сильные: двойной пассаж, выпрыжка с колонны). И что же получилось: вместо одного хорошего номера стало два средненьких.

В ГУЦИ был выпущен интересный номер Архипцевых «Двой­ной канат». Однако вскоре из номера выбыл один исполнитель, и художественный отдел Союзгосцирка расформировал весь номер, а троим оставшимся предложил работать партерными вольтижера­ми. Для чего? Ведь у нас вольтижеров, как говорится, хоть отбав­ляй. Не лучше ли было восстановить этот номер, дав туда парт­нера? Подобные факты свидетельствуют о том, что художественный отдел Союзгосцирка подчас проявляет непонятное равнодушие к 1ворческой судьбе артистов и их работе. Об этом свидетельствует и весьма слабый контроль за номерами. Артисты перестают ра­сти, снижают свое мастерство, облегчают работу, а ставки остают­ся прежними. Мне кажется, надо, чтобы обязательно режиссеры ГУЦИ и Союзгосцирка выезжали и систематически наблюдали за состоянием номеров и в случае надобности принимали всевоз­можные меры (вплоть до снижения заработной платы).

В заключение хочется еще сказать несколько слов о ГУЦИ. Мне кажется, что училище, выпустив номер, не интересуется его судьбой. И плохо делает: это же его питомцы. Преподаватели должны всячески помогать своим бывшим ученикам, в случае не­обходимости выезжать к ним. Ведь помощь молодым артистам всегда нужна.

Б. ГАЗАРЯН,

Артист

Журнал "Советский цирк" Май.1960 г