Нази Ширай

Вы смотрите выступление жонглера Нази Ширай, вас покоряет музыкальность исполнительницы, слияние темпа и ритма жонглирования с темпом и ритмом на­циональных мелодий. И это не просто техника, что, безусловно, важно и без чего нет циркового искусства. Главное, что отличает выступления Нази Ширай, — это цельность замысла, законченность номера, его нацио­нальный   колорит.

Пожалуй, трудно утверждать национальную подлин­ность ее костюма. Но стилизация настолько тактична, что сохраняет впечатление достоверности. И в то же время это ко­стюм для арены, для выступления. И костюм, и меняющиеся ритмы национальной мелодии, и самый выход на арену — национальный танец — и предметы, которыми жонглирует артистка, — бубны с древ­ним армянским орнаментом — все выразительно и национально са­мобытно.

Вот два бубна, несколько раз перекатываясь навстречу друг дру­гу от кисти правой руки к кисти левой, плавно минуют друг друга на спине. Затем они резко останавливаются по воле исполнительни­цы. Это точно совпадает с последним тактом музыкальной фразы. Вот в воздухе одновременно кружатся шесть бубнов, то ускоряя, то замедляя вращение. Покорные артистке, они один за другим прекра­щают свое движение — часть номера окончена, и с ударом бубна о бубен сливается финальный аккорд следующего музыкального отрыв­ка. Выступление завершается жонглированием теннисными мячами. В стремительном темпе артистка с силой бросает их в бубен, который медленно опускается. Оркестр замолкает, и только удары мячей о поверхность бубна звучат в наступившей тишине все более частой барабанной дробью.

Один за другим на равном расстоянии, плавно взлетая вверх и описывая круг, движутся легкие платочки. Кому не знакомы они по народным девичьим танцам. Оставаясь в руках девушек, они плавно развеваются, их подхватывает ветер пляски, подчеркивая рисунок танца. В цирке у Нази Ширай они улетают и возвращаются к артистке,   оставляя   в   пространстве  легкий,   скользящий   след.

Народные истоки номера, национальный характер костюма и пред­метов жонглирования, внутренне оправданные переходы от одной части   к другой  создают строгую  законченность  номера.

Заслуженная артистка Армянской ССР Нази Ширай родилась в семье курдов, маленькой народности на Кавказе, в 1926 году. Она ра­но лишилась родителей и осталась круглой сиротой. Беспризорная девочка однажды заснула у здания цирка. Это было в Тбилиси. Ее нашли и удочерили артисты цирка — супруги Ширай. Девочка за­нималась акробатикой, затем стала овладевать специальностью жон­глера. Вместе с артистами она разъезжала по городам страны, много репетировала, училась в средней школе, обучалась музыке. Во время войны она вошла в состав небольшой бригады, выступавшей перед бойцами на фронте. К этому времени у нее уже был некоторый про­фессиональный опыт, так как незадолго до войны состоялись ее пер­вые выступления. В конце войны началась ее самостоятельная артистическая деятельность.

Не удовлетворяясь совершенствованием техники, Нази Ширай на­стойчиво искала образности, художественно цельного решения номе­ра. Постепенно складывался  новый рисунок, новая композиция.

Любители цирка не однажды аплодировали четкому и эффектному номеру Нази Ширай — жонглированию горящими факелами. Успех его был проверен практикой. Но сохранение факелов в новом номере нарушало его художественную цельность. И Нази Ширай отказалась от того,  что  в  ее  исполнении   пользовалось  успехом.

Длительные поиски, напряженная работа привели к той легкости исполнения, при которой техническая сложность отходит на второй план,   оставляя   простор   художественной   выразительности.

Каждый подлинный художник непрерывно совершенствуется, ищет новое. И в том, что делает на арене Нази Ширай, раскрываются эти особенности подлинного художника.

М. ГОНЧАРОВ

Журнал «Советский цирк» март 1959