В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Об артистической культуре

Есть в теории и критике сценических искусств — в том числе и эстрадного искусства — одно понятие. которое, пожалуй, обнимает в качестве итогового все остальные. Во всяком случае, в нем как в фокусе сходятся основные проблемы современного исполнительства: здесь проходит водораздел между подлинным творчеством и его суррогатами.

Понятие, о котором пойдет речь,— артистическая культура. С ним мы сталкиваемся в первые же минуты общения с артистом, когда он только выходит на эстраду. Впрочем, с некоторыми сторонами этой культуры — внешними ее аспектами — мы встречаемся даже раньше, нежели с искусством исполнителя. Например, костюм, который при кажущейся малозначительности на самом деле имеет прямое отношение к культуре актера Если в драматическом или музыкальном театре костюмы создаются в соответствии с характерами персонажей и находятся целиком внутри общего замысла спектакля, то на эстраде костюм — выражение личного вкуса артиста, часть его индивидуальности. По одежке, как известно, встречают. И, увидев исполнителя, одетого пестро, вызывающе, стремящегося всем своим видом привлечь к себе исключительное внимание, — зрители сразу же испытывают к нему настороженное недоверие. Где-то в глубине возникает подозрение: яркий костюм, очевидно, призван скрасить впечатление от тусклого искусства.

Нередко бывает так, что экстравагантностью своего «модного» облика актер хочет внушить зрителю мысль о том. что его искусство современно, что на концерте мы познакомились с тем, что является якобы сегодняшним эталоном эстрады. Некоторые зрители — из робких — сравнивают одеяние артиста с обликом знаменитостей. увиденных по телевизору или при трансляции какого-нибудь зарубежного эстрадного фестиваля, и убеждаются, что все похоже: та же копна волос, усы и борода, темные очки, перстень на руке, та же чуть развязная манера держаться на сцене. Но зритель по опытнее знает, что всякое подражание в искусстве намного хуже оригинала, что настоящий артист не унизится до копирования. И еще он знает: современность искусства эстрады определяется прежде всего характером самого творчества, а не внешними его атрибутами. Артист — мыслящий, чувствующий, творящий на эстраде современно — чаще всего выглядит весьма скромно, он сдержан и достоин в своем облике. И, что особенно важно, — неповторим. своеобразен.

Скажу сразу, что артистическая культура не является синонимом профессионализма. Можно назвать немало случаев, когда челозек, обладающий танцевальной, вокальной, речевой культурой, вместе с тем не обладает артистической эстрадной культурой. Я подчеркиваю «эстрадной», ибо эстрадный артистизм — вещь особая, не сходная, скажем, с оперным или балетным. Ведь бывает, что превосходный артист театра оказывается весьма уязвимым на эстрадных подмостках.

Своего рода "ножницы", которые можно обнаружить между профессиональной подготовкой эстрадного исполнителя и его артистической культурой, являются нередко той лазейкой, которая позволяет проникнуть на эстраду и преуспевать а искусстве человеку, обладающему лить хорошими навыками ремесла. В связи с тем, что у нас из-за отсутствия высшего эстрадного учебного заведения основное пополнение эстрадных артистов происходит за счет художественной самодеятельности, само умение ценится весьма высоко. Нередко людям, от которых зависит будущее артиста, кажется, что его профессиональные данные являются единственным свидетельством пригодности для работы на эстраде.

Но, как известно, ремесло является лишь предпосылкой, ко никак не гарантией подлинного творчества. Одним из важнейших дополнений к ремеслу, необходимых для того, чтобы оно стало искусством, является, помимо таланта, артистическая культура. Корифеи советской эстрады — Леонид Утесов и Клавдия Шульженко — никогда не обладали выдающимися вокальными данными. Однако талант и высочайшая артистическая культура, присущие этим исполнителям, ставили их на много ступеней выше большинства «голосистых» певцов и певиц.

Творчество Утесова и Шульженко свидетельствует еще об одной существенной — возможно, самой существенной — стороне проблемы. Эти артисты, обладающие подлинной артистической культурой, являются Художниками с большой буквы. Они обращаются в своем творчестве к важнейшим темам времени и, решая их. наполняют серьезным, значительным содержанием.

Значимость творчества, его идейно-содержательная наполненность являются одним из главных критериев артистической культуры. И очень обидно, когда масштабность, глубина темы оказываются для артиста эстрады чем-то внешним, подобно костюму, который можно надеть, а можно заменить другим. Мне не раз доводилось слышать, как идейно-насыщенные произведения, скажем, «Баллады» О. Фельцмана и Р. Рождественского, исполнялись певцами в плоско-иллюстративной манере, в надежде ка то. что тема сама «вывезет». Глубокое, общественно-важное содержание, когда оно не становится личным пафосом артиста, его страстью и волнением, подчеркивает недостаток артистической культуры и сразу же обнаруживается зрителем. В таком случае воздействие артиста на аудиторию оказывается меньшим, чем могло бы быть.

Одним из важнейших отличительных признаков эстрадной артистической культуры является умение установить со зрительным залом тесный контакт. В отличие от оперного или балетного спектакля, даже в отличие от драматического театра эстрада вся держится на ежесекундной связи сцена — зал. Умение эту связь налаживать, а затем, наладив, не терять является альфой и омегой эстрадного исполнительства. Тут, понятно, одними профессиональными данными не обойтись: необходимы еще и определенные качества лености.

Интересно заметить, как ведут себя на эстраде те исполнители, которые прежде достигли больших успехов на сцене театра. Артисты-универсалы. в равной степени яркие на театральных и эстрадных подмостках, ведут себя там и тут совершенно по-разному. И. Козловский, скажем, на эстраде как будто забывает, что он — замечательный оперный тенор: он прежде всего заботится о том, чтобы в зале воцарилась дружеская, почти гатимная атмосфера.

Умение захватить аудиторию является первейшим свойством эстрады. Однако тут важно соблюдать определенные границы. В последнее время наметилась тенденция кое-где эти границы перейти. Если лет двадцать назад эстрадный исполнитель "работал" номер нередко так, будто он находится в пустом зале или перед микрофоном радио, то теперь такая манера не выдерживает критики, свидетельствует о недостатке артистизма. Сегодня зрители любят ощутить, что артист — такой же человек, как и те, что сидят в зале. Поэтому некоторые опытные исполнители нередко используют это.

Так, иллюзионист А. Акопян не боится раскрывать залу секреты своих фокусов: от этого зрители лишь еще больше осознают меру мастерства артиста. Правда, в раскрытие секретов» у Акопяна нигде не превращается в разоблачение: чудо фокуса остается чудом, ибо и «объясненный» фокус остается для зрителя непостижимым искусством артиста. Иллюзионист, максимально приближаясь к невидимой границе, отделяющей откровенность с публикой от фамильярности. нигде все же не переходит ее, продолжая действовать методами искусства.

Артистическая культура, как и искусство, — понятие качественное: не может быть четверти или половины культуры. Или она есть, или же ее нет. Но. говоря о принципиальной грани, после которой само понятие артистической культуры становится недействительным, нельзя забывать. что есть разные стороны этого понятия. Есть, скажем, элементарные требования артистической культуры и есть ее вершины, которые подвластны только большим, талантливейшим мастерам.

Следование определенной моде, образцу, стереотипу — это, пожалуй, самый распространенный недостаток артистической культуры на современной эстраде. Мода здесь возникает более явственно, чем в других видах искусства, и ей оказываются подвластны многие, в особенности незрелые индивидуальности. Артист сложившийся, имеющий свои четкие художественные принципы, не польстится возможностью пойти по пути моды, если она не отвечает его внутреннему складу. А как часто достаточно одному талантливому артисту сделать какое-то, пусть небольшое, художественное открытие, найти свое место в искусстве эстрады, как сразу же у него появляется немало подражателей. Мне неоднократно приходилось встречать артистов, работающих «под» кого-то: то это маски в стиле Аркадия Райкина, то пантомима, до удивительного похожая на Марселя Марсо, то пение в духе Лидии Руслановой.

Вкладом Л. Руслановой в нашу эстраду было то, что она принесла в нее мир русской народной песни. Каждому артисту, который хотел бы продолжать это дело, необходимо найти свое собственное место. Но, к сожалению, из множества путей, по которым можно было бы идти, некоторые упорно выбирают лишь один — тот, на котором стяжала лавры Русланова. Эти артисты обладают элементарными навыками ремесла, но их артистическая культура не настолько высока, чтобы они были способны к самостоятельному творчеству. Копируя талантливую певицу, ее стиль, индивидуальные особенности таланта, подражатели ошибочно принимают их за принципиальный путь развитая, обязательный для всех. Огромный темперамент Руслановой, ее могучее, подчас даже экспрессивное толкование стихии русского певческого фольклора у ее подражателей, лишенных этих качеств, выглядит сознательным огрублением песен.

Высокая артистическая культура необходима не только для того, чтобы найти свое верное место в целом жанре или направлении искусства, но и для глубокого проникновения в материал и его исполнение. И здесь тоже профессиональная культура неспособна заменить артистическую: можно превосходно произносить все слова, выпевать все ноты и делать все действия, полагающиеся по ходу номера, но если они в целом оказываются лишенными истинного смысла, присущего художественному произведению, то результат будет весьма плачевным. Мы долгое время — и, возможно, справедливо — критиковали эстрадных авторов, упрекая их в том, что их тексты и сочиненные ими номера оказывались ниже возможностей исполнителей. Сегодня, пожалуй, эти упреки не совсем верны: скорее, следует сетовать на то, что артисты оказываются в большинстве случаев ниже исполняемого ими материала, огрубляют, подчас даже не пот:мают его. И все это от недостатка артистической культуры.

Нередко артист, владея сносно двумя-тремя художественными средствами, употребляет их к месту и не к месту, вне всякой связи с содержанием исполняемого произведения. Скажем, на Всесоюзном конкурсе артистов эстрады некоторые вокалисты сводили все то, что принято называть интерпретацией песни, к двум краскам: темпу и громкости. Эти средства они применяли при исполнении разных песен, написанных разными композиторами. И таким образом не только не углубляли понимание смысла песни, но, напротив, затуманивали его. Плоское, однозначное исполнение произведений на эстраде вредит не только произведению, но и зрителю, упрощая и притупляя вкусы публики. Это, конечно, особая тема для разговора, но необходимо всегда помнить о том, что вкусы зрителя формируются не где-то на стороне, а в результате посещения концертов и прослушивания пластинок.

Есть еще одна часть эстрадного искусства, которая в серьезной мере влияет на уровень артистической культуры. Я имею в виду эстрадную режиссуру. Зритель чаще всего не задумывается над тем, что многие художественные решения идут не от актера, а от режиссера, и все относит за счет недостаточной артистической культуры исполнителя. Вместе с тем нередко бывает так, что источником просчетов является режиссура, что однообразие и невыразительность постановочных приемов накладывает свою печать на исполнение. В таком случае низкая артистическая культура становится прямым продолжением и следствием низкой постановочной культуры. Впрочем, в этом случае это две стороны одной и той же медали.

Режиссер, умный и талантливый, наделенный даром воспитателя, более чем кто-либо способен формировать эстрадного артиста, в том числе и его культуру. Можно назвать немало случаев, когда молодой, не лишенный способностей артист достаточно долго топтался на месте, подражая, не находя себя, а затем, после встречи с настоящим режиссером, делал большой шаг вперед. Так стало, скажем, с Жанной Горощеней в программе «Веселый фестиваль», поставленной А. Конниковым. До этого спектакля артистка искала на ощупь и, не находя верного применения заложенной в ней от природы жажды движения, переусердствовала в жестикуляции и мимике: ее исполнению была присуща перегруженность внешнего рисунка песни. Режиссер, почувствовав эту особенность артистки, соединил в ее исполнении песню с танцем.

Современная эстрада существует в тесном единстве с другими видами искусства — литературой, музыкой, хореографией, имеющими многовековую художественную традицию. Важно, чтобы произведения эстрадного искусства отличались не только глубиной содержания и яркостью формы, но и высокой исполнительской культурой. От этого в конечном итоге будет зависеть дальнейшее развитие эстрады.

АН. ВАРТАНОВ, кандидат искусствоведения

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100