В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Пусть будет Рыжий, пусть будет Белый

УВАЖАЕМЫЙ ВЛАДИМИР СОЛОМОНОВИЧ!

Я рад. Я очень рад, что моя статья вызвала у вас такую бурную реакцию. Я актер, и любой контакт с аудиторией для меня важнее равнодушного молчания. «Нужны все цветы в садах,— восклицаете вы,— и пусть они цветут в любое время года». Я тоже люблю цветы. И я не варвар, чтобы ограничивать сроки их цветения. Но ваше эмоциональное «пусть!» меня не Цедило. Я, как Галилей, стою на своем и все-таки считаю, что процветание буффонадных масок (я подчеркиваю — процветание) сейчас несвоевременно, и что каждой клоунской маске свое время.

Мы оба констатируем факт, что маски Рыжего и Белого почти исчезли с арены. Но я вижу в этом факте закономерность, а вы хотите вернуть эти маски лишь потому, что в свое время были хорошие буффонадные пары, и в основу буффонадных антре было заложено доброе зерно — наказание порока, торжество справедливости. Но подобные темы в искусстве остаются всегда, меняются лишь формы. И выступать против смены форм, значит, на мой взгляд, отрицать развитие циркового искусства.

Вы говорите, что, отрицая буффонадную клоунаду, мы тем самым уничтожаем свою классику. Во-первых, драматургическую основу клоунад не сравнить с драматургической основой классики театра ни по глубине поставленных проблем, ни по широте охвата тем. Но даже на театре сегодня классические пьесы довольно часто играют в современных костюмах и максимально приближают персонажей к нашим современникам. А во-вторых, и это важно, сам по себе текст клоунад всегда был достаточно примитивен, и вся суть их заключалась в мимике, интонациях клоунов. Но это уже зависело от актеров.

В цирке, как ни в одном другом искусстве, важно как это сделано, и поэтому форма должна быть очень гибкой, подвижной, современной. Я не считаю, что прежние клоунские антре являются монополией Рыжего и Белого, и сам с удовольствием много лет играю антре «Вода».

Вы правы — в каждый жанр постоянно приходит новое. Но когда этого нового становится много, количество переходит в качество, и этим новым качествам уже тесно в прежних рамках. Так произошло, например, с классическими канатоходцами. (Ну, не надо уж так горячо защищать Волжанских, Магомедовых, Гаджикурбановых, Ташкенбаевых. Я и сам готов добавить полстранички лестных эпитетов в их адрес. Но вряд ли хоть одну из этих трупп можно назвать классическими канатоходцами). Так произошло и с буффонадой, «с которой так легко прощается навек Карандаш». Прочел я эти слова и представил, как белым парусом уплывает вдаль буффонада, а я машу ей вслед синим платочком, и на душе моей и грустно и светло...

Буффонада (еще раз отсылаю вас к энциклопедии) как прием — преувеличение, гипербола,— конечно, осталась, сохранился и ее основной принцип — торжество справедливости, но все это обрело иную форму. И маски и костюмы клоунов стали соответствовать времени, как в свое время соответствовали веку маски, костюмы Рыжего и Белого.

Вы бросаетесь в атаку, обвиняя «горе-критиков». Но ведь «горе-критики», как вы называете многих уважаемых людей, выступая против пошлости и грубости буффонадных антре, выразили общее настроение неудовлетворенности жанром. А, как известно, пошлость, скуку, банальность начинают замечать в жанре или произведении некогда популярном тогда, когда произведения этого жанра уже пережили свои лучшие дни, когда назрела потребность в обновлении, в новых масках, образах и т. д.

Я убежден, что цирк — очень гибкое и очень современное искусство, точнее сказать, своевременное. Если хотите, цирк, стиль его выступлений, его жанры — это своего рода «концерт по заявкам зрителей». Цирковые артисты должны очень тонко чувствовать, что сегодня требуется публике.

Конечно, всегда сохранятся основные жанры — клоунада, воздушная гимнастика, акробатика и т. д. Но жанры в узком смысле слова (точнее было бы сказать «поджанры» или «виды»), такие, как велофигуристы, буффонадные клоуны, наездницы на панно и т. д., исчезают или так меняются, что получают новое название.

Вы пишете, что жанр неисчерпаем, что «в нем всегда можно найти новое, изобрести, выдумать, усложнить, обновить, создать совершенно новое и даже сенсационное», и в качестве примера предлагаете идеи для велосипедного жанра. Ну что ж, придумать можно многое. Но иногда возникает разумный вопрос — а зачем это нужно?

Итак, ваши предложения: «номер на трехэтажных велосипедах, или прыгающие велосипеды, делающие сальто, или бслет на велосипедах, или один на трех велосипедах (не понял, что это такое. — К.), - или музыкальные, звучащие велосипеды, или номер «История велосипеда» и т. д. и т. п. Это первое пришедшее в голову...» Охотно верю, что это — первое. Иначе бы вы вспомнили, что на практике все это уже было. Взявшись за руки, велосипедисты танцевали, делали и сальто на велосипеде, были и самые немыслимые велосипеды — моно, мини, макси, длинные, как болгарские огурцы, и высокие, как дядя Степа. Так что вряд ли есть смысл снова изобретать велосипед.

Возможно, и для велосипедного жанра когда-нибудь начнется эпоха возрождения. Но пока не стоит, наверное, обвинять всех в отсутствии мысли, в лености, считая это причиной исчезновения каких-то жанров. Так можно обвинять и писателей, что они не пишут моралитэ и миракли, композиторов, что они не сочиняют специально музыку для клавесина или виолы.

Делее вы пишете: «Смешно было бы, если бы на нашей сцене шли мелодрамы». Но я писал о мелодрамах Дюканжа, а не о нынешних пьесах с мелодраматическими интонациями. Первые уже высмеял Домье своим пером кари-кгтуриста. Вы перечисляете достоинства прежних мелодрам: остроту, интригу, преувеличенную эмоциональность, резкое противопоставление добра и зла. Это было неплохо для своего времени. А сегодня острая сценическая интрига нашла себе более подходящую форму — детектив. Эмоциональная насыщенность есть в современной драме, но примитивное противопоставление добра и зла уступило место высокому философскому осмыслению этих категорий.

Я убежден, что именно чувство времени подсказало клоунам прошлого века грим и костюмы, пародирующие аристократов и представителей демократического сословия. Вы отрицаете связь клоуна со временем, вы полагаете, что Рыжий и Белый — абстрактные клоунские маски. А ведь клоуны всегда стремятся передразнить именно современников. В качестве аргумента вы пишете: «Вряд ли представитель правящего класса мог произносить с арены репризы, уничтожающие этот класс». Если вы имеете в виду то, что сами клоуны были представителями правящего класса, так, кстати, дворянское происхождение Дурова не мешало ему смеяться над представителями своего класса.

Теперь о костюме Белого. Я уверен, что прообразом его послужили костюмы аристократические, незадолго до этого вышедшие из моды. Вы же считаете, что «это был площадной, карнавальный костюм, который носили артисты балаганов, которых не пускали в «приличное общество», и эти костюмы высмеивали пижонство, кичливость и зазнайство аристократии». Так значит костюмы эти все-таки пародировали аристократические? Значит мы пришли к одному и тому же выводу о происхождении костюмов? Однако вы тут же приводите еще один аргумент против этого вывода — аристократы никогда не носили «звезды и луну на заду». Конечно не носили! Но ведь есть клоунское право на преувеличение. Или вы хотите, чтобы клоуны шили свои костюмы по точным образцам? Тогда нужно и сегодня запретить клоунам, которые изображают «обычных граждан», носить ботинки 65 размера. Ведь такие никто не носит!

Вы пишете: «Это не был костюм эпохи, а был частным костюмом клоуна, как частный костюм пожарного, милиционера или почтальона». Че знаю, что такое «частный» костюм, но служебная, ведомственная униформа прекрасно отражает стиль и эпоху. Сравните хотя бы военные костюмы 1812 года и нынешние. Конечно, каждый художник и каждый клоун имеют право на фантазию. Но сравните костюмы тех же Белых клоунов прошлого века — в них всех гораздо больше сходства, общих черт, чем разницы. Это еще раз убеждает, что данный костюм был точен для той эпохи.

Ушло время, ушли клоуны, ушли их костюмы. То, что раньше казалось нормой, теперь выглядит нелепо и грубо. От клоунов стали ждать простоты и естественности, вычурным именам предпочли обычные. Зрителям нравятся теперь клоуны, похожие на них самих, а не на сказочных жар-птиц. Словом, осталась гипербола, преувеличение, гротеск, клоунская сочность, но настала пора для других масок. И если вы находите, что Никулин и Шуйдин — артисты без «переживаний в преувеличенной форме», то я не согласен. И если мы, по-вашему, не пользуемся приемами гротеска, то обьясните, пожалуйста, какими приемами мы пользуемся?

Я ни в коем случае не хочу демобилизовать никого, кто сегодня хочет выступить с буффонадным антре, потому что настоящий художник, увлеченный своей идеей, никогда не бросит ее только потому, что другим она не нравится. А бросит свою работу только тот, кому все равно что делать — буффонадное антре, иллюзионный номер или вообще податься в администраторы.

Вы предлагаете бороться за буффонаду. А как конкретно вы собираетесь бороться? Вынести резолюцию? Уволить клоунов, которые не исполняют прежние антре или напротив, материально поощрять тех, кто решится включить их в репертуар?

Вы призываете всех что-то делать. Ну что ж,  Вы прекрасно владеете юмористическим пером, знаете цирк и так любите буффонадную клоунаду. Пишите! А я с удовольствием сыграю, если вы найдете, что я владею приемами гиперболы, гротеска, буффонады.


КАРАНДАШ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100