Цирковой манеж покрыт пестрым ковром. Он напоминает огромную цыганскую шаль с кистями, как бы брошенную на землю. Шаль переливается яркими, живыми красками. Внезапно гаснет свет. Под звуки оркестра из мрака возникает новый узорчатый рисунок, словно сотканный из светящихся красок. Медленно поднимается светящаяся шаль, образуя гигантский шатер, под которым тлеет костер. Одну минуту шатер пуст, затем мы видим и самих цыган. В празднично-убранном возке едут они, распевая таборные песни.
Таким красочным прологом начинается обозрение «Под цыганским шатром» — новая постановка цыганской цирковой труппы, (руководитель Я. Бреслер).
Этот спектакль, занимающий целое отделение программы, запоминается благодаря тому, что он насыщен элементами цирка, причем каждый участник труппы создает свой выразительный номер.
Сюжет спектакля не сложен и повествует об увлечении молодого коверного клоуна красавицей цыганкой.
Быстрая как вихрь, она постоянно ускользает от своего незадачливого поклонника, но тут же снова появляется в очередном номере с танцами, гаданием или комическим перевоплощением. Молодая цыганка дразнит его, стремится очаровать своим искусством. И это ей удается. Под конец спектакля молодой клоун сам становится членом дружной цыганской семьи.
А каждый по-своему талантлив.
Вот перед нами жонглер Б. Бреслер. Балансируя на лошади, он жонглирует разнообразными предметами, но его номер длится недолго: его сменяют гитаристы, исполняющие полные мягкости и задушевности цыганские напевы.
На середине манежа молодая цыганка. Она поет народную цыганскую песню, полную жизнерадостности и темперамента. Лирическая песня сменяется бурным танцем. Легкость в сочетании с задором и вызовом! Кто не знает эти черты цыганского искусства? В цыганском ансамбле артист или артистка, несущие с собой эти качества, являются душою представления.
В ансамбле ведущей артисткой является Гитана Леонтенко. И как бы определяя стиль своего исполнения, она впервые появляется... из пламени костра. Легкая, как пламя, она начинает цыганскую пляску сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Как огненный вихрь проносится она по манежу... Но вот снова гаснет свет. В луче лунного прожектора, как сновидение, появляется молодая цыганка. Она грациозно танцует под звуки вальса. И снова медленный танец переходит в бурную пляску. Цыганка ловко вскакивает на колесо и, взмахнув шалью, исчезает в кибитке. Искусство Г. Леонтенко живое и разнообразное. Вот она в кругу цыган в задорной вихревой пляске, вот она смело и грациозно вольтижирует на лошади. В красочном исполнении талантливой артистки перед зрителем возникают живые картины, полные той своеобразной прелести, которой отличается народное цыганское искусство. Г. Леонтенко — душа представления «Под цыганским шатром».
Гитана Леонтенко
Артистка подлинного сценического обаяния, способная танцовщица, отличная наездница и акробатка, полная задора и лукавой женственности, она определяет характер всего обозрения, наиболее привлекательные его черты.
А вот перед нами появляется второй ведущий участник спектакля — коверный клоун Николай Шульгин, не на шутку увлекшийся молодой цыганкой.
—Эта цыганочка украла у меня мои золотые часы, — заявляет он.
—Какие часы? — спрашивает его старый цыган.
— Золотые! — отвечает коверный. — Весело смеются цыгане над незадачливым влюбленным, но все же решают возвратить ему его «золотые часы». Его укладывают на подушку, усыпляют, и вот перед ним, как сон, возникает молодая цыганка. Она увлекает коверного в кибитку, но здесь вместо молодой женщины его встречает... медведь. Веселый коверный не унывает. После ряда приключений он настигает цыганку, но та снова завлекает его, на этот раз в открытый сундук, и там неожиданно перевоплощается в старуху. Не успевает коверный вырваться из ее рук, как старуха превращается в молодого цыгана. Эти иллюзионные превращения красочно и интересно производятся артистом П. Савельевым. Он «переставляет» головы двум различным петухам, сажает коверного в мешок и в бочку, переодевает его по мановению волшебной палочки и производит другие интересные превращения. Коверный Шульгин разнообразен в своих интермедиях. Он исполняет пародийную цыганскую пляску, демонстрирует шуточное гадание на картах и, наконец, показывает «чудо природы» — дрессированного петуха, который поет по его приказанию.
В спектакле выделяется выступление артиста Михаила Шишкова, исполняющего песни русских цыган, а также венгерские и румынские цыганские напевы. Перед нами оживает древнее песенное искусство цыганского народа, разбросанного по разным странам Европы.
Говоря о спектакле, нельзя не упомянуть других артистов, способствующих успеху представления в целом. Выделяются скрипач К. Ферару, плясуны П. Суховский и А. Москалев, певцы П. Савельев и Т. Москалева, исполняющие таборные цыганские песни.
Спектакль создан режиссером Н. Зиновьевым по сценарию Н. Зиновьева и Н. Эрдмана. Режиссер и автор сумели выгодно использовать в постановке богатые возможности исполнителей и разнообразные постановочные средства. Четко поставлены танцы И. Куриловым, художники Л. Силич и Е. Мандёльберг, композитор С, Бугачевский написал колоритную музыку.
Спектакль не лишен и некоторых недостатков. Хотелось бы видеть более яркие, смешные репризы и интермедии в репертуаре коверного — артиста Шульгина. Стремясь придать как можно более цыганский колорит и лирическое звучание спектаклю, авторы пошли по пути ослабления остроты клоунского текста. Этот путь нам представляется не вполне удачным. Думается, что яркость репертуара коверного только помогла бы выражению основной мысли спектакля, придала бы ему дополнительные краски. Однако в целом созданный спектакль вполне отвечает требованиям современной цирковой постановки и имеет заслуженный успех у зрителей.
...Вот близится окончание спектакля. Под расписным цыганским шатром вся труппа еще раз исполняет народный цыганский танец. Под звуки бубнов в быстрой пляске танцоры сходятся и расходятся.
Мы уходим из цирка, унося все еще звучащие в нас мелодии и все то, что мы увидели и услышали сегодня под цыганским шатром.
К. Ферару в одном из эпизодов представления
Н. Шульгин и П. Савельев
М. Шишков с партнершами – Г. Лебедевой и А. Джелакаевой
RSS 
Цирковой манеж покрыт пестрым ковром. Он напоминает огромную цыганскую шаль с кистями, как бы брошенную на землю. Шаль переливается яркими, живыми красками. Внезапно гаснет свет. Под звуки оркестра из мрака возникает новый узорчатый рисунок, словно сотканный из светящихся красок. Медленно поднимается светящаяся шаль, образуя гигантский шатер, под которым тлеет костер. Одну минуту шатер пуст, затем мы видим и самих цыган. В празднично-убранном возке едут они, распевая таборные песни.
