Праздник и будни, на представлении в Сухумском цирке

Цирковое  представление — это    всегда    радостный    праздник. Иначе цирк  и не мыслится.

И ясно: для того чтобы достичь зрелища-празднества, нуж­ны высокое мастерство, точность, чистота выполнения, максималь­ная собранность и внутренняя дисциплина всех без исключения участников спектакля, высокое чувство ответственности перед зрителем.

Обо всем этом подумал  я,   посетив спектакль   «Арена дружбы»  цирка-шапито  города Сухуми.

На манеже выступал коллектив под художественным руководством Дун Цин-фу.

Звучит увертюра в исполнении оркестра под управлением М. Черпакова. Спокойно ее слушать невозможно. Оркестр звучит фаль­шиво, оркестранты играют вразброд, как говорится «отбывая но­мер».

Вступление к   представлению  не  получается.

Начинается парад. Роль ведущих поручена артистам Энни и Евге­нию Рогальским. Мастера конного цирка, опытные наездники, они отлично управляют конями, но никак не могут управиться со сло­вом.

Стихотворный текст пролога (кстати сказать, довольно слабо на­писанный в порядке самодеятельности артистом М. Валетовым) онипроизносят плохо. Э. Рогальская даже не потрудилась выучить этот текст, забывает его и читает часть текста по бумажке. Это не про­изводит хорошего впечатления на публику. И, таким образом, про­лог, в котором к тому же еще вяло и нехотя прохаживаются по аре­не артисты, также  является «отбытием номера».

Темп представления уронен с самого начала. Во всем пред­ставлении, даже в лучшей его части — во втором отделении, занятом китайским цирковым коллективом, отсутствуй необходимая спек­таклю рука режиссера.

Начинают представление Инна и Михаил Вергун — воздушные гимнасты (они же позднее—2 Смычагины 2— акробатический этюд). Артисты владеют неплохой техникой, но работают довольно небрежно. Особенно это заметно в моменты уборки канатов и про­чих подсобных вещей, при переходах от трюка к трюку. Артистам явно нужен режиссер.

Пешкова и Иванов (в печатной программе они одни почему-то не имеют имен. В этом сквозит неуважение к артистам со сторо­ны дирекции) выступают в довольно оригинальном номере. Они — акробаты-каскадёры. Коверный сообщает, что он получил новую квартиру, и просит инспектора манежа порекомендовать ему людей, которые бы привели квартиру в порядок. Приходят полотеры — Пешкова и Иванов. На манеже разложен паркетный пол. «Полоте­ры» приступают к работе, пол скользкий, и тут начинаются все трюки. Номер мог бы быть оригинальным и интересным, но и здесь от­сутствие режиссера сильно ослабляет его, снижает  успех.

В музыкальной клоунаде выступают артисты Георгий Толкачев и Михаил  Валетов.

Достоин удивления выбор репертуара: старые, плоские репри­зы, лишенные юмора пошловатые куплеты.

В паузах у ковра работает комик-пародист Акоп Узуньян. По­рой просто недоумеваешь — как он попал сюда на манеж? Пожи­лой с виду человек,  ходит весь  вечер   по   манежу   и   кривляется.

Полное отсутствие артистизма и обаяния, так необходи­мого коверному, набор застарелых реприз, исполнен­ных к тому же неточно и несмешно. Создается впечат­ление, что он вообще ничего не умеет делать. Говоря плохо по-русски, он играет на этом, но ничего более не может, и получается, что Узуньян невольно дис­кредитирует армянский цирк, цирк, который занимает почетное место среди наших советских цирков.

Вот он пытается исполнить старую репризу «фотограф», постро­енную на том, что уличный фотограф долго хлопочет у своей тре­ноги, покрывшись чехлом, а когда инспектор манежа снимает чехол, выясняется, что он под этим чехлом распивал спиртное. Недоро­гая реприза, но с каким юмористическим блеском делал ее когда-то Константин Мусин! А Узуньян ломается, изображая отвратительного пьяного, так что   просто противно  смотреть.

Не знаю, может быть, Узуньян хороший артист какого-нибудь другого жанра, но его появление на манеже в качестве коверного просто непонятно.

Эти пробелы в жанре клоунады и эксцентрики восполняет в означенной программе отличный представитель этого жанра Ана­толий Ирманов. Сколько подлинного юмора, мягкого, я бы сказал даже, ласкового комизма в его выступлении со скрипкой! Как отра­ботаны каждый жест, взгляд, движение! Настоящий артистизм, ве­селое искусство Ирманова находят живой отклик в зрительном зале.

При всем этом мне кажется, что А. Ирманову нужно подумать о расширении своего номера, а руководству цирков следует по­мочь ему в этом и чаще показывать его на центральных площад­ках. Ирманов — один из лучших представителей нашей музыкаль­ной   эксцентрики.

Хорошо работают в программе заслуженный артист Дагестан­ской АССР — канатоходец М. Магомедов и молдавские наездники Энни и Евгений Рогальские. Тут они бросили разговорный жанр «пролога» и сели на своего конька. Но здесь я не могу не вернуть­ся еще раз к оркестру, играющему в конных номерах огромную роль. Оркестр под управлением М. Черпакова делает все, что от него зависит, чтобы помешать успеху Рогальских. Право же, кони этих артистов куда лучше чувствуют ритм и понимают музыку молдавских народных  танцев, чем М.  Черпаков  и его музыканты.

Второе отделение программы полностью предоставлено кол­лективу китайского цирка, в котором с подлинным артистизмом, с задором молодости, с неподдельной грацией выступает юная гимнастка Дун Лян-чин, сумевшая внести свежесть и поэтичность в такой  казалось бы  очень  известный номер — «Каучук».

Хорош групповой баланс с тарелками — 6 Ван, интересно пока­зывает свои иллюзии Дун Цин-фу, занятно работает с дрессиро­ванными медведями Чжен Хай-тин. Представляют интерес и прыжки в огненное кольцо, жонглирование трезубцем и групповое фехто­вание в исполнении Дун Цин-фу и Ван Шу-шань, но и в этих номерах чувствуется отсутствие  режиссуры.

В представлении не выступали указанные в программе Т. Жу­ковская и Ю. Бакуновский (роликобежцы), Г. Вениченко (эквилибри­стка на проволоке), Лапиадо (гротеск-наездница) и комик-пародист Анатолий   Сажин.

Цирк любит точность и в   соблюдении программы.

Не знаю, что бы внесли в нее эти номера, если бы они дошли до манежа, но виденная мною программа еще и еще раз заставляет подумать о месте режиссера в цирковом спектакле, о необходимо­сти ответственней подходить к репертуару «разговорников», о не­благополучии с клоунадой, о том, как важен в цирке хороший и грамотный оркестр, о том, что нельзя праздник циркового спек­такля   подменять   серыми,   вялыми  цирковыми  буднями.

В. АРЕНИН

Журнал "Советский цирк" июль 1958 г