В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Секреты Андре Обера

Сначала на сцене появляется невысокий худощавый человек средних лет с довольно нескладной фигурой и непримечательной внешностью... И «друг происходит чудо — вместо него вы видите перед собой Шарля Азнавура; потом его сменяют Жак Брель, Брассенс, Жильбер Беко; вслед за ними на эстраду поднимаются Сильви Вартан, Адамо.

Один за другим проходя перед зрителями известные актеры французской эстрады и кино. И нет надобности объявлять очередного «исполнителя» — зал узнает его с первых секунд, с того самого момента, когда артист-имитатор, после небольшой паузы, во время которой он стоит спиной к публике, вдруг стремительно поворачивается лицом к зрительному залу.

Нет, это не эффект каких-то там удачно подобранных аксессуаров или точных мазков грима. Один из секретов Андре Обера как раз и заключается в сведении до минимума всевозможных «внешних признаков», легко позволяющих определить, кого именно имитирует исполнитель. Кстати, секретов довольно много. И артист охотно делится ими и с журналистами и вообще со всеми теми, кто просит его раскрыть «тайну» его не уловимого невооруженным глазом перевоплощения. Но об этом — немного позже. А сначала о самом имитаторе Андре Обере, которого вся здешняя критика единодушно признает сегодня «лучшим среди равных» в этом очень старом и очень трудном эстрадном жанре.

В первый раз на сцену парижского мюзик-холла Андре Обер поднялся в 1956 году. До этого были гсды поисков и неудач, когда актор-любмтел» долго совмещал сцену с пекарным делом, а потом выступал а третьеразрядных провинциальных кабаре. Но даже в самые трудные дни оставалась вера в случай. И случай действительно помог. Однажды в Каркасом о его заметил известный эстрадный дирижер — Эдди Варнер. Он взял его в свою программу, дал возможность сделать большой номер. Однако прошло четыре года, прежде чем заветный и неприступный Париж сказал: "попробуй". И он попробовал. С тех пор ни одного сезона не проходит без того, чтобы имя Обера но стояло месяц, а то и два на афишах крупнейших эстрадных театров французской столицы — Олимпии и Бобино. Импресарио буквально рвут его друг у друга, заранее уверенные, что Обер «вытянет» любой зал. Конечно, далеко не всегда такой ажиотаж вселяет доверие. Здесь нередки случаи, когда успех у импресарио всего лишь отражает дешевый успех у публики, добытый «эксплуатацией» ее дурного вкуса. Но достаточно увидеть Андре Обера, чтобы понять, что на сей раз речь идет о подлинном мастерстве.

Впрочем, говоря об Обере, было бы не совсем верно употреблять слово «имитатор». Кого бы ни изображал артист, он никогда не делает карикатуру или голосовую копию. Он как бы становится Брелем, становится Азнавуром, непременно сохраняя при этом свое отношение к данному человеку. Все в нем, начиная с позы, с положения рук, с наклона головы и кончая — что самое удивительное — чертами лица, выражением глаз, заставляет поверить, что перед нами тот самый «персонаж», разве что слегка «расслабившийся» и давший волю некоторым из своих привычек и слабостей. А голос? Голос добавляется уже потом. И вокальное сходство уже не поражает— настолько успело потрясти сходство физическое. Оно даже кажется чем-то вполне естественным, обязательным.

У Обера во Франции очень много собратьев по жанру, который имеет здесь свои глубокие традиции. И если среди своих коллег он занимает особое место, то причина — в не поверхностном, глубоко психологическом подходе к «предмету изображения». Это вовсе не исключает ни язвительной критики, ни тонкой иронии. Наоборот, это делает пародийный характер его имитации еще более явным и острым.

Так каковы же секреты, о которых охотно рассказывает Андре Обер?

Во-первых, это отказ от зеркала: оно, по словам артиста, уводит от внутреннего вживания в характер.
Второе — не изучать слишком тщательно и кропотливо свои «модели»: исполнителю достаточно один раз увидеть певца ка сцене, чтобы схватить суть. «А иначе утеряется основное», — говорит он. Затем — работа над текстом песен; здесь должны сохраняться ритмы и даже рифмы оригинала и обязательно обыгрываться его слова и фразы. Существует немало и других заповедей и секретов. Но ость среди них один, который сам Обер определяет как искренность, но истинное название которому, как мне думается, — талант...

И вот концерт «с участием звезд французской эстрады и кино», исполняемый одним артистом, закончен. Снова на сцене скромный, внешне ничем не примечательный человек. Теперь уже он сам кажется зрителям чем-то нереальным — до того реальны были созданные им только что портреты. Человек стремительно раскланивается и быстро уходит за кулисы. И долго еще вслед ему звучат аплодисменты зала...

ЕЛЕНА КАРАСЕВА, внешт. корр. «Советской эстрады и цирка»

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100