В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

В родном цирковом кругу

Некоторые жалеют детей цирке. В самом деле, токарь или пекарь могут всю жизнь прожить на одном месте, а артист цирка вынужден каждые полтора-два месяца переезжать из города в город. И вот вместе с родителями ко. чуют и ребята, меняют школы, оставляют только что появившихся друзей.

Папы и мамы подолгу живут в гостиницах — на тот же непритязательный уют обречены и дети. Отцы и матери много работают, в выходные и праздники дают по три представления в день, а их отпрыски часами слоняются по коридорам, путаются в ногах у взрослых.

И все же я завидую цирковым детям. Судьба наделила их многим. Вот, скажем, если ваш отец—инженер или летчик, то вы почти никогда не видите его в деле и лишь понаслышке будете знать о том, чему он учился много лет н чему посвятил свою жизнь.

А цирковые ребята глядят во все глаза на ловкость, силу, красоту своих пап и мам, они слышат гром аплодисментов, которыми публика провожает артистов, хорошо понимают, ради чего их родители терпят иной раз неудобства. «Я вырос в опилках»,— эти слова всегда произносят с гордостью.

Важно еще и другое. За кулисами не терпят лодырей. Если составить цирковой словарь, то первым в нем надо поместить слово «работа». Уважение к тому, что оно означает,— фундамент здешней педагогики. Тут почти любой мальчишка в шесть лет уже умеет делать простейшие акробатические трюки, бросать три шарика, знает, с какой стороны подходить к лошади, а с какой — к слону.

Конечно, не все они потом становятся артистами, однако пополнение на манеж очень часто приходит именно из семей жонглеров и канатоходцев, гимнастов и наездников, прыгунов и эквилибристов. И это хорошее пополнение.

Сегодня речь пойдет о трех семьях, украсивших собой последнюю программу старого Московского цирка на Цветном бульваре, программу, которая называлась — «Отцы и дети».

ГДЕ ЖИВУТ КОВБОИ!

Это представление начинается не совсем обычно. Вместо традиционного пролога программу открывает аттракцион джигитов Северной Осетии «Иристон». Восемь отчаянных, лихих, темпераментных молодцев скачут по кругу на роскошных лошадях. Они показывают не просто комбинацию красивых, сложных, но уже виденных нами трюков. Это своего рода, я бы сказал, рыцарский турнир. Горцы совершают на манеже подвиги во славу прекрасной женщины. А она, вся в белом, на белом же грациозно танцующем коне, царственно просто принимает их поклонение...

Такова драматургия этого спектакля в спектакле, и действует она на публику безошибочно. Но почему же все-таки «Иристон» стал первой главой нынешнего издания «Отцов и детей?» Все объяснялось, когда после финала номера не манеж выходил человек весьма преклонных лет в кубанке с алым верхом и черкеске, с орденами и медалями на груди.

Это был Михаил Николаевич Туганов, народный артист РСФСР, создатель аттракциона осетинских конников. Вместе с ним в луче прожектора появлялись его дочь Дзерасса Туганова, народная артистка Северо-Осетинской АССР и заслуженная артистка РСФСР, руководитель и солистка «Иристона», и внучка —юная Нина Туганова, только начинающая свой путь в искусстве.

Выступление этой знаменитой династии послужило неким камертоном к рассказу о том, как дети продолжают ив арене дело своих отцов. И пусть не покажется вам, что если отец был большим мастером, то сыну или дочери приходится легче. Семейная слава — это тяжелая ноша, не каждому она по плечу. Вот что рассказывает Дзерасса Михайловна о Туганове-старшем, о своем номере, о себе.

— Отец мой — ровесник века. Еще в юности он был известным в нашей республике джигитом, не раз выигрывал призы в национальных играх. А это нелегко, там, где и ребенок и старик прекрасно сидят в седле. В цирке он начал работать задолго до войны, на первых порах вместе с Алибеком Кантемировым. Потом создал самостоятельный конный номер «В горах Кавказа».

Однажды в цирк пришел Семен Михайлович Буденный и увидел это выступление. Легендарный маршал, великолепный знаток конного дела и поклонник джигитовки пригласил отца и рекомендовал ему организовать ансамбль терских, кубанских и донских казаков. Вместе с большим аттракционом «Казаки» отец объездил потом почти всю страну.

В июне сорок первого они работали в этом самом здании Московского цирка и отсюда же на своих конях отправились прямо на фронт. Девять человек из этой группы не вернулись с войны, погибли и все лошади. Отец прошел путь от Москвы до Берлина, от рядового солдата до майора.

12 лет назад отец вышел на пенсию и передал руководство номером мне. К тому моменту я уже была не новичком в манеже, хотя в свое время, между прочим, не собиралась становиться артисткой, училась в институте иностранных языков. Но цирк взял свое. В 1952 году я дебютировала в театрализованном представлении «На Дону»: играла там роль зоотехника, танцевала, показывала высшую школу верховой езды.

Конечно, очень многому, да что там. просто всему я научилась у отца. Но к самому дебюту меня, как ни странно, готовил не он. Отец, видно, считал, что может пожалеть меня, проявить слабость, а в воспитании конника это недопустимо. Здесь нужна наука жесткая...

И он отдал меня в ученицы к тренеру военной кавалерийской школы в Иванове заслуженному мастеру спорта Антону Афанасьевичу Жагорову. Помню своего первого коня Банкета, помню, как в зимние морозные дни я, одетая в солдатские ватные брюки, скакала по кругу часами напролет. Трудно стать наездником, что и говорить... Зато, когда наш аттракцион был на гастролях в США, тамошние газеты писали: «Настоящие ковбои живут не в Америке, а в России».

В нашем деле мало уметь сидеть в седле и даже стоять на коне, мало понимать характер животного. Надо работать так, чтобы зритель не видел пота, чтобы ты как бы сливался с конем, чтобы все твое поведение в манеже было сплошной легкостью и удалью. Вот, например, в некоторых номерах, подобных нашему, в центре манежа стоит важный человек с шамбарьером, этакий «пан директор». А у нас дирижирует скачкой Руслан Гугкаев — так он асе время пританцовывает, словно ноги у него сами пляшут. И публике весело на него глядеть.

Гугкаева к нам привел мой первый помощник и исполнитель самых ответственных трюков в номере заслуженный артист Северной Осетии Махарбек Мамиев. Оба они родом из горного аула Кадгарон, оба с младенчества привыкли к лошадям.

Дочь моя Нина, как и я, не собиралась вроде бы работать в цирке, училась в балетном училище при Большом театре, а теперь вот вышла на манеж. Пока, правда, она всего лишь ассистирует в номере своего мужа — эквилибриста Станислава Черных, но они усиленно репетируют нечто новое, оригинальное...

После этой беседы мы с Дзерассой Михайловной отправились к животным, где меня торжественно представили серому в яблоках Рассвету, белому с породистым носом Тропику и другим «аристократам» конюшни. Они благосклонно отнеслись к букету морковок, который я им преподнес, но благодарили взглядом не меня, а свою хозяйку и учительницу.

«ПРОПИСЬ» В ВОЗДУХЕ

У воздушных гимнастов отца и сына Андреевых крепкие, плечистые фигуры, тяжелые ладони, которые бережно (не дай бог, сломать!) жмут руку гостя, скромный, прямой и твердый взгляд.

Номер их отличается такой жё сдержанной простотой, и лишь постепенно начинаешь понимать, что гимнасты эти исполняют трюки, доступные немногим. А главное—все делается чисто, точно, элегантно. Такая «каллиграфическая пропись» в воздухе...

Виктору Николаевичу пятьдесят восемь лет. Пришел он на манеж из спорта. Еще в 1932 году курсант военно-морского училища Андреев носил пышный титул «Чемпион Черного моря по боксу». До самой войны он работал на эстраде и в цирке. Потом, на фронте, воевал в разведке и артиллерии, был несколько раз тяжело ранен. Евгений (ему двадцать семь, войны он не знал) легонько потрогал отца за плечо, вернее, погладил и сказал: У него тут до сих пор глубокий шрам...

После победы Виктор Николаевич вернулся в цирк. Работал вместе с женой Ниной Ионовной под куполом и демонстрировал номер «Художник-моменталист».

С 1966 года он выступает с сыном. Они стали благодаря этому номеру дипломантами Всесоюзного смотра произведений циркового искусства, а Евгений — лауреатом Всесоюзного смотра молодых артистов цирка. На достигнутом останавливаться не хотят, готовят новые, особенные трюки, каких мы еще не видели. Выписывая руками кривые в воздухе, как летчики, когда показывают недавний бой, они объясняли мне, что должно получиться.

Они очень славные люди — отец и сын. С полуслова понимая друг друга, Андреевы разговаривают тихо, спокойно, сдержанно. И видно, что им хорошо вместе. Они и отдыхают вдвоем. Любимое занятие — гребля. Виктор Николаевич пристрастился к этому в годы морской службы, Евгений перенял увлечение у отца.

ОТ МОСКВЫ ДО МОСКВЫ, ИЛИ НАСЛЕДНИЦА ИГРАЕТ ЗАЙЦА

В коридоре за кулисами сидела круглолицая курносая девочке с косичками и читала книжку. С виду — девочка как девочке, ничего особенного. А между тем одиннадцатилетняя Джамиля Беллей — наследница двух цирковых родов, средоточие надежды двух цирковых династий.

Аттракцион узбекских акробатов на верблюдах под руководством отца Джамили, Романа Беллея, и при участии ее матери — заслуженной артистки Узбекской ССР Мамлакат Ташкенбаевой достойно завершает программу «Отцы и дети». Эта восточная фантазия несет в себе забавный лирический сюжет: сватовство, в котором Мамлакат, естественно, играет невесту, немолодой ужо артист Иван Тимофеевич Воробьев — ее отца, Ромам Беллей — жениха, а семь веселых акробатов-прыгунов — его друзей.

Но, кроме того, в номере есть отличный вольтиж, джигитовка, прыжки через пять верблюдов, темпераментный восточный танец, приятная музыка, неназойливый юмор.

Немало прибавляет аттракциону участие «кораблей пустыни». Они, оказывается, ничуть не упрямы, не своенравны, не медлительны. Напротив, утверждают, что верблюды охотно поддаются дрессуре и бегают со скоростью курьерского поезда. Но оставлю их мирно жевать свое сено и поведаю две истории, нашедшие свое завершение в маленькой Джамиле.

Вот история первая. Ташкенбаевы, Фамилия эта пошла от знаменитого канатоходца Ташкенбая Игамбердыева, 85 лет проработавшего на цирковой арене, народного артиста РСФСР и Узбекской ССР. Впрочем, династия началась даже еще раньше, поскольку отец его, Игамберды, был известен в народе под именем Хаджи-дорвоз (в переводе с узбекского дорвоз — канатоходец). Говорят, ходил по канату и отец Хаджи, дед Ташкенбая-ата.

Большинство Ташкенбаевых вышли в артисты: сыновья и внуки ветерана узбекского цирке, их жены, а теперь уже и правнуки. Самым известным, из них стал, пожалуй, младший сын Ташкенбая-ата — Абиджан, сейчас он руководит большой группой канатоходцев. Мамлакат — младшая дочь Абиджана.

Впервые она вышла на манеж в Москве, и было ей тогда двенадцать лет. Еще девочкой она начала работать одновременно в нескольких жанрах: на канате, в акробатическом этюде, в номере гимнастов на ремнях... Мамлакат Ташкенбаева прошла большую цирковую школу.

История вторая. В 1929 году в Москву приехал выступать по длительному контракту итальянский цирковой артист Эрметэ Беллей. Здесь ом женился, здесь родился его первенец Эдуард. Второй сын, Эрнест, появился на свет в Париже, в Италии родились третий сын Роман и дочери Лючия и Рита. Такие большие семьи в итальянском цирке не были редкостью. У деде Романа — Сильвио Беллея было 18 детей и все работали в манеже.

17 лет прожил Роман Беллей в Италии. Когда впервые предстал перед публикой, уже и не помнит. Приходилось ему и его братьям в те годы очень несладко. При Муссолини у них не было надежд на хороший контракт, работали они во дворах, буквально ради куска хлеба. Да и после войны дети итальянца и русской с трудом сводили концы с концами. И в 1957 году, когда отца уже не было в живых, мать и пятеро детей вернулись на родину — в Советский Союз. Вскоре им рукоплескали советские зрители.

А несколько лет назад Р. Беллею поручили создать новое цирковое произведение, с которым сейчас артисты впервые выступают в Москве.

А что же Джамиля? Ком станет ома? Это, наверное, другая история, третья.

—    Я уже выступала на манеже, — заявила мне юная наследница двух династий. — Играла зайца. С ушами.

...Ничто ме убеждает нас так, как история жизни, судьба человеке. И сегодня мы рассказали о нескольких цирковых биографиях, чтобы стало понятнее, откуда берутся замечательные достижения этого праздничного искусства. Здесь, под высоким куполом цирка, понятие ««в кругу семьи» обретает особый смысл, наглядную реальность.

В. СЕРЕГИН

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100