Чэди - В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ
В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Чэди

 

Много ли существует способов езды на велосипеде? Можно поручиться,  такой вопрос озадачит даже самого лихого велосипедиста-любителя.  С   велосипедом  вроде   бы особенно не намудришь — садись в седло и поезжай... Ну, разве что, припомнив свои мальчишеские трюки    на    отцовской «Украине» — езду сначала на одной педали вприпрыжку, потом самоотверженное провисание «под рамой» и, наконец, высший класс, когда брошен руль и руки демонстративно заложены за спи­ну, — кое-кто из нас увеличит список собственных «велосипедных вариаций» до четырех-пяти.

Цзинь Е-цзинь — создатель и руководитель китайского цирко­вого аттракциона «Чэди» — насчитывает по крайней мере сорок способов использования велосипеда! Больше того, глядя на изобре­тательную работу участников группы «Чэди», можно, пожалуй, предположить, что велосипед в том несложном виде, в котором он ныне известен миру, полон конструктивных излишеств и деталей. Цзинь Е-цзинь, к примеру, на полном ходу снимает со своего ве­лосипеда руль, раму, отделяет переднюю вилку с колесом и уезжает с манежа под (гром аллодиомеитов на одном-единственном колесе, чувствуя себя вполне уверенно в таком явно неустойчивом положении.

«Чэди», строго говоря, не относится к традиционным номерам китайского цирка. Велосипед,— основа этого номера,— заезжий гость из Европы. Но гость, полюбившийся хозяевам. И не только полюбившийся, но и освоенный, так сказать, своим путем, своими приемами.

От традиционного китайского цирка «Чэди» перенял редкостную простоту и непринужденность исполнительской манеры. Поведе­ние артистов на арене, виртуозные трюки, даже музыка, сопро­вождающая номер,— все решено в подчеркнуто «бытовом» плане (если позволительно переносить на цирк театральную терминоло­гию). Чем сложнее и головоломнее трюк, тем мягче его подача. Привыкнув работать непосредственно на площадях, в тесном окружении публики, китайские артисты, как правило, стараются не загромождать свои выступления сложной внушительной аппа­ратурой, обходятся предметами, хорошо знакомыми каждому из присутствующих. Не этим ли создается главное впечатление от любого номера китайского цирка — заразительная доступность? Трюк кажется настолько простым и легким, что стоит только за­хотеть, и любой сможет повторить его вслед за исполнителем.

Очень характерная особенность «Чэди» — переходы от трюка к трюку почти не ощутимы. Но искушенный глаз легко замечает, что в этой «напевности» есть свои «знаки препинания» — момен­ты четкой, артистично осмысленной фиксации движений, ритма, трюка.

Глядя на работу Цзинь Е-цзиня и его партнеров — симпатичных, в чем-то даже застенчивых молодых артистов, — трудно предполо­жить, что за внешней легкостью, простотой и доступностью их ра­боты на арене скрываются долгие годы совершенствования и са­мозабвенная верность своему призванию. Верность, преодолеваю­щая любые технические трудности.

История создания аттракциона «Чэди» сама по себе интересна.

Отец Цзинь Е-цзина занимался ремонтом велосипедов на одной из окраинных улочек Пекина. Трудно было отказать сыну в удо­вольствии кое-когда поездить на чужих машинах. Но вот беда: маленький Е-цзинь никак не желал ездить «как все». То он пы­тался усесться на руль, то норовил так изловчиться, чтобы педа­ли вращать руками, то вдруг наделает шуму на весь Пекин, взо­бравшись на велосипеде по гигантской мраморной лестнице древнего императорского дворца...

И сколько раз приходилось старому мастеру Цзинь повторно чи­нить велосипеды, изрядно страдавшие от такого рода эксперимен­тов! Сколько раз мать и сестры хлопотали с примочками и бинта­ми над бесконечными шишками, и царапинами неугомонного Е-цзиня!

Впрочем, велосипед для мальчика был покамест только раз­влечением. Он учился в школе, увлекался спортом, даже однажды завоевал звание чемпиона Пекина по плаванию...

Все изменилось с приходом в город японских оккупантов. Закры­лась школа, не устраивались больше спортивные состязания мо­лодежи. А главное, у старого Цзиня реквизировали «в пользу микадо» крошечную его мастерскую. Надо было думать о пропи­тании семьи. И тут пригодилось мастерство, нажитое Е-цзинем во время мальчишеских забав. Обучив двух своих сестер первым не­сложным трюкам, он стал выступать на площадях, в парках, а то и просто во дворах богатых кварталов.

Вскоре самодеятельный аттракцион «3-Цзинь-3» подобрала ка­кая-то бродячая труппа... Так нужда заставила пятнадцатилет­него мальчика стать профессиональным артистом цирка.

К моменту создания в 1950 году Государственного циркобъединения при Министерстве культуры народного Китая трио велоси­педистов Цзинь успело приобрести себе громкую славу. Забота рабоче-крестьянского правительства, стационирование трупп, вве­дение строгой техники безопасности, твердая материальная обес­печенность — все это неузнаваемо изменило условия жизни и работы артистов китайского цирка.

Цзинь Е-цзинь получил возможность совершенствовать свой но­мер. Произошли заметные изменения и в составе группы «Чэди». Артистов теперь стало пятеро, один за другим рождались ориги­нальные и остроумные трюки.

Первые же зарубежные гастроли «Чэди» принесли с собой важ­ное открытие, поначалу ошеломившее молодых артистов: выясни­лось, что акробатика на велосипеде отнюдь не является чем-то специфически китайским, что этот номер в разных вариациях широко популярен во многих странах. Появилась соблазнитель­ная возможность обогатить свой репертуар трюками и приемами, «подсмотренными» у своих зарубежных коллег. Цзинь Е-цзинь сразу же отверг подобный путь «совершенствования». Ход его рас­суждений был примерно таков: «Если сам номер не является откровением, тем более оригинальными должны быть его содержа­ние и исполнительская техника. Надо во что бы то ни стало са­мостоятельно думать, изобретать, выискивать новые, никому еще не известные возможности велосипеда. Только при этих условиях номер может иметь право на существование».

...Еще мальчиком, потехи ради, научился Е-цзинь перескакивать на велосипеде через небольшие препятствия — деревянные чурки, камни, плашмя уложенный чемодан. Со временем выработался забавный трюк: один из участников номера падал ничком, а Е-цзинь с ходу перепрыгивал через него, совершенно не прикаса­ясь колесами к телу упавшего.

— А через стол ты мог бы перепрыгнуть? — крикнули однажды из публики.

Пытливая мысль артиста лихорадочно заработала. Прыгнуть че­рез стол! Да, такой трюк мог бы стать велоколепным финалом вы­ступления.

В ход был пущен упругий мат почти метровой толщины. Но... сколько ни бился неутомимый Е-цзинь, оторвать колеса велосипе­да на такую  высоту не удавалось никак.

Несколько лет назад Цзинь Е-цзинь гастролировал в Магнито­горске. На утренней репетиции он снова попытался прыгнуть че­рез мат, имитирующий высокий стол. Дело кончилось хуже обыч­ного: налетев на препятствие, артист перекувырнулся вместе с велосипедом, едва не сломав себе шею.

Послушайте,— сказал один из советских униформистов, асси­стировавших   на   репетиции, — это,   по-моему,   замечательная   на­ходка.

?!

Да-да. Если нельзя перепрыгнуть через стол, то, может быть, возможно через него перекувырнуться?  Надо только делать это так, чтобы после кульбита машина ваша вновь стала на колеса.

А точкой опоры должны быть плечи, а не голова...

Так было найдено решение трудной задачи, мучившей артиста несколько лет подряд. Впервые показанный в Бельгии в 1956 году кульбит на велосипеде создал своему автору и исполнителю по­истине мировую славу. С ним группа «Чэди» гастролировала в Европе,   Индии,   Бирме,   Индонезии,   во   Вьетнаме.

...Сухощавый, подвижной Цзинь Е-цзинь угощает собеседников пекинскими сигаретами со сметным названием «Шуан-си», что означает «двойное удовольствие», и рассказывает:

Где бы мне ни приходилось теперь работать, я всегда помню о том неизвестном русском товарище из Магнитогорска, который сумел в отчаянной неудаче разглядеть мой будущий    коронный трюк. Жаль, что не запомнил тогда его имя. Может быть, ваш журнал поможет нам еще раз встретиться?

Каковы мои дальнейшие планы? Хочу добиться    еще    боль­шей легкости и непринужденности исполнения номера. И еще хочу передать свою технику как можно  большему количеству цирковых велосипедистов у нас в Китае и в других странах. Цирк — массовое искусство. Люди во всех уголках земли одинаково хотят видеть самое лучшее, что достигнуто в каждом из его жанров.

 

И. ШВЕДОВ

Журнал «Советский цирк» август 1960 г

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100