Как не надо

Цирковые представления на стади­онах неизменно пользуются ус­пехом и любовью зрителей.

Закономерность и целесооб­разность выхода цирка на стадионы, на ледяные площадки, на «голубые арены» лежит в самой природе, в самой сущно­сти, цирка как массового и подлинного народного искусства. Речь идет, разуме­ется, не о механическом переносе цирко­вых программ на обширное поле стадио­на в погоне за «кассовым» эффектом, хо­тя бы такого рода мероприятия и имено­вали «Встречами друзей», «Праздниками цирка»   и   т.  п.

Массовые цирковые представления — дело серьезное. Они требуют и своеобразно­го построения и особого  оригинального решения. Многие хорошо знакомые но­мера в этих условиях приобретают новые качества, обогащаются интересными воз­можностями, яркими трюками. Выход цирка на стадионы и на «голубые арены» в значительной мере стимулирует созда­ние новых номеров и помогает рождению новых  цирковых   жанров.

Надо полагать, что именно поэтому Союзгосцирк уделяет немало внимания этому виду цирковых зрелищ, создавая специальные сценарные планы, посылая в периферийные цирки режиссеров, художников. Для инструктирования и для постановок массовых цирковых представ­лений.

Подготовка такого рода зрелищ — де­ло непростое. Оно требует продуманности, тщательности, четкой организованности. Поспешность, небрежность, надежда на снисходительность зрителя — все эта при­водит не только к срыву отдельных пред­ставлений, но иногда и к дискредита­ции такого рода массовых цирковых зре­лищ.

Огорчительной, например, оказалась организация в этом сезоне выезда Таллин­ского цирка на стадион города Пярну. Таллинский стационарный, цирк заслу­жил своими программами добрую славу. Есть в Таллине два спортивных стадио­на, вполне пригодных для организации на них массовых зрелищ. Почему бы в лет­ние месяцы не проводить на этих стадио­нах последние заключительные представ­ления каждой программы в форме мас­совых спортивно-цирковых праздников, с переносом этих праздничных зрелищ на стадионы  периферии республики.

К сожалению, это не практикуется, а вместо того организуются эпизодические выезды то в Тарту, то в Пярну.

Так, 30 июля администрация цирка перенесла без достаточной, подготов­ки большую часть программы на стади­он в Пярну. Именно без подготовки, благодаря чему трудно определить, что это  было  за    «мероприятие»:    запланированный выезд стационарного цирка или просто небольшая эскапада, прогулка в выходной день с администратором цирка во главе.

Афиш и плакатов, приглашавших «всех на. стадион», было более чем доста­точно. Билеты раскупались бойко, места были не нумерованы, и количество про­данных билетов значительно превысило вместимость трибун. Но организаторам этого показалось недостаточно: были выпущены со скидкой в 20 процентов с цены мест на трибунах билеты без всякого учета их количества. Предполагалось, очевидно, что зритель, выполнив свои главные обя­занности, т. е, уплатив 8 рублей за вход за ограду стадиона, будет терпеливо сто­ять у стенки забора, переминаясь с ноги на ногу в течение двух с лишним  часов.

Зрители заполнили трибуны более чем за час до начала представления, кроме того, около полутора тысяч «стоящих» зрителей разместилось вокруг поля ста­диона. На глазах этого терпеливого и до­бродушно настроенного зрителя шли все приготовления к началу представле­ния. Перед самой трибуной был огорожен круг — барьер манежа; тут же несколько униформистов стряхнули ковер и смели с пего пыль. Па поле стояли подъем­ный крап (для номера воздушных гимна­стов) и две забытые грузовые автомаши­ны, явно мешавшие зрителям, располо­женным   возле  забора   стадиона.

Как всегда в спешке, что-то не лади­лось, какие-то номера отменялись, какую-то аппаратуру переставляли, какую-то уно­сили с  поля.

Зритель терпеливо  ждал.

Если верить программам Таллинского цирка, продававшимся в большом коли­честве на стадионе, за слаженность пред­ставления несут ответственность помимо директора, художественный руководи­тель И. Канчели и два инспектора мане­жа  —  К.  Иванов и Е.  Ясаков.

Но вот наступил долгожданный момент: программа началась. Она началась парадом. И хотя выход цирка на ста­дион — это праздник, прежде всего, спортив­но-цирковой, и хотя в эти дни в Пярну шла усиленная подготовка к спортивным соревнованиям и можно было привлечь без особого труда легкоатлетов, гимна­стов, велосипедистов и других,— парад открыли всего лишь несколько девушек-спортсменок, за которыми про­дефилировали участники программы. Ме­сто действия было ограничено узкими границами манежа, уложенного на ста­дионе: беговая дорожка и поле стадиона остались неиспользованными. Ни мото­циклы, ни участники конных номеров, ни украшенные автомашины, с жонглерами, клоунами, гимнастами в параде не уча­ствовали.  Несмотря на  то,   что это происходило в дни VII Международного фести­валя молодежи в Вене, в прологе не было произнесено ни слова о дружбе народов, как не было произнесено ни слона о дружбе цирка и спорта. Не было ни фла­гов братских республик, ни стягов спор­тивных обществ.

Но едва лишь этот скромный парад появился на манеже, оцепление, кото­рое должно было, очевидно, удерживать стоящих в отдалении зрителей, бросилось к остановленным грузовикам, так как с них был лучше виден 13-ти метровый, зате­рявшийся на поле стадиона манеж. Тот­час же вслед за оцеплением на поле ста­диона устремились и несколько сот зрите­лей, не имевших мест). Они расположились почти вплотную вокруг манежа. Напрасно ведущий трижды обращался к ним с просьбой вернуться на свои места. «Мест» не было, и зрители оставались на поле стадиона. В конце концов, ведущий просил только «не подходить ближе», так как нельзя будет вести  представление.

Без подготовки, без торжественности начала, что является тоже характерной особенностью и любимой зрителем тради­цией советского цирка) артистам приш­лось самим взять на себя всю трудность завоевания успеха. Конечно, опыт масте­ров, качество их работы и любовь зри­теля к цирку сделали свое дело; пред­ставление на стадионе зрителю в общем нравилось, артисты имели успех, даже несмотря па то, что в программе были некоторые номера, которые по своему ха­рактеру и по жанровым особенностям ед­ва ли уместны на стадионе сатирический фельетон, читаемый в микрофон, пласти­ческий этюд при ограниченном количе­стве света и т. п.). Но выхода цирка на стадион, большого циркового зрелища не состоялось — организовать его не су­мели.

А жаль. В Эстонии, где любят спорт и любят цирк, такие мероприятия мог­ли бы проводиться систематически, стать одним из важнейших видов массовой ра­боты цирка, а при хорошей организации могли бы своим успехом, достижениями, опытом обогатить и другие цирковые коллективы.

Интересно сопоставить, что место на трибунах на интереснейшее спортивно-цирковое представление «На голубой аре­не» в Москве, на Центральном стадио­не им. Ленина в Лужниках, стоило пять рублей, а билет на. право стоять около за­бора на стадионе в Пярну — восемь рублей.

Не следует путать мероприятия «мас­совые» и «кассовые». Это далеко не од­но  и  то же.

Л.  БЕРНАЦКИЙ

Журнал «Советский цирк» октябрь 1959