Секреты подлинные и мнимые 

Обилие и роскошь обстановки, быстрота и слаженность действий многочисленных ассистентов, цепь непрерывно сменяющихся фокусов и артистизм руководителя номера создают вместе ту волшебную феерию иллюзионного пред­ставления, которое в яйце, например, Кио до сих пор остается одной из самых блестящих граней циркового искусства.

Пытаясь понять причины жизненности этого древнего жанра, мы сталкиваемая с вопросом технических секретов фокусника. Многим кажется, что знать устройство аппаратуры и уметь поль­зоваться ею вполне достаточно для повторения программы любого иллюзиониста. Вот, вероятно, почему существует мнение о без­условной необходимости строго хранить профессиональную тайну.

Конечно, успех фокусника в большой мере зависит от остро­умия и неожиданности такой его выдумки, которая еще не раз­гадана зрителем. Но дело не только в этом. Иначе невозможна была бы передача опыта, не писались бы книги о фокусах. Между тем такие книги есть и появляются даже новые.

В прошлом году известный иллюзионист А. Вадимов (Алли-Вад), тридцать лет проработавший в советских цирках, составил два руководства для фокусников-любителей Осуществить этот полезный замысел автору помог не только богатый опыт, но и знакомство с труднодоступной литературой по данному предмету.

В отличие от большинства наших артистов старшего поколе­ния, начинавших жизнь в цирке с детства и нередко в номере своих родителей, А. Вадимов пришел на манеж после того, как, окончив нижегородское коммерческое училище, двенадцать лет был драматическим актером. Долгое время упражнения в мани­пуляции заполняли только его досуг; наконец, встреча с гастро­лировавшим в Советском Союзе выдающимся зарубежным арти­стом Окито, который одобрил достижения любителя, помогла ему стать фокусником-профессионалом.

Еще до начала постоянной работы в цирке А. Вадимов, едва ли не первый из наших иллюзионистов, был командирован проф­союзом Рабис за границу, где получил диплом об окончании специальной школы при берлинской фирме Конради Хорстера, производящей реквизит для фокусников. Впрочем, знание своего дела определяется у автора, конечно, не столько этим, сколько многими годами артистической практики.

В обеих вышедших недавно из печати книгах (даже с учетом некоторых повторений) дано детальное руководство к выполнению почти сотни отдельных номеров. Обнаруживая способность анали­зировать и систематизировать, автор методически ведет своего читателя от простого к сложному, раскрывая механику трюков и секреты аппаратуры с таким расчетом, чтобы участник самодея­тельности, а быть может и будущий артист, сумел сам все вос­произвести. Эту задачу ему облегчит множество поясняющих текст чертежей, рисунков и фотографий.

Таким образом, книги А. Вадимова вполне соответствуют сво­ему назначению. Следует лишь пожалеть, что автор нигде не ука­зывает литературу, которой он широко пользовался. В данном случае автор также не является изобретателем большинства трю­ков, как, скажем, составитель какого-нибудь учебника не откры­вает вновь, а лишь по-своему излагает ранее существовавшие за­коны и положения. (Список источников помимо всего прочего помог бы установить меру самостоятельности автора.)

Подробное и без всяких недомолвок разоблачение иллюзий, которые сам автор старался раньше всеми силами создать у зри­телей, может вызвать осуждение у артистов, до сих пор пробав­ляющихся давно уже устаревшими фокусами. Ход рассуждений этих сторонников безусловного сохранения профессиональной тай­ны легко себе представить.

Ведь читатель, скажут они, — скорее всего поклонник и постоян­ный посетитель иллюзионных представлений. Будет развеян ореол загадочного могущества, окружающий изящные, подчас замысло­ватые построения фокусника, и все они потеряют интерес.

Далее следует вполне правдоподобное предположение о том, что каждую из ста тысяч книг (общий тираж обоих изданий) про­читает самое меньшее человек пять. У них не будет, разумеется, никаких причин скрывать от знакомых иногда довольно неожи­данные и простые разгадки трюков, казавшихся раньше необъяс­нимыми. Если один поделится тем, что произвело на него наибо­лее сильное впечатление, еще с пятью любопытными, то содержа­ние одной книги, Пусть частично, дойдет до 25 человек. Для краткости ограничимся этим. Однако даже при таком условии выходит, что А. Вадимов ознакомил с профессиональными тай­нами фокусников два с половиной миллиона человек, то есть прак­тически заставил своих коллег выступать перед разочарованной аудиторией, которая или с нетерпением ждет следующего артиста, или безжалостно забрасывает иллюзиониста обидными репликами.

Между тем вот что пишет сам автор на стр. 11 в книге «Фо­кусы на клубной сцене»:   «Никогда не объясняйте  «секрета» фокуса ради удовлетворения чьего-то любопытства или из желания похвалиться своими познаниями, иначе ваши фокусы не будут иметь успеха. И повторяет почти то же на стр. 14 в книге «Искус­ство   фокуса».

На первый взгляд все здесь кажется правильным. Выходит, будто А. Вадимов, перестав сам выступать, взял за правило ста­ринное изречение:  «После меня хоть потоп».

Итак, нужно ли «разоружать» иллюзионистов, лишая их цехо­вой тайны? Правильно ли поступил автор, сделавший это?

Чтобы ответить на возникшие вопросы, посмотрим на дело с другой стороны. Тогда сразу обнаружится, что приведенное рас­суждение совсем не принимает во внимание такие важные условия успеха, как актерская манера подачи, сюжет номера, его злобо­дневность. А кто возьмет на себя смелость определить, что теперь больше привлекает зрителя — разгадка отдельного трюка или эффектность общего впечатления. Хранители секретов считают главным самые фокусы. Но можно с таким же правом утверждать, что интерес публики создается прежде всего веселой, темпера­ментной и несколько ироничной игрой в фантастику. Не в этом ли подлинный секрет популярности нашего лучшего мастера Кио,
а раньше и самого Алли-Вада? Ибо вряд ли кто-нибудь прини­мает сейчас действия иллюзиониста всерьез. Многие молодые фо­кусники, выступающие в самодеятельных коллективах, неплохо усваивают и отлично показывают замечательные трюки, но не­умение двигаться и говорить мешает им добиться желаемого результата.

Наконец, еще одно соображение теоретического характера.

Ведь фокусники существуют с глубокой древности. Чем же была вызвана их деятельность? Какие интересы и стремления она удовлетворяла?

Чем древнее эпоха, тем непонятнее и страшнее казалась лю­дям природа. Человечество преодолевало ее власть непрерывно, накапливая точные, проверенные опытом знания. Однако наука развивалась не только путем наблюдения и обобщения реальных фактов. Нетерпеливая мысль забегала вперед и подчас опережала жизнь. Возникали гипотезы, которые звали к решению волную­щих задач, придавали науке размах и смелость. Еще смелее че­ловек подчинял себе природу в сказках о коврах-самолетах, вол­шебных, всевидящих зеркалах, сапогах-скороходах и т. п. Но это была только мечта.

Показывая свои «чудеса», фокусники в какой-то мере инсце­нировали сказку. Они создавали некий образ будущего повели­теля природы — иллюзию (то есть видимость, подобие) его фан­тастического могущества. Позднее артист увлекал зрителей ка­жущимся нарушением привычных понятий о физических свойст­вах окружающих предметов. Невероятные, я о все-таки совершающиеся исчезновения, появления и превращения, удивительно странные, противоестественные, но тем не менее демонстрируе­мые положения вещей и людей вызывали захватывающее желание разгадать секреты трюков, обусловливали активный интерес к но­мерам такого типа.

Несомненно, что дальнейшее существование жанра требует со­хранения этого интереса. Однако ведь наши представления о границах обычного сейчас, в пору искусственных планет, меняют­ся быстрее, чем когда бы то ни было. Сказка не только стано­вится былью. Фантастика уже начинает отставать от достижений точных наук, и поэтому фокусники кажутся все более старомодными. Следовательно, программы иллюзионистов должны соответствовать уровню современных знаний, учитывать сегодняшние возможности техники. Иные фокусы, основанные на устаревшей и довольно примитивно устроенной аппаратуре, очень скоро поте­ряют всякую привлекательность и в лучшем случае останутся веселым зрелищем для детей младшего возраста.

Вот почему коренное обновление программы необходимо те­перь всем без исключения нашим иллюзионистам. Специалисты отлично знают, что многолетний профессиональный и актерский на­вык позволяет при самом незначительном изменении выдать ста­рый трюк за новый. Тем эффективнее можно воспользоваться этим умением в действительно новой программе.

Книги А. Вадимова содержат описание тех основ иллюзионной техники, которые годятся теперь преимущественно для учебных целей. Терпеливо растолковывая молодежи начальные сведения и помогая ей освоить элементарные приемы, автор открывает воз­можность создавать собственные конструкции, варианты различных приспособлений, новые формы показа. Вместе с тем он как бы призывает своих бывших собратьев отказаться от демонстрации номеров, отодвигаемых жизнью в прошлое, вести напряженные творческие поиски.

Вот когда будут программы, отвечающие современным требо­ваниям, тогда пусть любители сами разгадывают секреты. А пока старые, отжившие иллюзии нужно разоблачать, не дожидаясь то­го, когда их окончательно разоблачит жизнь. Пусть накопленный прежними мастерами опыт поможет будущим виртуозам фокуса.

М. ЗИЛЬБЕРБРАНДТ

Журнал "Советский цирк" Май.1960 г