Современники   

 

Музей.

Зеркальные витрины

любовно прошлое  хранят.

И мы задерживаем взгляд

на фотографиях старинных

или   гравюрах,

на которых,

нас  приглашая  в  прошлый  век,

изображен   резцом   гравера

достойный  славы  человек...

...Гусаров   поздняя   пирушка.

Но лица строги и тихи:

читает   вдохновенно   Пушкин

свои волшебные стихи...

...Косые тени.  Поздний  час.

Свет  восковых свечей неровен.

Сонату   Лунную   Бетховен

друзьям играет в первый  раз...

...Манеж  неярко  освещен.

Сосредоточенный и хмурый

король  шутов  и  смеха Дуров

готовит свой аттракцион...

И  поясняя снимки  эти,

скупая  подпись  говорит,

что здесь такой-то

слева третий —

средь   современников   своих.

Нам  этот самый «третий слева»

еще  со  школьных лет знаком.

Мы знаем,

как  он   жил,

что  сделал,

но кто ж с ним рядом?

кто   кругом?

Все эти — дней минувших тени —

на   ком   безличия   печать,

кого  мы  просто  «современник»

привыкли   скромно   называть?..

Быть может, объектив заметил

их   всех,   столпившихся   вокруг,

лишь   потому,  что

«слева   третий»

в  числе их

оказался  вдруг?

На днях нам вновь  попала в  руки

одна из  популярных  книг

про  «фантазера»   из   Калуги,

что в  космос мысленно проник.

На   фотографии   неброской,

одетый   в   будничный   наряд,

был третьим  слева

Циолковский

средь   современников   заснят.

Совсем  случайно  в   книгу  эту

вложили  снимок мы  другой:

друзья  на пляже в Сочи летом —

обычный  снимок групповой...

И мы взволнованы с тех  пор

одним   вопросом   отвлеченным:

быть   может,   будущий   ученый

на  этот  снимок  бросит   взор?

И   вставит  в   книгу,

подпись   сделав

из  слов   знакомых  и  скупых:

заснят  такой-то  третьим   слева

средь   современников   своих.

Но  как  же  угадать  заранее,

кто может «третьим слева» стать?

О   жизни   чьей   воспоминанья

потомков   будут   изумлять?

Им может стать  и тот, кто справа,

хоть  с  виду  очень   скромен  он,

но  дважды  орденами  славы

он  по  заслугам  награжден!

Сияют   рядом  две  награды,

ему   врученные   в   Кремле:

за бой с врагом

под    Сталинградом

и урожай

на целине!

И в память о большом заданье

хранит,

завернутый   в   платок,

он   в  левом  боковом   кармане

степной земли

сухой   комок.

И нет дороже сувенира

для тех романтиков душой,

Кто  победил во имя Мира,

чтобы вступить с Природой в бой!

Возможно,   этим   «третьим   слева»

профессор будет молодой,

хоть он профан в вопросах сева

и репу путает с ботвой.

Но вечерком разговорился

он с нами как-то о Луне,

как о такой родной и близкой,

ему знакомой стороне!

И  по  космическим пространствам

с  такою  легкостью  бродил,

как будто  вырос он не Марсе

и  гидом  в  космосе  служил.

Был другом для  него Меркурий,

длину   хвостов   комет  он   знал

и за излишества в структуре

слегка  Сатурн   он  упрекал.

Короче,

в   сфере  той   астральной,

среди   туманностей   бродя,

он,   как  в  квартире  коммунальной,

свободно чувствовал себя!..

И мы не ошибемся, верно,

сказав,

что про полет ракет

он узнавал одним из первых,

И не из утренних газет.

А рядом с «неземным» профессором

на фотографии стоит

седой   гигант,   с  земной   профессией,

лет сорока пяти на вид.

В  футбол  гоняет он  на пляже,

рисует солнечный закат,

о   нем   нельзя   подумать  даже,

что он  известный дипломат!..

Еще  сегодня  в нотах  НАТО

меж   строчек   можно   прочитать,

что   буржуазным   дипломатам

язык дан —

истину  скрывать.

Нельзя  читать серьезно фразы,

где нам стремятся доказать,

что только атомные базы

способны  дружбу  укреплять.

Но  речи  наших дипломатов

как голос истины звучат:

что должен покоренный атом

служить,  как мирный  агрегат,

и что по разным спорным темам

договориться мы должны

и что различные системы —

отнюдь   не  повод  для  войны!

Что,  чем других  в  войне холодной

горячим   будущим   пугать,

давайте

мирно и свободно

между собою торговать!

Но отвлеклись невольно здесь мы,

ведь разговор шел о другом...

Возможно,  право на бессмертье

заслужит женщина с цветком.

Она — новатор   в   медицине,

и, может быть, случится так,

что   с  помощью  ее   вакцины

не страшен станет людям рак?!..

Тогда  по  всенародной  просьбе

за   возвращенных   в   строй   людей

мы

монумент —

но не из бронзы,

а золотой —

воздвигнем ей!

И не металл своим сияньем

ее украсит (бросим лесть),

а золотому изваянью

она сама  окажет честь!

На том же снимке среди прочих

на  фоне   синевы   морской

еще   заснят   простой   рабочий,

но в общем не совсем простой.

Он  пополняет  непрерывно

учебой  знания  свои,

как говорится, без отрыва

и от станка и от семьи.

Его   зовут   «миллионером»,

так как за год последний он

дал   экономию   примерно

для   государства — миллион...

А это кто? На нашем фото

он выглядит серьезней всех,

но у людей его работа

повсюду   вызывает   смех...

Хоть   ввысь   стремительно   взлетает,

он,  как  космический  снаряд,—

на   колкость   шуткой   отвечает,

как  на приеме  дипломат.

Он тех высмеивает остро,

кто в мыслях и делах нечист!

А по профессии он — просто

коверный-клоун, пародист.

За звонкий  смех,  за  правды  чувство,

за то, что радость он несет,

его  веселое   искусство

недаром  полюбил  народ.

И на аренах многих цирков

советский  цирк  представил  он

и   покорил   своей  улыбкой

Пекин,  Брюссель,  Берлин, Лион!..

К  сердцам  людей  найдя  дорогу

и рассмешив весь  шар земной,

для дружбы в мире сделал много

вот этот клоун цирковой.

И  можем мы  предположить,

что в будущем историк  вспомнит,

как жил артист большой души

и  человек простой  и скромный!..

Людей   еще   немало   снято

на фото нашем групповом,

и славой все они богаты,

и  все сочтутся  ей  легко!

И  вы  на  слово  нам   поверьте,

что,  право же, любой  из  них

стать  может  этим  «слева  третьим»

в страницах популярных  книг!

...И  человек с улыбкой  доброй,

что  снят  чуть   сзади   и  левей,

создаст, возможно, яркий образ

героя  наших  славных  дней!

Недаром он  поэт и  книжник

и  в жизнь, как  юноша,  влюблен,

возможно,  он  роман  напишет

о современнике своем.

И  даже   критик  наш   столичный

в статье серьезной  и большой

роман  тот  назовет  отличным,

«хоть автор и не Лев Толстой».

...Вопрос,  пожалуй,  отвлеченный,

о том, кого в далекий год

пока  неведомый  ученый

тем «третьим слева» назовет.

Скорей всего о снимке будет

скупая подпись говорить,

что эти скромные на вид,

не знавшие покоя люди —

не ради славы, бескорыстно —

ковали  счастье  всей  Земли,

что современники  они

начала Эры Коммунизма!

 

Журнал «Советский цирк» апрель 1959