Аттракцион Степана Денисова - В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ
В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Аттракцион Степана Денисова

Аттракцион Степана ДенисоваАттракцион Степана Денисова занимал второе отделение. Он шел двадцать одну минуту. Можно было бы прибавить и еще минут десять, но Денисов считал, что все должно быть в меру. Иначе публика утомится.

Тринадцать уссурийских тигров резво выскакивали на манеж, который в антракте успевали обнести металлической сеткой. Вверху сетка наклонным козырьком загибалась внутрь. Как-то Степан репетировал без козырька. Одному тигру что-то не понравилось, или у него просто было игривое настроение, только он прыгнул вверх. Хорошо, что, зацепившись брюхом, повис на ограждении. Но немногие артисты, говорившие о чем-то в партере, сами не помнят, как оказались в оркестре. После этого Денисов без козырька больше не репетирует.

С той минуты как тигры показались на публике, аттракцион катится, как спектакль без суфлера, когда не только дрессировщик — зрители не успевают перевести дух.

Лет пятнадцать назад, когда Денисов работал воздушным гимнастом и только мечтал стать укротителем, он посмотрел, наверное, все номера, в которых были звери. Смотрел, чтобы выяснить, что не надо брать с собой. Стоял на галерке среди припозднившейся публики и мысленно отбрасывал минуты, казавшиеся ему пустыми: когда хищники еле-еле втягивались в клетку, когда дрессировщик, словно тяжеловес, до седьмого пота ворочал свой неподъемный реквизит. Именно в такие минуты с манежа уходил темп и аттракцион казался неповоротливой баржей, застрявшей на перекате.

И еще тогда Денисов понял, что никогда не допустит, чтобы публика за него боялась. Не стоит трепать зрителям нервы. Нельзя страхом «играть попусту». Он видел канатоходцев, которым никакая техника безопасности не предписывала страховку, но они делали вид, что их номер невозможно опасен. (На цирковом языке это называется «продажей номера».) Они нарочно упускали лонжу, и, когда она со свистом уходила под купол, якобы отчаянно шли по канату, напрашиваясь на аплодисменты. Все это для тех, кто не знает цирка всерьез. Но вряд ли нужно делать ставку на простаков. Настоящий цирк на простаков не рассчитан. И нечего понапрасну заставлять рычать тех же тигров. Для зрителей дрессировка всегда должна выглядеть смелой и веселой игрой. Только сам дрессировщик обязан помнить, что эта игра не всегда может быть безопасной.

Когда из Каунасского зоопарка ему привезли трех первых тигрят, Денисов знал хищников лишь по книгам, написанным скорее для школьников, нежели для взрослых, выбравших дрессуру себе в профессию. Он дождался, пока тигрята перестали его бояться, начали днем ходить по клетке и съедать мясо, не дожидаясь темноты. Тогда и рискнул познакомиться с ними поближе.

На цирковом дворе стоял пустой сарай. Поздно вечером, когда в цирке не осталось никого, кроме вахтера на служебном входе, Денисов выпустил тигрят в сарай. Сам уселся на стуле, поставленном на стол. На всякий случай. Тигрята разбегались, и Тарзан ненароком откинул крючок на двери. Вся троица мигом очутилась во дворе. Кажется, никогда у Денисова так не екало сердце. Стул полетел в одну сторону, стол — в другую.

Над запасным выходом тлела электрическая лампочка. В небе за оградой потрескивали искры последних трамваев. Лайму и Еву он тут же загнал в клетку. Но Тарзан исчез. Неужели махнул через забор? Не хватало только газетной сенсации: «Тигр на трамвайных путях. Дебют молодого дрессировщика». Еле-еле разыскал тигренка, за поленницей. С той поры на дверях сарая появился здоровенный замок.

Иногда дрессировщики любят говорить о методике. Денисов от этих разговоров уходит. Потому что считает: к каждому зверю нужен свой подход. У каждого свой характер, свои вкусы, свои принципы, что можно, а что нельзя.

Цыган позволяет, например, потрепать себя по морде. А к Веге ближе чем на два метра не подходи. Мало того, что у нее врожденный звериный инстинкт,— многое она переняла от людей. Выпусти ее сейчас на волю — половину тайги переучит, как обманывать человека. Лариса, жена Денисова, говорит, что с таким тигром дела иметь никогда бы не хотела. Рэд — драчун, попрошайка и обжора. За кусок мяса сделает что угодно. Но не одерни его вовремя, не накажи хоть раз за дело — на голову сядет. Пурш спокоен, как деревенский увалень. С достоинством исполнит трюк, съест свое мясо и не спеша удалится. Словом, тринадцать тигров — тринадцать методов. И ни один тигр за эти десять лет не попал в неспособные, не был отчислен за непрофессиональную непригодность.

Грету Денисов называет рекламным тигром. Грета ходит на поводке, позирует перед фотографами и представляет на телестудиях своих полосатых родичей. В Испании Грета выручила Денисова.

В Мадрид советский цирк приехал в разгар лета. Асфальт плавился на солнце. Дома дышали жаром, словно гигантские печи. Испанцы предпочитали море, бассейны, столики уличных кафе, только не потное многорядье Дворца спорта, где шли гастроли.

И тут на мадридские улицы на поводке ступила Грета. Она познакомилась с универмагом и вошла в роскошные двери Национального банка, милостиво позволяя фотокорреспондентам сколько угодно щелкать затворами.

На следующий день все двадцать пять тысяч билетов были проданы.

И еще раз Грета, как говорится, спасла фирму от финансового краха. Режиссер Вадим Дербенев на базе денисовских тигров ставил художественный фильм «По следу властелина». С переправами через горные реки, охотой на кабанов, прыжками на лошадь и прочей экзотикой.

В Теберде, где должны были идти съемки, пахло солнцем и снегом. Стремительные реки вырывались из-под ледяных панцирей и белые от пены неслись дальше. Артисты, раздевшись до трусов, загорали под горным солнцем. Операторы уже приготовили камеры, когда выяснилось, что забыли привезти вольер.

Снимать тигров, пусть и трижды дрессированных, без вольера немыслимо. К тому же в задачу Денисова отнюдь не входили вольные поселения уссурийских властелинов тайги на Кавказе. Киноэкспедиции грозили сногсшибательные простои.

Но Грете можно было позволить сниматься без всякого ограждения. От съемочных перегрузок страдала не артистка, а обслуга. Когда же доставили вольер и опоясали им чуть ли не всю домбайскую поляну, на съемку вышли и остальные «уссурийцы». Тигры гуляли на воле, а операторы из-за железных решеток, словно «детки в клетке», стрекотали кинокамерами. Кадров отсняли чуть не вдвое больше, чем нужно. Но все они так понравились, что на студии не стали, как обычно,смывать не вошедшую в фильм пленку. Режиссер Андрей Разумовский сделал еще одну картину — «Тигры в жизни второклассника Семенова». Нет, Денисов не пытался сделать всех тигров домашними кошками. Впрочем, если бы он и захотел, ничего бы не получилось. Зверь всегда остается зверем. Тем более тигр, который когтями процарапывает железо. Чуть подрастая, этот индивидуалист уже не чувствует никакого почтения ни к своим родителям, ни к тетям и дядям. И если тигры что-нибудь не поделят, хорошего не жди. Когда на манеже нового Московского цирка подрались Рэд и Джуля, публику из пяти первых рядов как ветром сдуло. Только Денисов хладнокровно разнимал дерущихся.

Нет у нас такой книги по дрессуре, как, скажем, по кулинарии — чего и сколько положить, чтобы приготовить винегрет, пельмени или люля-кебаб. Каждый трюк Денисов разучивал по своим рецептам. Он подсчитал, что, когда работал в воздухе, на репетициях, случалось, поднимал по двадцать тонн. И — ничего, немного погодя снова был готов работать. Сейчас же после двадцати минут, когда он, кажется, лишь помахивает легкой алюминиевой палочкой, руки как ватные. Устают не столько мускулы, сколько нервы.

В жизни каждого дрессировщика есть моменты, которые надолго оседают в памяти. Сразу после того, как Степан выпустил свой аттракцион, его послали в Архангельск. Где-то рядом натужно и неприветливо дышало Белое море. Иззяб на набережной даже бронзовый Петр Первый. А Денисов и вовсе потерял голос. Обычно, заканчивая выступление, он командовал: «Тигры, домой!»— и полосатая свора дружно неслась за кулисы. На этот раз попросил командовать ассистента. Голос у ассистента был поистине левитановский. Но в ответ на его приказание тигры лишь недоуменно повели ушами. Ассистент крикнул снова — опять та же реакция. По залу прокатился смешок. После третьей команды зрители смеялись в открытую. Тигры по-прежнему невозмутимо сидели на тумбах. Но когда Степан чуть слышно просипел команду сам, звери, словно стая борзых, юркнули в дверцу. Он даже хотел ввести это в постоянный репертуар, как трюк, но не рискнул. Был слишком молод. Архангельск был его первым городом, и он побоялся неудачей испортить свою визитную карточку.

В дрессировке Степан шел ощупью, своими тропинками. Одно время стажировался и многое взял у Луиджи Безано. Но Луиджи Безано работал с медведями. И хотя говорят, что медведь — самый хитрый зверь и дрессировщик никогда не знает, когда косолапый не него кинется, во-первых, медведь не так уж часто решается подняться на человека, а во-вторых, это все же не тигр. На медведя мужик в старину ходил с рогатиной. На тигра с рогатиной не ходили.

Казалось, Пурш на что спокойный зверь. А ведь именно он, прыгая через Денисова, ухитрился разорвать ему роскошный ковбойский костюм так, что тот осталось, как говорится, выкрасить и выбросить. Но дело не в Пурше. А в Денисове. Нельзя было впервые так выряжаться прямо на спектакле. Нужно было приучить тигров к новой одежде.

Ко многому тигров нужно было приучить. Но, пожалуй, самое трудное — заставить зверя не делать то, что он хочет. Чтобы Кукла, например, не брала мясо, а отбивала лапой палку, пока он не добавит третий кусок. Кукле страсть как хочется мяса сейчас же, даже без всякой добавки. Но она равнодушно отворачивается в сторону. А публика на верху блаженства: смотрит, какой умный тигр. А это не тигр умный, а Денисов.

Иногда и дрессировщик не сразу понимал, что нужно зверю. Кажется, трюк обкатан сто раз: двое тигров держат в зубах проволоку, на которой балансирует Денисов. Но в сто первый они выплевывают зубники, и вместе с проволокой артист летит на манеж. Оказалось, зубники вместо медицинского пластыря обмотали изоляционной лентой.

Полтора года у него ушло на то, чтобы заставить ту же Куклу пятиться на задних лапах. Сейчас он сделал бы это, наверное, месяца за полтора. Просто зверь сначала не мог понять, чего от него хотят.

И за всем этим — бессонная напряженность репетиций. Денисов не любит, когда смотрят, как он готовит свои новые работы, как, наверное, не любит писатель, если кто-то из-за плеча глядит в его черновики. Тем более что там не все так гладко, как хотелось бы.

Когда Денисов говорит о своем аттракционе, многое в его рассказе связано с Латвией. В Даугавпилсе он родился и вырос. Здесь стал заниматься спортом, вошел в сборную республики по прыжкам в воду. Поступил в народный цирк, где на собственном опыте узнал, какая это непростая штука — проволока, жонглирование, акробатика. Вместе с «Пионерской правдой» почтальон засовывал ему в почтовый ящик журнал «Советский цирк». Кажется, он был чуть ли не единственным его подписчиком в городе. Здесь в Даугавпилсе стал рабочим инструментальщиком. И отсюда, к явному неудовольствию родителей, уехал поступать не в технический вуз, а в цирковое училище. Но зато позже закончил театроведческий факультет ГИТИСа.

В училище его руководителем стал Юрий Гаврилович Мандыч, режиссер, неистощимый на выдумку. Нет, Юрий Гаврилович не сделал Денисова дрессировщиком. Да и сам он, кажется, ни разу в жизни не заходил в клетку. Денисов стал участником воздушного номера. Но Мандыч научил Денисова упорству, умению стоять на своем до конца. Если ты, конечно, уверен, что выстоишь. А эта уверенность всегда должна быть в человеке.

В Греции, где советский цирк не был двадцать лет, Денисов откинул на стенку рельсы, по которым только что на шаре балансировал тигр. Сетка спружинила, и рельсы упали ему на голову. Мгновенно Денисов словно оделся в «красную рубашку». Хорошо, что он нашел в себе силы устоять. Артисты, непостижимо узнающие, когда на манеже что-то неладно, выскочили из-за кулис. Импресарио махал у барьера руками: «Финиш! Финиш!» Но Денисов довел выступление до конца и лишь после этого пошел к врачу. Ему наложили четырнадцать швов.

В Грецию Денисов приехал уже известным артистом, а тогда, в конце шестидесятых, когда подал свою заявку на хищников, о нем никто толком не слышал. Но Министерство культуры и Совет Министров Латвии поверили в человека, который от трудного стремится к еще более трудному. Так Денисов получил своих тигров.

Теперь эти тигры смотрят с большого плаката-афиши у входа в цирк. А перед фамилией Денисова стоят строчки: «Лауреат премии Ленинского комсомола. Народный артист Латвийской ССР».

ЕВГ. ГОРТИНСКИЙ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования