Аул Пехлеванов
Вряд ли найдется хоть один любитель цирка, который не знал бы его — народного артиста РСФСР и Дагестанской АССР, руководителя номера «Цовкра». Рабадан Абакаров покорил своим мастерством канатоходца зрителей многих стран мира. 7 ноября 1967 года ему исполняется 50 лет.
Когда выступает руководимая им группа, в зале цирка не смолкают аплодисменты. Артисты демонстрируют на канате сложнейшие акробатические трюки, работу с подкидной доской, зажигательные танцы. Все исполнители этого номера происходят из аула Цовкра. Что же это за такой аул, давший и продолжающий давать советскому цирку всемирно известных артистов?
В ДОРОГУ!
«АН-24» долго швыряет над Каспием. Наконец посадка в Махачкале. До райцентра Вачи, что в ста сорока километрах от моря, меня доставляет летчик Мамед Цимнаев. Он родился и вырос в ауле неподалеку от Вачи, горы знает с детства. Из райцентра звоню в Цовкру. Через час за мной присылают мотоцикл. Середина июля, а мотоциклист в бараньем полушубке.
— Наденьте пиджак, — говорит он, оглядев меня, — у нас, знаете, хоть и юг, а прохладно.
Приторачиваем мою дорожную сумку, затем я сажусь позади него — и начинается! Мосты через ущелья, в глубине которых утробно ревет и грохочет. Крутые петли дороги, бешеные зигзаги, потом немыслимые спуски... Внизу сумасшедший поворот. Перескакиваем через ручей, взлетаем — и вот она, Цовкра!
Аулу Цовкра триста лет. Здесь, в горном Дагестане, почти каждый аул издавна славится каким-либо ремеслом. Например, Кули могли похвастать лучшими сапожниками, Кубачи — ювелирами или, как их тут называют, златокуэнецами. Цовкра известна канатоходцами или по-лакски — пехлеванами. Это ремесло кормило жителей аула. Порой они целыми семьями уезжали на заработки, показывая свое искусство на празднествах и ярмарках по всей необъятной нашей стране.
Однажды во время представления под пехлеваном Гассаном Абакаровым лопнул канат. Перед смертью он успел сказать сыновьям: «Бросьте канат, ищите себе другое ремесло». Сыновья ослушались. Один только младший из них, Рабадан Абакаров, воспитал около тридцати канатоходцев, из которых более двадцати удостоены почетных званий заслуженных артистов РСФСР и Дагестанской АССР.
РАССКАЗЫВАЕТ РАСУЛ ЗАГЕДИНОВ
Мы с заместителем председателя колхоза Расулом Загединовым сидим на горной террасе, покрытой густой и мягкой, как овечья шерсть, травой, смотрим на аул, видимый отсюда до мельчайших деталей. У него поразительная форма: пятиконечная звезда с возвышением посередине.
Расул Загединов молод, но за плечами у него немалый жизненный опыт. Занятия в сельхозтехникуме, военная служба, работа агрономом, руководство сельской комсомольской организацией, потом первый секретарь райкома комсомола, снова учеба — и вот он опять в родном колхозе имени 1 Мая. Тут он возглавляет партийную организацию. С 1959 года — бессменный член бюро райкома партии, в нынешнем году избран депутатом местного Совета. Заочно учится в Тимирязевской академии. Я так подробно рассказываю о Загединове потому, что судьба его во многом типична.
— Мой отец читать не умел, — рассказывает Загединов, — а два моих брата имеют высшее образование, да и я скоро диплом получу. Еще в сорок шестом здесь был только один человек с вузовским дипломом — директор школы, а теперь мы уж и со счета сбились, много дипломированных специалистов, сорок человек учатся в средних учебных заведениях, тридцать — в институтах, даже в аспирантуре, а Юсуп Меджидов защитил недавно кандидатскую диссертацию, он преподает в Дагестанском университете. Есть инженеры-механизаторы, инженеры-строители, учителя, артисты, врачи, агрономы, ученые. Есть у нас дважды Герой Советского Союза летчик Ахметхан Султанов, он, между прочим, родствен ник Рабадана Абакарова.
— Партийная организация растет, — продолжал рассказ Загединов, — работы прибавляется. В двадцать четвертом году в ауле у нас было два коммуниста, а сейчас в Цовкре 56 коммунистов и 78 комсомольцев. Большая сила!
— А спортсменов много в ауле? Загединов смеется.
— Не сочтите за хвастовство, я вам честно скажу: у нас все спортсмены.
— Вы тоже, выходит?
— У меня первый разряд по акробатике. Тут этим никого не удивишь: все акробаты, борцы и канатоходцы. И все к тому же певцы и танцоры. Приходите сегодня в клуб, сами увидите...
И тут же со вздохом: — Жаль, не застанете наших футбольных матчей. У нас две команды: колхозная и студенческая. А студенты еще не съехались...
ПЕВЦЫ И ТАНЦОРЫ
Мы спускаемся с горы и проходим по улицам-коридорам аула. Идем мимо клуба, библиотеки, почты, мимо достраивающейся школы-десятилетки. Много жилых домов воздвигается в Цовкре, и это накладывает свой отпечаток на пейзаж — повсюду кругляк, доски, камень, шифер. Замечу кстати, что самому парторгу тоже пора подумать о новом доме: из отцовской сакли его выживают книги. Огромное количество книг — ив том числе словари на многих европейских языках, большое число специальной литературы. Люди приходят к Загединову, словно в научную библиотеку. Дома тут электрифицируются, радиофицируются, их обставляют новой, современной мебелью. Велик спрос на стиральные машины, холодильники, электроутюги.
— У нас две главные беды: дороги и вода. С водой решено: завезли два километра труб и к пятидесятилетию Октября пустим воду из источника. Дороги — орех потверже. Размывы, осыпи, завалы...
Вечером направляемся в клуб. Жители тут необычайно гостеприимны, с гостем хотят познакомиться все. Знакомлюсь с капитаном студенческой футбольной команды студентом филфака Дагестанского университета Магомедрамазаном Сайдуевым. Мы садимся рядом и потихоньку беседуем. А на сцене тем временем под руководством библиотекаря Курбан Алиевой идет репетиция коллектива художественной самодеятельности. Сначала песни — хор и солисты, затем танцы — по-кавказски темпераментные, вихревые. Да, парторг был прав: все, решительно все и поют, и танцуют, причем одинаково хорошо. Кто знает, не выйдут ли из этого коллектива еще несколько замечательных артистов. Ведь во всемирно известном ансамбле «Лезгинка» пять человек, в том числе сам руководитель Танхо Израилов из аула Цовкра.
ОГНЕННЫЙ КАМЕНЬ
С утра горы млеют в истоме под благодатным солнцем, сахарно искрятся вершины Главного Кавказского хребта; к полудню тучи поднимаются из ущелий, затягивают небо. Поутру Расул Загединов намеревался оседлать коней, чтобы вместе со мной подняться на горные пастбища, но теперь нерешительно поглядывает на небо: по его приметам вот-вот начнется «всемирный потоп». Но нам везет: через аул проходит модифицированный ГАЗ-69; главный ветеринарный врач района Али Ахмедов и его заместитель Юнус Муслимов едут делать овцам прививку. Машина принимает цовкринского ветеринарного врача Меджидова и нас с парторгом.
Дорога петлями уходит к тучам. Ее строили цовкряне под руководством Рамазана Абакарова, старшего брата знаменитого артиста, который, к слову сказать, тоже в свое время был в коллективе «Цовкра». Въезжаем в туманную муть, и тут внезапно дорога кончается. Дальше едем через потоки, по камням и траве. Шофер Сулейман, молодой парень, летом работает водителем, а зимой учится в Дагестанской консерватории. Он ведет машину так мастерски, что, немного понаблюдав за ним, начинаешь доверять ему целиком и полностью.
Мы поднимаемся над нижним слоем туч, и вот — становище. Чабаны только что зарезали барана и собирались готовить обед. Лишь один из них — Адиль Никаев — спит, прислонив голову к воткнутому в землю шесту. Мы еще не подъехали, как он уже проснулся и направился к нам. Чабаны всегда так спят: проедет всадник, машина ли, стадо ли побежит, испугавшись, — шест послужит сейсмографом. Врачи, не откладывая дела в долгий ящик, начинают прививку. А я мысленно делаю такой подсчет: здесь, на пастбище, сейчас находятся пять человек с высшим образованием, один с еще незаконченным высшим, два — со средним специальным, остальные — с семи- и восьмилетним, но это в основном школьники.
Потом, по предложению Расула, мы едем на летние молочнотоварные фермы. Длинное строение из серого камня неожиданно появляется из облаков. Заведующий МТФ Гурбан Муртаев, представившись, сразу же приглашает нас в жилое помещение и ставит на стол лаваш, сметану, густую, как масло, и масло, нежное, как сметана. На полочках лежат свежие газеты «Правда», «Сельская жизнь», «Комсомолец Дагестана», аккуратно расставлены книги, в основном учебники по животноводству. Погостив тут немного, отправляемся дальше.
...Машина выезжает на плато, покрытое ковром ярчайших цветов; глаза разбегаются от невиданного богатства красок. Даже в пасмурный день каждый цветок тут излучает животворное сияние. Вдруг на этом ровном плато из серой дымки вырастает чудовищный камень — монолит высотой с четырехэтажный дом, по форме напоминающий не то вытянутый бутон, не то язык пламени. Оранжевый лишайник придает камню огненную окраску. Не от этого ли камня аул получил свое название; «цовкра» — это огонь.
«КЛУБ» ДЕДОВ
Вечером в клубе общее колхозное собрание, затем начинается киносеанс, но меня хотят видеть цовкринские деды, и я выхожу. У дедов свой «клуб» — возле магазина. Одни принесли стулья, другие сидят на камнях. Холодно, а потому все в бурках и тулупах. На меня тоже накидывают бурку и подают стакан вина.
Бархатная ночь окутала нас, в небе звездная россыпь. Ишачонок прибился к нам, лег и подрагивает от холода. Деды расспрашивают о Москве, потом сами рассказывают о том, как ходили с отцами на заработки, показывали свое искусство канатоходцев. И тут выясняется, что с Гассаном Абакаровым работали и женщины, первые женщины-пехлеваны: Сратимат Хазриева, Сагю Шелопиева, Айшат Гаджикурбанова. Потом говорят о молодежи — о братьях Хамдулаевых, о Шапи и Зульфие Агаевых, работающих в группе Абакарова, об исключительном таланте Шамхала Абакарова, племянника знаменитого артиста, возрождающего то национальное искусство канатоходцев, которым был так славен его дед Гассан. Нет, что и говорить, молодежи сейчас куда как легко стало, ей открыты все пути в жизни.
После нескольких дней, проведенных в ауле, я уезжал в районный центр. Первый подъем машина взяла легко, на второй, стометровый, карабкались долго. И так до самого перевала. На спусках колеса почти зависают над пропастью, машина жмется к скалам. А кругом прекрасные горы, изумительные ущелья. Только тут, пожалуй, и начинаешь понимать, отчего Цовкра прославилась пехлеванами.
Л. САМОФАЛОВ, спецкор. «Советской эстрады и цирка». Аул Цовкра, Дагестан
Журнал Советский цирк. Ноябрь 1967 г.
оставить комментарий