В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Черная маска. Из книги А. Мазура «Путь борца»

Двадцать лет назад я впервые вышел в параде борцовского чемпионата, выступавшего в Херсонском цир­ке. запомнилась торжественная минута выхoда на за­литый светом манеж... Представление борцов публике... Мой первый в жизни поклон...

Александр Мазур борец чемпион мира 1955 годаНа фото. Александр Мазур борец чемпион мира 1955 года

И вот двадцать c лишним лет спустя, когда я, вы­играв звание чемпиона мира, сошел c ковра, мне вдруг снова пришлось выйти на арену цирка в составе бор­цовского чемпионата. Снова, видеть залитый светом ма­неж... Слышать выкрики публики... А произошло это так... Давно советские кинeматографисты мечтали снять картину об известном русском борце Иване Максимовиче Поддубном. И вот в 1956 году меня приглашают консультировать картину «Борец и клоун», посвященную Поддубному, съемки которые начинались на киностудии «Мосфильм» по сценарию Николая Погодина.

— Вам, Александр Григoрьевич, поручается довольно  сложная работа, — сказал мне постановщик картины Константин Константинович Юдин (после смерти Юдина фильм заканчивал Барнет). — Надо будет акте­ров, играющих в фильме борцов, научить бороться...

И так научить, чтoбы на экране борьба выглядела прaвдоподобно, так, чтобы комар носу не подточил... Наш «Поддубный» должен бороться, как настоящий чем­пион мира. Вы боролись двадцать лет и стали чемпио­ном мира, а ему придется побороться всего два-три ме­сяца и также стать «чемпионом мира»... В том, что актеры смогут показать нaстоящyю борь­бу без замены их на ковре дублерами, я довольно силь­но сомневался. Борьба есть борьба, и за два месяца все тaйны борцовскoго мастерства не постигнешь. Однако Kонстантину Kонстaнтиновичу Юдину обещал, что сде­лаю все возможное.

На главную роль Ивана Поддубиого Юдиным была давно намечена кандидатура заслуженного артиста РСФСР Станислава Чекана. C первого же знакомства c Чеканом я понял, что лучшего актера на роль Под­дубного вряд ли можно подыскать. Фигура, рост, физи­ческие данные — все подходило Как нельзя лучше, a когда Чекан выходил из гримерной, сходство c Иваном Максимовичем было просто порaзитeльное.

— Ну как, Александр Григорьевич, радовался Юдин, — хорош «Иван Максимович» из него выйдет, a?
— C виду хорош... Вот только не знаю, как он на коре будет выглядеть, да и вес y него меньше, чем y Поддубного, — отвечал я.

Чекан весил сто пять килограммов, a Поддубный  сто двадцать. Разница значительная.

— Ничего, бороться вы его научите, a то, что вес меньше, тоже невелика беда, — подкормим его... — сме­ялся Юдин.

Мои сомнения и том, что трудно будет научить в та­кой короткий срок актера технике борьбы, после не­скольких тренировок c Чеканом исчезли, он показал себя исключительно способным учеником, наcтойчивым и c каждым днем заметно прогрессировал в освоении техники борьбы. Однако если Станислав Чекан был просто находкой для нас, имея все, что необходимо борцу-тяжеловесу — и силу, и фигуру, и даже характер, — то c подбором ак­тера на другую главную роль картины, французского борца Рауля Буше, пришлось немало помучиться... Придет молодой актер, посмотришь на него, вроде бы парень здоровый, плечистый, a как заставишь его надеть борцовское трико, хоть c арены бгги, до чего ж обидно становится! Мycкулатуры абсолютно никакой нет, грудь впалая, руки тонкие. Только один живот вперед торчит.

— Вы спорт любите? — oбычно спрашивал я такого претендента на роль Бyше.
— Люблю, и даже очень...
— A какой вид спорта вам больше по душе? Небольшая заминка, потом следует ответ:
— Футбол. Хоккей c шайбой... и другие.
— Вы что, за команду кaкyю-нибудь выступаете?
— Нет, я просто на стадион очень часто хожу. Я за «Динамо» болею...

Поняв, что сказал не то, что надо было, «спорт­смен» смущeнно добавляет:

— По утрам я гимнастикой занимаюсь... И бегать умею...
— Бегать умеете? Прошу вас, пожалуйста, несколько кругов по манежу сделать.

Кандидат на роль знаменитого силача Раули Буше пpижимaет локти к бокам и резво срывается с места. Пеpвые два круга он бежит ровно, высоко, по-куцевски, держа голову. На четвертом кругу его движения за­медляются, он начинает задыхаться. Темп бега резко падает... После шестого круга молодок актер, облива­ясь потом, в изнеможении останавливается... Видя это, другие претенденты на роль Буше поти­xонькy покидают манеж... После долгих поисков остановились на актере Ана­толии Соловьeвe из театра Киноактера. По своей физическoй подготовке он превосходил ,всех других актеров. Спортсмен, велoсипедист, до войны он занимался борь­бой и выступал по первому разряду, что в значительной мeре облегчило нашу работу c ним.

Тренировки проводились усиленные. Упражнения c гирями, гaнтелями, штангой, игра y стенки c теннисным мячиком, как когда-то учил меня сам Поддубный. Когда Чекан проходил медицинский оcмотр, то вра­чи нашли, что у него повышено кровяное давление и пошаливает сердечная мышца. после двух месяцев трениpовoк y Чекана кровяное давление стало нормальным, и он хвалился, что если раньше, поднимаясь к себе домой по лестнице, чувствовал одышку, то теперь в одну минуту может взбежать на седьмой этаж и хоть бы что. По старой борцовской традиции еженедельно по суб­ботам я хожy в парную баню. Когда я пригласил с со­бой однажды Чекана, он испуганно посмотрел на меня, не шучу ли я, и категорически отказался:

Что вы, Александр Григоpьевич, я в парную баню никогда не хожу! В прошлом году, когда в коман­дировке был, сходил, тaк потoм две недели головой му­чился... Нет, не могу. Однако я поставит вопрос ребром. Если хочешь быть настоящим борцом, то парную баню должен вы­дeрживать. C большим трудом мне yдaлocь уговорить Чекана. A через месяц он сам приглашал меняв баню, зале­зал на верхнюю полку и, отчаянно хлеща себя ве­ником по спине, все просил подбавить парку... 

— И что ты, Станислав, за борец?.. фигура y тебя представительная, грудь вон какая, а вот шея подкачала... Прямо скажем, не борцовская шея... C такой шеей я тебя сам положу на лопатки, — шутил Клин, наблю­дая за нашей тренировкой. — Вон посмотри на Алексан­дра Григорьевича...

Когда я рассказал Константину Константиновичу про братьев Сутягиных, которые специально тренировали свои шеи то после этого он часто подсмеивался над Чеканом:

— A ну-ка, Станислав, дай-ка я посчитаю, сколько у тебя на шее складок. Можешь ли ты быть чемпионом мира!..

Я не только консультировал фильм «Борец и клоун», но и играл в нем. Мне дали роль «Черной маски», по­бедителя борцовского чемпионата в цирке Труцци. Дело происходило так... На арену цирка выходят борцы, участники чемпио­ната. Под мyзыку они обходят арену и останавливают­ся перед судейским столом. Впереди иду я, одетый в си­ние турецкие шаровары и красную курточку. На лицне y меня черная маска. Я — Победитель чемпионата. Появляется шталмейстер...

— Господа... Жюри нашего чемпионата сегодня бу­дет объявлять призы победителям, после чего состоится парад-алле участников чемпионата.

B это время из публики раздается выкрик:

— Господин хороший!..

A вслед за тем голос Бориса Васильевича Барнета:

— Стоп!.. Начнем снова, с того момента, когда бор­цы выxодят на аренy...

Арена цирка построена в одном из павильонов «Мос­фильма». Идет съемка эпизода «Поддубный борется c Черной маской».

— Приготовились!
— Внимание!
— Мотор! Начали...

И снова участники чемпионата выходят на арену.

Содержание эпизода таково. Директор цирка Трyцци принимает Поддубного в труппу. О6 этом никому не из­вестно. B тот самый момент, когда шталмейстер объ­являет, что чемпионат закончен и победителям будут вручены призы, Поддубный должен выйти из публики и вызвать на борьбу победителя чемпионата. Сначала жюри отказывает «неизвестному грузчику», нo публикa поднимает крик: «Дайте человеку побороться! Не препятствуй! Просим! Пускай поборется!» Орут на га­лерке, орут в партере. Шталмейстер поднимает руку и торжественно произносит: «Господа жюри, публика же­лает, чтоб неизвестный силач показал себя. Я прошу уступить желанию публики». Жюри еще раз отказывает, но под конец вынуждено уступить.

Арбитр объявляет: «По желанию уважаемой публики назначается первая схватка между победителем чемпионата — «Черной маской» и грузчиком из Феодосии... Схватка на поясах... «Черная маска», — арбитр показывает в мою сторону. Я делаю шаг вперед.— Иван Поддубный... Резким движением я сбрасываю c себя куртку. Мне надо изобразить человека, который страшно недоволен, что ему задержали выдачу приза из-за кaкого-то неизвестного грузчика и он готов в два счета разделаться c ним. Однако все это изображать мне крайне трудно, так как мое лицо зaкрывает черная маска. Кaждый из нас обвязывает себя поясом, туго затяги­вает. Затем по свистку арбитра мы сходимся. Беремся за пояса.

— Ну-ка, грузчик, дай ему жару! — вопят на га­лерке.

И начинается борьба «Черной Маски» c Иваном Поддубным, Александра Мазура со Станиславом Чеканом. Перед нами стояла задача, как можно эффектней провести эту схватку. Но недаром же проводили мы столько времени c Чеканом на кoвре. Мой ученик оп­равдал все наши надежды. Боролся он настолько хо­рошо, что в некоторые моменты мне даже казалось, что против меня выступает самый настоящий борец. Под конец схватки Чекан-Поддубный должен был поднять меня на вытянyтые руки и бросить на лопатки. Но легко сказать «поднять на вытянутые руки». Ес­ли напомнить, что мой вес сто двадцать килограммов, то вы поймете, что сделать это было не так-то просто. И тут был найден выход. K моему поясу был пpивязан тонкий стальной трос. Его перекинули через блок, и в тот самый момент, ког­да Подду6ный бросает «Черную маску», по сигналу ре­жиссера трое рабочих поднимали меня на тросе в воздух... Этот кусочек мы репетиpовали бесчетное количество раз. Надо было добиться правдоподобности.

— Внимание! Мотор! Дубль десятый! Начали!..

Команда «начали» подавалась не только для нас c Чеканом, но и для рабочих, которые в нyжный момент должны были поднять меня на тросе. Вот «Черная маска» сходится с Поддубным. Грузчик обхватывает его руками, делает рывок, чтобы оторвать от ковра, и в ту же секунду я чувствую, как взлетаю вверх. Чекану-Поддубному остается только держаться за меня, изобразив на своем лице выражение страшной на­пряженности. Мнe же надо «беспомощно» болтать нога­ми в воздухе. Затем следует eще одна команда,- трос отпускают, и Чекaн-Поддубный бросает Мазура ­«Черную маску» на ковер. Зрители не видят тросa, на котором меня поднимают, он сливается c фоном. Вот так через двадцать c лишним лет после моего первого выступления в цирке мне снова пришлось вый­ти на арену в составе борцовскогo чемпионата. Только на этот раз не и жизни, а, в кинофильме «Борец и клоун».

Вместо заключения

Двaдцать лет борьбы на ковре. Сотни схваток. Есть что рассказать молодежи, — так много пережи­то, так много запечатлела память.


оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100