В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Цирковое обозрение. Москва, лето 1965

Прошедшим летом москвичи имели возможность пос­мотреть несколько цирко­вых представлений. До конца июля работал зим­ний цирк на Цветном бульваре.

С мая по сентябрь в цирке-шапито в Цент­ральном парке культуры и отдыха им. Горького гастролировали чехо­словацкая и венгерская труппы. Там же шло обозрение «Пароход идет «Анюта». На малой спортивной арене стадиона имени В. И. Ленина и на летнем катке «Сокольники» выступа­ли артисты московской группы «Цирк на сцене» и музыкальный аттракцион лилипутов,   возглавляемый   М.   Качуринером. Ленинградские цирковые артисты демонстрировали свои но­мера в Зеленом театре Выставки достижений народного хозяйства. И, наконец, шли представления в Государственном училище циркового и эстрадного искусства.

Если обо всем этом писать рецен­зии, не хватит целого номера жур­нала. Поэтому ограничимся несколь­кими   краткими   замечаниями. Характерно стремление к ут­верждению тематических представле­ний. Наши друзья из Чехословакии привезли программу, главная тема которой — дружба между народами. Нередко  бывает так:  артисты,  выразив в параде определенную тему или идею, на протяжении всего цир­кового спектакля к ней не возвра­щаются. Здесь дело обстояло иначе. Отведя коверных клоунов до извест­ной степени на второй план (в самих номерах немало юмора), режиссер чехословацкого цирка Л. Шмейкал заполнил паузы выступлениями гар­монистов, танцоров, добиваясь при этом непрерывности развития дейст­вия. Особое внимание уделил он му­зыке, костюмам, всему сценическо­му оформлению (художник И. Ротт). Режиссер, таким образом, как бы постоянно напоминал, что речь идет именно о чехословацком цирке,  который принес свое искусство в дар советскому зрителю.

Нашим постановщикам, особенно в работе с национальными коллекти­вами, стоило бы внимательно при­смотреться к опыту чехословацких друзей и строить программы (а не только парады) так, чтобы они под­чинялись определенной идее и теме. Вероятно, в иных случаях стоит от­казываться от набивших оскомину посредственных коверных, которые почему-то почти всегда принимают на себя сквозное действие в пред­ставлении. А между тем включение и других элементов цирка (и может быть, эстрады, театра, кино) навер­няка обогатит представление и даст ему большую сюжетную нагрузку. Кстати, венгерские артисты, высту­пая в программе-дивертисменте, вообще не выдвигают сквозной об­щей темы. Однако они широко используют паузы, заполняя их не только шутками клоунов, но и вы­ступлениями своеобразного конфе­рансье-иллюзиониста. Представление от этого только выигрывает.

Наши гости показали доброка­чественные программы, причем боль­шинство артистов с одинаковым успехом может работать и на сцене и на арене. Это касается даже таких номеров, как акробаты на батуде Фредис и фигуристы на одноколес­ных велосипедах Валлз. Опытом этим следует заинтересоваться. Зи­мой, когда количество цирков сокра­щается (закрываются летние шапито), появляется необходимость, чтобы часть артистов перешла на сцени­ческие площадки. И вот тут-то выяс­няется, что к такому переходу мало кто подготовлен, особенно при усло­виях частых переездов. Остановлюсь на выступлениях чехословацкого и венгерского дрессировщиков лошадей А. Шупки и Донкерта. Их номера в общем традиционны, но отработаны, особенно у Доннерта, до мельчайшей детали. Кажется, кони без указания Доннер­та кружатся в вальсе, образуют па­ры и четверки. Артист часто оказы­вается к ним спиной, но от этого точность перестроений не умень­шается. К тому же дрессировщику присуще чувство юмора, чуть-чуть ироническое отношение к происходя­щему, что придает его выступлению особую прелесть.

Акробаты с подкидной доской — семеро Фалуди не показали рекорд­ных трюков, но в их номере покоря­ет дальность полета. И еще одно: акробат, подброшенный доской, с подлинным мастерством и блеском демонстрирует трюк. Даже самое трудное упражнение мы видим поч­ти так же, как при замедленной съем­ке в кино, когда кажется, что тело на мгновение «зависает» в воздухе. Минувшим летом с успехом шло цирковое обозрение «Пароход идет «Анюта». Оговорюсь сразу: основа­ний для критики обозрения достаточ­но. Далеко не всегда остроумен диалог; у главных действующих лиц, по существу, нет характеров; сюжет развивается излишне замедленно, а то и вовсе останавливается. Балет на уровне самодеятельности (балетмей­стеры Г. Перкун и Ф. Чуфаров). У иных исполнителей  плоха дикция. И все-таки я убежден, что спек­такль заслуживает всяческого одоб­рения. И авторы и режиссеры хорошо почувствовали специфику цирка, они создали вещь сугубо условную, в которой многие персонажи широко используют эксцентрические приемы. Играя своих героев, артисты охотно прибегают к цирковым трюкам. Осо­бенно это удается А. Глущенко, сочетающему в своем образе качества, характерные для клоуна-буфф, с выражением житейской сущности задерганного и растерявшегося чело­века, подлинного фанатика цирка. Хороши П. Осташенко (боцман) и П. Загоруйко (помощник капитана). Первый умело и выразительно при­меняет акробатические приемы, вто­рой профессионально и вместе с тем забавно демонстрирует мастер­ство борца. В сложном положении оказался А. Векшин. Клоун по про­фессии, он хочет смешить публику, быть ей приятным, а роль у него отрицательная. Вот здесь и наступает конфликт, в результате которого пи­жон и хвастун Аполлон оказывается малоубедительным.

В программу спектакля включе­ны первоклассные исполнители, на­пример, воздушные гимнастки под руководством А. Хазовой, эквилиб­рист на проволоке В. Шконда, эквилибристы с шестом В. Карсеев и А. Мареев, танцор на руках В. Серебряков, танцоры и акробаты, руководимые Ю. Штанге, и другие. Они не только демонстрируют трюки, но и живут в спектакле, и от этого их выступления  становятся  интереснее. Артист В. Тин, показывающий дрессированных бурых медведей, — настоящий мастер своего дела. Звери у него работают отлично, не ожидая понукания, кажется даже с удоволь­ствием. В иные моменты Тин оказывается в проходе, в то время как медведи на середине манежа демон­стрируют свои достижения, и это очень хорошо. Чего же не хватает артисту, чтобы встать в ряды кори­феев советского цирка? Своеобра­зия, собственного репертуара. Сейчас он отлично повторяет то, что найдено другими, а нужно было бы вместе с режиссером поискать и найти свое. Цирк, прибегая к обозрению, до известной степени театрализуясь, художественно обогащается. Вот поче­му мне кажется, что следовало бы подумать о создании еще двух-трех коллективов, специализирующихся на постановках обозрений и других тематических программ. Несколько слов о представлениях на летнем катке в Сокольниках, ма­лой спортивной арене в Лужниках и огромной сцене Зеленого театра ВДНХ. Кое-что здесь было, бесспор­но, интересно.

«Футбол» —  хорошо    поставленная, развернутая групповая клоунада (реж. В. Миронов). Эффектно выступ­ление артиста Г. Петрова, пролетаю­щего по проволоке через всю пло­щадку и делающего прыжок на роликовых коньках. Впечатляет номер канатоходцев М. Жидковой и Т. Иванушкиной, Р. Соломоненко и Е. Жид­кова. По своим масштабам и манере подачи они ориентированы именно на большие площадки. Но тут же следом идут номера камерные, рассчитанные даже не на арену, а на небольшую сцену. Всячески приветствуя стрем­ление московской группы «Цирк на сцене» выступать на стадионах, надо обязательно подумать о том, чтобы и каждый номер в отдельности и представление в целом отвечали тем требованиям, какие предъявляет сце­ническое пространство спортивного зала, катка, а тем более стадиона.

И Ленинградская группа «Цирк на сцене», оказавшись в Зеленом театре ВДНХ, в значительной мере в нем «потерялась». Правда, все показанные ею номера были вполне квалифици­рованны, за исключением, пожалуй, клоуна с дрессированными собаками И. Чернецова. Он демонстрировал то, что зрители видели уже не раз. В связи с этим возникает еще одна проблема: необходимо добиваться, чтобы каждый номер хоть в чем-то был своеобразным, оригинальным. Прежде всего, очевидно, следует обратиться  к практике Училища цир­кового и эстрадного искусства. Имен­но в нем создается будущее нашего цирка. И приятно, что за последние годы из училища, как правило, вы­ходят талантливые и хорошо подго­товленные исполнители, там созда­ются яркие номера. В этом немалая заслуга и директора училища А. Во­лошина и коллектива педагогов и режиссеров.

И в этом году в выпуске училища немало интересного. Великолепны акробаты В. Борисенко и А. Бурдецкий (реж. Ю. Мандыч). Самые труд­ные, рекордные упражнения они по­казывают с подкупающей легкостью, с улыбкой, без чего цирк превра­щается в спортивный зал. Очень удачна и по замыслу и по исполне­нию игра с обручем (исполнители С. Федоренко, Э. Бернадский, Б. Руденко, реж. Г. Аркатов). Первоклас­сная акробатика и пластическая вы­разительность сочетаются здесь с оригинальной композицией и новой аппаратурой. Артистка Л. Писаренкова и режиссер Н. Денисов соединили показ гибкости тела, характерной для жанра «каучук», с гимнастикой. Но­мер поднят в воздух, отчего он при­обрел большую выразительность и своеобразие. Технически, может быть, и не очень труден, но обаятелен, по-цир­ковому эксцентричен, музыкальный номер на качающейся трапеции, ко­торый демонстрирует Н. Варлей (реж. 3. Гуревич). Бесспорно, оригинально выступление жонглера на одноко­лесном велосипеде В. Цветкова (реж. Н. Бауман). Интересным мне кажется клоун Е. Майхровский, утверждающий образ лирического комика.

В общем, хороший и сильный вы­пуск. Но о трех номерах хочется поговорить особо. Я имею в виду темповых акробатов Э. Рушата и В. Шуйдина (реж. Н, Бауман), экви­либристов с шестами В. Борисенко, А. Бурдецкого, Н. Лычкатого и Р. Манукова (реж. И. Бауман) и акробатов А. Фролову, В. Губера, Б. Иванова, А. Кочнева, Б. Лебедева, В. Румян­цева, А. Шебунина, И. Шефера (реж. Н. Ремнев).

Все три номера профессионально, хорошо подготовлены, молодые ар­тисты исполняют достаточно сложные трюки. Но вот манера подачи трю­ков, умение держать себя в паузах, жить в номере, то есть все то, что называется артистизмом, — настора­живает. Эквилибристы с шестами, к примеру, демонстрируют рекордный трюк сальто-мортале на площадке, расположенной на верхушке шеста. Однако исполнителям крайне не хватает актерских взаимоотношений, игры. Номер подается как сумма рекордных достижений. А ведь это еще не цирк! То же самое можно сказать и об акробатах на шарах. Акробат, который, балансируя на ша­ре, ловит на плечи партнера, под­брошенного подкидной доской, за­служивает самой высокой оценки. И если говорить о технической сто­роне номера, то можно только от души поздравить и исполнителей и педагога. Но обидно, что и здесь яв­но не хватает актерского начала. Очевидно, училищу, его преподава­телям следует еще большее внима­ние обращать на режиссуру, на ак­терское исполнение, а не ограничи­ваться только подготовкой рекорд­ных трюков.

И еще одно. При составлении плана выпускаемых номеров, следует исходить не только из того, что уже есть на манеже, но и из того, что может быть и чего сегодня еще не хватает в наших цирках. Думается, это и музыкальная клоунада, и боль­шие комико-акробатические группы, разыгрывающие сюжетные пантоми­мы, и стрелки из лука, и мастера, демонстрирующие игру в настольный теннис и городки, и гимнасты на параллельных брусьях, и клоуны-буфф, и многое, многое другое. Соз­данию этих номеров должны помочь фантазия и поиск драматургов, ре­жиссеров, педагогов и, конечно, са­мих учащихся. И в заключение: значит, все-таки здорово вырос и окреп наш цирк, если одновременно он может давать представления на многих площадках одного города, и каждая программа составлена из интересных номеров. Это радует.
 

Ю. ДМИТРИЕВ

Журнал Советский цирк. Ноябрь 1965 г.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100