В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Генриетта Белякова и ее дрессированные собаки

Автор публикуемых ниже коротких рассказов о животных Генриетта Белякова родилась в семье известных цирковых акробатов и впервые вышла на манеж в девятилетием возрасте, исполняя о паре со своим отцом, ныне народным артистом РСФСР В. Н. Беляковым, акробатический номер «хандвольтиж».

С девятнадцати лет Генриетта Белякова начинает выступать с группой дрессированных собачек, гастролируя свыше полутора десятилетий по городам Советского Союза и за рубежом. В настоящее время по окончании театроведческого факультета ГИТИСа Г. Белякова занимается журналистикой.

ПО-ЧЕСТНО!

Как всегда, перед уходом из цирка, Степанов зашел проведать медведей, попрощался с ассистентом Лешей и ушел. Вскоре следом за ним отправился домой и Леша.

Медведи еще долго возились в клетках, громко вздыхали, тяжело отдувались, устраиваясь на ночь поудобнее. Потом все затихло.

...Среди ночи Марфа неожиданно проснулась. Под потолком тускло светила лампочка. Спать больше не хотелось. Она побродила по клетке, исследуя все углы, повисела на решетке, потрясла ее. Медведи спали, было скучно и тихо. Марфа легла на пол клетки и лежа от нечего делать царапала когтями решетку, а затем просунула под нее лапу. Неожиданно решетка приподнялась, и щель над полом увеличилась. Марфа наподдала лапой — решетка поехала вверх, а внизу открылась такая дырища, через которую медведица могла свободно выйти наружу. Но она не торопилась. Кто его знает, может быть, это какая-то ловушка? Марфа все обстоятельно обнюхала — никаких подозрительных запахов. «Забыли закрыть решетку на замок», — сообразила она и шагнула наружу.

Косолапя, обошла комнату, влезла на ящик, понюхала — ничего интересного. Рядом стояли мешки, они пахли хлебом. Она рванула мешковину — и несколько буханок вывалилось на пол. Громко чавкая, Марфа принялась уплетать хлеб. Сзади послышалось обиженное урчание: это медведи проснулись и жадно смотрели на еду. Особенно укоризненно ворчал се родной брат Кузя. Марфа поспешно схватила буханку и, прижимая ее к себе передними лапами, понесла Кузе. Поделилась с ним, глянула на остальных — и стало ей как-то неловко, что угостила только брата. Тогда она усердно оделила хлебом всех остальных. Медведи зачавкали, засопели...

А Марфа, довольная собой, села передохнуть. Рядом с ней лежал еще один мешок. Медведица не удержалась, хватила лапой и по этому мешку. Из него щедро посыпались сушеные фрукты. Вот это еда! Но как ее по клеткам раздать? Попыталась нести в лапах — не получилось, ничего не донесла даже до ближайшей клетки. И вдруг догадалась: отделила от большой груды фруктов маленькую кучку и, пятясь, подгребла ее по полу к ближайшей клетке. Ее обитатель тотчас же свесил из клетки лапу и начал с превеликим удовольствием отправлять лакомство в рог. А Марфа продолжала трудиться. К каждой клетке подгребала по кучке, а потом огляделась: у всех есть. А сама так устала, что и фруктов ей не хотелось.

Окна уже заголубели, рассветало...

«Попить бы, что ли?» И она заковыляла в угол, где стояли бидоны с молоком. Поддела лапой крышку, заглянула внутрь. Молока было чуть-чуть, на самом донышке. Медведица сунула голову поглубже в бидон и долизала остатки молока. Напилась и потянула голову назад, но бидон не отпускал ее. Марфа забеспокоилась, сильнее задергала головой — бидон не сдавался. Стало страшно, очень страшно. Она заметалась по комнате, грохоча бидоном о стены, ящики и клетки. Медведи в страхе ревели, сама Марфа громко стонала, и стон ее отдавался в пустом бидоне гулко и жутко.

В этом шуме никто не услышал, как отворилась дверь и на пороге застыл изумленный Леша. Спотыкаясь, перепрыгивая через мешки, метлы, бидоны, он бросился на помощь Марфе. С большим трудом освободил ее, успокоил и посадил в клетку. И тут вошел Степанов. Он испугался, а потом, узнав, что случилось, рассердился на хулиганку: надо же такое натворить! Но Леша указал ему на ровненькие дорожки из фруктов, проложенные к каждой клетке.

— Видите, она честно поделила компот на всех!

И Степанов только руками развел:

— Мда-а-а, действительно...

РАЛЬДА

Стоит мне с кем-то познакомиться и сказать, что я дрессировщица собак, как тут же слышу вопрос: какая порода лучше поддается дрессировке?

А дело вовсе не в породе. Все зависит от «характера» собаки.

Как-то мне подарили маленького дога. Бывалые дрессировщики предупреждали, что доги очень злые, не любят детей и рвут даже собак.

Моя Ральда — так я назвала дога — воспитывалась вместе с другими щенятами. Росла она во много раз быстрое, и все остальные щенки выглядели перед ней крохами. Представьте себе громадную голову восьмимесячного дога. Так вот, расстояние от кончика носа до глаз дога — таков рост трехмесячного карликового пуделя или болонки. А что уж говорить о той-терьерах! И вот пять-шесть таких щенят всегда вертелись возле Ральды, всячески задирали ее, тянули за хвост, теребили за губы. Ночью они все укладывались спать у нее на животе. Она терпеливо сносила эту возню, добродушно смотрела на их мелкое хулиганство и только во сне, переворачиваясь с бока на бок, подминала щенят под себя. Они, визгливо возмущаясь, выползали на волю и, попищав и посопев, опять укладывались на ней.

Немного повзрослев, щенята научились выбегать из комнаты. Едва только открывалась дверь, они норовили проскользнуть в коридор. Я кидалась ловить их и водворяла на место. Очень скоро Ральда поняла, что я не разрешаю щенятам выбегать в коридор, и стала сама следить за порядком в своем «коллективе». Она лежала посреди комнаты, красиво вытянув передние лапы, положив на них огромную голову. Вот кто-то открывает дверь, и щенята стремглав летят к выходу. Ральда лежит неподвижно. Но как только они поравняются с ее передними лапами, Ральда спокойно выбрасывает лапу, загребает их всех в кучу и возвращает в комнату. В первый раз малыши очень растерялись, они не могли понять, что же, собственно, произошло, кто это втянул их назад? Позже, сообразив, в чем дело, они не раз пытались обмануть Ральду, но удавалось им это крайне редко.

Детей Ральда тоже любила. Зимой ее запрягали в санки, и она весело бежала вдоль улицы, катая ребят. Летом она резвилась с ними во дворе, играя в мяч и в прятки. В прятки играли так. Мой маленький брат держал Ральду за ошейник (он тогда только-только начал дотягиваться до ее ошейника). Так вот, он стоял повернувшись носом к забору и держал Ральду за ошейник, а остальные ребята прятались. Как только раздавался крик: «Готово!» — Ральда срывалась с места и мигом разыскивала ребят. Обнаружив очередного мальчишку или девчонку, она бурно радовалась, скакала вокруг, пыталась лизнуть в лицо. Потом брат прятался вместе с Ральдой. Они вдвоем сидели где-нибудь в укромном уголке и с замиранием сердца ждали... Когда же наконец над их укрытием возникала чья-либо растрепанная голова, Ральда радостно взвизги вала и начинала большими кругами носиться по двору.

Ральда зорко следила, чтобы никто детей не обижал. Был такой случай. Ребятня играла с Ральдой в мяч. В это время какой-то вновь прибывший артист подошел к мальчишке, которого, видимо, знал раньше. Артиста восхитило, как ребятенок вырос, каким стал большим. В общем, он сказал все, что говорят в таких случаях взрослые, потом взял да и высоко подбросил мальчугана, поймал и вновь подбросил. То ли тот испугался, то ли просто не захотел, чтобы его кидали в воздух, но только он отчаянно заревел. И тут Ральда мгновенно оставила мяч и понеслась на помощь малышу. Все, кто был во дворе, закричали артисту: «Оставьте, оставьте ребенка!» Артист оторопело поставил мальчика на землю и тут же почувствовал сильный толчок в спину. Это Ральда вскинулась на задние лапы, а передними схватила его за плечи. Оскалив свои страшные зубы, она тяжело, угрожающе дышала у самого горла артиста. Брат подбежал и оттащил ее.

Ральда никогда никого не кусала, она только предупреждала: «Оставь, а то будет худо». Такой рассудительный и добродушный характер оказался у моего дога. Впоследствии Ральда отлично выступала в моем номере. Разговоры о том, что доги очень злые собаки, оказались неверными. Ральда доказала это со всей возможной убедительностью.

ЗНАМЕНИТОСТЬ «НЕИЗВЕСТНОЙ ПОРОДЫ»

После гастролей в Египте мы приехали в Сирию, и вскоре в дамасских газетах появились восторженные отзывы о советском цирке. В числе других номеров хвалили и моих дрессированных собачек, в особенности «удивительную собаку неизвестной породы, за прекрасное исполнение сложных номеров».

Собакой «неизвестной породы» называли Лохматую, вполне породистого белого пуделя, но определить в то время ее породу постороннему человеку и вправду было затруднительно. Случилось так, что... Нет, уж лучше расскажу все по порядку, начиная с самого детства Лохматой.

У Жаки, красивого пуделя, росли щенята. Пушистые клубочки уже катались по всей комнате, а кличек у них еще не было. Да и различали мы их с трудом. Выделялась только одна собачка, самая шустрая, смешная и некрасивая. На своих коротеньких ножках она быстро семенила по комнате, а шерсть у нее, как редкие перья, торчала в разные стороны.

— Где же лохматая? Посмотрите, куда залезла лохматая! — только и слышалось в доме. Со временем мы так и стали звать ее — Лохматая.

А у Жаки нежданно-негаданно прибавление семейства: другая собака, ощенившись, тяжело заболела, и вот пока ее лечили, щенков положили Жаке. Та с охотой кормила приемышей, не делая никакого различия между ними и собственными детьми, но при этом все же недоумевала: отчего одни ее дети уже бегают по комнате, а другие глаз еще не открыли? Озираясь, она с беспокойством следила за подросшими щенками, заползавшими во все углы, и не решалась отойти от слепых, попискивающих малышей. Больше всего хлопот ей доставляла Лохматая. Всюду она совала свой маленький кожаный нос.

Готовились мы к отъезду, упаковывали вещи. Смотрю, лежит на сундуке фарфоровый чайник для заварки чая, а из него вата торчит. «Ага, думаю, мама вату в него вложила, чтобы чайник в дороге не разбился». Вдруг чайник зашевелился и двинулся вперед и немного вбок. «Показалось», — решило я. Но чайник вдруг попятился... Я с опаской приблизилась к нему и увидела, что Лохматая влезло в чайник с головой, о вылезти не может. Я стала потихоньку вытаскивать наружу ее уши, а нос-то она сома высвободила.

К году собачка выровнялась, шерсть у нее стало мягкой и пушистой, а лапы — высокими, но кличка «Лохматая» так за ней и осталась. Дрессировке она поддавалась не очень легко: чересчур своевольный был у нее нрав. Но, освоив трюк, проделывала его как-то особенно лихо, артистично.

Свою независимость и право поступать так, как хочет. Лохматая всегда отстаивала упорно. Обучало я ее как-то подниматься по лестнице на задних лапах. Долго и безуспешно билась с ней — она наотрез отказывалось выполнять этот трюк. Зато более сложным, если только они были ей по душе, обучалось быстро и до самой старости исполняла их на редкость четко, никогда не сбиваясь. Так же вела она себя и в обыденной жизни.

Возвращаемся мы как-то с мамой из цирка, а между нами бежит Лохматая. Народ смотрит но нас и смеется, а мы недоумеваем — почему? Оказалось. Лохматая вышагивает рядом на задних лапах, да так важно, будто марширует. Я пригнула ее голову к земле, заставила опуститься на четыре лапы, но она всего несколько шагов пробежала, как и полагается всякой скромной собаке, а потом опять поднялась на задние. Я вновь попыталась опустить ее на все четыре лапы, но она упорно стояла ид своем. И я махнула на нее рукой, подумав, что ей просто хотелось послушать наш разговор. Ведь если бежишь носом в землю, не очень-то много услышишь...

И вот во время наших гастролей в Египте у Лохматой появились щенята. В первые дни собаки не оставляют своих детенышей ни на минуту, даже гулять не выходят. И Лохматая, на что уж была взбалмошная н непослушная, а тут сразу превратилась в заботливую мамашу и почти неделю не выходила на прогулку. Но вот нас привезли в александрийский порт, чтобы грузиться на советское судно, на котором предстояло идти в Сирию. Перед погрузкой я выпустила собак прогуляться. Лохматая тоже наконец выбежала, но очень торопилась к щенятам и не разглядела, где оканчивается пирс. Тем более что вода вокруг судна была темна от мазута. Да и дело было к вечеру. В общем, не разглядела Лохматая и... бултых в воду. Я и закричать не успело, кок с нашего парохода раздалось: — Кто-то упал за борт!

И... бах, бах! Два матроса прыгнули в воду. Мою Лохматую спасли и живо доставили на борт. Матросы под горячим душем быстро отмылись и предоставили душевую для потерпевшей. Но как мы се не терли, как ни скребли, полностью отмыть от мазута не сумели. Из белой она превратилась а устойчиво серую. К тому же шерсть у нее склеилась и нам пришлось остричь ее покороче. Из-за мазута стрижка вышла не ровной, а какой-то клочковато-ступенчатой. Но ничего не поделаешь — пришлось мне выпустить ее на манеж в этом весьма непрезентабельном виде, в котором, думается, даже родная мать не смогла бы опознать в ней белого пуделя. Но и в этом более чем скромном облике Лохматая сумела привлечь внимание зрителей. Вот почему дамасские газеты хвалили собаку «неизвестной породы за прекрасное исполнение сложных номеров».

ГЕНРИЕТТА БЕЛЯКОВА

оставить комментарий


 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100