В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Источник роста

Современный советский цирк характеризуется огромным подъемом мастерства и культуры ис­полнителей и циркового спектакля в целом.

В течение многих лет мне пришлось наблюдать за жизнью артистов и, что самое главное, принимать участие в их творческой работе. Поэтому хочется как-то обобщить   свои   наблюдения. На любых физкультурных соревнованиях сейчас можно увидеть десятки юношей, исполняющих двойные сальто-мортале, двойные арабские сальто-мортале, сложнейшие «окрошки» и т. д. Большое профессиональное мастерство спортсменов наблюдается и в других жанрах, которые до недавнего времени бытовали только на арене. Казалось бы, что при таких успехах физкультурников артистам цирка делать нечего. Но это не так. Сейчас на арене уже недо­статочно для артиста исполнять сложный трюк. Важно, чтобы этот трюк помогал актеру создавать законченный, художественно полноценный образ. В образном начале и заключается отличие артиста от спортсмена.

Физкультурник демонстрирует рекордное достижение, но оно не производит на зрителя такого эмоционального воздействия, как трюк мастерски отточенный и поданный подлинным   артистом. Порой говорят, что наличие законченного сюжета от­личает цирковой номер от выступления спортсмена. Мне кажется, совсем не обязательно, чтобы у каждого цирко­вого номера была бы ярко выраженная сюжетная основа, помогающая   создать   образ. «Драма должна быть насквозь действенной», — говорил М. Горький. Этот закон театра имеет отношение и к цир­ковому номеру. В нем, как и в любом драматургическом произведении, имеется начало, развитие, вершина и, наконец, развязка действия. Они и образуют элементы компо­зиции   номера.

Однако драматургии циркового номера присущи свои особые   законы. Как же использовать их для создания в цирке образа? Ответ на вопрос дает творческая практика лучших на­ших   артистов. Вспомните замечательных воздушных гимнастов Виктора Лисина и Елену Синьковскую. Помимо того, что оба их номера — это законченные художественные произведения, Лисин создает героико-романтический образ. Отлично работают замечательные актеры. Между ними существует не подчеркнутое внешними приемами общение. Номер их звучит  как гимн ловкости, смелости  и  красоты. Вспомните замечательные по отделке, по особым, толь­ко ей присущим приемам общения с хищниками выступле­ния превосходной дрессировщицы львов Ирины Нико­лаевны Бугримовой. Образ волевой, сильный и вместе с тем предельно женственный создает эта выдающаяся артистка   цирка.

А как умело, легко и изобретательно находит все новые и новые веселые обыгровки для своих маленьких партнеров замечательный артист Виктор Плинер — руководитель номера «Икарийские игры». В сочетании с отличными трю­ками исполнителей эти жизнерадостные сценки создают светлое романтическое произведение. Можно привести множество подобных примеров, но размеры статьи не по­зволяют   этого   сделать. Как известно, любой артист и в драме, в опере, в опе­ретте, и, конечно, в цирке должен обладать сценическим обаянием. Но, однако, оно еще не является признаком мастерства. Часто юношеская непосредственность артиста так поко­ряет зрителей, что им кажется, что перед ними закончен­ный мастер. Но проходит несколько лет, юность уходит, мастерство не приобретено, и у исполнителя остается толь­ко    сухая   схема    его    выступления.

Искусство цирка — это непрестанный, бесконечный, часто изнурительный труд и постоянные поиски. Дело не в том, чтобы каждый артист обязательно делал бы десятки номеров. А в том, чтобы его номер из месяца в месяц, из года в год совершенствовался и обогащался за счет но­вых находок: трюковых, сюжетных, композиционных, образных. Творческий рост и мастерство артиста непосредственно связаны с его культурой. Особенно это заметно в одном из  важнейших  жанров   цирка — клоунаде. Бытовавшая в течение многих лет на арене так называе­мая «классическая клоунада» («Белый» и «Рыжий» или «Белый», «Рыжий» и «Красный») еще существует у нас, правда, в сильно измененном виде. Но постепенно она уступает место коверным клоунам и клоунским группам. Их шутки, репризы, интермедии и клоунады цементи­руют цирковую программу и превращают ее в единый законченный спектакль.

Клоун должен быть синтетическим артистом, владею­щим в совершенстве самыми различными цирковыми жанрами. Появляясь в течение представления много раз со своими пародиями и репризами на манеже, коверные завоевывают симпатию зрителей, становятся их любимцами. Они более успешно справляются со своими сатирическими задачами, чем старые «классические» клоуны. Все шутки и проказы коверного идут от присущего ему характера. Изображая любую роль, связанную с сюжетом сценки или пародии, комик в цирке, как правило, всегда исходит из найденной им основной клоунской маски. Она служит для   внешнего   выражения   образа.

Артист должен быть всегда в гуще всех происходящих в стране событий, здесь он черпает материал для своих шуток и пародий. Это обусловлено его творческими зада­чами — утверждать своими художественными средствами героизм эпохи строительства коммунизма, бичевать недо­статки и пороки отдельных членов нашего общества, помогая    их    изживать. Подлинное знание жизни, большая и тонкая наблю­дательность артиста, культура — качества, необходимые для успешной работы клоуна, Без этого творчество его будет  надуманным, лишенным правды жизни. Клоун обязан постоянно развивать и тренировать свою фантазию и вкус. Чувство хорошего вкуса артиста, всегда определяет художественное качество той или другой паро­дии   или   клоунской   сценки. Ответственность артиста в наши дни огромна. Почти все  наши  лучшие  клоуны-«коверные»   много  работают.

Раньше мне казалось, что такой напряженный труд — это удел только Карандаша. Работоспособность его не­обыкновенна. Но вот на арене появился Олег Попов. С первого зна­комства с ним меня поразила тогда, и продолжает пора­жать по сей день, его творческая неутомимость. Как-то ночью во время гастролей в ФРГ он звонил мне из Кёльна по поводу пришедшего ему в голову варианта одной из реприз, с которой думал выступать после возвращения в Москву. Так же, как Карандаш, Попов все время масте­рит, рисует, клеит, сверлит, строгает. Эти замечательные артисты не расстаются со своим реквизитом. Они относят­ся к нему, как к любимому партнеру. Создавая себе сами реквизит, они одновременно работают над своими буду­щими репризами. Этот процесс у артистов неразделим, он обусловливает их органическое вхождение в новые роли. По-другому строят свою работу замечательные арти­сты Юрий Никулин и Михаил Шуйдин. Эта клоунская пара кажется в своей творческой работе чересчур медлительной. Каждое свое новое произведение они бесконечно взвешивают, вымеряют, пробуют до того момента, пока оно появляется на манеже. Но, появившись, оно поражает своим совершенством, законченностью, и поэтому  живет  долгие   годы.

Юрий Никулин — человек большой культуры и разно­сторонний, талантливый артист. Помимо цирка он с боль­шим успехом снимается в кино в комедийных и драмати­ческих ролях. Опыт многолетней работы с лучшими клоунами пока­зал, что им редко удается чисто словесная реприза. По-настоящему доходчивой она становилась только тогда, когда для раскрытия ее содержания артисты использовали дрессированных собак (Б. Вяткин), пародийное жонглиро­вание или эквилибристику (О. Попов), «иллюзионный трюк» (Ю. Никулин и М. Шуйдин), «страшный прыжок» из оркестра (К. Берман), трюк с ослом (Карандаш) и много других   клоунских   приемов. И бывает также, что пантомимическая реприза часто находит свое удачное драматургическое решение в ударной заключительной фразе или каламбуре. За  последние годы  в советском  цирке значительно  по­высились  мастерство и  культура  не только  артистов,   но и режиссеров,   художников,   композиторов,   балетмейстеров. Созданы  пантомимы,  феерии, детские  спектакли,  отли­чающиеся   большими   художественными   достоинствами. Растет и культура циркового представления. Особенно это ощущаешь во время гастролей советского цирка за рубежом. Наш метод построения цирковой программы как единого спектакля является там новинкой и высоко рас­ценивается    прессой    и    зрителями.

Несоизмеримо выросла не только творческая, но и лич­ная   культура   мастера   манежа. В прежние времена артиста цирка с высшим образова­нием не было. А если бы он и появился, это рассматрива­лось бы, как чудо. Сейчас же наша цирковая молодежь заканчивает без отрыва от производства высшие учебные заведения и многие идут в аспирантуру. Это стало обыч­ным    явлением. Изменились также взаимоотношения между нашими ведущими мастерами. Если в первые годы становления со­ветского цирка они еще порой работали, как и до рево­люции, в атмосфере недоверия друг к другу, зависти и часто неприкрытой вражды, то сейчас отношения, скажем, Карандаша, Олега Попова, Юрия Никулина, Михаила Шуйдина,   Константина   Бермана — это   отношения   друзей.

К сожалению, совсем не так давно мне пришлось на­блюдать сцену, которая невольно заставила вспомнить быт и нравы старого цирка. В связи с тем, что в программе Московского цирка участвовал часто болевший Констан­тин Мусин, были дополнительно приглашены артисты Васи­лий Мозель и Онисим Савич. В первом отделении на манеж выходил Мусин, во втором работали Мозель и Са­вич. Вероятно, это не устраивало Мусина, и он, просмотрев на репетиции, что делают его молодые коллеги, однажды исполнил все их репризы во время своего выступления в первом   отделении   программы. Можно себе представить ужас Мозеля и Савича, не знавших о коварной и злой шутке Мусина, когда ни одна из их сценок не находила отклика у зрителя, как не вызы­вает желаемой реакции у слушателей второй раз рассказанный анекдот. Артисты с трудом довели свое выступ­ление до конца программы и сразу же уехали из Москвы.

Это был отголосок гнусных традиций старого цирка, в котором классических реприз и клоунад было ограничен­ное количество. Поэтому конкуренция и борьба за кусок хлеба вынуждала порой актеров устраивать Друг другу различные   неприятности. Совсем другие, как уже говорилось, взаимоотношения присущи подавляющему большинству артистов советского цирка. В 1953 году мне пришлось выпускать в Московском Цирке молодежную программу, в составе которой был юный Олег Попов. Доверить ведение всей программы мо­лодому, тогда никому не известному клоуну руководство не решалось. Был приглашен Константин Берман. После знакомства с Поповым Берман сразу же поверил в него и не только не мешал его успеху, но передал ему боль­шинство   своих   реприз.

Мне кажется, что так относиться к молодежи должны все   наши   мастера   арены. Все ярче расцветает наша чудесная Родина, а вместе с ней растет и народ — наш зритель, для которого и во имя которого и творит каждый мастер манежа. Быть своим творчеством достойным нашего великого народа, — важнейшая задача всех артистов цирка. Для этого они должны в своей повседневной работе сочетать большое   мастерство с высокой культурой.
 

М. МЕСТЕЧКИН, заслуженный деятель искусств РСФСР

Журнал Советский цирк. Февраль 1965

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100