В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Истоки русского цирка. Скоморохи

Из книги Ю.А. Дмитриева "Русский цирк"

Русский цирк имеет свою многовековую историю. В ста­ринных народных играх демонстрировались сила, ловкость, сме­лость. Зачатки клоунады были в комических диалогах, испол­няемых в хороводах, на свадьбах и в различных играх. С давних времен знал русский народ песни и танцы, и постепенно появ­лялись люди, лучше других танцующие, поющие, исполняющие различные шутки. Из среды таких «умельцев» выходили первые скоморохи.

А. М. Горький писал: «У нас до начала XVII века тоже были свои «лицедеи» — скоморохи, свои мейстерзингеры — скалики перехожие», они разносили по всей стране «лицедейства» и песни о событиях «великой смуты», об «Ивашке Болотникове», о боях, победах и гибели Степана Разина»1.

1 М.  Горький.  О литературе. Гослитиздат, М., 1935, стр. 152.

Некоторые буржуазные ученые, например Александр Веселовский, утверждали, что скоморохи пришли в Киевскую Русь из Византии в.Х—XI веках. Другие буржуазные ученые (Грот) считали, что скоморохи были выходцами из Западной Европы. Эта точка зрения ученых-космополитов решительно   неверна. Иностранные артисты, пришедшие в Киевскую Русь,   не   зная языка и русского быта, не могли глубоко проникнуть в народ­ную среду и сделаться необходимыми и незаменимыми для мно­гих празднеств и обрядов, как это было с  русскими   скоморохами.

Попытки утвердить иностранное происхождение скоморо­шества через филологическое изучение слова «скоморох» не выдерживают серьезной критики. Исследователи, стоящие на этой рочке зрения, выводят корень слова из столь различных источ­ников, что их выводы взаимно исключают друг друга, не говоря  уже о том, что каждый отдельный вывод в достаточной мере произволен. Говоря о скоморошестве, необходимо учитывать, что к X веку Русь в экономическом и культурном отношении достигла очень больших успехов. Усиление экономического и политиче­ского значения Руси, рост ее культуры, естественно, влияют на развитие искусства, в том числе и скоморошества.

 Скоморохи. Фреска киевского Софийского собора

Скоморохи. Фреска киевского Софийского собора

На Руси была известна письменность, переводились грече­ские и болгарские книги, широкое распространение получает устное народное творчество, в частности с XII-века известны такие великолепные памятники народного творчества, как бы­лины. Крещение Руси в 988 году значительно повлияло на рост русской культуры. Уже при Олеге (конец IX — начало X века) Русь развивает обширные торговые связи с Грецией. Во вре­мена Владимира (умер в 1015 году) устанавливаются друже­ственные отношения с Польшей и через нее ведется обширная торговля с Западной Европой. Еще более обширные торговые связи с Европой устанавливаются во времена Ярослава Мудрого.

Рост государственной мощи Руси шел за счет все более усиливающейся эксплуатации крестьянства, что, в свою очередь, вызвало народные восстания. Мощные народные восстания против феодалов были в 1068—1071 годах в Суздале ив 1113 году в Киеве. Скоморохам, выходцам из народной среды, было близко все, что волновало народ, и они отражали в своих выступлениях на­родные интересы и чаяния. Впервые о скоморохах упоминает византийский хронист Феофан, сообщающий, что в 583 году нашей эры греки захватили трех славян «без всяких доспехов, с одними только гус­лями» 1. Повидимому, в этот период скоморошество еще не имело сколько-нибудь широкого распространения. Но уже в XI веке сведения о выступлениях скоморохов становятся достаточно частыми. Отцы церкви в своих проповедях выступают против них, грозя скоморохам и их слушателям страшными на­казаниями и на небе и на земле.

1 Б.   Греков.   История  русской культуры  Киевской  Руси.  М.—Л., 1944, стр. 330.

Великолепным памятником, отражающим деятельность древних скоморохов, являются фрески собора святой Софии в Киеве (собор был выстроен в 1037 году). Здесь на фресках, украшающих лестницу, изображено целое скоморошье пред­ставление. Крайняя сцена показывает двух дерущихся бойцов и еще двух приготовившихся к битве и сжавших кулаки. Рядом музыканты: двое играют на длинных трубах, один на пягиструн-ной бандуре или домре и один на гуслях. Еще двое пляшут, при этом один из пляшущих аккомпанирует себе на накрах (род ба­рабана), а другой — на флейте.

Тут же мужчина поддерживает шест, по шесту взбирается мальчик. Артисты одеты в туники, разрезанные у бедер; полы туник, чтобы не мешать свободе движений, пристегнуты к поясу. За спинами артистов разве­ваются плащи. Длинные волосы ниспадают на плечи. На голове у одного из артистов колпак, а у других — тюрбаны. На соседних фресках изображены другие эпизоды представ­ления: цирковая охота на волков, льва, львицу, оленя и барса. Тут же выступления поводырей с медведями и барсами. Бурное развитие культуры и искусства в древней Руси было приостановлено татарским нашествием. Татары разрушали культурные ценности — памятники искусства и литературы, уничтожали города, уводили в плен тысячи русских людей. Татарское иго, по определению К. Маркса, «не только давило, но оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшего его жертвой».

Но и во времена татарского ига скоморошество продолжало развиваться. На различных праздниках, часто имеющих очень древнее происхождение, играли молодые деревенские парни, рядившиеся в соответствующие костюмы. Например, на масле­ной, в так называемое «прощеное» воскресенье 1, шутники катались по снежной дороге на телегах, показывая дорогу весне. На одной из телег в сопровождении толпы скоморохов, одетых в самую худую одежонку, с вымазанными сажей ли­цами, возили соломенное чучело — маслянки.

1 Суббота на масленице называется родительской, так как в этот день ходят на кладбище поминать родителей и испросить у них прощения,  а следующее за субботой воскресенье называетря «прощеным».

Останавливаясь перед домами наиболее богатых селян, ско­морохи разыгрывали сцену рыбной ловли. Один из участников делал вид, что мутит воду, другой был рыбой, остальные — рыбаками. Рыбаки выбрасывали из саней невод и растягивали его посередине улицы. В неводе запутывался один из участни­ков игры, изображавший рыбу. Рыбаки били рыбу, а в заклю­чите дружка ударял ее бичиком, то-есть кнутом. Тогда рыба распластывалась по земле и «околевала». Рыбаки в это время пели. Накануне Нового года парни рядились, кто медведем, кто бабой, кто волком, кто лисицей, кто журавлем. В целом ряде посланий отцов церкви есть указания на по­добные забавы, упомянуты скоморохи, которые отвлекают на­род от молитв. Новый расцвет искусства скоморохов относится к XVI веку, особенно к его второй половине, и к XVII веку.

Это был период активного образования русской нации. В. И. Ленин писал: «...новый период русской истории (примерно с 17 века) характеризуется действительно фактическим слиянием всех... областей, земель и княжеств в одно целое... оно вызывалось усиливающимся обменом между областями, постепенно растущим товарным обращением, концентрированием небольших местных рынков в один всероссийский рынок. Так как руководителями и хозяевами этого процесса были капиталисты-купцы, то создание этих национальных связей было ничем иным как созданием связей буржуазных» 1. В этот новый период русской истории усиливается крепостнический гнет, обостривший классовую борьбу. В 1670—1671 годах всю Россию потрясло восстание крестьян под руководством Степана Разина.

1 В. И. Ленин. Соч., т. 1, стр. 137-138

Растущий экономический и политический подъем России был связан и с ростом национального искусства, и в том числе такой его формы, как скоморошество. Вся история скоморохов — это история непрерывной их борьбы с правящими классами и церковью. Церковь в качестве одной из основных идей выдвигает идею аскетизма. Не к борьбе за лучшую жизнь на земле, а к пассивному ожиданию ее после смерти — вот к чему призывает православная религия, так же как и всякая религия вообще. Церковь проклинала все земные радости и развлечения и вдвойне проклинала людей, избравших веселье своей профессией.

Свою борьбу против скоморошества церковь вела под знаком борьбы с языческими пережитками, «богопротивными эллинскими» влияниями. Но не этим определялась активность церкви, стремящейся уничтожить скоморошество. Церковь выступила против скоморохов из-за того, что они смело критиковали представителей правящих классов, утверждали земные радости, противопоставляя их церковному аскетизму, то-есть их творчество носило антирелигиозный, именно антирелигиозный, а не только антиклерикальный характер. И церковные деятели выступали против скоморохов, угрожая и тем, которые их слушали, страшными наказаниями.

Выступление скоморохов

Выступление скоморохов

«В дом свой к жене и детям приводиша скоморохи, плясцы,сквернословцы, погубляя себя и дети и жену и вся сущая в дому, паче потопа оного», — говорил в своей проповеди митрополит Даниил. Митрополит Кирилл в соборных правилах 1274 года проклинает тех, кто в праздники игры «бесовские творити со свистанием, и с кличем, и с воплем». Митрополит Иона писал: «Чтобы отнюдь скоморохов и медвежьих поводчиков не было и в гусли бы, и в домры, и в сурны, и в волынки, и во всякие бесовские игры не играли, и песней сатанинских не пели, и мирских людей не соблазняли».

В «Требнике» среди прочих вопросов о грехах, в которых необходимо покаяться, есть и такие:  «Или сотворил еси пир со смехотворением и плясаниями или слушал еси скоморохов или гусельников или пел еси песни бесовские или слушал еси иных поющих». В 1551 году в Москве собрался собор высшего православного духовенства. В результате собора была выпущена книга «Стоглав» 1  . Специальные главы этой книги посвящены скоморошеству.

1 Книга была разделена на сто глав.

Констатируя, что «еще во мнози от неразумия простая чадь православных христиан во градах и в селах творят еллинские именования, различные игры и плясания ив на вечерни праздника Рождества Христова и против праздника Иоанна Предтечи», «Стоглав» утверждал, что «божественные писания и священные правила отрицают всякое играние — и зернь, и шахматы, и тавлеи, и гусли, и смычки, и сопели, и всякие глумления, и позорища, и плясание. Рече бо господь: «Горе вам, смеющиеся ныне, яко восплачете и возрыдаете». Далее собор указывал на то, что многие приглашают к себе в дом скоморохов с медведями, и прямо предлагал лишать таких людей причастия.

Однако, несмотря на все запреты, на угрозы, что скоморохов и их зрителей ждут страшные наказания и на небе и на земле,  скоморошество получало все большее развитие, и это было естественно: скоморохи были в то время носителями свободной мысли, они издевались над представителями правящих классов. Простой народ любил скоморохов за их шутки, направленные против бояр и попов, против угнетателей народа. Поэтому-то, вопреки всем проклятиям церкви, скоморошество получало все большее развитие на Руси. Скоморохи были одеты в обычное крестьянское платье, только украшенное яркими ленточками, подчеркивавшими его праздничность. Играли они веселых русских мужиков, иногда под хмельком «режущих», что называется, правду-матку. В народе скоморохов звали веселыми:

Веселые по улицам похаживают,
Гудки и волынки понашивают.
Про между собой весело разговаривают.
Да где же веселым спать-ночевать?

Само слово «играть», применяемое к скоморохам, обозна­чало свет, блеск, высшее выражение жизнелюбия. В народе говорят: солнышко играет, море играет. И в бытовой жизни под словом «игра» тоже подразумевается радость бытия — играют свадьбу, играет молодое вино... И когда скоморошьи представ­ления называли игрой — это значит, что представления эти были для народа праздником.  

В этой книге мы рассматриваем только те явления скоморошества, которые близки к цирку и могли оказать на его форми­рование хотя бы некоторое влияние. Скоморохи чаще всего исполняли шутливые сценки, причем эти сценки обычно строились так: один из участников притво­рялся глухим или глупым и перевирал слова и вопросы своего напарника. До нас дошли имена наиболее известных скоморошьих пер­сон XVII века. Это — Фома и Ерема. Популярность этих обра­зов была так велика, что они вошли в сатирические повести XVIII века. Во многих старинных анекдотах и в песнях рассказывается об этих удивительных людях. Так, Фома и Ерема «ловили рыбу в лодке без дна, три года тонули, а утонуть не смогли». «Наку­пили они холстов, поехали в Ростов и променяли их на сви­нячьи хвосты». «Посеяли Фома и Ерема рожь, а хлеба не взо­шли; тогда они соху и борону в огонь, лошадь по горлу ножом, а сами с пашни бегом».

Образы Фомы и Еремы совсем не так просты, как это может показаться с первого взгляда. Они мужики, что называется, себе на уме, отлично понимающие, что «с дурака и бог не взыщет, в нем и царь не волен». Под внешностью глупца скрывались практическая сметка, дальновидный расчет, хитрость и лукав­ство. В дурацкой маске было безопаснее говорить правду боя­рину, спорить со схоластической доктриной священника, утверждать право человека на счастливую земную жизнь.

Как это будет часто впоследствии в клоунаде, остроумие здесь рядилось в маску глупости. Скоморохи любили ряжение в прямом смысле этого слова. Особенно они любили рядиться в звериные шкуры, и прежде всего медведями. Это шло еще от времени язычества, когда мед­ведь был символом обилия и плодородия. Считалось, что если женщина спляшет с медведем на масленой, то у нее обязательно, будут дети. Играли скоморохи на музыкальных инструментах, кото­рые служили как для аккомпанемента при танцах и пении, так и для различных сольных номеров и номеров звукоподра­жания.

Наибольшее распространение получили гусли. Недаром была даже пословица: «Гусли-самогуды сами заводятся, сами играют, сами пляшут, сами песни поют». Под аккомпанемент гуслей пели старинные былины, иногда относившиеся еще к XII веку. В этих былинах рассказывалось о подвигах русских  людей, об удивительных богатырях, о сражениях с многочи­сленными врагами русской земли.

Знали также скоморохи балалайку, домру, гудок — трех­струнный инструмент, напоминающий сегодняшнюю   скрипку. Из духовых инструментов играли на волынке — меховом мешке с тремя трубами.Были еще известны рожок, сурна и свирель. Последняя представляла собой соединение семи трубок с дырочками, по которым исполнитель «бегал» губами. Из ударных инструментов знали бубен, барабан, ложки, колокольчики. Скоморохи часто плясали, и больше всего трепака. Трепак начинали на месте, тихо поводили то усом, то глазом, то бро­нями. Потом начинали подпрыгивать, поводить плечами, а под конец, уже делали различные колена, закидывали ногу за ногу и, наконец, пускались вприсядку.

В XVII веке среди скоморохов были кукольники, то-есть ско­морохи, выступавшие с театральными куклами. Широкое распространение у скоморохов получила дресси­ровка медведей. О «кормящих медведей на глумление» упоминает «Стоглав». О медвежатниках говорится в указе царя Але­ксея Михайловича 1648 года.

Широкое распространение медвежьей потехи объясняется многими причинами. Медведи обильно населяли русские леса, и ловить их было относительно просто; медведи легче других хищных животных поддаются дрессировке; стоящий на задних лапах медведь напоминает человека, а это дает большие возможности для проведения различного рода аллегорий, как сати­рических, так и юмористических. Медвежья потеха всегда сопровождалась разговором вожака, причем разговор имел сатирические намеки, и именно в нем был заключен основной смысл представления.

К сожалению, до нас не дошли тексты медвежьих представлений XV, XVI и XVII веков: в ту пору их никто не записывал. Историк И. Забелин правильно замечает, что вся литература древних скоморохов исчезла без следа. Но, пользуясь поздними текстами XVIII и XIX веков, можно представить, что делали скоморохи в более отдаленные времена. Наряду со скоморохами в XVII веке выступали также канатоходцы. Впервые о них говорится в 1605 году. Современники. Рассказывающие об увеселениях, бывших при Димитрии Самозванце, среди прочих упоминают также и канатоходцев. Происхождение канатоходцев до сих пор неясно. Можно предположить, что вначале искусство хождения по канату было своеобразной спортивной игрой, требующей от ее участников ловкости и смелости.

В середине XVII века во дворцовом штате царя Алексея Михайловича значился придворный канатоходец Иван Семенов Ладыгин. Он выступал на царской даче в Покровском-Рубцове. На обязанности Ладыгина, кроме личных выступлений, лежала еще подготовка молодых канатоходцев и метальников (прыгу­нов и жонглеров). Эту свою обязанность Ладыгин выполнил с честью: в 1637 году перед царем выступило пять учеников Ладыгина — канатоходцев. Довольно часто в городах России выступали восточные ка­натоходцы и прежде всего узбеки и таджики, так называемые дорвозы. Показывалась еще дрессировка собак и крыс. Демонстриро­вались приемы акробатики и жонглирования. Широкое распро­странение среди скоморохов получило звукоподражание, иногда составлялись целые хоры, занимавшиеся птичьими высвистами от соловьиных до высвистов малиновки.

Таким образом, к середине XVII века на Руси демонстриро­вались многие элементы циркового искусства, причем исполне­ние находилось на достаточно высоком уровне. Развитие скоморошества, расширение репертуара, наконец, необходимость защищать свою жизнь и имущество от различ­ных превратностей судьбы (ведь скоморохи были прокляты цер­ковью и поэтому убийство их могло быть рассмотрено даже как добродетель) — все это заставляло скоморохов объеди­няться в большие группы, или, как сами скоморохи их назы­вали, ватаги. Число участников одной ватаги часто доходило до семидесяти-ста человек. В «Стоглаве» в разделе «Вопросы царю и его ответы» гово­рится: «По дальним странам ходят скоморохи ватагами мно­гими, по шестьдесят и семьдесят человек и по сту». Ватага могла составить большое и разнообразное представ­ление. В случае нападения члены ватаги могли дать соответ­ствующий отпор.

Чем больше развивалось скоморошество, тем активнее с ним боролась государственная власть, прибегая для усиления этой борьбы к авторитету церкви. Вольнолюбивые мотивы скоморо­шества не могли не встретить резких возражений со стороны царской власти, сила и авторитет которой в значительной мере зиждились на поддержке   церкви.   Маркс   писал: «Для  того, чтобы возможно было нападать на общественные отношения, с  них нужно было совлечь покров святости» 1.  Вот почему церковь и государство образовали единый фронт против скоморошества.

1 К.   Маркс, и   Ф.   Энгельс.   Соч., т. VIII, стр.  128.

Утверждение реакционных буржуазных ученых о том, что церковь и правительство, стремясь к более   высоким   формам искусства, преследовали скоморохов за безнравственный характер их представлений, по меньшей мере наивно. Еще в прошлом веке по этому поводу хорошо писал исследователь скоморошества И. Борщевский: «Мы не согласны с существующим взглядом, что причиною преследования древних скоморохов был будто бы безнравственный их характер. Если бы это было: так, если бы власти заботились о нравственности народной, то народу было бы также запрещено посещение кабаков, но пьянство народу не запрещалось».

Особенно усилились нападки на скоморохов со стороны царской власти и церкви в 40-е годы XVII столетия, когда на Руси вспыхивают народные восстания. В 1648 году было восстание в Москве. В 1650 году народные восстания были в Пскове и Новгороде. Есть основания предполагать, что скоморохи воспевали эти восстания и с еще большей силой нападали на господствующие классы. Очевидно, к этому периоду относится скоморошья сатирическая сценка «Как холопы из барина жир вытряхали». Несколько позднее, в конце XVII века, родилась народная драма «Лодка», воспевающая подвиги Степана Разина. При таких обстоятельствах вольное искусство скоморохов должно было встретить еще более резкий отпор со стороны царя и   церкви. В 1648 году царь Алексей Михайлович, «жалея православ­ных христиан», в специальном указе призывал их «уняться от неистовства» и «мятежные бесовские действия», «глумле­ние» и скоморошество со «всякими бесовскими играми» пре­кратить.

«Чтобы мирские всяких чинов люди, и жены их, и дети от безмерного пьяного питья уклонялись и были в трезвости, и ско­морохов с домрами, и гуслями, и с волынками, и со всякими играми в дом к себе не призывали, и зернью, и шахматами не играли, и медведей не водили, и никаких бесовских дел не творили, и на браках песней бесовских не пели, и никаких срамных слов не говорили, и по ночам на улицах и на полях богомерз­ких и скверных песен не пели, и в ладони не били, и всяких бесовских игр не слушали, и кулачных боев между собой не делали, и на качелях никаких не качались, и на досках мужской и женский пол не скакали, и личин на себя не наклады­вали, и кобылок бесовских не наряжали, и на свадьбах бесчин­ства и сквернословия не делали.

А где объявятся домры, сурны, и гудки, и гусли, и хари, и всякие гудобные бесовские сосуды, то все велеть изломать и, изломав, те бесовские игры сжечь, а которые люди от того от всего богомерзкого дела не отстанут и учнут впредь таковы бо­гомерзкие дела держаться, по государеву указу тем людям чинить наказание. Где такие бесчиния объявятся или кто на кого такое бесчиние скажет, тех людей бить в батоги».

В свою очередь митрополиты также разослали грамоты, грозя ослушникам, смотрящим скоморошьи представления, от­лучением ог церкви. На указ было обращено особое внимание: в 1649 году верхотурский воевода Рафаил Всеволжский посылает своему при­казчику в слободу Ирбит строжайшее напоминание о том, чтобы он лично следил за выполнением указа. После указа 1648 года власти начали последовательное уничтожение скоморохов: их били батогами, ссылали на окраины России. А. М. Горький справедливо писал: «...когда воцарился пер­вый Романов, а особенно при сыне его Алексее, церковь и бояр­ство истребили «скоморохов» и калик перехожих, а тех холопов, которые помнили и пели скоморошьи песни, велено было «не­щадно бить кнутом». Подобное отношение правительства к народной поэзии очень крепко и надолго вошло в страшный русский быт — еще в 30-х годах XIX столетия в Нижнем-Новгороде били кнутом «слободского кузнеца Семена Нечесу за паскудные песни про Бонапарта» 1.

1  М.  Горький.   О литературе. Гослитиздат, М., 1935, стр.  153.

И тем не менее скоморошество не было уничтожено. Нельзя убить народной песни, народного танца, народных игр, шуток, веселья. Нельзя уничтожить указами народные, веками сложив­шиеся обычаи. Репертуар скоморохов был так близок и дорог народу, что он остался в его памяти. Скоморошество вновь и вновь возрождалось, и если уменьшилось количество скоморо­хов-профессионалов, то остались любители, и они попрежнему выступали на различных народных праздниках. Скоморохи перенесли свою деятельность на окраины госу­дарства, куда царские указы доходили медленно и где следили за их выполнением не так строго. Вот почему, например, в Ар­хангельской губернии скоморошество сохранилось дольше, чем в других местах Руси.

Иные из скоморохов почти прекратили свою деятельность и выступали только по приглашениям на свадьбах и вечерах. Иные устроились в качестве шутов к знатным боярам. Но из­вестная часть скоморохов, несмотря на все преследования, продолжала, только в гораздо более скромных масштабах, свою деятельность. И как только в XVIII веке гонения на скоморохов со стороны правительства и церкви несколько утихли, так скоморошество возродилось с новой силой и в разных формах. Теперь чаще всего скоморохи выступали на ярмарках и гуляньях. Были ско­морохи, бродившие по деревням России. Об одном из таких скоморохов рассказывал В. Даль в своем «Толковом словаре».

Сцена ряженых в пьесе А. Н. Островского «Бедность не по­рок» (действие III, явление VI) является типичной скомо­рошьей сценой, и то, что она жила в быту русского купечества в середине XIX века, лучшее доказательство того, что скомо­рошьи традиции не были уничтожены. Разве Любим Торцов не подражает скоморохам, говоря свои рифмованные шутки и прибаутки? Сцена медвежьей потехи имеется в опере Н. А. Римского-Корсакова «Сказание о граде   Китеже».   Отражение скоморо­шества есть во многих других произведениях русского искусства.

Скоморошьи традиции оказали значительное влияние и на развитие русского цирка. Скоморохи впервые утвердили комедийный сатирический диалог и монолог, который впоследствии войдет составной частью в русскую клоунаду. Скоморохи соеди­нили дрессировку зверей (медведей) с сатирическим коммента­рием. Это также найдет свое отражение в русском цирке. Ско­морохи показывали номера акробатики, жонглирования, эквилибристики, дрессировки животных, которые впоследствии, все более и более совершенствуясь,  войдут в репертуар   русского цирка. Вот почему, говоря о русском цирке, мы рассматриваем в качестве его истока творчество скоморохов, содержащее наряду с театральными также и цирковые элементы.

Но правящие классы не только стремились уничтожить ско­морохов, они хотели подчинить их своим идеологическим зада­чам, заставить служить своим классовым целям. Преследуя и уничтожая скоморошество, царь, князья и бояре одновременно создают свои штаты шутов. Так же будет и с театром: всячески преследуя народную драму, царь Алексей Михайлович в 1672 году создает придворный театр, имеющий целью быть проводником идеологии царя и высшего боярства. Царь и бояре привлекают скоморохов во дворец и здесь заставляют их служить своим целям. Так рождается особая форма скоморошества — шутовство.Первые известные упоминания о придворных увеселителях относятся к XI веку. В житии «преподобного» Феодосия говорится, что однажды Феодосий, явившись в покои князя Святослава Ярославовича, застал у князя «...многих играющих перед ним свои гуслиные гласы» и всячески увеселяющих князя.

Но до конца XV века шутовство не получило широкого развития. Лишь при Иване III (1462—1505) шуты заняли значительное место в жизни дворца. Еще большее развитие получили шуты при Иване IV Грозном (1547—1584). Имел шутов и царь Федор (1584—1598). При царе Михаиле Федоровиче был организован специальный «потешный чулан» (позже — «потешная палата»). Среди шутов были и острословы, они носили имена шутов-«дураков», потому что всякое глумление, смехотворство признавалось в чинном и степенном боярском обществе чем-то вроде ребячества и глупости. У таких шутов часто за видимой глупостью скрывались ум и злость, умение сказать такие вещи, какие обычно говорить не надлежало, и от их шуток многим делалось не по себе.

Подобные шутки часто использовали в политических целях, заставляя шутов говорить то, что нужно было царю или боярину. Особенно к этому прибегал Иван IV, а впоследствии Петр I. Он даже организовал специальный «Всепьянейший и всешутейший собор» — явную пародию на церковные соборы. Эта пародия была особенно понятна и остра во время борьбы Петра с высшими церковными властями за утверждение примата государственной власти над властью церковной. Но главное место в репертуаре шутов занимала все же не сатира, а номера, вызывающие самый грубый смех. Современники рассказывают, что любимым развлечением царя Федора были кувыркающиеся и поющие разные песни карлики. Шуты и «дураки» вызывали смех необычайными словами или поступками, иногда слишком глупыми, иногда, наоборот, слишком «умными». Конечно, самый грязный цинизм здесь был возможен и даже вызывал одобрение.

Помимо шутовства, царь и его окружение знали также и другие развлечения циркового характера. Со времени царя Федора в Москве были львы, содержавшиеся в специальном львином дворе. Эти львы предназначались для травли и обозрения. В 1619 году к царю Михаилу Федоровичу явился рязанец Григорий Иванов. Он вывез льва из Персии и давал с ним представления. Это был первый укротитель львов в России. 12 июня 1625 года вожаки слонов (слоновщики) Чан Ивраимов и Фотул Мамутов показывали царю «слоновую потеху», то-есть работу индийских слонов. В 1627 году эта потеха была повторена. Выступали также силачи. В 1634 году некий Петр Иваногородец тешил государя тем, что, обвязав бревно ремнем, носил его в зубах. Подобные «увеселители» часто тоже назывались шутами.

Шуты имели особый костюм: они носили однорядку татарского покроя из красного сукна, лазоревый опоясок, шапку с зеленым верхом и лисьим околышем или валеный колпак и красные сапоги. А иногда, вероятно, пародируя западные моды, шуты надевали полосатые костюмы, отсюда идет даже поговорка: «Ах ты, шут полосатый». В руках у шутов была палочка с бычьим пузырем на конце, в пузыре был горох. При ударах этой палочкой раздавался треск. Про шутов говорили: «Шуты гороховые». Шуты играли некоторую прогрессивную роль, нападая на реакционное боярство и духовенство, поэтому они тоже подвергались гонению со стороны церкви, хотя и гораздо меньшему, чем скоморохи. Но, служа правящим классам, шуты никогда не могли подняться до той степени социальной сатиры на эти классы, до которой поднимались скоморохи. Наоборот, их высокие покровители искореняли из репертуара шутов все то, что являлось проявлением народной сатиры. И чем дальше, тем чаще шутов заставляли смешить публику самыми незамысловатыми пустяками, отказываться от подлинной сатиры.

Так, уже с древних времен намечаются два направления в развитии русского цирка: направление демократическое, утверждаемое скоморохами, и противостоящее ему шутовство, развивающееся во дворцах царя и бояр.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100