В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

РЕПЕРТУАРНЫЙ СБОРНИК

ВИТАЛИЙ ЛАЗАРЕНКОВИТАЛИЙ ЛАЗАРЕНКО

ПЯТНА ГРИМА / В.Лазаренко /
Москва – 1922г.


И у шута минуты скорби есть /Памяти Анатолия Леонидовича Дурова посвящаю/

ВЫ И Я

Игровой шутки вы сейчас, конечно, ждете, -
Прыжков высоких и сатиры фраз,
Но ошибаетесь, сограждане, в расчете:
Я не веселое вам расскажу сейчас.
Я вам скажу открыто, с сердцем чистым
О том, как трудно быть артистом,
О том, что уж давно меня гнетет,
О чем всегда я думаю неудержимо
В часы, когда кладу в уборной пятна грима
Пред тем, как на манеж идти смешить народ.
Быть может, здесь, средь музыки и блеска
И неуместно вам всю душу мне открыть,
Но знайте же, сограждане, я резко
И беспощадно буду говорить.
Я говорю себе с улыбкою печальной: -
Кто может оценить твой непосильный труд?
Ну, что ты для толпы крикливой и случайной?
Ты только шут, фигляр, герой на пять минут.
Приятны ей твои лихие кувырканья,
Порою рассмешит ее твой острый стих,
Но нету дела ей до твоего страданья,
До радостей и горестей твоих.
Покуда ты здоров - партеры, галлереи -
Рукоплесканиями цирк гремит,
Но только заболей, сломай на сальто шею,
И ты уже покинут и забыт...
Да, да, о, граждане, не к Вашему стыду ли,
Признаться в этом сами Вы должны,
Где были Вы тогда, как я упал с ходулей
С восьмиаршинной вышины?
Где были Вы, когда в печали
На койке я валялся в госпитале
С разбитым черепом, едва-едва дыша?
А только к Вам пришел я здравый,
Вы закричали бис. Вы заорали браво.
И мой смеялся рот, но плакала душа.
Под вечер, отдохнув от всяческих делишек,
Чинуша и совбур, красоточка и франт
Из кошельков тугих своих берут излишек,
Чтоб жалкие гроши швырнуть за мой талант,
К чему огонь святой, принесший мне мученье,
Опасный мой прыжок и даже каждый шаг?
Зачем я трачу вдохновенье,
Чтоб сытых насмешить зевак?

И, расходясь домой, вы цедите сквозь зубы:
- "Пожалуй, он смешон, но шутки слишком
грубы
И мало выкинул он штук".
Критиковать легко, попробуйте-ка сами,
А знаете ли вы, что я не сплю ночами,
Обдумывая каждый трюк.
Мне скажут так: зачем ты выбрал цирка кровлю?
Как будто мало есть доходных теплых мест!
Бросай свои прыжки и открывай торговлю.
Но нет, мне тяжело, но я несу свой крест,
И мог бы сотни раз уйти отсюда смело,
Но до безумия люблю свое я дело,
И лишь в искусстве счастья я найду.
Вам, на меня глазеющим из ложи,
Вовеки не понять священной этой дрожи,
С которой на арену я иду.
Пускай Вам кажется, что вы меня купили,
Но на манеже я ваш властелин,
Вот почему я не щажу усилий
И буду циркачем до старческих седин.
И в дни, когда давно не будет вас на свете
И я погибну сам в какой-нибудь дыре,
С улыбкой обо мне, быть может, ваши дети
Своей расскажут детворе.
В вас мелко все, - и помыслы, и чувства, -
Для вас мещанство - цель, а счастье - в рубле
И я на крыльях своего искусства
Счастливей вас, ползущих на земле.
Я кончил все, примите, как хотите,
Кричите мне ура, устройте мне скандал,
Начните хлопать, засвистите,
Но все-таки в глаза я правду вам сказал.

ШУТ

Друзья, пред вами шут. Пока еще подмостки,
Пока театр и цирк не отданы на слом,
Я буду-властвовать, блистательный и хлесткий,
В дурацком колпаке, со звонким бубенцом.
Пройдя через века и пытки и гоненья
Свободы пламенной глашатай и трибун,
Я стар был - за века до вашего рожденья
И через сотню лет, как нынче, буду юн.
Нелепы, может быть, прыжки мои и песни,
Но твердо я иду по твердому пути.
Я - сказочный бальзам, я - врач на все
болезни:
Таких лекарств, как я, в аптеках не найти.
Отец мой - это труд, а мать моя - забава,
Я ж - весельчак, актер, неучащий ролей,
Я шуткой вел народ к вершинам гордой славы,
Сатирой низвергал ничтожных королей.
Не раз от нежности душа моя дрожала,
При виде бедняка, я - вместе с ним рыдал,
Но для врагов страны я - бич, я - злое жало,
И горе тем, кто вдруг мне на зубок попал.
Теперь, когда народ идет к борьбе и счастью,
Нам, клоунам-шутам, привольней стало жить,
Но, знайте, не дрожим мы рабски перед властью
И правду ей в глаза умеем говорить.
………………………………………………………

Пусть я держу в руках не меч, а погремушку,
Но звон ее сильней, чем сто колоколов…
Я все почти сказал. Мы поняли друг дружку.
Итак, скорей начнем, довольно праздных слов.
Сейчас, друзья, начну я представленье,
Я, правда, задержал вас на одно мгновенье,
Но объяснил зато, что значит слово "шут".

ФИНАЛ

Финал. Оркестр умолк. Из лож и галереи
Спускается толпа, шумя и споря, вниз.
Насытившись, они спешат уйти скорее.
Манеж уныл и пуст. Окончен бенефис.
Тогда по лестнице домой в свою обитель
С усталостью в душе, с сигарою во рту,
Покорный ваш слуга, ваш раб, ваш повелитель,
Спускаюсь я в ночную темноту.
Иду. Дошел, Звоню. Освободясь от шубы,
Вхожу в свой кабинет - уютно и тепло.
Беру стакан вина, цежу его сквозь зубы
И думаю: - "Ну, что ж? на этот раз сошло".
И вдруг стрелою мысль проносится в сознаньи:
"А что, как пощадит, шутя, тебя судьба.
И, несмотря на все прыжки и кувырканья.
Ты не сломаешь ног и не проломишь лба? "
Ты слышишь тихий звон. Часы свои на
стенке
Пробили два часа. Скорее дай ответ:
Что будешь в этот час ты делать, Лазаренко.
Когда ты будешь стар, когда ты станешь сед?
Вздыхать в слезах о том, что песенка уж
спета,
О прежних пышных днях бесплодно вспоминать,
Любовниц умерших перебирать портреты
И пожелтевшие рецензии читать,
Бродить беспомощно по сумрачной квартире,
Ласкать в коробочке полуистлевший грим
И знать, что никому ненужный в этом мире
Ты землю тяготишь присутствием своим.
Как я, в лихом прыжке летевший метеором
Из-за кулис, в тоске, судьбу свою кляня,
Когда-нибудь следить ревнивым буду взором
За юным смельчаком, что заменил меня.
И после плетусь домой, кряхтя и плача
И на плечах неся прожитые года.
Беззубый старый клоун, истасканная кляча,
Раздавленный червяк…
Довольно, Никогда.
Вот эти мускулы - они еще стальные.
Вот в атом сердце жизнь трепещет и кипит.
Дa, умереть хочу я в годы молодые,
В часы, когда мой цирк от вызовов гремит.
Сорваться с купола, упасть с "Аэроплана",
Низринуться с ходуль, окончить жизнь прыжком,
Пусть лучше говорят - "он умер слишком рано" –
Чем прозябать докучным стариком.
И в свой последний час, очнувшись от ушиба,
Я вспомню, что себе такой конец желал,
Окинув взором цирк, скажу судьбе:
"Спасибо".
В последний раз вздохну
и прошепчу: "Финал".

АЛИМЕНТЫ
/1924г./


В номере высмеивались злоупотребления по алиментам и явная незаконность целого ряда алиментных исков.
На манеж ставился стол, за ним помещались три униформиста, изображавшие судью и судебных заседателей, сам Лазаренко выступал в качестве ответчика.
- Вы гражданин Лазаренко? - спрашивал судья.
- Я, - отвечал Лазаренко.
- Вы у гражданки Новиковой были?
- Был!
- Кофе пили?
- Пил!
- Платите алименты.
- Да за что же?
- За ребенка.
- Да за какого?
После долгих пререкательств суд выносил решение: "Взыскать с Лазаренко алименты". И тот уходил, разводя руками и повторяя: "Были?" - "Был?" - "Пили?" - "Пил!" - "Платите!"

АРКАШКА-НЕУДАЧНИК или ИВАН В ДОРОГЕ / скетч /

…Старый цирковой скетч, в котором нищий-бродяга решает стать цирковым
артистом и предлагает свои услуги директору бродячего цирка последовательно превращаясь в акробата, балерину, фокусника, куплетиста и так далее. Обычно этот скетч играют так, чтобы всеми способами рассмешить публику, прибегая к любым фортелям. Лазаренко вел скетч иначе: его герой был изголодавшийся, настрадавшийся человек, решившийся на последнее средство - попробовать устроиться в цирк; и все его нелепые прыжки и кривлянья в этом скетче вызывали не только смех, но и жалость к человеку, идущему на унижения ради куска хлеба.

/дополнение/

Фабула скетча такова. Директор цирка намеревается набрать артистическую труппу, и в качестве помошника он первым принимает на службу Аркашку. С этой минуты Аркашка-неудачник, развивая бурную деятельность и, конечно, стараясь угодить своему хозяину, вносит в дела ужасную неразбериху. Он путает фамилии/ жанры, вступает в перебранку с хозяином и артистами, вмешивается в номера. Кончается тем, что несчастный в прямом и переносном смысле вылетает с работы.
Лазаренко подкупающе играл не только великого путаника, но и обездоленного человека. Например, получив место помощника, Аркашка тут же добывал чайник, полный кипятка, и огромный каравай хлеба. Разговаривая с хозяином и артистами, он лихорадочно уплетал еду.

АТЛЕТ

Шестеро униформистов с трудом выносили на манеж внушительных размеров черную штангу. Под громкие, умышленно фальшивые звуки туша в
Оркестре на манеже появлялся нелепый до смешного атлет. Закулисная подготовка к этой короткой, но взрывной пародии занимала довольно много времени: комик подклеивал утрированные брандмайорские усы, подвязывал к икрам, животу и коленным чашечкам специальные толщинки, которые, выпячиваясь из-под трико, придавали его фигуре потешно-карикатурный вид. Гордо выкатив грудь и вскинув голову, "геркулес" совершал с "победоносной" тайной круг почета, побрякивая регалиями - металлическими ложками, сковородками, кружками, висящими вместо медалей на голубой ленте через плечо. С комичной натугой он брал вес, однако злополучная штанга выскальзывала из рук и разлеталась вдребезги. Дюжина кошек, которыми были начинены "диски" /их делали из цветочных горшков самого большого размера/, оказывались на свободе. Животные ошалело метались по манежу, вызывая гомерический хохот.

ВСЕСОЮЗНАЯ ВЫСТАВКА ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕНКО

1923г. к дню открытия Первой сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки СССР.

Номер строился на поочередной демонстрации различных экспонатов, сопровождаемой небольшим стихотворным комментарием. Показывая, к примеру, поросенка, он говорил о свинстве. Гусь, которого он держал в руках, давал повод для рассуждений о природе лапчатых гусей, "каких найдешь в синдикате иль тресте, с него говорят, взятки гладки, зато сам он обожает взятки... пока живет в полном покое, но ясно, что угодит в жаркое...".
Обращаясь к образам животного мира, клоун по-басенному остро критиковал явления общественной жизни. Два петуха, черный и белый, лишь только артист выпускал их на опилки манежа, затевали отчаянную драку, которую он истолковывал как непримиримую вражду двух направлении в русском православии, между так называемой "живой церквью" и "мертвой", между сторонниками патриарха Тихона и преосвященного Антонина, Надо было видеть, как бурно реагировали зрители на яростную драку черного и белого петухов, воспринимая ее как метафору, посрамляющую мракобесов, - это был смех узнавания. Дело в том, что каждый помнил ту скандальную грызню, которую учинили церковники на недавнем поместном соборе, и потому заключение шута, что "и те и другие все равно мертвы", встречалось шумным одобрением.



"ГДЕ ОН?.. ГДЕ ОН?"

Шпрехшталмейстер спрашивал рыжего:
- Ты что это так расфрантился?
- Вечером иду к невесте.
- Ах вот как! А сколько же лет твоей невесте?
- Восемнадцать... с хвостиком.
Завязывался разговор о возрасте невест, с соответствующими интонациями и мимической игрой:
- Когда девушку сватают в восемнадцать лет, она,- спрашивает о женихе: "А каков он собой?" В двадцать лет девушка спрашивает: "Кто он такой?"
- Ну а в тридцать?
- А в тридцать: "Где он?.. Где он?. "

ДОЛОЙ ХУЛИГАНСТВО! (1927г.)

…Артист остановился на больших масках, изображающих отвратительное
мурло хулиганства. Были изготовлены огромные бутафорские головы, вздетые на палки, а палки прикрыты длинными рубахами. Таким образом получались гигантские, в два человеческих роста фигуры мерзкопакастных архаровцев. Номер был решен в приемах злободневной агитки, выставлял на публичное осмеяние "бич нашей страны, трех потомственных представителей хулиганствующей шпаны" Красный шут демонстрировал и уничтожающе едко аттестовал распоясавшихся дебоширов, пьянчуг, сквернословов, насильников и воров: "Этот самогонку хлещет - дай боже! Тот по ночам раздевает прохожих". Под звуки блатной песни "Мурка" эти чудовищные персонажи из какой-то фантасмагории бесчинствовали, приставали к зрителям…
Возмездие, однако, настигало отпетых головорезов: из всех четырех цирковых проходов появлялись подтянутые, собранные, решительные юноши, олицетворяющие сплоченность граждан, готовность покончить с хулиганством, в руках у них плакаты с выдержками из 176-й статьи Уголовного кодекса РСФСР. Они окружали заметавшихся в страхе верзил: только что такие наглые, те все уменьшались и уменьшались в размерах и наконец, зажатые в кольце отваги и негодования, превращались в жалких карликов. Пигмеи-головастики метались по манежу под свист клоунского кнута на потеху зрителей, низвергавших своим смехом колоссов на глиняных ногах.

ЗАСЕДАНИЕ ГОРОДСКОЙ ДУМЫ

ОБОЗРЕНИЕ дореволюционной провинции


На манеже, ближе к выходу устанавливали длинный стол, покрытый зеленым сукном. За ним - гласные /шестеро униформистов/. Клоун - за председателя. Играл в карикатурных тонах, представляя этакого краснобая пустомелю. Звонил в колокольчик: "Сегодня у нас экстренное предварительно-совещательное заседание по вопросу возникновения тезиса для определения приблизительной надобности проведения полуреформ с целью ослабления влияния некоторых принципов во взглядах на отправление дачных поездов..." И еще долго нес подобную тарабарщину. "Всем понятно? - спрашивал председатель, заканчивая вступительную речь. - Непонятно? И мне
тоже"
Далее в том же духе бичевался ряд общественных в городе недостатков. Председатель, к примеру, с деловым видом предлагал гласным, сидящим безмолвно за столом, точно пешки, увеличить год на... десять дней, то есть считать в году не 365 дней, а 375, дабы лишние десять суток употребить на обсуждение городских нужд. Поднимался вопрос и "о принятии мер против ароматов ассенизационных обозов". Решение: "Приобрести миллион пудов ваты для выдачи населению, затыкающему носы пальцами..."
Принимались и другие решения подобного же рода, скажем о поливке улиц: "...не поливать до скончания века, дабы можно было приезжающим в наш город пускать пыль в глаза..." Потом председатель зачитывал проект резолюции по рабочему вопросу: "Ввиду того, что нужда в городе увеличивается вследствие роста числа безработных, Дума постановляет: "Наделить всех умирающих с голоду участками земли на местном кладбище..."

МОСКОВСКАЯ ПАНОРАМА

ОБОЗРЕНИЕ


Форма райка. Лазаренко предстал как раешник балагур-скоморошник.
Артист рассказал, "как Москва поживает и что в ней сейчас бывает". Объектами сатиры были те, кто "в трудную годину для страны - собственной лишь выгоде верны". Он бичевал "самогонщиков-миллионщиков", спекулянтов и "трудовых дезертиров, которых ведут на казенные квартиры", "баб с молочными бидонами, что ворочают миллионами". В обозрении сатирически освещались теневые стороны тогдашней жизни: трамвайная давка, бюрократическая волокита при распределении ордеров на товары: "Просителей гоняют с Покровки на Петровку, с Мясницкой на Никитскую". И в результате всех мытарств "удалось достать ботинки лишь на Сухаревском рынке: за три тысячи рублей... пару новеньких лаптей". А ордер рассказчик "в рамку вставил и в музей редкостей отправил".
В заключение артист горячо и взволнованно обращался к зрителям, призывал всех "на трудовой фронт, на транспорт и ремонт, не тратя зря слова, "пилить на зиму дрова, чинить паровозы и вагоны, везти на фронт патроны, чтобы сгинули паны и бароны".

ОТСТАВНОЙ ПОЛКОВНИК ПЕТР ПЕТРОВИЧ САМОВАРОВ

СКЕТЧ


Лазаренко играл придурковатого лакея Жана, находящегося в услужении у взбалмошной барыньки-вдовицы. В зтой роли Виталий Лазаренко беыл необычайно смешон. Комизм скетча строился на распространенном в народном ярмарочном театре конфликте: бары и слуги не находят общего языка. Образ Жана из этого фарса /возможно, завезенного из Франции и переделанного на русский лад, как было сплошь да рядом/ наделен духом протеста против господ, протеста, который он хитро прячет под личиной скудоумия, насмешливое отношение слуги к хозяйке проявлялось буквально с первых же реплик.
Барыня, например, говорила, что была на балу. Жан притворно ужасался: "На колу? Да за что же тебя, бедную, на кол-то посадили?" Сказавшись утомленной, госпожа ложилась на софу, строго наказав слуге, кто бы ее ни спрашивал, отвечать: "Барыни нету дома". Но едва она вздремнула, как Жан, отставив веник, растормошил спящую:
- Значит, говорить всем, что вас нету дома?
- Я сойду с ума с этим человеком! - стонала хозяйка. -
Уходи отсюда сейчас же!
Жан удалялся на цыпочках и неожиданно налетал на ведро, и оно катилось с оглушительным грохотом. Барыня в отчаянии заламывала руки и прикрывала голову подушкой... Стук в дверь. Голос за кулисами: "Барыня дома?" Недотепа снова будил хозяйку:
- Барыня... Барыня, спрашивают: вы дома или нет?
- Боже мой. Да ведь я же тебе сказала: нету меня. Нету!
Жан кричал за дверь:
- Барыня говорит, что ее нету...
- Из-за дверей слышалось:
- Идиот! Скажи, что приехал коллежский асессор.
Жан снова будил госпожу:
- Барыня, там приехал колесник и слесарь...

ПОХОРОНЫ СУХАРЕВКИ /1920г./

Клоун выходил на середину манежа и разыгрывал короткую комическую прелюдию: срывал с головы шапчонку и, трагически понурясь, объявлял скорбным голосом, едва сдерживая рыдания: "После тяжелой и продолжительной болезни… наконец-то скончалась... мадам Сухаревка"... Якобы не в силах превозмочь горе, он глухо всхлипывал: "Похороны назначены на сегодня... Под звуки музыки /недавно обретшей огромнейшую популярность "Яблочко" было аранжировано в похоронный марш/ униформисты несли гроб по кругу, на крыше которого стояла лаконичная надпись: "Сухаревка". Следом плелась с траурными повязками на рукавах, с венками и свечами толпа фигляров и паяцев; в отчаянии они рвали на себе волосы и выпускали из глаз клоунские фонтаны слез... Красный шут громко провозглашал: "Конец Сухаревской спекулятивной концессии, или самая веселая похоронная процессия". Музыка переходила на разухабистый лад, а шествующие за гробом, побросав погребальные атрибуты, пускались отплясывать ''Яблочко".

/дополнение/

...Оркестр в очень медленном темпе играл "Яблочко". Униформисты, переодетые спекулянтами, несли гроб, а сзади шли рыжие клоуны, держа в руках вместо букетов веники, и плакали, причем слезы у них били фонтанами на метр, а рыжие парики вставали дыбом. В то время, пока траурная процессия проходила по кругу арены, Лазаренко читал:

Вот спекулянт с лукавым взором
С весьма загребистой рукой.
Всем торговал он - шоколадом,
Крупою, яйцами, мукой.
С людей драл шкуру без утайки.
Но вот попался, и теперь...
По предписанью Чрезвычайки
Ему в тюрьму открыта дверь.

ТРУБОЧИСТ И ПОДРУЧНЫЙ

/Трубочист был Григорас, а он, Виталий – подручным/

Они появлялись в манеже чумазые, перепачканные сажей /перед выступлением юный артист гримировал лицо, шею и руки смесью из жженой пробки и пива/. На головах у обоих драные цилиндры - непременная деталь производственной одежды трубочистов. Вертлявый подручный нёс на плече прокопченную лесенку и черное ведро с метелкой. /.../ Подручный, каким его изображал начинающий комик, был плутоватым малым, то и дело подстраивающим мелкие козни своему нерасторопному мастеру: смешно подшибал лестницей, задевал, якобы нечаянно, метелкой, надевал на голову ведро.
Пантомима органично перемежалась быстрыми акробатическими комбинациями, и в конце номера крепыш подмастерье утаскивал на плече измочаленного мастера.

УЧЕНАЯ СОБАКА

…Клоун выносил в манеж странный чемодан, из которого торчали голова и хвост.
- Как ты смел явиться сюда, - рыкал шпрехшталмейстер, - с какой-то паршивой собакой!
- Это не паршивая, а ученая собака.
- Что же она умеет у тебя делать?
- Умеет по команде вертеть хвостом.
- И ты, рыжий, можешь это показать нам здесь?
- Пожалуйста. Под какую музыку желаете?
- Под "Ой-ру".
- Эй, клейстер-капельмейстер, запузыривай "Ойрочку".
Звучала музыка, и пес, запертый в чемодане, задорно крутил хвостом в такт игровой мелодии. Артист горделиво раскланивался, а затем, обнаружив пыль на чемодане, совершенно неожиданно выдергивал собачий хвост и принимался орудовать им, точно веником. Чемодан вдруг раскрывался, и оттуда выскакивал куцый бульдог.

ЦИРК ПОД ВОДОЙ

Шпрехшталмейстер требовал от бенефицианта показать объявленный в афише аттракцион "Цирк под водой". Комик, ясное дело, дурашливо увиливал, но, припертый к стене, сдавался: "Ладно уж, как говорится в пословице: "назвался груздем", полезай в... кусты". Рыжий доставал из жилетного кармана огромные часы, с которыми разыгрывал длинную интермедию, используя их как повод для шуточных реплик, вроде: "Вот черт, остановились, точ-в-точ как починка тротуара на такой-то улице…Т
Потеряв терпение, блюститель цирковых порядков напускался на клоуна:
- Ты уверял, господина директора, что покажешь небывалое
зрелище - цирк в течение сорока минут будет находиться под
водой, так вот, изволь выполнить свое обещание, а не то
мои люди, - указывает он на униформистов, - отправят тебя
как злостного обманщика в участок.
Перепуганный рыжий командовал;
- Ермолай, опуща-а-ай!
Из-под купола опускалось на веревке ведро, полное воды. Бенефициант с комично-важным видом подходил к нему, выплеснув горсть-другую, громогласно провозглашал:
- Ровно сорок минут весь цирк находился под этой водой…

"ЧЕЛОВЕК ВОЗДУХА"

…Странный человек – с помятой физиономией и в еще более помятом цилиндре, видавшей виды визитке и клетчатом жилете, в брюках, свисающих гармошкой, появлялся на манеже, но не из артистического выхода, а из главного, появлялся тихо, как-то малозаметно в отличие от шумливого вторжения в манеж прежних рыжих, какими играл их Лазаренко. Актер подчеркивал этим, что он здесь лицо случайное, забрел на огонек, двери были настежь...
Человек плелся через манеж - руки за спину, под мышкой суковатая палка, голова понуро свесилась. И вдруг на его пути вырастала стена ливрейных униформистов. Только теперь замечал этот горемыка, куда занес его ветер... Оглядывался вокруг и принимался бесцеремонно рассматривать первые ряды, долго и пристально, так, что это уже начинало забавлять публику; потом подозрительно воззрился на ложи, где обычно восседает городское начальство, по кислой гримассе пришельца бьло видно: зрелище это ему не по вкусу; затем глядел на галерку и обрадованно осклабивался: свои, родные... Вертя головой, по-свойски подмигивал: дескать, не робейте, братцы.
Этим довольно продолжительным мимическим вступлением
артист устанавливал контакт с публикой и начинал веселый монолог, который, по сути, нес в себе функции автохарактеристики. Обращаясь к галерке, он произносил без тени уныния, даже как-то весело и лихо: "Эх, жизнь была... "
И помятый человечишка разъяснял, задумчиво очищая рукавом свой цилиндр: "Приоденешься, бывало /горделиво надевает цилиндр/, - застегнешь визитку и идешь себе по Садовой до..." /назывался адрес местного кладбища/. С помощью своей палки артист пантомимой изображал факельщика на похоронной процессии. /.../
Непокорный босяк, с озорным нравом, колкий и плутоватый, все время нарушал цирковые порядки: курил где не положено, пытался слямзить мячи у жонглера, обещал исполнить опасный трюк на трапеции и отлынивал. Выведенный из себя строгий шпрех подступал к нарушителю, угрожал дать команду своим молодцам: "0ни живо сволокут тебя в участок!.." И случалось, что дружина плечистых молодцов в оранжевых ливреях по его команде кучно наступала на плута, вынужденного искать спасения на галерке, здесь был его опорный пункт. Он постоянно апеллировал к "поднебесной" публике. Когда собирался надуть барина, подмигивал райку: дескать, гляньте-ка братцы, как я сейчас обморочу этого умника... Дерзкие столкновения оборванца с хозяином цирка необыкновенно импонировали галерочной публике - народные симпатии всегда на стороне обездоленного.

ЧИСТКА МОСКВЫ / форма лекции /

Актер языком цирка рассказал "по существу как чистили недавно матушку- Москву" от нетрудовых элементов и всяческой дряни, "дела у милиции на лад идут, когда на улицу ни взглянешь - кого-нибудь ведут. То спекулянт переживает драму, то дезертир, то жилотдельский спец. И вот сегодня, наконец, арестовали эту даму..." При последних словах клоуна манеж пересекала живописная группа: в сопровождении двух милиционеров ковыляла крупнотелая бабенка, сплошь увешанная бутылками, металлическими змеевиками и бачками. Фигура самогонщицы была подана карикатурно: она шла, комично озираясь, спотыкаясь, грозя кому-то кулаком.
В этом номере органично сочетались стихотворный монолог и куплеты. Бывшему обладателю роскошных хором в восемь комнат пришлось сменить адрес. Прижав к груди подушку, он жалобно выводил:
"Ты прощай, моя квартирка. Здравствуй, матушка-Бутырка".
Не менее грустно заливался и высланный валютчик:
"Я - жертва чьей-то страшной мести... Прощай, Москва, мой светлый рай! Червонец наш стоит на месте, А я скачу в Нарымский край".
Клубный арап, промышляющий по казино игрой в рулетку, и женолюбивый председатель некоего треста окруженный веселенькими секретаршами, - все они с музыкой вылетали из Москвы, и песенка их, как говорится, спета.

В СОДРУЖЕСТВЕ С Н.А.АДУЕВЫМ

ЕВРОПЕЙСКАЯ ГОВОРИЛЬНЯ ИЛИ ЯЗЫК БЕЗ КОСТЕЙ
/1932г./


"Европейская говорильня, или Язык без костей!" - объявлял клоун.

Товарищи! Прежде чем выкину коленце я,
Разрешите парочку слов сказать.
Европа созывает конференции,
Чтобы что-то от чего-то спасать!
Заседают, просиживают штаны,
Орут, визжат и бесятся от жира,
С виду спасают мир от войны,
А на деле - спасают войну от мира.
Итак, товарищи, внимание!..
И далее под председательством шпрехшталмейстера разыгрывалась сценка, по ходу которой клоун выступал то от лица французского представителя Суп-Жульена, то германского и американского представителей. В конце на это собрание приходил делегат от Советского Союза. Его роль тоже играл Лазаренко.

Мы единственная страна света,
У которой кризиса нету!
Значит, вывод ясен и прост:
У вас - разруха, у нас – рост.
Вы нас хотите спросить:
Как безработицу прекратить?"
Оставьте нас с этим вопросом в покое,
Ибо мы не знаем, что это такое...
Бросьте попытки войны против нас.
С нами ваш же рабочий класс...
Вас сумеет рабочая рать
Перепрыгнуть, догнать и перегнать!

И после этого следовал один из сложнейших прыжков, которыми славился клоун.

МЕТРО

Мы говорили: "От стыда
Я рад сквозь землю провалиться!"
Теперь в сияющей столице
Такая фраза - ерунда!
Теперь иначе говорится:
"Я рад сквозь землю провалиться,
Чтоб восхищаться и гордиться
Плодами общего труда! "

Далее клоун зачитывал по "Книге записей" отзывы различных деятелей о метрополитене. Например, "Пишет иностарнный рабочий: "Чтобы построить такое метро под землей, надо прежде устроить Октябрь на земле!" /реприза "Книга записей написана М.Вожаниным./

РАДИОСАТИРА / Н.Адуев /

/1922г./


Клоун выносил на манеж некое устройство с микрофонами и наушниками. В коротком стихотворном вступлении он сообщал, что может посредством радио связываться со всем миром. Затем просил в микрофон соединить его с Англией. "Это Лондон? - Разбитной шут подмигивал галерке, дескать, погоди-погоди, сейчас и не то услышите. - Дайте дворец. Соедините с кабинетом короля... Здравствуйте, король. Нет, это не из Кремля. Кремль с вами не станет говорить. А вот я, Лазаренко, хотел бы спросить, что поделывает ваш друг Керзон? Что говорите?.. Ах, почтенный лорд сбавил тон» И теперь лежит полутрупом... Ну, будь ему земля пухом".
Далее клоун соединялся с Калькуттой: "У аппарата Лазаренко, сатирик-шут. Хочу знать, как товарищи индусы живут? Что?.. У вас факиры по улицам бродят день и ночь... У нас тоже точь-в-точь. Мы тоже бродим, как факиры. Почему? Потому, что нет ни у кого квартиры... Почему англичан до сих пор не избили? Что?.. Что? Тьфу! Разъединили..."
Избранный прием позволял артисту соединиться даже... со штабом нечистой силы. "Это черт? Да будет над тобой милость господня. Какие грешники сегодня поступили к вам в преисподнюю? Что? Восемь монахов, три халтурных артиста и сто сорок вычищенных коммунистов... А что делают халтурные актеры? Ах, втроем разыгрывают всего "Ревизора"... А что бывшие коммунисты? Как? Оказались на руку нечисты: устроили съезд сперва, а потом украли у тебя дрова... Что с ними сделать? Вот осел! Бросай их в братский котел! Сваришь хорошие щи. Это очень жирные товарищи".

ПОСЛЕДНИЙ ИЗВОЗЧИК / Н.Адуев /

СКЕТЧ-ОБОЗРЕНИЕ /1924г./


Артист представал в характерном для старой Москвы обличье простоватого возницы, кого было принято называть в прошлые годы ваньками. Стародавний кучер, восседая на козлах самой настоящей извозчичьей пролетки, правда, повидавшей виды, неторопливо въезжал на манеж, то бишь на стоянку, задавал корм своей савраске, нацепив на ее голову торбу с овсом, и, подобно сотням своих собратьев, ожидал пассажира. И пассажир появлялся. Это был шпрехшталмейстер, неизменный участник всех диалогов клоуна. В руках у него чемодан. "Скорее на Павелецкий вокзал!" Поскольку рядом не было конкурентов, а пассажир опаздывал, можно, значит, и покуражиться: "Видишь, кобыла закрыта на обед... А ты как следует попроси Я ведь не какое-то такси, это нынче пошли все "зисы" да "эммы", а я, брат, редкой, старинной системы..." Извозчик лишь поначалу казался сквалыгой. На самом деле он - натура добродушная и прямая. Лазаренко играл, не прибегая к шаржу и не педалируя; его возница представал этаким простецким веселым старичком, который в то же время был себе на уме. Актер наделял своего героя характерными чертами: напевной южной речью, покашливанием, в затруднительные моменты дедок забавно почесывал кнутовищем затылок. Все это делало образ живым и узнаваемым, сообщало ему обаяние.
/Комические трюки с кнутом и вожжами, смешные рассказы, например, как он обучал конягу ориентироваться по светофору. "Но она без очков не видит ясно - на зеленый стоит, а прет на красный..."; о воробьях, которые "стонут без пищи: ведь у такси овса не сыщешь, только кобыла моя еще кое-как и кормит воробья..."./
Кучер, выяснив, что пассажир - человек нездешний, в Москве впервые, охотно брал на себя роль гида. Путь до места не ближний, а словоохотливый извозчик с высоты своего облучка, оборачиваясь назад, то шутливо, то с восхищением рассказывал седоку обо всем, что они якобы видят. Скрипучая пролетка двигалась по арене виток за витком... Вот, скажем, перепланировка центра города: для расширения Тверской улицы была предпринята передвижка зданий. Необычайное событие вызвало много разговоров, по-своему его передавал и возница: "А намедни мы с нею рысцою бредем, а навстречу - огромаднейший дом, несется на нас полным ходом, с жильцами, газом и водопроводом, так кобыла со страхом - бух на колени!.. И пять дней провалялась на бюллетене".
Таким образом, это путешествие превращалось в веселое обозрение Москвы, которое заканчивалось оптимистическими стихами и традиционным прыжком клоуна, сбросившего костюм извозчика.

ДИСКУССИЯ О ВЫЕДЕННОМ ЯЙЦЕ / Н.Адуев /

Короткое вступление: "У нас, москвичей, особая черта - мы любим спорить с пеною у рта. И я без отлагательства представлю доказательства". Дискуссии предшествовала маленькая заставка, нечто вроде пролога. Униформист выносил на тарелочке яйцо, солонку и ложечку. Выпив содержимое яйца, артист швырял скорлупу на ковер. Само собой понятно, что охраняющий цирковые порядки шпрех незамедлительно делал замечание. Между ними разгорался спор, становившийся поводом /заходом/ к последующей дискуссии, каковую клоун проводил в приеме резкого сатирического заострения.
Высмеивались болтуны. О скорлупе, а значит, ни о чем пускались толковать хозяйственник, представитель наркомздрава доктор Микроб Термометрович Шпринцовка и другие.
Высмеивались политические пустомели. К их числу Адуев и Лазаренко относили краснобая и фразера Оппозицкого, имея ввиду одиозную фигуру оппозиционера из антипартийной группировки 20-х годов, выражавшей интересы мелкобуржуазных элементов, враждебных пролетариату. Предыдущие говоруны были трактованы в ключе беззлобной насмешки. Оппозиционного же клоун подавал карикатурно. Вот он, этот жалкий и трусливый оратор, выспренне заявляющий, что намерен дискутировать "по поводу выеденного яйца. И если нет поблизости милиции, то доведет свою речь до конца...". Над этим типом сатирик смеялся едко саркастически.
На тему "Форма и содержание в искусстве и литературе", особо актуальную тогда, выступал некий Конструктив Футуристович Имажиненко. Этот комически оглупленный субьект поучал с апломбом пророка: "Поймите, неграмотная шантрапа, важно не яйцо, а его скорлупа! Яйцо существует только для корма, а скорлупа - настоящая форма. А посему слушай, толпа: несмотря на продукта сего вздорожание, да здравствует форма яйца - скорлупа. И к черту яичное содержание!"
Последним выступал дворник, в белом фартуке, с метлой в руках. Ярый противник пустопорожних разглагольствований и болтовни, от которых "уже нету житья, он заключал этот бичующий фельетон кратким резюме: "И чтобы не было места бессодержательным разговорам и чтобы люди не расшибали себе лбы, я, как заведующий сором, выметаю сор из избы".
/Исполняя такого рода номера, артист мгновенно перевоплощался в сменяющих друг друга типажей. При этом он почти не прибегал к костюмировке, ко всякого рода накладкам, носам, бородам, очкам и прочему. Даровитый лицедей добивался выразительности лишь пластикой тела, жестикуляцией и голосом, меняя интонации, выговор, ритмы, используя акценты и дефекты речи, вроде шепелявости, заикания и тому подобное./

ВИКТОРИНА / Н.А.Адуев /

Клоун выходит на арену, держа в руках огромный бутафорский комплект "Огонька".
Шпрех спрашивает:
- Товарищ Лазаренко! Что это у вас за огромная книга? Лазаренко. Книга эта обильна и велика и содержит полный комплект журнала "Огонек",
Выясняется, что в "Огоньке" напечатана викторина, которой Лазаренко весьма увлекается. Он предлагает шпреху задавать вопросы и сам берется на них отвечать.
Шпрех. Можно начинать?
Лазаренко. Погодите, дайте приготовиться. /Становится на голову./
Шпрех. Что это?
Лазаренко. Это тренировка, массаж мозгов.
Шпрех. Ну, скажите мне, где зимуют раки?
Лазаренко. Этот вопрос из самых простых: раки зимуют у нас в пивных.
Шпрех. Но это не точный ответ.
Лазаренко. Если хотите точнее, так из пивной
Вернитесь пьяным к жене домой,
Когда у вас дело дойдет до драки,
Она вам покажет, где зимуют раки.
Шпрех. Кто дал Гоголю сюжет "Мертвых душ"?
Лазаренко. Отвечаю без промедления:
Канцелярия совучреждения.
Шпрех. Почему?
Лазаренко. Сидят мертвые души и бьют баклуши!
Шпрех. Как имена трех величайших драматургов России?
Лазаренко. Мейерхольд, Мейерхольд и Мейерхольд.
Шпрех. А я думал Грибоедов, Гоголь и Островский.
Лазаренко. А вы посмотрите в театре имени Мейерхольда "Горе от ума", "Ревизор" и "Лес" и поймете, кто автор этих пьес!
Шпрех. Почему кино называется "Великий немой"?
Лазаренко. Потому что там много картин разных
Но главным образом буржуазных...
Шпрех. При чем здесь "Великий немой?"
Лазаренко. А потому что рабочий смотрит на экран с тоской и говорит: великий, но не мой.
/Вопросы и ответы из викторины постоянно менялись в соответствии с политическими событиями и бытовыми злобами дня./

ФЕЛЬЕТОНЫ С РЕФРЕНОМ: "Куда идем, куда заворачиваем":
"Пришей кобыле хвост" –
автор Н.Адуев


"КУДА ИДЕМ, КУДА ЗАВОРАЧИВАЕМ!"

Артист говорил с арены о недавно введенной денежной реформе, о жилищном уплотнении, о непрестанно ползущих вверх ценах, о модницах, что юбки выше колен укорачивают - куда идут, куда заворачивают...

"ПРИШЕЙ КОБЫЛЕ ХВОСТ"

Живой сатирический диалог с инспектором манежа, в котором затрагивались многие вопросы тогдашней жизни. Клоун просил, чтобы на манеж вывели лошадь, а сам тем временем вдевал нитку в иголку. В руках у артиста - длинный конский хвост, его-то он и намеревался пришить кобыле.
- Вы же испортите хорошую цирковую лошадь, - энергично
протестовал шпрех. - Нельзя этого делать!
- Мне нельзя, а другим можно! Вы только посмотрите кругом!
Клоун строил свои ответы по закону комического заострения, на неожиданных выводах: "У нас власть рабочих и крестьян, а на сцене - царь Эдип, царь Федор, царь Салтан, принц Гамлет и принцесса Турандот и еще один царь Мидас. А ведь рабочий класс недавно отправил царей на погост. Вот это и называется - пришей кобыле хвост..." Доставалось и хапугам, и директору треста, сажающему родственников и друзей на теплое место. Й хотя своячок с подчиненными груб и дело не знает ни в зуб, но... занимает ответственный пост. Это и есть - пришей кобыле хвост...
Высмеивались и болтуны, распускающие слухи, "исполненные такой тупости, что даже лошадь - видите - и та не выдерживает глупости..." Специально выдрессированная кобыла "угрожающе" надвигалась на шута, и тому ничего не оставалось, как спасаться бегством. Возмездие все же настигало незадачливого "пришивателя хвостов": конь отдирал зубами от клоунского пиджака полу.

В СОДРУЖЕСТВЕ С В.И. ЛЕБЕДЕВЫМ-КУМАЧОМ

ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ


Лазаренко в образе нахрапистого, бесцеремонного субъекта появлялся из публики и вступал в шумную перепалку с ведущим программу, восхвалял себя и требовал почестей на том основании, что в двух газетных заметках его назвали героем. Он читал их вслух: "Вчера в столовой "Красная заря" произошел скандал. Его героем явился гражданин Антон Самохвалов."
Для подтверждения своего геройства Самохвалов приглашал супругу: "Эй, жена, поди сюда! Всю правду про меня открой. А то не верят, что я герой..." Под разухабистую музыку на манеж с противоположных сторон выплывали две странные особы-огромная поллитровка и под стать ей игральная карта.
- Которая же из них ваша жена? Быть может, обе?
- Ну да, обе. У честного летуна в каждом городе жена...
В финале клоунады рабочие парни - униформисты взваливали
этого "героя" на тачку, вручали рогожное знамя позора и отвозили его прямехонько в… "Утильсырье".

ПОКАЗАТЕЛЬНАЯ СТОЛОВАЯ

Говорилось о том, каким не должно быть общественное питание. Лазаренко представал перед публикой в образе нерадивого официанта, наглеца и неряхи, от которого никак не могли добиться толку посетители нарпитовской столовой /их роли исполняли сидящие за столиками униформисты/.

ПОЖАЛУЙТЕ БРИТЬСЯ

Клоун играл вздорную парикмахершу, хамящую клиентам и к тому же, как замечал артист в коротком послесловии, ее "неумелая рука нас часто режет, как быка...".

ТЕПЕРЬ И РАНЬШЕ

Лазаренко изображал ворчуна и брюзгу, которому никак и ничем не потрафить, все не по нему. Шпрех бодро делился своими впечатлениями: только что видел он в парке, с каким увлечением играли люди в городки - прекрасная физическая закалка для трудящихся; семидесятилетний старичок легко управлялся вот такой дубиной...
- Какие теперь дубины... Вот раньше были дубины, так это
дубины!
- А как теперь следят за здоровьем каждого человека: исследуют легкие, сердце, грудную клетку, обмеривают...
- Да разве теперь обмеривают? Вот раньше обмеривали - так обмеривали!
Положительно на все доводы и аргументы у этого ворчуна свое возражение: теперь и жулики не те и дураки не чета былым…

ДРЕССИРОВАННАЯ ЛОШАДЬ

/переделка старого антре/

У Лебедева-Кумача лошадь превратилась в немощную меланхолическую клячу, которая тащила воз со злободневной поклажей, и клоун текущего момента оседлал сию лошадку, чтобы, проезжая по ее адресу, острить на темы московской жизни. Похлопывая комичную бутафорскую конягу, имеющую резвость... два метра в час, балагур сообщал: "И представьте себе, хорошо устроилась... на почту - телеграммы "молния" развозит…

ШЛЯПА

/переделка старого антре/

- Товарищ Лазаренко, - спрашивал шпрех, - что можно сказать, если предприятие выполняет план?
- В этом случае мы говорим - дело в шляпе.
- А если не выполняет?
- Тогда это значит, что шляпа в деле...
Самое веское умозаключение звучало в финале: "И пусть запомнит каждый, что шляпы снимаются".

ПОДАРОК ЗРИТЕЛЯМ...

...На арену выносили ящик, окрашенный в два цвета, в те самые, что и знаменитый костюм Лазаренко. Двухцветным было и все оформление: ковровая дорожка, пьедестал, трамплин и прочее.
После слов отца: "Я вам готовил много лет вот этот дорогой секрет" - из ящика, откинув крышку, легко выпрыгивал юный, широко улыбающийся Виталий-младший, тоже в двухцветном костюме, но по фасону более "молодежном". Бросалось в глаза, что у сына не было характерной отцовской детали - взбитого чуба, словно у молодого петушка, у которого еще не отрос гребень.
Приветственный диалог заканчивался строками, четко определяющими главную мысль о единстве и преемственности поколений.
Сын произносил:
- Пора признать, что мы в конце концов
У стариков науку постигаем.
Я предлагаю лозунг - "За отцов!"
Старший Лазаренко с достоинством отвечал:
- А я у сыновей учиться предлагаю.
- Все то, что получили мы, юнцы, -
- продолжал сын, -
Я говорю: "Да здравствуют отцы!"
- Я говорю: "Да здравствуют ребята!"
Вы, девушки, вы, юноши, для вас
Весь мир перевернул рабочий класс.
Для вас весь мир - огромная арена,
Где нет ни предрассудков, ни оков.
Отцы и матери, любите вашу смену!
- Товарищи! Цените стариков!..
Затем юный артист демонстрировал свои достижения в различных видах циркового искусства: ездил на одноколесном велосипеде по барьеру, жонглировал, играл на ксилофоне марш, удерживал баланс на верхней ступеньке вольностоящей лестницы, исполнял несложные прыжки, сопровождая все это четверостишиями.

СВИНЬИ И ЛЮДИ /ХРЮ-ХРЮ/

Тема решалась приемом сновидения - на арене как бы оживал сон героя.
Клоун, каламбуря, надевал белую куртку и колпак и преображался прямо на глазах у зрителей, как говорят в театре, открытым приемом, в повара, завязкои была фраза: "Ну-с, обед приготовлен, можно и газеткой заняться. Сперва он читал вслух ряд смешных объявлений вроде этого: "Продаются породистые поросята: отец - английский боров, мать тоже порядочная свинья..." Читая газету, повар задремал, и дальнейшее действие разворачивалось уже в сфере сновидения.
Для этого номера были изготовлены крупные свиные рыла, наподобие карнавальных масок: вот хулиганствующая свинья, которая за словом в карман не полезет, а прямо за финкой; вот свинья, разводящая в квартире клопов; а это деловая свинья, которая без дела не сидит, ее всегда за дело сажают; вот Хавронья, мадам Хрю-Хрю, - злоязычница, нашептывающая на ушко последние сплетни одна несусветнее другой, вот инженер-вредитель, маринующий рабочие предложения. С негодующим сарказмом обращался сатирик к этому хряку: "Бросьте пятачком крутить! Ныне таких вредительских пятачков, быть может, на целковый всего и наберется, но в общем грош вам цена по коммерческому прейскуранту..."
Свинский шабаш удостаивали и жирные боровы из мира капитала, что распространяют грязное хрюканье о Стране Советов.
- Хороши для отбивной, - резюмировал повар.
- А почему они у вас замолчали? - спрашивал шпрех, - спели бы что-нибудь хором!
- Не могут: их песенка спета...
Вся свиная команда, неся впереди лозунги: "Свиней двуногих прочь с дороги!...", "Марш на фарш!, покидала арену. В руках у сатирика - визжащий поросенок.
- Что это он у вас визжит?
- А он не визжит, он лозунг провозглашает: "Долой свинство, да здравствует свиноводство!"

ПРЕМЬЕРА В МОСКВЕ

"Опять в Москве своей любимой я,
Опять я вижу вас и вас,
И будто нити невидимые,
Как прежде, связывают нас!

Москва! В тебе, столица красная,
Все так нарядно и пестро:
Дома и улицы прекрасные
И в мире лучшее метро ".
МЕТРО

Шпрех обращался к нему:
- Вот вы говорили, товарищ Лазаренко, "и в мире лучшее метро", почему вы уверены, что нигде нет такого же?
- Очень просто. Чтобы иметь такое метро под землей, надо прежде устроить Октябрь на земле.

АРИЙЦЫ

- Товарищ Лазаренко, а вы знаете, почему германские фашисты называют себя арийцами?
- Знаю. Они называют себя арийцами потому, что всегда поют одну и ту же арию.
- Какую же?
- Поскольку они германцы, то, значит, поют арию Германа "Что наша жизнь игра..."
- А с чем они играют?
- С огнем.
- Но ведь можно и обжечься,
- Вот они и обожгутся, будьте уверены...

АЗБУКА / В.В.Маяковский /

/впервые на арене Второго московского цирка в 1919г./

Серия лаконичных и броских рисунков, хорошо различимых даже с галерки, сопровождалась короткими хлесткими двустишиями…
Рисунок Лазаренко держал в левой руке за самый край, вскидывая над головой и давая публике хорошо рассмотреть его, а правой энергично жестикулировал. Стихи читал приподнятым тоном, темпераментно и напористо, обращался, как привык, главным образом к галерке, ко всем четырем ее сторонам. Подвижный, живой, легкий: клоун-глашатай поминутно поворачивался во все стороны…

СОВЕТСКАЯ АЗБУКА

А
Антисемит Антанте мил.
Антанта - сборище громил.
Б
Большевики буржуев ищут.
Буржуи мчатся верст за тыщу
В
Вильсон важнее прочей птицы.
Воткнуть перо бы в ягодицы.
Г
Гольц фон-дер прет на Ригу. Храбрый!
Гуляй, пока не взят за жабры!
Д
Деникин было взял Воронеж.
Дяденька, брось, а то уронишь.
Е
Европой правит Лига наций.
Есть где воришкам разогнаться!
Ж
Железо куй, пока горячее.
Жалеть о прошлом - дело рачье.
З
Земля собой шарообразная,
За Милюкова - редискаь разная
И
Интеллигент не любит риска.
И красен в меру, как редиска.
К
Корове трудно бегать быстро.
Керенский был премьер-министром.
Л
Лакеи подают на блюде.
Ллойд-Джордж служил и вышел в люди.
М
Меньшевики такие люди –
Мамашу могут проиудить.
Н
На смену вам пора бы, Носке!
Носки мараются от носки.
О
Ох, спекулянту хоть повеситься!
Октябрь идет. Не любит месяца.
П
Попы занялись делом хлебным –
Погромщиков встречать молебном.
Р
Рим - город и стоит на Тибре.
Румыны смотрят, что бы стибрить.
С
Сазонов послан вновь Деникиным.
Сиди послом, пока не выкинем!
Т
Тот свет - буржуям сладкий
Трамваем Б без пересадки!
У
У "правых" лозунг "учредилка".
Ужели жив еще курилка!?
Ф
Фазан красив. Ума ни унций.
Фиуме спьяну взял д'Аннунцио.
X
Хотят в Москву пробраться Шкуры.
Хохочут утки, гуси, куры
Ц
Цветы благоухают к ночи,
Царь Николай любил их очень.
Ч
Чалдон на нас шел силой ратной.
Чи не пойдете ли обратно?!!
Ш
Шумел Колчак, что пароход.
Шалишь, верховный! Задний ход!
Щ
Щетина украшает борова.
Щенки Антанты лают здорово.
Э
Экватор мучает испарина.
Эсера смой - увидишь барина.
Ю
Юнцы охочи зря приврать.
Юденич хочет Питер брать.
Я
Японцы, всуе белых учите!
Ярмо микадо нам не всучите.

ЧЕМПИОНАТ ВСЕМИРНОЙ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ
/ В.В.Маяковский /


действуют
1. Арбитр Дядя - Виталий Лазаренко
2. Чемпион мира - Революция,
3. Чемпион Антанты - Ллойд-Джордж.
4. Чемпион Америки - Вильсон,
5. Чемпион Франции – Мильеран.
6. Чемпион Крыма - Врангель,
7. Чемпион Польши - Пильсудский,
8. Наш чемпион-мешочник - Сидоров,
9. Почти что чемпион - Меньшевик /фамилия неизвестна, живет по
подложному мандату/.

Арбитр

А вот,
а вот,
народ, подходи,
слушай, народ.
Смотрите все, кто падки, -
Лазаренко в роли дяди Вани
любого борца положит на лопатки,
конечно, ежели он на диване.
Сколько мною народа перебито!
Прямо невероятно:
Сидоренко, Карпенко, Енко,
4, 5,
16,
28,
сорокнадцать.
Кто, кто не бит?
Впрочем,
я
сегодня
не чемпион,
а арбитр.
Сейчас проведу чемпионат свой
не простой борьбы -
борьбы классовой.
Сейчас перед вами -
за парами пары -
борцы пройдут, -
как на подбор пары:
один удалей другого.
Парад алле!
Антанта -
Ллойд-Джордж,
Смотрите молодые и старые,
племянники и племянницы,
тети и дяди.
Все глаза растопырьте, глядя.
Смотри, первьй ярус,
смотри, второй и третий,
смотри четвертый и пятый,
шестой, смотри.
смотри, седьмой
и восьмой тоже -
более омерзительнейшей не увидите рожи.
Разжирел на крови рабочего люда,
так что щеки одни по два пуда.
Теперь на РСФСР животину эту
хочет навалить.
Раньше сама боролась,
а теперь зажирели мускулы,
так она других натравливает.
Сначала пана науськивала,
а теперь Врангеля науськала,

Вильсон -
он -
Америки чемпион.
Вы не смотрите, что Вильсон тощь.
Страшная у Вильсона мощь.
Главная его сила в том,
что очень уж далек.
Повезло окаянному:
пойди и возьми его за морями и океанами.
Попадется когда-нибудь впрочем,
собственным рабочим.
Ничего борец,
да очень уж несимпатичен.
Главным образом
борется из-за
приза.
До чего с Антантой дружен, -
и то из-за немецкой подводной лодки
чуть и Антанте не перегрыз глотку,

Мильеран –
Франция.
Борец ничего б выпел из Француза,
да очень уж его перекачивает пузо.
Ну и обжора же,
почище самого Ллойд-Джорджа.
Если вы вместо того, чтобы в красноармейцы идти,
будете на меня глазами хлопать,
вас тоже придется слопать,

Пильсудский -
Польша.
Один раз удачно поборолся, -
и пока что
бороться не хочет больше,
но линию свою не перестает гнуть.
Грозится -
передохнувши,
на РСФСР грохнуть.
Как бы
вместо того, чтобы передохнуть,
пану не пришлось передохнуть.

Сидоров -
спекулянт,
наш
родной.
Пять пудов крупчатки выжимает рукой одной
Крупчатку выжимает,
нас крупчаткой дожимает.
Эти самые мешочники -
все равно, что камни в кишечнике.
Как будто от них сытно:
набивают брюхо, -
а с другой стороны
подохнешь от них:
язвой разъедает разруха.
Ничего борец,
хорошо с РСФСР борется.
Поборется еще немного,
порций пять провезет -
и на МЧК напорется.

Врангель -
Крым.
Борец шестой.
Встань, народ, без шапок стой.
Самодержец Гурзувский.
Ох и страшно!
Уф!
В два счета покорил Гурзуф.
Головка в папахе,
ножки в сафьяне.
Весь гурзувский народ царем признал -
все Гурзуфьяне.
Силенки в нем немного,
да сзади, как пузырь:
его надувают
французские тузы.
чтобы эта гадина разрастись не могла,
надо бить его,
пока он слабый.
Если
фронт и тыл
сольются друг с другом,
кулак один подымут
и этот кулак хлопнет, -
их императорское величество
обязательно лопнет.
На фронт, братцы! -
Пора драться!

Апрелев.
Черт его знает откуда.
Ни черту кочерга,
и ни богу свечка.
Ни в совдеп не посадить,
ни отправить в ВЧК.
Пролетарий - не пролетарий,
капиталист - не капиталист.
Понемногу
перед всеми пресмыкается, как глист.
Я его и брать не хотел:
думаю, - меж большими затрется.
Да уж очень просил.
Я, говорит,
хотя и меньшевик,
да очень уж хочу бороться.
Впрочем, и такой
может быть страшен немножко.
Очень уж приемы недозволенные любит:
так и норовит действовать подножкой.

Рекомендации кончены,
этот чемпионат мною собран,
и все эти господа прибыли.
Для чего господа прибыли?

Хор голосов

Глотки друг другу
Перегрызть из-за прибыли.

Арбитр

А ну,
бросьте
господам кости.

Брошены: корона, огромный золотой и мешок с надписью - "прибыль от империалистической бойни". Схватывается Ллойд-Джордж с Мильераном из-за прибыли, Вильсон с мешочником из-за золота, Врангель с паном из-за короны, Меньшевик-рыжий путается у всех под ногами.

Арбитр

Пошло!

Мильеран

Господин арбитр, это вас
касается: остановите Ллойд-Джорджа,
проклятый кусается.

Врангель

Отгоните Меньшевика,
под ногами вихляется.

Ллойд-Джордж

Ой-ой-ой,
что он делает с моей головой!

Арбитр

Тише, захват головы не дозволяется.

Пан

Остановите Врангеля, грызет за ляжки.

Арбитр

Пустились во все тяжкие.
Ну и грызня!
Загрызут друг друга, - надо разнять.

Свист. Входит последний борец – Революция.
Арбитр

Революция -
чемпион мира.
Последний выход.
Смотрите, как сразу стало тихо.

Революция

Товарищ арбитр,
объясните вы:
вызываю всех борцов оных.
Сколько вас на фунт сушоных?

Борцы вперебой. Пан.

Я не хочу драться.

Меньшевик

Неинтеллигентное занятие.

Вильсон

Я тоже вам не нанятый.

Мильеран

Лезьте вперед вы.

Ллойд-Джордж

Нет, вы.

Мильеран

Нет, вы.

Хором

Пускай она идет,
она сильней.
Идите, мадам Антанта.

Революция схватывается с Антантой и через минуту перекидывает ее, схватив за голову.

Арбитр

Это
называется махнуть тур-де-тетом.
А ну-ка,
еще немножко ее
по-красноармейски дожать -
и будет Антанта на лопатках лежать.

Оба борца устали, Дожать Антанту трудно.

Арбитр

Не может побороть
ни эта сторона, ни та.
Перемирие.
Тьфу!
Перерыв на десять минут.
Через десять минут борьба на окончательный результат.

Антанта

Перерыв на десять минут?
Едва ли.
Я думаю, меня не на десять минут,
а уж на всю жизнь прервали.

Революция уходит, за ней на тачке увозят Антанту.
Арбитр

Перерыв на десять минут.
Все, кто хочет,
чтоб
красные победили через десять минут,
пусть идут по домам,
и завтра на фронт добровольцами -
и Врангелю шею намнут.
А я
уже
сегодня туда же,
а для скорости
в экипаже даже.

/ 1920 /

РЕПЕРТУАР БЕНЕФИСА В.ЛАЗАРЕНК0 В МОСКОВСКОМ ЦИРКЕ
/ 6 марта 1923г. /

ВСТУПИТЕЛЬНЫЙ МОНОЛОГ


"Я после долгого явился перерыва
И, от волнения дыша едва-едва,
Под звуки моего любимого мотива
К тебе навстречу вновь бегу, Москва.
Я вижу, что мои старанья не напрасны,
Я вами не забыт, как давняя мечта.
И я по вас соскучился ужасно.
Здорово, москвичи, привет вам от шута!.."

АЭРОПЛАН /Н.А.Адуев/

Лазаренко объявил, что больше не желает быть клоуном, что овладел новой профессией, стал пилотом, и собирается летать, а в подтверждение своих слов надевал на голову шлем и очки авиатора и приглашал импозантного, во фраке Ллойда /шпрехшталмейстер/ полетать на аэроплане.
- А где же ваш аэроплан?
- Странный вопрос - "где"! Ну ясно - в ангаре. Сейчас его выкатят - и пожалуйте, полети-и-им!
И далее следовала короткая шутовская интермедия с тачкой, которую клоун-пилот на глазах зрителей превращал с веселым балагурством в диковинный аэроплан: вместо крыльев - две метлы, рулевое управление - обруч от венского стула, пропеллер - грабли. "Воздухоплаватель", крепко сжимая штурвал, командовал:
- В полет!
Двое дюжих униформистов во всю прыть везли тачку с пилотом по кругу, и вот подхваченный тросами "аэроплан" - смотрите-ка! - и впрямь взмыл в воздух, к немалому изумлению шпреха, и круг за кругом летает над барьером. Клоунская шапчонка, закрученная в свиток, превращена в подзорную трубу, в которую наш авиатор усердно разглядывает землю...
В шутовскую игру включался и степенный шпрех. Вскинув голову, он спрашивал:
- Где пролетаете? Что видите?
- лечу над матушкой Москвой...
- А почему вы решили, что это именно Москва?
- Уж больно часто вспоминают матушку...
Следующий вопрос шпреха - и снова короткий, смешной ответ пилота, которому сверху все видать как на ладони.
/Идет остроумное обозрение городской жизни на актуальные темы./
- А теперь где летите?
- Над Великобританией.
- И что, действительно Великобретания велика?
- По аппетиту - велика, а по территории - с Марьину рощу…
- А что вы там видите?
- Да ничего хорошего - туман... сплошной туман...
/Освещение актуальных событий международной политики./

БАЛЕРИНА


Клоун представал перед зрителем в обличье этакой беспечной пустельги, которая отрекомендовывалась публике как "известная балерина мадемуазель Клементина". Комический эффект вступительного монолога достигался несоответствием между ее претензией на изящество и грубыми, вульгарными манерами и речью. Смешили публику невежественные суждения о профессии балерины, произносимые с апломбом: "Руками печально разведя, исполняла помирающего лебедя... ", "Делаю самые разнообразные движения в состоянии полного полуобнажения ".
Пародия была пронизана танцевальными заставками. "Балерина" иллюстрировала ими свою биографию. До революции она танцевала, "не предчувствуя веяния Октября", мазурку из "Жизни за царя". После падения царского строя плясала "Матлот", "не щадя здоровья, из уважения к матросскому сословью…" Позднее: в годы разрухи, героиня этой танцевальной истории "шастала" с ведрами на реку за водой и плясала, ну конечно же, "По улице мостовой..." "Но развеялось горе дней тяжелых и вернулись на рынок и масло и хлеб. И тогда, подучившись в разных школах, я стала отказывать "Ту-степ" и "Туз-нэп".

ПРЫШКИ ЧЕРЕЗ ЛОШАДЕЙ И СТИХИ

Количество лошадей в живом барьере нарастало от прыжка к прыжку: сперва через трех, затем четырех и шестерых труциевских красавцев. И перед каждым прыжком - новое четверостишие:

1. "С разбегом дружным и горячим,
Над морем лжи и горьких скверн
Чрез первый и второй мы скачем
В великий Третий Коминтерн".

2. "Коль не захочет капитал
Пустить нас к западным рабочим,
Мы, как бы нам он ни мешал,
Так Лигу наций перескочим..."

3. Показывал, как "быстро и смело женщина перепрыгнула старую семью и
попала из кухни в ЦК женотдела".

4. Прыжки через символические изображения:
сальто через огромную карикатуру на барона Врангеля, сброшенного
красноармейскими штыками в Черное море; через многометровый плакат
с надписью: "ПРОДРАЗВЕРСТКА";
читал восьмистишие о реформе /денежной/, которое заканчивалось
"гигантским прыжком через старый дензнак" /сильно увеличенную копию
денежного знака достоинством в один миллион рублей/.

ЮБИЛЕЙ JIAЗAPEHKO 16 ФЕВРАЛЯ 1939 ГОДА

"Сегодня я счастливей всех на свете,
И в сердце радость с гордостью слита;
Я нынче праздную свое сорокалетье,
Сорокалетний путь народного шута..."

ИТАЛЬЯНСКИЙ ЦИРК БРАТЬЕВ КОТЛИКОВЫХ /фрагменты/

/переписано Лебедевым-Кумачом заново/

Лазаренко играл все роли артистов-бедолаг, подавая их средствами внешней обрисовки, в смешном виде. Первым, как и положено, на раусе появлялся бойкий зазывала: он приглашал почтеннейшую публику пожаловать в сей первоклассный цирк и ерническим тоном расписывал на все лады программу, состоящую "на радость людям и собакам из семнадцати отделений с гаком...".
Преображался он по ходу ревю и в иллюзиониста-престидижитатора, который проделывал фокусы, попутно сопровождая их сатирическими комментариями на темы последних событий международной политики.

ХАСАН или СКАЗКА С КАРТОЙ И САМУРАЕМ

Шпрех спрашивал:

- Что это вас в последнее время на было видно?
Клоун, расстилая на манеже огромную карту, отвечал:
- Был на Дальнем Востоке. Вот здесь, - направлял он указку на озеро Хасан и преподавал зрителям наглядный урок политической географии. К расстеленной карте по-пластунски подбирался самурай /загримированный коверный/ и вожделенно тянул свои лапы к озеру.
- Он думает, что это плохо лежит, - комментировал сатирик, - а там наш пограничник хорошо стоит.
Раздавался выстрел, и с японского вояки спадали штаны. Горе-завоеватель пускался наутек, комично придерживая оконфузившую его часть туалета.
- Теперь он уже не самурай, а - сам удирай... Японские милитаристы хотели сделать из нашего озера Хасан-го, а наши хлопцы, - заключал шут с украинским акцентом и лукавой улыбкой, - ответили: "Не кажи го, пока не перескочишь..."

ЛЯПКИНЫ-ТЯПКИНЫ

Один из коих поселился в Германии, а другой - в Италии, а сейчас орудуют сообща на испанской земле и хотят "один - чего-нибудь ляпнуть, а другой чего-нибудь оттяпнуть..."

ДАЛАДЬЕ

Объяснял фамилию французского премьера Даладье, которая "оказалась для него самой подходящей, как раз по его делам:
дал-адье...- Дал, например, фашистам на растерзание Чехословакию и - адье…".

СТАРАЯ МОСКВА И ТЕПЕРЕШНЯЯ

Клоун славил столицу, находчиво объясняя разницу между Москвой старой и теперешней: раньше здесь был митрополит, а теперь - метрополитен, прежде были слободы, а теперь - свободы, раньше - канальи, а теперь - каналы, раньше были хаты, а ныне - МХАТы, раньше бил Царицын пруд, а теперь - право на труд, раньше в Москву за песнями ездили, а теперь весь Советский Союз о Москве песни поет.
И в заключение пообещал перепрыгнуть через всю Москву. Весело уверял усомнившегося инспектора манежа, что это не пустое хвастовство, и действительно ловко перемахнул через только что изданную книгу "Вся Москва", увеличенную для арены во много раз.

ОТВЕТНОЕ СЛОВО ЮБИЛЯРА

"Я сорок лет искусству цирка отдал,
А сорок лет - ведь это срок большой
И сорок лет великому народу
Я предан был и сердцем и душой".

ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ МОНОЛОГИ

Я ШУТ
/1917г./


Привет вам, граждане! Я шут,
Я создан людям на потеху,
Зa правду нас частенько бьют,
Но мы не изменяем смеху.

Бывали мы у королей,
Служили господам в угоду,
Теперь мы служим веселей –
Раскрепощенному народу!..

Свобода смеха наш закон,
Смеясь, мы ложь изобличаем.
Сатиры бич, веселья звон,
Вперед! Итак, мы начинаем!

КО ВТОРОЙ ГОДОВЩИНЕ 0КТЯБРЯ

Оковы рабские падут,
Исчезнут в мире тьма и холод,
И герб советский - серп и молот -
Объединит великий труд.

Мы побеждаем, что ни миг,
Мы жаром доблести согреты.
Ура, да здравствуют Советы
и коммунизма алый стяг.

Я, ШУТ, ЛЮДСКОЙ ПОРОК БИЧУЮ...

Я, шут, людской порок бичую
И смехом же хандру врачую,
Лечу от всяческих болезней:
Лекарства смеха нет полезней.
Смех лечит горе, сплин и муки,
От меланхолии и скуки,
И от зубной ужасной боли,
И даже коль болят мозоли.
Все смехом можно врачевать,
Но только нужно меру знать.
И коль под шутовскою маской
Обмолвлюсь шуткой или фразой
Немножко резкой, так не сердитесь.
Поверьте,"вам хочу своим леченьем
Лишь доставить развлеченье
Хотя о на несколько минут,
Виталий Лазаренко – шут!

ДРОЖАТ ЦАРИ...

Дрожат цари, когда идет Свобода,
Но клоуну нечего дрожать:
Он из народа, для народа,
С него короны не сорвать.

И вслед за этим клоун делал сальто-мортале прямо на бычий пузырь. Пузырь с треском лопался, а клоун тут же комментировал: 'Вот так и старый режим".

ПОСЛУШАЙ, ТРУЖЕНИК-РАБОЧИЙ

Послушай, труженик-рабочий,
Послушай, я тебя молю,
Послушай то, что дни и ночи
Так душу трогает мою.
Поклон земной тебе, почтенный,
Прими, я шлю от всей души,
И пусть мой возглас...
Тебе все скажет. Но в тиши
Со старой властию кровавой
Боролся ты и все терпел.
Теперь, создав России славу,
Ты ей свободу дать сумел.

И дальше, на вопрос, что же получили от революции рабочие, Лазаренко отвечал: "Ничего!" /Февральская рев./
шамбарьером разгонял он униформистов, сообщая публике, что точно так же поступает Керенский со своими министрами.

СТИХИ ПЕРЕД ПРЫЖКОМ /1918г./

Российских гроз безумные раскаты
Тревожат мир призывом: счастье куй.
"Большевики, о будь они прокляты! " –
Везде твердят взволнованный буржуй.

Скорей, скорей им прописать блокаду,
Чтоб слышать их рабочий наш не мог,
Прижать, унять, но через их преграды
В умы людей мы делаем прыжок.

Пусть старый мир плетется понемногу
И славит тракт заезженных дорог.
К свободе, к счастию найдя свою дорогу,
Чрез царский трон мы делаем прыжок.

I МАЯ /1919г./

В день Первого мая
Я, разумеется,
Не пожалею ни сил и ни ног.
Рабочим, крестьянам и красноармейцам
Посвящаю свой лучший прыжок!

О РЕШЕНИИ X СЬЕЗДА РКП/б/ /1921г./

Была война, но в рубище убогом
Русь не сдалась блистательным царям.
Стал тише гром, и заменить налогом
Разверстку прежнюю теперь возможно нам
Шипит кулак с компаньей разной дряни:
"Ага, сдались... товаробман... налог…"
На помощь, наш крестьянин и рабочий,
Смотри, какой мы делаем прыжок. –

и прыгал через препятствие.

"ЭЙ, МОЛОДЕЖЬ..."

Эй, молодежь, садись за книгу,
Бери науку за бока
И по-советски к знаньям прыгай,
Освоив технику прыжка!

НА ОЗЕРЕ ХАСАН... /1938г./

На озере Хасан
Ползли самураи,
Но Красной Армией
Был крепко встречен враг,
И, прочь с земли советской удирая,
Летели самураи так... –

совершал свой традиционный прыжок через солдатские кухни.

БЫЛА ВОЙНА... /1922/

Была война, но в рубище убогом
Русь не сдалась блистательным царям.
Стал тише гром, и заменить налогом
Разверстку прежнюю теперь возможно нам.
Шипит кулак с компанией разной дряни:
- Ага, сдались... Товар - обман... налог
На помощь, наш крестьянин и рабочий!
Смотри, какой мы делаем прыжок!

И прыгал через четыре лошади.
Далее он читал:

Мир торгашей шепнул приказ японцу
Нам в душу влить отраву злых тревог.
Эй, сторонись, к свободе, к знанью, к солнцу
Блестящий сделаем прыжок!

И следовал прыжок через восемь лошадей.

БЕСПОСАДОЧНЫЙ ПРЫЖОК /1938г./

В честь полета трех советских летчиц - Полины Осипенко, Валентины Гризодубовой, Марины Расковой.

Полет геройский трех подруг отныне
Сердца у всех нас гордостью зажег,
И я Полине, Валентине и Марине
Свой посвящаю беспосадочным прыжок.

ПУСКАЙ В МОЗОЛЯХ...

Пускай в мозолях наши руки,
Мы дали Западу щелчок,
И в отношении науки
Такой мы сделали скачок...

И прыгал через семь лошадей.

МИНИ-РЕПРИЗЫ, ИМПР0ВИЗАЦИИ, ХОДЫ И СТИХИ ИЗ РЕПЕРТУАРА
ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕНКО

ЭКСПОНАТЫ МУЗЕЯ РЕДКОСТЕЙ /фрагменты/


Клоун извлекал из огромного ящика и демонстрировал публике один за другим генеральские погоны, "единственные в своем роде, не запятнанные в народной крови", или, скажем, новенькую жандармскую нагайку. "Замечательна тем, что ни разу не была в употреблении, - комментировал он. - Не верите? Ей-ей! Сам сомневался - но факт!" И так экспонат за экспонатом...

…А У НАС - НАОБОРОТ..." /фрагмент/

"3a границей силу пушек
Изучают круглый год
И в своих там не стреляют,
А у нас - наоборот…"

ФРАНЦУЗСКАЯ БОРЬБА

Клоун изображал и шаржированном виде популярных борцов и забавно проводил схватку за двоих.

"…ТУТ ПУСТО, И ТУТ ПУСТО…"

Шаржированный маг-чародей шел по кругу и показывал публике со всех сторон обыкновенный стул, произнося при этом традиционные слова, какие говорят все иллюзионисты на свете: "Здесь ничего нет, и здесь ничего нет... тут пусто, и тут пусто…" Пародист подгадывал, чтобы оказаться при этой реплике возле униформистов, и последние слова "тут пусто" произносил, хитро подмигнув публике, постукивая по голове шпрехшталмейстера.

"ЧУТЬ-ЧУТЬ НЕ УПАЛ!"
/по совету А.А.Никитина/


Клоун делал высокий каскад на спину. Подымаясь, сказал: "Чуть-чуть не упал!"

ЛЕКЦИЯ О ХВОСТЕ


В шаржированном облике некоего ученого артист произносил многозначительным голосом сентенции вроде: "Между хвостом животных и нашим - огромная разница: хвост животного прикреплен к телу, наш - к лавке. У животных всегда один и тот же хвост, у нас что ни день, то новый... Всякое животное начинается с головы и кончается хвостом; мы же начинаемся с хвостов, а потом хватаемся за голову... У животных хвост имеет конец, нашим - конца не видать".

ЧАСЫ И КАЗАКИ /1905г./

- Что общего между золотыми часами и казаками? - спрашивал я и, выдержав паузу, отвечал:
- Когда были погромы, казаки стояли на часах, а когда
погромы кончились, часы оказались на казаках…

СВОБОДА ВЫШЛА

- Эй, ты, рыжий! /подсадка/
- Чего тебе?
- Слыхал?
- Чего слыхал?
- Свобода, говорят, вышла.
- Чего, чего?
- Глухой, что ль, свобода, бают, вышла.
И рыжий отвечал с хитрецкой ухмылкой:
- Вот то-то и оно, что вышла... Вся вышла, ничего не осталось...

КУЦАЯ КОНСТИТУЦИЯ

...Вечером он громко и внятно прочитал вводную часть, а когда дошел до слов: "И третий, день, как нету дома", громко заплакал, по-клоунски, с потешным подвыванием, из глаз брызнули двумя длинными струйками слезы.
Но в этот момент заметил пропавшего пса-ловеласа и отреагировал преувеличенным изумлением. Осман, изрядно потрепанный, с прорисованными коричневой краской ребрами, долженствующими изображать худобу, вполз на брюхе в манеж и смущенно спрятал свою курносую морду в опилки. Лазаренко пристрастно осмотрел провинившегося воздыхателя и вдруг обнаружил пропажу хвоста... В отчаянии он схватился за голову и продекламировал, трагически заламывая руки: "Соба-а-а-ченька! Скорблю до дрожи я, вернулась ты… На что похожая? Облезла вся и стала куцая, точь-в-точь как наша конституция…"

ОЙ-РА

/Лазаренко перенял у Энрико Труцци/

Клоун и другие участники танца пронзительно выкрикивают в такт мелодии: "Ой-ра! Ой-ра!" Всех так и подмывало пуститься в пляс.
Среди публики были рассажены артисты - вся труппа, - тщательно загримированные и костюмированные, каждый представлял определенный типаж: тут и усатый городовой, и офицер-кавалерист, и курсистка, и подгулявший землемер, иностранец с моноклем в глазу, еврей с кучерявыми пейсами и в длиннополом сюртуке, толстый кондитер, крестьянин в лаптишках. И вот, будто бы не в силах усидеть на месте, в манеж через барьер полез с комичной неуклюжестью хмельной чиновник... Ну что же, коли пришла охота - милости просим, жестом приглашали его танцоры. Следом на веселый пятачок потянулись один за другим грузный пристав, застенчивый гимназист, бойкий лотошник. Вот перенес ногу через барьер точильщик ножей со своим станком на плече, за ним, громыхая ведром, спустился с галерки трубочист, а там булочник - на голове доска с кренделями… Через пять-шесть минут весь манеж заполнен лихо отплясывающими доброхотами. И пошла развеселая круговерть: "Ой-ра! Ой-ра!..

ДУМА

/со слов А.А.Никитина/

Сделайте таким манером: выходите с газетой в руках к садитесь на барьер, нога на ногу, разверните и читайте. А шпрех скажет строго: "Это что же вы себе позволяете на работе? Расселись с газетой". А вы: "Уж больно интересно пишут про Государственную думу". - "Что же там такого интересного?"
- Рыжий говорит: "Объясните мне, дураку, почему Думу называют именно Думой?" Он ответит: "Да потому, что члены Думы заседают и принимают решения по важным государственным вопросам".
- Ну хорошо, а почему же все-таки Дума? Видать, они собираются там, садятся и думают, и думают, и думают".
- Скажи, дурак, а чего же они так надумают?'
А вы в ответ: А вот чего надумают, того совершать и не ду-у-мают..."

ИГРА С КНУТОМ

/со слов А.А.Никитина/

- Берейтор ходит с шамберьером, а рыжий за ним по пятам и любопытствует: "Послушайте-ка, любезный, как это вы так здорово стреляете этой вашей... удочкой". - "А это не удочка. Это кнут для лошадок". - "Кну-у-ут? А почему же он бабахает, как левольверт?" - "Хотите научиться?" - "Очень, очень". - "Ну это проще простого: сперва взмах налево. - Тут шпрех вот этак откидывает шамберьер влево."Потом взмах направо. А потом вот так..." Раздался звонкий щелчок. Хозяин пробубнил за рыжего: "И это все?.. Дозвольте мне попробовать". - "Ну что ж, попробуй".
"Сперва, значит, взмах налево ... С комичной неумелостью бывший клоун пытался размахнуться шамберьером, но тот не хотел повиноваться, то за спину зацепится, то ноги опутает. Наконец ему удалось сильно размахнуться, и кнут оглушительно щелкнул. "Испугавшись", рыжий швырнул его на землю и комично схватился за нос. Тут вы должны встать на писту и громко заплакать. А в это время наездник пускает лошадь рысью прямо на вас, на рыжего то есть. И он в панике - деру по кругу. Несется, оглядываясь, с выпученными зенками…

СТАРЫЙ РЕЖИМ /фрагменты/

"Случилось то, чего годами отцы и деды вместе с нами
так напряженно ожидали, чего так пламенно желали... "
"Вампиром нам была корона, объединяя возле трона людей продажных..." /Перечислялись царевы сатрапы: и Сухомлинов - "враг окопов" и "кликуша рьяный Протопопов". Названы были и Питирим - "преемник Гришки" и Штюрмер - "немец русской
службы". Заканчивался, номер страстным призывом трудиться не покладая рук: "В нас сил – стихия. За труд, свободная Россия!"/ "У меня был бычий пузырь. Кончая монолог, я подошел к лежащему на опилках надутому пузырю и, показывая на него, произнёс: "Внимание! Старый режим!" И, прыгнув на него, раздавил с оглушительным треском."

"У-У-УХ!"

В середине программы он появился на четырехаршинных ходулях, спрятанных в длинные клетчатые штанины. Шагая этакой цаплей по кругу манежа, клоун шутил, что стал теперь высокопоставленной персоной, а затем исполнял, аккомпанируя себе на концертино, сатирическую песенку про тех, "что высоко сидели, но... в дни октябрьской метели - у-у-ух! - вниз тормашками слетели".

ПАНОПТИКУМ /фрагменты/

В этом номере, например, по ходу которого демонстрировались различные предметы, якобы извлеченные из музея редкостей, сатирик, лукаво сощурясь, говорил: "А теперь увидите то, что осталось от потрепанного красноармейцами "женского батальона" - и с насмешливой улыбкой извлекал из ящика двумя пальцами бюстгальтер. Кроме того, плясал на ходулях, прыгал через походные кухни и армейские тачанки.

К СВОБОДЕ… /перед прыжком/

"Пусть старый свет плетется понемногу
И славит тракт заезженных дорог.
К свободе, помните, найдя свою дорогу,
Чрез царский трон мы сделали прыжок",

ГРОТЕСК-НАЕЗДНИЦА /с редькой/

…Смехотвор выехал в утрированном пышном женском платье, в газовой накидке на парике и, скача по кругу, жеманно изображал цирковую примадонну. Но что это? На шее красавицы болтается огромная редька - этот заурядный овощ, как известно, футуристы избрали своей эмблемой. Проезжая мимо ложи, где сидел поэт, "наездница" принялась забавно кокетничать со своим кумиром, манерно закатывать глаза и многозначительно указывать пальчиком на редьку. /Маяковский, нисколько не смутясь, весело помахал своей поклоннице рукой и послал воздушный поцелуй.../ И тогда "мадемуазель, протянув к нему навстречу руки, завопила страстным голосом: "Вся твоя!"

ПОСЛОВИЦЫ /фрагменты/ /1916г./

Начинал я его небольшим рифмованным вступлением в духе раешника: "В наше тяжелое время военное, что было дешево - стало вдруг ценное". А дальше говорилось, что в эти тревожные дни многое изменилось, в том числе и пословицы, вот, к примеру: "Курица не птица, а попробуйте-ка прицениться"
- Устарела в наши дни и пословица "что посеял, то и жни", вместо нее: "посеешь денег тьму за сутки, а все не сыт, ворчит в желудке"; "тише едешь, дальше будешь - от дверей магазина, стоя в очереди…"; "на чужой каравай рта не разевай, поскольку ныне все стало дороже втрое, поневоле рот разинешь на имущество чужое…"

КАРТИНКИ /фрагменты/Начинался номер так: выходил рыжий и нес под мышкой большую папку. Шпрех спрашивал: "Господин клоун, далеко ли собрались?" - "Я теперь не клоун, а художник: пеку картины как пирожник, заправский я специалист, на злобу дня карикатурист". И показывал крупные рисунки, сопровождая их двумя-тремя строчками стихотворного текста. Например: "Вот алкогольный воевода - союзник "Русского народа", и доставал из папки портрет винозаводчика Челышева. А то еще говорил: "Просвещать деревню стали: вместо книг ей вот что дали" /показывал изображение бутылки водки/. Следующий рисунок предварялся словами: "Скачки, клубы и бега обирают донага. Туда на рысаках несутся, обратно этак вот плетутся". И показывал господина без штанов, но в шляпе и пенсне.

ОСЕЛ В КОРОНЕ

Выводил на манеж осла: на голове у него золотая корона, а на спине - попона в виде царской горностаевой мантии. Читал четверостишие про Николашку Обманова, сбивал с осла корону, срывал мантию и, расстелив на опилках, вытирал об нее ноги.

"КРОКОДИЛ" /1922г./
/7 августа вышел первый номер/

Клоун-прыгун посвящает ему стихи и совершает перелет через громадную обложку первого номера.

ЛОКАРНО /1925г./

/перед прыжком/

"Мы встречу провели в Локарно,
И все народы говорят,
Что прыгнули весьма шикарно
В международный первый ряд".

ТЕЛЕФОННАЯ ДРРРРРРАМА / фрагмент /

В скетче, который исполнялся от лица махрового приспособленца и хапуги, он развенчивал смехом бюрократизм.
Краткое вступление: "Еще одну тему затрону, номер и ясен и прост - как говорит по телефону лицо, занимающее видный пост в синдикате, или в тресте, или в другом подобном месте".
Ведя телефонные разговоры с разными лицами, этот растратчик, обжора и прелюбодей как бы саморазоблачался. Гибко меняя интонации голоса и мимику, клоун набрасывал портрет этакого хамелеона, который с подчиненными груб и нагл, а перед вышестоящими пресмыкался.

ПОХОРОНЫ ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕНКО / фрагменты /

Клоун разыгрывал церемонию собственного погребения.
Лазаренко один играл все роли. Он изображал усопшего, а потом вынужден был оставить гроб и взять на себя обязанности всех ораторов, произносящих надгробное слово. Выступающий сменял выступающего. С точки зрения всяких врагов Советской власти. Лазаренко - тот бич, который не давал им покоя. На взгляд директора цирка, "Лазаренко Виталий - самая большая из всех каналий", а успех его - "своего рода Курская аномалия".
Острая сатира по социальному злу: по бирже труда и финансовым неурядицам, по мракобесам-церковникам.
Заупокойные речи смехотвор-насмешник заканчивал оптимистическим выводом: "Как видите, граждане, товарищи, братцы, Лазаренко и не думал умирать. А если смерть захочет к нему привязаться, пускай попробует его догнать". При этих словах знаменитый прыгун покидал арену стремительными флик-фляками.

ПИСЬМА / фрагменты /

Номер построен на эффектном приеме: предавать огласке якобы случайно попавшие в его руки чужие послания и разоблачать - а в других случаях сатирически характеризовать - то или иное антиобщественное явление. Вот, скажем, артист читал весточку от лица валютчика, который сообщал супруге, что "попробовал сыграть на валюте, а "они", не разобравши сути - чтоб их черт побрал! - пригласили его в Ревтрибунал, живу я теперь довольно тесно... Когда увидимся - неизвестно, господь ведает, а не мы... Пишу, между прочим, из Бутырской тюрьмы, камера седьмая. Прощай, дорогая". Еще одно письмецо, из Москвы в Пермь, - довольно острая критика тогдашней жилищной проблемы. Брат извещает сестру Глафиру о получении новой квартиры. Радуется, что "обставились по последней моде: мы с женой спим в комоде, тетя Надя - в рукомойнике, а папа с мамой - на столе, как покойники..." Братец пытается отыскать преимущества и выгоды нового пристанища: поскольку оно "всего" в квадратный аршин, то топить его нет никаких причин. Не страшна и вьюга: дуем друг на друга, дышим и надышаться не можем... Желаем и тебе того же".

СОВЕТСКОЕ ЧУДО

/о только что прошедшей в стране Октября денежной реформе, о введении устойчивой серебряной монеты. Написанный в форме раешника, номер включал в себя пантомиму, акробатику, танец и шел в сопровождении музыки./
Клоун в образе веселого, находчивого повара у полыхающей огнем плиты, с огромной сковородкой в руках показывал, "как работают повара из монетного двора", и "выпекал" серебряные блины - новехонькие монетки достоинством в десять и пятнадцать копеек: "блин, вбивающий в спекуляцию клин, и, наконец, блин, сияющий, как именинник, а цена ему - ровно полтинник..."

ТИГР НА ЛОШАДИ

Пародия на номер иностранного гастролера, выступления которого сопровождались шумной рекламой. Комизм достигался тем, что тигр /Виталий-младший, облаченный в шкуру/ всячески капризничал, ломался и не желал скакать на крупе лошади /настоящей/, потешно укутанной одеялами, матрасами и обложенной подушками.

ЧЕМ СЛАВИТСЯ ТУЛА?

...Один иностранный корреспондент спросил: "Чем славится Тула? Кажется, там самовары делают?" - "Совершенно верно - самовары. Но еще в Туле кроме самоваров делают крутой кипяток. Легко можно ошпариться тому, кто протянет свои руки к Советской России..."

В ЧЕМ РАЗНИЦА МЕЖДУ ТЕЛЕФОНОМ, ЩЕТКОЙ, ФОТОАППАРАТОМ И ЦКК?
/ А.М. Арго /


На арену по приказанию Лазаренко выносили телефон, платяную щетку и фотографический аппарат. Каждая вещь находилась на особой тумбочке. Шпрех с удивлением спрашивал у клоуна:
- В чем причина такого необычного сочетания предметов?
- Вы, - отвечал Лазаренко, - еще больше удивитесь моей
загадке. А загадка вот какая: в чем разница между телефоном, щеткой, фотоаппаратом и ЦКК?
- Не знаю, - отвечал шпрех.
- А разница вот в чем: телефон вызывает, щетка чистит, аппарат снимает, а ЦКК плохих работников и нечестных людей и вызывает, и чистит, и снимает, и... правильно делает!

ТЕЩА

В.Лазаренко, "выезжая верхом на теще", читал:
Ура! ура! ура!
Я тещу укротил!
Я тещу победил!
Теперь мила, прекрасна,
Была так зла - ужасно!
Сварлива и бранчлива,
Подчас даже драчлива.
Теперь ура, друзья!
На теще верхом я.
По цирку я катаюсь,
Над тещей забавляюсь.
Автомобилю теща подражает
И на себе меня катает!

АДАМ

Почему Адам откусил в раю яблоко?
Потому что у него не было ножа.

ПАПИ РОС…

Почему ты без папирос?
Потому что без папи рос,

ТРУБОЧИСТ

Трубочист трубы чистит, чтобы купцы в них легче пролетали, не запачкались.

НА ВОРАХ...

На ворах шапка не горят, иначе в Нижнем Новгороде на ярмарке и без фонарей светло было бы.

В МОСКВЕ...

В Москве нельзя кричать ночью, иначе разбудишь сторожей и городовых.

РАЗНИЦА МЕЖДУ ГОРОДОВЫМ И РЫБАКОМ…

Разница между городовым и рыбаком в том, что рыба, попав рыбаку на крючок, может сорваться, а у городового черта с два сорвешься.

ДУМА ПОТОМУ ДУМА...

Дума потому дума: что много думает и ничего не делает.

ДАЛЕКО НОРТОНУ...

Далеко Нортону до наших интендантов - они целиком солдатские шинели глотают.

РАЗНИЦА МЕЖДУ ГЛАСНЫМИ ДУМЫ И САРДИНАМИ...

Разница между гласными думы и сардинами в том, что хотя сардины без голов, но в порядке, а гласные думы с головами, но в головах у них не в порядке.

НАОБОРОТ...

За границей, коль признают
И свободу и печать,
То назад не отбирают,
А у нас... берут назад.


За границей силу пушек
Изучают круглый год.
И в своих там не стреляют,
А у нас... наоборот.

ШЛЯПА

Артист брал у одного из зрителей шляпу, незаметно подменял ее на свою, а потом заводил ссору с кем-нибудь из униформистов. Униформист толкал Лазаренко, тот садился прямо на шляпу. Зритель начинал волноваться. И в самый напряженный момент Лазаренко возвращал шляпу владельцу, говоря при этом: "Пусть запомнит каждый городской и деревенский зритель, что шляпы снимаются".

ГЛАВНЫЕ ЗВЕЗДЫ

/На открытие в Москве планетария/

- Вы были в планерарии? - спрашивал шпрех Лазаренко.
- Был, - с некоторым безразличием отвечал он.
- И как вам там понравилось?
- Не понравилось!
- А почему? - удивлялся шпрех.
- Потому что они забыли нанести самые главные звезды!
- Какие?
- Наши, - с пафосом подчеркивал артист, - кремлевские звезды!

ДОН /1936г./
/Период борьбы испанского народа с франкистами./

- Товарищ Лазаренко, а что значит "дон"? - спрашивал
шпрех.
- "Дон" - это по-испански значит "господин", "буржуй".
- А что такое "дон-дон"? - допытывался ведущий.
- иДон-дон"? А это для буржуев и донов похоронный звон! - тотчас находил ответ клоун.

МИКРОФОН
/М. Волжанин/

/Когда в Германии к власти пришел фашизм, то со страниц фашистских газет и журналов и по радио на Советский Союз полились потоки грязной лжи и клеветы./

Стоя на манеже перед микрофоном, Лазаренко объявлял:
- Включаем германскую радиостанцию. Слушайте речи немецких фашистов по адресу СССР. - Клоун имитировал включение микрофона, и тотчас из репродуктора раздавался неистовый собачий лай.

ЛАЗАРЕНКО-МУЗЫКАНТ /фото/

На столике метровой высоты клоун, стоя на вольностоящей лестнице, играет на огромном пюпитре-ксилофоне. Судя по тому, что к столику от форганга идет помост, можно наверняка сказать, что Лазаренко поднимался по нему на вольностоящей лестнице.

РЕКЛАМ, ЛЕТУЧКИ, АФИШИ, ЗАЗЫВЫ, ТЕЛЕГРАММЫ
ЗАЗЫВЫ /цирк МД.Первиля/


1. "Стой, прохожий, остановись - сегодня рыжего г.Лазаренко
бенефис".
2. "Читай, не ленись - сегодня Лазаренко бенефис",
3 "Треск, шум и удивление - единственное в сезоне представление…"
4 "Сегодня крики: Браво! Бис! Обер-рыжего Лазаренко бенефис
5. "Прохожий, один ты или с дамой, задержись перед рекламой".

АФИША /цирк М.Д.Первиля/

"Сегодня г.Лазаренко в течение 5 секунд изготовит фотографии каждого из присутствующих, и кто не признает свой портрет, тому 50 рублей премии". /Раскошеливаться администрации не приходится: рекламная приманка заключалась в том, что каждому, кто желает предстать перед "фотоаппаратом", бенефициант вместо снимка выдавал маленькое зеркальце./

РЕКЛАШЫЙ ФОРТЕЛЬ

Артист заходил в кондитерскую, заказьвал стакан чаю и пирожные. И вот... комедия начинается. Модный, аккуратно причесанный и набриолиненный человек откусывает от пирожного и сажает на кончик носа здоровенную блямбу из воздушного крема. Разумеется, сам щеголь, целиком захваченный лакомством, "не замечает" своей оплошности и продолжает с удовольствием пить чай. ...Виновник общего веселья строго взглядывает на публику, столь неприлично ведущую себя в общественном месте, и продолжает смаковать лакомый кусочек...

ТЕЛЕГРАММА /акростих/

"Лечу в Казань в купе экспресса,
А сам я полон интереса:
Заждались вы меня иль нет?
А как меня там встретит пресса?
Ругнет?.. Похвалит?.. Где ответ?
Едва ли предрешить все можно.
Но все узнаем - выйдет срок.
Кто же едет к вам, узнать несложно:
Ответ - по первым буквам строк".

ОБРАЗЦЫ РЕКЛАМЫ:

афиши, ленты, объявления в виде этикеток, марок, наклеек для бутылок с прохладительной водой, в виде изящных кружочков-подстаканников, разносимых по кафе, столовым и ресторанам. Художники рисовали шаржи на популярного клоуна, с них он делал типографские оттиски, сопровождая веселыми надписями...

ТЕЛЕГРАММА

Накануне премьеры мальчишки раздавали разноцветные летучки, отпечатанные в форме телеграфного бланка:

"Срочная, Саратов. Цирк, Москвы":

"В Саратове я не был долго,
Ведь я прыгун, не домосед.
Привет тебе, родная Волга,
И всем саратовцам привет!

Желаю счастья и успеха,
Надеюсь в цирке видеть вас.
Везу с собой вагоны смеха
И шуток месячный запас".

ЛЕТУЧКА ХАБАРОВСКОГО ЦИРКА

ХАБАРОВСКИЙ ГОСЦИРК

Гастроли
заслуженного артиста
республики

НАРОДНОГО ШУТА ВИТАЛИЯ ЛАЗАРЕНКО

Вечно юный и веселый
НИ уныния ни тоски –
СаТиричные уколы,
СумАсшедшие прыжки
"Все дЛя массы и от массы":
И шутлИвые гримасы,
И затеЙный звонкий смех
Под загЛавием: "Все для всех":
Вот прогрАмма нашейсмены:
Бить Задорно, метко, зло!
ТридцАть семь годов арены, -
Это кРепкое число!
Если знать хотитЕ точно,
Кто в маНеже столько лет,
Взяв по буКве с каждой строчки
Вы получите Ответ.

НОВЫЕ ГАСТРОЛИ! НОВЫЕ ДЕБЮТЫ!

Начало в 8 часов 30 мин. Вечера.
типогр. Обл... Крайлит. №1738 от 13 июня 1938г. Тир.1000 экз.

ПРИВЕТ РОСТОВУ /афиша со стихами/ /Н.А.Адуев/

Привет Ростову шлю, друзья,
Как говорят, до скорой встречи,
Везу багаж с собою я –
Остроты, шутки, трюки, скетчи
И смех, веселый, бодрый смех,
Любого вида и оттенка.
Заочно обнимаю всех
Ваш друг
Виталий Лазаренко

ЛЕТУЧКА – ПРОЩАНИЕ

Спасибо за внимание,
Я уезжаю,
до свидания,
Виталий Лазаренко.

ТЕЛЕГРАММЫ:

АСТРАХАНЬ, цирк.


Давно я в Астрахани не был.
Ведь я - прыгун, не домосед.
Привет заводам, Волге, небу
И рыбным промыслам привет!
Желаю счастья и успеха,
Надеюсь в цирке видеть вас.
Везу с собой вагоны смеха
И шуток месячный запас.

Виталий Лазаренко

КИЕВ, цирк.
Люблю красавицу столицу,
Сады, и Днепр, и Подол.
И вот меня, как говорится,
Язык до Киева довел.
Багаж готовлю с нетерпеньем,
А сердце говорит: скорей!
Я рад явиться на арене
В столице родины моей.

Виталий Лазаренко

РОСТОВ-НА-ДОНУ, цирк.

Я от отца рожден простого,
Был колыбелью мне Ростов.
И пролетариев Ростова
Я веселить всегда готов.
Встречайте! Еду! В добрый час.
Одиннадцатого я увижу вас.

Виталий Лазаренко

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100