Люблю читать ребятам
Свыше сорока пяти лет выступаю я как детский чтец. Из них тридцать — вместе с моим другом и партнером Петром Михайловичем Ярославцевым. Опыт накопился немалый.
И вот этим опытом— творческим и организационным — хочется поделиться с читателями, а главным образом с товарищами по профессии. Первое и основное. Невозможно переоценить значение искусства художественного чтения для детей. Нет большего удовольствия для ребенка, чем послушать сказку, рассказ, стихотворение. Я не знаю, правильно ли с педагогической точки зрения кормить ребенка кашей вместе со сказкой, но я знаю, что практически это так и происходит. Надоевшая манная каша с удовольствием проглатывается под бабушкину сказку. Это вечно, как вечна и сама народная сказка.
Сколько добра и пользы принесли детям такие сказочницы, наши Арины Родионовны, как покойная Вера Ивановна Фун-тикова — блестящая исполнительница русских народных сказок, Мария Дмитриевна Курская — «тетя Маша», которая и сегодня является любимицей дошколят, и многие, многие другие-Дети подрастают. Становятся школьниками. На смену сказке приходят произведения ведущих детских писателей и поэтов — Чуковского, Маршака, Квитко, Михалкова, Барто, Кассиля. И чем старше становится человек, тем все большее и большее наслаждение приносит ему звучащее слово.
У нас много отличных чтецов — Д. Журавлев, С. Кочарян, Э. Каминка, Я. Смоленский, О. Беюл, А. Перельман, В. Токарев и другие. Но они в основном читают для взрослых, а не для детей. Есть ли у нас артисты-чтецы для младших и средних школьников, подлинные энтузиасты своего дела, и нужны ли они? Да, есть. Так, например, Московская филармония при содействии отдела народного образования организовала в школах столицы цикл абонементных литературных концертов. В 110 школах проводится свыше двухсот абонементов, в каждом из которых по пять-шесть литературных концертов.
В репертуаре литературно-чтецкого отдела Московской филармонии около двухсот программ для детей. Но все это не удовлетворяет полностью запросы московских школ, число которых все время растет. Что же касается второго вопроса — нужны ли специально детские чтецы, — то они, по-моему, нужны не в меньшей мере, чем детские театры, детская эстрада, детская опера, а главное, детская литература со своими детскими писателями и особым детским издательством.
Замечательный польский педагог и писатель Януш Корчак писал в своей книге «Когда я снова стану маленьким»: «Вы говорите: «Дети нас утомляют». Вы правы. Вы поясняете: «Надо опускаться до их понятий». Ошибаетесь. Не от этого мы устаем. А оттого, что надо подниматься до их чувств». Детские чувства не связаны ни условиями, ни условностями — они раскрепощены. Посмотрите, как самозабвенно играют дети во дворе. Игра для них не отдых, не забава, а дело, которому они отдаются цели» ком.
Я очень люблю читать, рассказывать детям. Они покоряют меня своим умением слушать. Они, как никто, умеют заразительно и от души смеяться в веселых местах и грустить в печальных. Очень точно об этом сказал писатель В. Каверин в книге «Двойной портрет»: «Мне всегда казалось, что дети серьезнее нас м что литература для них дело, а не развлечение». Быть искренним — не притворяться, не сюсюкать, а разговаривать с детьми уважительно, как с равными, ни в коем случае не снисходить до них (дети не выносят фальши, нарочитости), а завоевывать их внимание, сочувствие — умечи* сложное и ответственное.
Упустил их внимание — пиши пропало. Я был свидетелем, как очень уважаемая актриса, читая школьникам поэму Маргариты Алигер «Зоя», чересчур сильно «переживала» (точнее, пережимам). Сидящий рядом со мной вихрастый парнишка, состроив гримасу, иронически сказал: «Ах, она умира-а-ет!» И столько снисходительности было в его интонации, что все ребята фыркнули. Выступление актрисы было испорчено. Нет, он не был озорником, этот парнишка, он просто очень точно почувствовал фальшь и нарочитость. Еще один принципиально важный опрос — о чтении стихов. Многие актеры перегружают стихи логическим интонациями и эмоциональными красками настолько, что ломают точный стихотворный ритм, превращая зачастую стихи в рифмованную прозу.
Как-то С. Маршак сказал мне: «Вы слишком увлекаетесь раскраской слова, стихи надо любить бескорыстно». Этому бескорыстию надо учиться у детей. Послушайте, как увлекательно и ритмически точно читают стихи дети. В прекрасной книге К. Чуковского «От двух до пяти» много говорится об органической способности детей жить стихом, ощущать его природу. Всю свою актерско-чтецкую жизнь я стараюсь научиться этой ритмической точности. И только тогда, когда мне удается передать мысль и эмоционально-образную суть произведения в гармоническом сочетании со стихотворной формой, — только тогда я и, смею вас заверить, мои юные слушатели получаем удовольствие и удовлетворение.
И еще об одной весьма важной особенности выступления чтеца перед детской аудиторией. Выдумка, изобретательность, загадка, неожиданность, контрастность — все это при обязательном соблюдении простоты и естественности. Приведу пример. Как-то мы с Петром Ярославцевым зашли к Маршаку. Самуил Яковлевич очень по-доброму относился к нам и часто приглашал к себе послушать новые стихи. Так сказать, с пылу, с жару. В руках у меня Маршак увидел свернутый в трубку плакат. Это был проект афиши для детей. Он заинтересовался им.
Кроме текста на афише были две фотографии. Моя с серьезным выражением лица и улыбающаяся физиономия моего партнера. Под моей фотографией, естественно, было напечатано — Натан Эфрос, под фотографией партнера — Петр Ярославцев.
Самуил Яковлевич недовольно сказал:
— Эта афиша для взрослых, а не для детей. Дети ее и читать не станут. Во-первых, нужны рисунки, и не просто рисунки, а забавные, детские. Во-вторых, шрифт должен быть цветным, ярким, броским. А в третьих, уберите трафаретные подписи под фотографиями. Подождите минутку...
Самуил Яковлевич тут же подсел к письменному столу и буквально через несколько минут прочитал нам свой экспромт:
«Задать вы можете вопрос, Который из «красавцев» Натан Михайлович Эфрос, Который — Ярославцев? Кто говорит как бы всерьез, Тот называется Эфрос. А роли добряков, лукавцев Всегда играет Ярославцев».
Хочу закончить эти заметки еще одним высказыванием Маршака: «Заставить ребенка плакать очень легко. Гораздо труднее вызвать у него радостную улыбку. Еще труднее — веселый громкий смех».
Мне кажется, что, рассказывая и читая для детей, мы должны прежде всего нести ребятам радость, воспитывать в них любовь к звучащему слову, приобщать их к искусству с большой буквы.
Н. ЭФРОС
Журнал Советский цирк. Июнь 1968 г.
оставить комментарий