Под куполом старого цирка - В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ
В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Под куполом старого цирка

 

НА   ДЕВИЧЬЕМ    ПОЛЕ

Из кадетского корпуса нака­нуне каждого праздника я при­езжал домой и непременно проводил вечер в цирке. Я по­купал билеты на самые деше­вые последние места и с большим наслаждением наблю­дал за работой циркистов, ко­торые мне давали богатый ма­териал   на   целую   неделю.

...К пятнадцатому году, бла­годаря неустанным упражне­ниям, у меня выработались легкость и проворство, кото­рыми я мог бы соперничать с завзятыми гимнастами.

В это время моя страсть к цирку была особенно сильна. Один из сараев я превратил в школу, устроил трапеции, про­тянул канат, сделал ходули и т. д. На деньги, щедрой ру­кой даваемые мне крестным на лакомство, я нанял себе в учи­теля гимнаста Анжело Бриаторо, служившего в цирке Гине. Он славился прыжками и но­сил поэтому специальную клич­ку прыгуна. Я ему платил по рублю.

Бриаторо являлся ко мне в сарай с большим хлыстом, ко­торый часто прогуливался по моему телу...

Вторым моим учителем был балаганщик Отто. Однако без хлыста я не мог работать с воодушевлением. Я купил хлыст, подарил учителю с просьбой не жалеть меня. Мне хотелось во что бы то ни стало сделаться выдающимся гим­настом, клоуном же быть я в то время  вовсе не думал.

...Летом, на Девичьем поле должно было состояться на­родное гулянье. На открытую эстраду Отто взялся доставить группу акробатов. Он сделал мне предложение вступить в состав его «ансамбля». По­обещал мне за это два рубля деньгами, даровую водку и закуску.

...В день моего первого пуб­личного дебюта я был в очень большом волнении. Накануне всю ночь не спал. Все время мечтал об успехе, придумывал различные комические антре. Рано утром я сказал, что иду в церковь, а сам между тем опрометью бросился на Де­вичье поле...

По приказанию Отто я раз­делся и на  голое тело напя­лил какой-то грязный, заса­ленный клоунский костюм, по светлому фону которого были слеповато нарисованы уродли­вые рожи. Потом он подверг мою физиономию ужасной гри­мировке.

Я со смелостью старого ко­медианта ловко взобрался на трапецию и начал работать. Тысячная толпа народа поче­му-то гоготала, хотя в моих упражнениях смешного не было ничего, и аплодировала.

— Ты хорошо и много ра­ботаешь, — поощрял меня От­то и предлагал водки. — Для укрепления мускулов пре­красно... пей, все артисты пьют!..

Я было взялся за стакан, но при всем желании не мог прикоснуться к водке, что крайне удивило Отто:

—Ну какой же ты после этого гимнаст?! Даже пить не можешь...

Прошло более полдня. Я все так же энергично и охотно ло­мался на трапециях, толпа все так же глупо смеялась.

Окончив номер, я стал спускаться в подполье. Не успел переступить порога, как раздался голос крестного от­ца, пришедшего с полицей­ским.

—Анатолий! Как тебе не стыдно... — сказал он с уко­ризной.

Я молча склонил свою на­пудренную голову, но не тро­гался   с   места.

—Я обязан работать весь день.

—Без разговоров. Долой с себя этот позорный костюм и марш домой!..

Я принужден был во избе­жание скандала переодеться и пойти за крестным, который отправил меня на исправление к бабушке во вдовий дом... Меня подвергли строгой жиз­ни и наняли несколько учите­лей, дядьку и репетитора. На­ука мне не девалась, я все­цело был поглощен цирковой ареной.

Я не мог побороть своей страсти и осенью 1880 года решился сбежать в Тверь с ярмарочным балаганщиком Вальштоком.

А.   Л.  Дуров
(отрывок из книги «Воспоми­нания и странички из дневни­ка   Анатолия   Дурова»)

 

«ВОЙНА РУССКИХ С ТУРКАМИ»

Десяти лет я был учеником у кузнеца. Работа трудная. Убежал. Устроился на табач­ную фабрику. Так уставал, что на детские игры не хватало сил. Однажды я увидел балаган; тайком  проник  в  него  без  билета. Клоун-зазывала заметил меня, хотел дать подзатыль­ник, но, посмотрев внимательно, неожиданно предло­жил:

— Будем разыгрывать вой­ну?..

Я согласился участвовать в «Войне   русских    с   турками».

Мне на голову надели фес­ку,  дали   в  руки   бычий   пузырь.

Всех ребят разделили на две группы и велели по сигналу бросаться друг на друга и бить изо всех сил пузырями, которые лопались и произво­дили   впечатление   выстрелов.

...Вот клоун выехал на бу­тафорской лошадке и подал сигнал. Мы с воинственным пылом принялись колотить друг друга. Пузыри оглушительно лопались. Сквозь шум «кано­нады» слышались наши азарт­ные выкрики. Публика гром­ко   аплодировала...

Так решилась моя судьба: я стал артистом цирка — впо­следствии человеком, преодо­левшим страх, сумевшим по­бедить воздух и парить в нем в  свободном  полете.

Ф. С. Конев

 

«БЕЗБИЛЕТНЫЙ        ПАССАЖИР»

Это было в самом начале века где-то на Дальнем Восто­ке. На стенах маленького пе­редвижного цирка пестрели плакаты, возвещавшие о «необычайном гала-предстаелении» с «летающей дамой в мешке» и новинками модного куплетиста господина Алексиса.

Провинциальная публика до отказа набивалась в холодное, освещенное керосиновыми лампами       помещение       пере­движного    цирка-шапито.

Во время клоунского антре рыжий выносил на арену пле­теную корзинку. Под смех зрителей из нее вылезал «безбилетный пассажир». Ма­лыш старательно проделывал несколько несложных акроба­тических трюков и, путаясь в широченных штанишках, убе­гал с арены. Так 60 лет тому назад начал свою артистиче­скую деятельность Александ­ров-Серж.

(Из  книги  А. Амасовича «Александров-Серж»)

 

ЗЛОСЧАСТНАЯ     ТАРЕЛКА

Когда мне было 15 лет, я уже мечтал стать цирковым артистом. Почти ежедневно пробирался тайком в цирк на галерку и с замирающим серд­цем смотрел выступления кло­унов и акробатов. А по вос­кресеньям у себя во дворе с друзьями устраивал для мальчишек цирковые представ­ления.

Однажды, увидев в цирке антре «Опера» в исполнении Лепома    и    Эйжена,    я    решил повторить его со своим товарищем на нашей любительской арене. У нас, правда, не было настоящей музыкальной трубы. Ее пришлось заменить само­варной. Остальной реквизит для антре мы имели — сырые куриные яйца и большую кузне­цовскую тарелку, которую я утащил   из   дома.

И вот, в одно из воскресений, я с партнером начал исполнять антре. Сначала было все как в настоящем цирке: мы би­ли о головы сырые яйца, об­ливали друг друга водой и обсыпали мукой. И вот, нако­нец, пришел момент исполнить самую смешную часть антре — разбить о голову парт­нера тарелку.

Подкравшись к нему, я встал на стул, чтобы лучше нанести удар, и со всего раз­маха опустил тарелку. Но та­релка почему-то не разбилась, как это получалось у Лепома и Эйжена, а, отскочив от голо­вы, целехонькой упала на ма­неж.

Мой партнер сразу же поте­рял охоту петь и сразу рас­тянулся на полу, вместо того чтобы обернуться ко мне. На его голове проступила кровь. Пострадавшего унесли за ку­лисы.

Публика горячо аплодиро­вала, думая, что все происхо­дит как надо и требовала, чтобы мы вышли на арену. Мой партнер появился перед ней улыбающийся, с забинто­ванной головой. Я сокрушен­но смотрел на него и думал, почему же не разбилась тарелка.

Позднее я узнал, что Эйжен и Лепом выступают с предварительно склеенной бу­тафорской тарелкой, которая разлеталась у них на мелкие части при малейшем прикос­новении   к  голове.

После моего дебюта прошло много лет. Я стал профессио­нальным артистом, но никак не мог забыть происшествия со злосчастной тарелкой. Поэтому у клоунов, готовящихся вы­ступать в антре «Опера» я всегда спрашиваю: «а не за­были ли вы взять бутафорскую тарелку?»

Петр Тарахно, клоун-сатирик

Журнал "Советский цирк" Сентябрь 1962г.

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100