В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Рассказ о трех цирковых номерах

Бывает так: посмотришь какой-либо номер один раз, затем — второй, третий и чувствуешь, что все еще не насмотрелся... Потом закроешь глаза и без труда «прокручиваешь» чуть ли не все выступление — настолько крепко запало в памяти! И невольно подумаешь вот о чем: про дела аттракционов и даже про их планы пишется немало, а у иных добротных номеров нет ни броских буклетов, ни «всесоюзного внимания» — жди, покуда попадут они на столичный манеж.

Однако творческая жизнь в таких номерах не замирает, есть тут и находки, и потери, и поражения, и победы. Но зачастую все это остается как бы личным долом самих артистов... К тому же есть еще одно соображение, впрочем. Сугубо личного свойства — полюбившимся мне артистам я обычно стараюсь приписать и человеческие добродетели. Очень уж хочется, чтобы исполнители и в жизни оказались достойными своего мастерства, чтобы ежели они муж и жена, то не только выступали бы слаженно, но и жили складно, чтобы коллеги всегда ценили их как артистов и уважали как достойных людей. Когда желаемое становится действительностью, возникает потребность поделиться этим с читателями. Вот почему я хочу рассказать о трех запомнившихся мне номерах.

КЛЕВЦОВА И КОНОВАЛОВ

Водружается на манеже аппарат, напоминающий ракету, поставленную вертикально. Верх ракеты срезан и образует площадку, в центре которой стержень с двумя поручнями. У форганга размещается пульт управления, там садится за столик ассистент, готовый нажатием кнопки привести этот аппарат в действие. Все, так сказать, на уровне нашего века, века научно-технической революции...

Но не знаю, как вы, а я не люблю обилия техники в цирке, когда манеж превращают то ли в цех, то ли в лабораторию. В цирк ведь приходят смотреть людей и животных, а отнюдь не машины, да и сам человек на манеже должен быть интересней и удивительней любого технического чуда. Но в данном случае цирк и «век НТР» как-то сбалансированы, аппарат легок, элегантен и призван не облегчить труд артистов, а усложнять его. А вот и исполнители...

Если можно про кого-нибудь сказать, что они созданы друг для друга, так это наверняка про Аллу Клевцову и Павла Коновалова. Они из тех счастливчиков, которые, еще не исполнив ничего, завоевывают расположение публики. Мы ловим себя на том, что нем очень хочется, чтобы все у них получилось... Клевцова и Коновалов молоды, красивы, пластичны, они относятся друг к другу с трогательным вниманием, и хотя я номере это не подчеркивается, но и не уходит на задний план. После одного из трюков Павел берет руку партнерши, прижимает к сердцу и хочет то ли обнять, то ли поцеловать ее, а она от этого уклоняется. Ах, как легко тут впасть в наигранную жеманность... Но ничего подобного у артистов не происходит, чистоте их взаимоотношений веришь, и этот лирический нюанс запоминается не меньше любого трюка. А трюки молодых эквилибристов достаточно сложны.

Взойдя на пьедестал. Павел берется одной рукой за поручень и взлетает в стойку. Алла застывает в позе, которая на цирковом языке не слишком изящно называется лягушкой, и тогда пьедестал начинает медленно вращаться. Но все это как бы «проба пера», освоение аппарата. Затем один трюк сменяется другим, радуя четкостью, законченностью, а также отсутствием у артистов видимого напряжения. Финальный «трюк» особенно красив. А потом включается некий мини-лифт, опускающий исполнителей на манеж, и они очень сдержанно, будто и не сделали ничего особенного, покидают манеж.

Смотрел я в Батуми этот номер и никак не мог отделаться от чувства, будто он мне хорошо знаком. Но видел ли я раньше Кпевцову и Коновалова? Да нет, не видел... Встречал ли номер, подобный этому? Тоже вроде бы не встречал...

И вот Павел просит:

— Если будете писать, пожалуйста, побольше о Викторе Матвеевиче. Без него ничего бы у нас с Аллой не было!

Так вот в чем, оказывается, дело! Номер ставил заслуженный артист РСФСР Виктор Матвеевич Лисин, в прошлом наш самый лирический воздушный гимнаст. Вот отчего повеяло чем-то знакомым. Режиссерский почерк Лисина отчетливо просматривается в выступлении молодых эквилибристов. Сам Лисин никогда не ограничивался демонстрацией трюков, он был благороден и артистичен в каждом жесте, а его «поклонам» завидовали многие театральные и эстрадные знаменитости. Эту манеру поведения он сумел привить своим подопечным. А еще, слушая Павла, я подумал вот о чем: есть у нас артисты, которые, получив все. что можно, от режиссера, в дальнейшем с легкостью необыкновенной приписывают все находки себе. Послушал бы хоть один из них сейчас Павла Коновалова!..

Клевцова и Коновалов идеально подходят друг к другу; кажется, будто они родились с этим номером. А на самом деле было так...

Алла Клевцова после окончания училища выступала в художественно-акробатической труппе Киселевых, а Коновалов был силовым акробатом в паре с Виктором Сдобниным. Но вот во время гастролей а Харькове юноша тяжело заболел. Партнер не стал дожидаться его исцеления. Ждала только Алла... Она ушла из хорошего номера Киселевых и ухаживала за больным. Затем появился Лисин.

Глядя на эту очаровательную пару (собственно, а жизни-то не пару — у Аллы и Павла прелестная дочурка), лишний раз убеждаешься в справедливости поговорки: «Не было бы счастья, да несчастье помогло».

РАИСА И ВЛАДИМИР КОБЯКОВЫ


Если номеру Клсвцовой и Коновалова предшествует появление «полуракеты». то перед выступлением акробатов-антиподистов Кобяковых манеж пуст. Правда, загодя можно заметить крепко сколоченного мужчину зрелых лет, который заботливо ставит в форганге реквизит. Вот с этого мужчины, пожалуй, и следует начать рассказ о втором из полюбившихся мне номеров.

С Николаем Васильевичем Кобяковым я познакомился в Риге, в цирковой компании, однако же не в цирке. Он вскользь упомянул, что совсем недавно перестал сам выступать иа манеже и теперь ассистирует сыну с невесткой. Он пригласил меня посмотреть их номер, но тогда я сделать этого не сумел. Однако мир тесен, а цирковой особенно — не увидел в Риге, увидел в Батуми.

Николай Кобяков раньше был силовым акробатом, выступавший со своим сыном Владимиром. Отец — нижний, сын — верхний. трюки — труднейшие, но как бы ни был хорош такой дуэт, нет, нет до и подумаешь о будущем... И вот это будущее предстало в лице изящной и озорной Раисы Батуры. Ес судьба складывалась несколько иначе. Если Владимир прошел «школу отца», то Рая окончила ГУЦЭИ и вошла в партерный полет, руководимый ее сверстницей М. Фалеевой. Четыре отчаянных девушки быстро завоевали признание своим номером, но жизнь есть жизнь... Раиса подсчитала, что за семь лет о этом полете сменилось семнадцать партнерш — девушки устраивали свою судьбу. Дошла очередь и до Раисы. Решено было создать ей и Володе номер, что оказалось делом вовсе не простым: ему надлежало из верхнего стать нижним, а ей — из гимнастки превратиться в акробатку. Войдя в семью Кобяковых, Раиса даже стойки делать не умела... Однако Николая Васильевича акробатка без акробатики не смущала. «Цирк — зто труд!» — любит повторять ом. И молодые люди эту общеизвестную истину взяли и а вооружение. В выходной день все артисты идут, скажем, в кино, а Кобяковы — на репетицию. В южном городе коллектив на пляже, а Кобяковы на манеже — они готовили новое без отрыва от работы в прежних номерах. На репетиции Владимир нижний, а на представлении — верхний! Раиса днем акробатка, вечером — гимнастка. При таком «совмещении жанров» Рая однажды получила серьезную травму. Но Кобяковых вдохновляла любовь друг к другу и к цирку. Репетировали три года... Композиция номера и трюки принадлежат Николаю Васильевичу.

Выступление Кобяковых предваряет зажигательная мелодия, и вот на манеже, пританцовывая, появляется девушка, а рядом с нею идет сдержанно улыбающийся партнер. Оба они как бы светятся изнутри.

Артистка создает образ резвушки, готовой на манеже чуть ли не скакать на одной ножке, играя «в классы». Партнер исподволь любуется ею. А нам, зрителям, интересно наблюдать их характеры, их взаимоотношения. Зачем одной прятать свою детскую непосредственность, а другому скрывать восхищение партнершей, если оба сильны, ловки, если все у них здорово получается? Николай Васильевич с достоинством ассистирует, а молодые выступают весело, но не развязно, и веселятся не потому, что, кроме улыбок, им нечего показать. Тут и стойка на одной руке с вращением кольца другой рукой, стойка с жонглированием барабаном. А вот, стоя на копфштейне, Раиса вращает ногами флажок, а Владимир жонглирует мячами. Нечто подобное мы видели только у Виолетты и Александра Кисс, в это ведь первоклассные мастера! Но вот Владимир уносит партнершу с манежа в стойке, а она и в зто время вращает ногами флажок...

А Батуми, где я видел их номер, всего лишь второй город, в котором выступают Кобяковы.

ЛЕРРИ — ШИЛИНСКИЕ

Как-то народный артист РСФСР Марк Местечкин рассказал мне:

— В один из первых сезонов моей работы а Московском цирке старейший деятель русского цирка заслуженный артист РСФСР Ивам Абрамович Лерри привез для участия в программе свою семилетию внучку Валю. Ее выступление прошло с огромным успехом. Очаровательная маленькая девочка, необычайно грациозная и обаятельная, покорила своим мастерством всех. Удивительно слаженный гротеск на лошади она заканчивала отличным трюком — пятью-шестью сальто-морталями в темп.

Несколько лет назад ко мне пришли Валентина Лерри с мужем и просили помочь им создать комический иомер дрессировки лошадей. Предложение было очень заманчиво. Таких номеров у нас, к сожалению, нет. И вот мы вместе с превосходным знатоком конного жанра М. Анисимовым решили поддержать это начинание. Номер этот был выпущен в машем цирке на Цветном бульваре,— закончив свой рассказ Местечкин.

Мне остается пояснить, что муж Валентины — Владимир Шилинский, а прошлом партнер известного акробата-эксцентрика Абрама Геллера, а ныне человек, не мыслящий своей жизни без лошадей. Могу засвидетельствовать, что и Валентина и Владимир с утра до ночи на конюшне. Скромные люди, большие труженики, только такие и смогли создать эффектный и очень нужный в цирке номер конной эксцентриады.

Сияющая Валентина появляется в костюме, напоминающем одеяние белого клоуна — блестки, накидка, островерхий колпак. Эксцентричность костюма тотчас же подкрепляется эксцентричностью номера — по кругу идет первая пара лошадей, затем вторая, а в третьей паре рядом с лошадью вышагивает огромная собака по имени Гром. Этот Гром подлинный герой эксцентриады! Он все проделывает самостоятельно и, можно сказать, осмысленно. Вот он вместе с Валентиной внимательно следит за лошадьми, исполняющими традиционную «свободу», и вдруг настораживается... На манеж неожиданно выбегает Поклонник с букетом, намереваясь вручить его дрессировщице. Это — Владимир Шилинский. Костюм его ярок, парик пышем... Гром бросается на Поклонника, тот убегает и тут же возвращается с кошкой, желай переключить внимание агрессивного пса, однако безуспешно. Поклонник пытается вскочить на лошадь, падает. Гром прыгает на него, а с него — на лошадь. Когда же Поклонник пробирается к дрессировщице по спинам пяти бегущих лошадей (не связанных между собой), то Гром, стоя на манеже, его попросту стаскивает за ноги. Валентине, принявшей букет, удается примирить «враждующие стороны», но ненадолго. На арену выносят большой мяч, и Гром, почувствовав себя хозяином, ни за что не хочет отдать его Поклоннику. Мяч берет Валентина, а лошадь отбивает его передними ногами, как волейболист, а потом задними — в жанре «лошадиного футбола». После этого лошадь отбивает чечетку. Завершается номер музыкальной кавалькадой, в которой лошади играют на бубнах, стучат по барабану, в положении "оф" играют на медных тарелках... Счастливый Поклонник аккомпанирует на гитаре, а подружившийся с ним Гром чуть ли не пускается в пляс...

Эти три номера очень разные и по жанрам. Но что-то общее в них все-таки есть. Номера эти самобытны, оригинальны. У артистов полным-полно задумок, и они продолжают обогащать свои момера. Так пусть эти беглые заметки послужат им добрым напутствием!


ЮРИЙ БЛАГОВ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100