В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

С конным цирком в Париже

Весной 1965 годе мы вместе с Михаилом Николаевичем Тугановым прилетели в Париж на несколько дней, чтобы подготовить гастроли нашего «Конного цирка».

За это время мы продумали, как разместить во Дворце спорта все огромное хозяйство «Конного цирка», спланировали где и как строить манеж, в каком месте расположить закулисные помещения, а где — конюшню на несколько десятков стойл.

Здесь нам стало известно, что осенью в Париже начинает свои выступления известная французская труппа братьев Буглион. В их программу, как нам сказали, включено несколько крупных конных номеров. Честно говоря, мы встревожились: две конные программы одновременно — не много ли для парижской публики.

...Осенью начались гастроли советского цирка и оказалось, что тревоги наши были напрасными. Премьера прошла с огромным успехом. Она привлекла внимание представителей французской прессы, радио, телевидения. Присутствовали и особо почетные, дорогие для нас зрители: члены ЦК Коммунистической партии Франции, руководители общества «Франция — СССР».

Французская пресса отмечала, что артисты «Больших московских кавалерийских гонок», так в Париже называли наш «Конный цирк», показали разнообразный и оригинальный спектакль с необыкновенно красочным прологом. Много добрых слов было сказано об оформлении спектакля, о костюмах.

В эти дни у нас на представлении побывали артисты цирка братьев Буглион, готовившиеся к премьере.

В один из первых дней пребывания во Франции мы посетили мэра столицы и, выполняя поручение жителей Тулы, где коллектив готовился к гастролям, подарили Парижу огромный пятиведерный русский самовар. Это было интересное зрелище. Наша группа вошла в кабинет мэра, а впереди всех важно шествовал на задних лапах медведь артиста В. Калинина с тульским самоваром.

Гастроли проходили отлично. И вдруг пришла беда: неожиданно заболели редким вирусным гриппом все маши лошади. Болезнь сопровождалась высокой температурой. Выступления прервались...
Необходимо было принимать срочные меры для спасения животных...

Французская пресса в те дни систематически оповещала читателей о ходе болезни, публиковала фотографии больных лошадей и рассказы о том, как вся труппа выхаживала и лечила их. Ежедневно сообщались возможные прогнозы дальнейших гастролей.

Известные французские специалисты расценили этот случай как исключительно тяжелый. Предполагали, что в лучшем случае мы сможем начать работу примерно через месяц, а, возможно, и вообще не сможем продолжить выступления.

Весть о прекращении гастролей советского «Конного цирка» облетела всю Францию. И действительно, наше положение было просто критическим — мы нс могли ни работать, ни двинуться домой с больными, неподвижно лежащими лошадьми...

В мучительные, напряженные для всех нас дни владелец Дворца спорта пригласил М. Туганова и поставил его перед перспективой разрыва контракта. Надо отдать должное твердости духа Туганова, который а ответ спокойно заявил, что мы начнем свои выступления, вопреки предсказаниям французских врачей, ровно через десять дней. Был установлен крайний срок, за который мы должны были поднять на ноги лошадей и вновь приступить к гастролям.

Впрочем, владелец спортивного зала позаботился о восполнении вынужденного простоя. На опустевшем манеже был установлен ринг, на котором американская коммерческая труппа демонстрировала кетч.

А мы тем временем ожесточенно боролись с болезнью: организовали круглосуточные дежурства, не оставляли лошадей даже по ночам. Артисты, берейторы, ассистенты помогали нашему врачу кипятить сотни шприцев, делать лошадям по нескольку раз в день уколы, измерять температуру.

И тут, как назло, испортилась погода. Холодные ветры пронизывали все щели конюшен, беспрерывно шег дождь. Больные лошади мерзли, пришлось поставить в конюшнях железные печи и вообще утеплить их всем, что было под руками.

В это очень тяжелое для нас время мы ни на один час не чувствовали себя одинокими. Ежедневно приходили письма, раздавались телефонные звонки из Москвы и других советских городов. Друзья и родные старались оказать нам всевозможную поддержку, давали дельные советы, искренне волновались за нас. В самом Париже нам постоянно помогали сотрудники советского посольства.

...Установленный десятидневный срок истекал. Болезнь начала постепенно отступать. Артисты прогуливали в манеже еще не окрепших, качающихся на «ватных» ногах лошадей. Так как в первые дни мы потеряли несколько лошадей и ослика, то артисты Запашные, Соболевские и Аганесовы срочно принялись перестраивать композицию своих номеров.

Французы удивленно покачивали головами — такого они никогда еще не видели!..

И тут я хочу сделать небольшое отступление и рассказать, что в эти дни нами было получено приглашение на представление цирка братьев Буглион.

...Оно началось в полупустом зале. Оркестр, окруженный девушками в нарядной форме старинной кавалерии, исполнил бравурный марш. Затем на арену стали выходить французские артисты и гастролеры из других стран: жокеи Франкорди, жонглеры Жильберто, воздушные акробаты Сальтос, акробаты Вильсон, комические каскадеры Никки и Пелло, акробаты на батуте Стефанос, велосипедист Жерардн, прыгун Махамед, Сандрина Буглион с парнерами — наездницы демонстрировали «Высшую школу верховой езды». Почти асе номера были групповыми.

Конечно же, как художник, я не мог не обратить внимания на костюмы артистов. Выполненные с большим вкусом, они были традиционно цирковыми.

«Гвоздем» представления явилось выступление молодого, но уже достаточно известного дрессировщика и прыгуна Вильямса. Он показал три номера — с тиграми и ягуарами, с двенадцатью слонами и танцовщицами и большую конюшню из двадцати четырех превосходно дрессированных лошадей. Во время выступления со слонами Вильямс продемонстрировал свои «коронный» трюк: слон отбивал ногой подкидную доску и артист, исполнив сальто-мортале с пируэтом, приходил на спину второго слона.
Восхищаясь мастерством французских коллег, мы невольно удивлялись, как при такой плохой посещаемости может существовать довольно большая труппа с огромным количеством животных. Правда, мы уже. знали, что значительные личные средства в это цирковое предприятие вкладывали братья Буглион... но надолго ли их может хватить?..

Однако я возвращаюсь к описанию наших прорванных гастролей. После трудных, полных напряжения и тревог дней и ночей выступления «Конного цирка» в Париже наконец возобновились. Это была победа.

На первое же представление прибыли почти все свободные артисты из цирка братьев Буглион. Они больше других могли понять и оценить то трудное положение, в котором мы оказались на
их родине, и то, как успешно сумели его преодолеть.

По окончании спектакля дрессировщик Вильямс вручил нашим артистам огромный букет красных гладиолусов... Думается, что это был не просто жест общепринятой вежливости, а искреннее признание творческих успехов, большой воли и напряженного труда мастеров советского циркового искусства.

...Гастроли закончились. С радостным чувством готовились мы к отьезду домой, и в эти дни нам особенно понятна стала надпись, размашисто начертанная гримом за кулисами Версальского дворца спорта артистами украинского ансамбля танца под руководством Павла Вирского после окончания их гастролей а Париже:

«Даешь Родину, ypal»


А. ФАЛЬКОВСКИЙ

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100