Идет по степи цирковая машина

Обыкновенный «ГАЗ-51» с высоким черным фургоном. Такие машины часто встречаются на дорогах. Задняя стен­ка фургона с дверцей и свисающей лестницей покрыта тол­стым слоем плюшевой желто-серой пыли. Машина идет не­торопливо, осторожно переваливает через рытвины и, как бы на цыпочках, перебегает по хлипким дорожным мости­кам. Тают в  пыли километры, идет по степи машина... Он очень хороший парень, шофер этой машины, — Витя Корженко. Он хороший парень и прекрасный шофер. Он проехал на этой машине по целинным землям 45 000 ки­лометров — расстояние, большее окружности земного шара. Это Киевской группе «Цирк на сцене» принадлежит за­пыленная машина с черным фургоном. Я сижу рядом с Ви­тей и с удовольствием смотрю, как мастерски управляет он машиной. Послушай,     Витя, — спрашиваю    я.  Сколько    стоит ваша программа за день? Около двухсот  рублей,  товарищ корреспондент. А сколько вы получите за концерт в Акбеите? Витя задумывается.  Он  прищуривается  и  начинает  ше­велить губами. Рублей 150—160, — наконец говорит он. — Там очень маленький клуб. Значит,   вы   не  окупаетесь? — удивляюсь  я. А как же прибыли?..  Какие там прибыли!.. — горячо говорит Витя. — Не об этом думать надо. Ну, там маленький клуб! Ну, там маленький сбор! Ну так мы не очень окупаемся! Нельзя же все время думать о деньгах! Думайте о людях... Они делают хлеб!.. Что же важнее? То, что мы даем не 7% прибыли, а 3% убытка, или люди, которые делают хлеб для половины мира? Эти люди довольны нашей бригадой... Мы им в ра­дость... Это, по-вашему, не прибыли?.. Вы знае­те, сколько у нас благодарственных отзывов?.. Это все они заработали, — говорит он, указы­вая через плечо на переднюю стенку фургона. Я знают все это, но с удовольствием слу­шаю взволнованный монолог Вити Корженко.

Он любит людей, сидящих там в фургоне, он любит, когда о них говорят хорошо. Идет по степи машина.. А в фургоне сидят действительно хорошие люди. Это первый цирковой коллектив, выехавший в Целиноградскую область в 1961 году. Они приехали еще тогда, когда маши­на не оставляла за собой длинный шлейф пыли, а подпры­гивала на смерзшихся кочках дорог. Рудники и совхозы, полеводческие бригады, отделения животноводов и элева­торы были концертными площадками этой группы. В ма­леньких клубах, где потолок можно достать рукой, став на стул, шли представления. Зал клуба обычно не вмещал всех желающих посмотреть цирк, и каждое окно было блокиро­вано десятком мальчишек и взрослых.

Рывками раздвигался занавес, и на слабо освещенную сцену в концертном платье выходила Дина Дробовская. Она вела программу. Вела умно, сдержанно, артистично. А затем появлялся большой толстый человек в смешном украинском костюме, с рыжими усами, в маленькой шля­пе — Иван Черевик. Это клоун. У него свой образ, своя маска, своя манера поведения, своя теплота и задушев­ность. Он медлительный, этот Черевик. Он никуда не торо­пится, он делает все как все, но только чуть-чуть не так... И это очень смешно.

Иван Черевик — Константин Николаевич Иванченко — старый артист цирка. Прекрасный, талантливый артист. Всю программу от начала до конца Константин Николаевич не сходит со сцены. Уже с первых же секунд его появления зрители проникаются такой теплой симпатией к этому чело­веку, таким участием, что начинают сами подыгрывать ему в отдельных репризах. За каждым его словом следует хохот, за каждым уходом со сцены — долго не смолкающие аплодисменты.

Константин Николаевич на целине уже шестой раз! Два раза он был в Новосибирской области, даа раза на Алтае, а вот сейчас он второй раз проезжает по степным просто­рам Целиноградского царства. За это время К. Н. Иванчен­ко выступил перед людьми целинными 891 раз! К концу летнего сезона 1961 года Константин Николаевич сможет с гордостью назвать 1100 концертов на целине. Замечатель­ная цифра большого трудового подвига!

Неизменным спутником Константина Николаевича яв­ляется артистка Маковская Мария Филипповна. Это ста­рая целинная гвардия!

А вот и молодежь!

Леонид Паук выступает как жонглер на «свободной» про­волоке.  Ему очень  трудно  каждый  раз по-новому устанавливать и закреплять свой реквизит. Но Леня уже привык и не очень жалуется на трудности. Здесь, в этой группе, вообще  к жалобам относятся скептически.

Лида Кармазина показывает пластический этюд. Татьяна Савинова, острохарактерная актриса, читает сатирические фельетоны и юморески. Иван Лысенко очень хорошо ра­ботает с собаками. Слава Осипов — способный музыкант. Он выступает с сольным номером и ведет все музыкаль­ное сопровождение.

Есть и еще артисты в группе, но их нет сейчас в этом фургоне. Акробаты Володя Свириденко и Ляля Лавренок недавно купили старенький, подержанный «Москвич» и едут в собственной машине. Их всегда заботливо выпуска­ют за полчаса вперед, чтобы иметь возможность, нагнав, помочь завести упрямого «Москвича». А такая возможность представляется довольно часто... Не идет по степи «ма­шина». У клуба около афишного щита стоят три человека, в замасленных ватниках, комбинезонах и шапках. Они читают афишу и негромко переговариваются между собой. На крыльцо клуба выходит Константин Николаевич Иванченко.

Через час начало представления. Что,   на   концерт   собираетесь?   —   спрашивает   Иван­ченко. Не в ночную собираемся... — говорит один. Прошлый год приезжали из Днепропетровска арти­сты, — говорит другой. —Я и тогда в ночной был. Не ве­зет...— И вздохнув, они медленно уходят.

А когда концерт закончился, директор Новобратского зерносовхоза Петр Сергеевич Шкитин вышел на сцену и какими-то очень простыми сердечными словами поблаго­дарил артистов от имени людей, сидящих в зале, и выра­зил сожаление, что не все могли посмотреть это представ­ление, так как клуб не вмещает и половины жителей по­селка.

Иванченко и руководитель группы Герасун таинственно пошептались, и Герман Леонович сказал: Уважаемый товарищ директор! Завтра в девять часов вечера мы должны дать представление в совхозе «Старый Колутон». Но если вы не возражаете, то в два часа дня мы дадим концерт прямо на поле. Я думаю, что там тесно не будет!..

На фото: «Вам смешно, а у меня штаны лопнули...». Собаки    на    сене. Лида    Кармазина. Ассистент   всех   номеров — семилетний   Валерка   Савинов.

Ни один номер программы не вызывал такой овации. Стоя на сцене, аплодировали артисты, стоя в зале, аплоди­ровали зрители...

А на утро директор совхоза П. С. Шкитин, управляющий Острогорским отделением совхоза П. И. Островский, пред­седатель рабочкома Миша Хорошилов, представитель Киев­ской группы и я на совхозной «Волге» выехали в степь — вы­бирать место для «зрительного зала». Когда место наконец было   выбрано,   Шкитин   сказал:  У меня тут один  парень  есть, тракторист.  Он пять­десят семь гектаров за смену поднял. Айда, посмотрим, на концерт пригласим...

Проехав киломеров пять, мы нашли бригаду на пахоте. Трактор шел, таща за собой агрегаты для дискования зем­ли. Над трактором с криком металась целая стая чаек... Послушайте! — удивился я. — Откуда здесь, в сте­пи, чайки?

Здоровенный парень-тракторист охотно объяснял:

—С озер прилетают. Километров 25—30 пролетят и без опозданий  к  началу смены  являются.  Смена  кончится  — они домой  чешут. Я трактор веду,  Васька  и Филя землю дискуют, а чайки разных личинок, гусениц, червяков вред­ных  изводят...  Так  и  работаем  все  вместе:   Васька,  Филя, чайки  и  я...  А  на концерт мы  приедем.  Это точно. Я  ж тоже с Киевщины... К двум часам к «зрительному залу» начали подъезжать машины. Со всех окрестных поселков съезжался народ. Тремя грузовиками сделали «сцену». Черный цирковой фургон превратился в гримировочную, сзади машин расставили реквизит, и началась веселая суматошливая подго­товка к необычному «полевому» представлению. Один за другим подходили тракторы, верхом на лошадях приезжа­ли пастухи. Откуда-то примчалась зернозаправочная ма­шина. Трещали мотоциклы. Просто пешком приходили люди и степенно рассаживались в степном «партере».

На фото: Интересно,    когда   же    наши    подъедут?      И конечно, мальчишки, это вездесущее племя, лезли под колеса «сце­ны» и, лежа на животе, затаив дыхание, подглядывали за разминающимися артистами. Изредка из-под машины раз­давался   свистящий   шепот: Глянь, глянь! Собака сама на задних лапах ходит!.. Интересно, чего он такое на нос лепит, а?.. Бачь, як   перевертается!.. Тише вы!.. Як накладуть нам по шее, так будет «ба­тюшки»!.. Не,   по   шее   не   дадуть... А народ все прибывал и прибывал. Грузовики выстраи­вались, как на параде.

Трактористы хвастались гектарами, доярки, завистливо вздыхая, говорили о какой-то Христе, которая надоила столько молока, что никому и не снилось... Парни задирали девчонок, девчонки презрительно по­глядывали на парней и щелкали прошлогодние семечки... Бригадиры полеводческих бригад солидно покашливали и угощали   друг   друга   папиросами...

Но вот на импровизированной сцене появилась Дина Дробовская,   и степной  концерт начался.

И ничего, что не было занавеса и падуг, ничего, что не было прожекторов и парадного выхода униформы... Была степь,   было   солнце,   и   было   чудесно!

Зрители сидели на земле, на кабинах машин, на капотах тракторов, в седлах лошадей и мотоциклов, просто стояли на пахоте. Они хохотали над каждой шуткой, бешено апло­дировали каждому трюку, и степь подхватила веселье хо­зяев своих и несла вдаль людскую радость по гектарам поднятой   целины! Артисты работали счастливо, вдохновенно, забыв об уста­лости, ежедневных дальних переездах, о ночевках на холод­ных клубных сценах, забыв обо всех горестях кочевой жизни... А когда закончилось представление и были произнесены все хорошие слова благодарности, вышел замасленный де­тина-тракторист   и   сказал: Як вы  гарно играли, як вы  представляли,  нам дуже понравилось...  

Смеялись    мы   до   коликов,    хлопали,   аж ладошки нагрубли!  А теперь, дорогие гости, побачьте, як мы   пахать   будемо!.. Эй,  Васька, Филя!  Залазь  швыдче!  Зараз мы пред­ставляем!..  Граждане, — закричал  он,  высунувшись  из  ка­бины. — Концерт    продолжается!    Следующим    номером нашей программы пойдет пятьдесят восьмой гектар! Смена не   кончилась!.. ,И трактор рванулся вперед, потянув за собой агрегаты, на которых сидели, ржущие от удовольствия Васька и Филя...

В. ВОЛОДИН

Журнал "Советский цирк" ИЮНЬ 1961 г