Шурета, Мария и Жорж Розетти

Жорж и Шурета были воспитанниками известного в свое время музыкального клоуна Д. Я. Розетти. Как эквилибристы на проволоке они начали выступать с 1915 года. Позже к ним присоединилась Мария.

На фото: Трио Розетти (слева направо): Шурета, Жорж и Мария

Номер эквилибристов Розетти был примечателен не только потому, что в нем были сильные трюки. Так, Шурета стояла у Жоржа, идущего по проволоке, одной ногой на го­лове, другую ногу Шуреты Жорж поддерживал рукой, и в это время Шурета играла на скрипке. Или Жорж шел по проволоке, неся на плечах Марию, а у Марии на плечах сидела Шурета.

На фото: Жорж Розетти в номере музыкальной эксцентриады (финал)

Но в номере Розетти кроме высокого про­фессионализма еще привлекали мимико-пластичаская игра, огромное обаяние артистов, непосредственность молодо­сти. Когда артисты, напевая и пританцовывая, ходили по проволоке, было видно, что выступление на арене прино­сит им радость. Вот Жорж, идя по проволоке и неся Шурету на голове, вдруг начинал петь приятым тенором: «Моя снежинка, моя пушинка», и все исполнение окрашивалось в лирические тона. Каждое движение у артистов было красиво и по-балетному законченно. Недаром они ежедневно проводили по нескольку часов у балетного станка. Костюмы у Розетти были пышными, с перьями и блестками, но всегда отличались хорошим вкусом. В их номере, может быть, даже чуть парадоксально сочетались модный тогда танец чарльстон и классические балетные арабески. Но, что бы они ни делали, все исполнялось с подлинным артисти­ческим блеском.

В 1928 году Розетти уехали на гастроли за границу и там остались. Это была огромная ошибка. Уходила молодость, а вместе с ней — силы и обаяние. Антрепренеры все реже предлагали Розетти контракты. И пришла сначала бедность, а потом и нищета. Художник Ф. С. Богородский, бывший в молодости цирковым артистом, встретил в 1956 году Жоржа Розетти в Париже. «Во что он превратился! Неког­да обаятельный, особенно на манеже, он стал совершенно седым и каким-то маленьким... Пропитание себе добывает тем, что помогает соседке торговать на рынке овощами, устраивает ей палатку, готовит пакеты из бумаги. Ты пойми, Феденька, — говорил Розетти, — я, конечно, сделал преступление, что остался за границей. Но ведь я раскаиваюсь в этом! Я мальчишкой не мог устоять перед соблазнами, меня сбил успех, да ведь ты знаешь и нашу цирковую психологию бродяг. Теперь я прошусь домой, но перемена подданства так сложна. А ведь я русский человек!..

Я успокаиваю его, и мне становится невыносимо тяжело... Какая страшная судьба у этого артиста с мировым цирковым  именем» 1.

И действительно, как можно утешить   артиста,  потерявшего   и   Родину  и  талант...

Все названные здесь номера были насыщены сложными трюками, но не только трюки определяли успех. Дело за­ключалось и в высоком мастерстве исполнителей номеров и в хорошей режиссуре, то есть в умении так построить композицию, что номер переставал быть просто демон­страцией трюков, а становился подлинным произведением циркового искусства, бессюжетной сценкой, имеющей свою тему и логику развития. Именно такие номера имеют в цирке особенный успех.

_______________________________________________________________________________________________________

1 Федор Богородский, Из воспоминаний худож­ника, М.,   1959,  стр.  271,  272.

Ю. ДМИТРИЕВ

 Журнал «Советский цирк» март 1961 г