В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

О некоторых весьма важных цирка делах

Художественный совет Союзгос­цирка   рассмотрел   план меро­приятий,     которые     намечено осуществить в 1961 году*. План большой, интересный, и хочет­ся верить, что он будет выпол­нен, Но в связи   с планом   позволю себе высказать  несколько мыслей.

цирковой артист и режиссер

Кто является главным действующим лицом в цирковом представлении? Бесспорно, артист. Как бы ни была оригинальна и совершенна аппарату­ра, какие бы ухищрения ни придумы­вал режиссер, все равно качество номера определяется прежде всего мастерством его исполнителей. Но что понимать под мастерством арти­ста цирка? Существует формула, став­шая почти стандартной: цирк — ис­кусство силы и ловкости. Но, право, эта формула раскрывает существо циркового искусства весьма односто­ронне и даже примитивно. Разве си­ла и ловкость отсутствуют на стадионе или в спортивном зале? А с другой. стороны, может ли быть цирк без отваги, без веселья и смеха, без по­каза человеческой красоты? Совсем не во всех цирковых номерах сила и ловкость являются доминирующими качествами. Но главное даже и не это. В цирке артисты создают художественные образы, если угодно, играют роли, иногда смельчаков, потрясаю­щих зрителей бесстрашными полета­ми под куполом цирка, а иногда странных чудаков, делающих все не­впопад.

Своими специфическими средства­ми цирковые артисты воздействуют на публику, воспитывая ее в опреде­ленном направлении. Артистом может быть назван не тот, кто единственно, что умеет, так это исполнять трюки, в лучшем случае — он хороший спортс­мен. Артист — это тот, кто при по­мощи трюков, но используя и игро­вые паузы, и мизансцены, и костюм, и свет, и свой сценический темпера­мент, умея раскрыть свое отношение к происходящему, создает опреде­ленный цирковой образ. И здесь ар­тисту очень нужен режиссер.

Присмотритесь к номеру воздуш­ного полета, исполняемому артиста­ми Коневыми. Когда в лучах прожек­торов под звуки вальса, взлетев на тонкой, почти невидимой трапеции под самый купол и там оттолкнув­шись от нее, артист проделывает в воздухе какие-то невероятные круги, чтобы через секунду уже раскачи­ваться в руках своего товарища, на­ходящегося на другом конце купола, это не может не трогать, не восхи­щать, не поражать, ибо  в воздухе мы видим все великолепие человеческо­го тела: его пластичность, гармонич­ность, выразительность, его умение подчиняться приказаниям разума. И мы невольно гордимся человеком, сумевшим   добиться    того,   что    его тело стало инструментом, послуш­ным приказаниям человеческой воли, и от этого еще более прекрасным. Исполняя подобный номер, артист создает художественный  образ.

_______________________________________________________________

* Основные положения плана были изло­жены в журнале «Советский цирк», № 12 за 1960 г.  Статья  «Свершения  и  планы».

Хороший фокусник не просто де­монстрирует свои трюки, он проводит свое выступление, как своеобразную игру с публикой. Смотрите, как бы говорят, обращаясь к зрителям, Ла­рионовы, вот здесь находятся совсем прозаические предметы: стол и сту­лья, но стоит нам до них дотронуться, как тут же распустятся букеты цве­тов. И вот уже вся арена превращает­ся   в   цветущий   сад.

До войны славились акробаты Александр и Владимир Макеевы. И хотя были и есть акробаты, проде­лывающие более сложные упражне­ния, братья Макеевы по праву могут быть причислены к лучшим цирковым артистам. Они проводили свой номер как своеобразный акробатический диалог. Исполняя трюки, артисты раз­говаривали друг с другом и с публи­кой языком жестов и мимикой. Зри­тели видели в их глазах испуг, восхи­щение, торжество, иронию, и все это зависело от того, какие упражне­ния исполнялись и как они удавались артистам.

И хотя давно уже нет этого номе­ра, любители цирка помнят о нем, и это потому, что Макеевы были на­стоящими артистами.

Присмотритесь к номеру, руково­димому В. Довейко. Это не просто исполнение акробатических трюков, даже самых сложных: это акробатическая игра, азартная и веселая, и все в «ей участвующие стремятся пере­прыгать, если можно так сказать, один другого. И этот хороший азарт увлекает и зрителей. И когда А. Саженев исполняет действительно рекордный трюк — сальто-мортале с подкидной доски на двухметровых ходулях, но исполняет его легко и элегантно, это не только удивляет, но и восхищает весь зрительный зал.

В. Глозман и О. Шибанов — моло­дые артисты. Их номер состоит из акробатических падений или, как их на­зывают в цирке, каскадов. Но они разыгрывают целую веселую пантоми­му, в их номере очевиден импровизационный момент, кажется, что они са­ми поражены теми удивительными каскадами, которые исполняют.

Каждый хороший цирковой но­мер — это сценка, пускай бессюжет­ная, но имеющая начало, кульмина­цию и логически вытекающий финал. Хорошо, когда в такой сценке соче­тается героическое и комическое, вы­сокое и обыденное; такой сценке мо­гут быть присущи гротеск и буф­фонада.

Конечно, теперь есть немало хо­роших и очень хороших номеров, их стало гораздо больше, чем было в тридцатые годы. Но, к сожалению, есть и немало номеров, исполнители которых совсем не думают об актерском мастерстве и о режис­серском решении. Такие номера представляют собой случайное сочетание пускай даже сильных (и это бывает не всегда) трюков. Артист как бы говорит: «Смотрите, я умею делать и то, и другое, и пятое, и десятое». Но самоцельный показ трюков, как хотите, — не цирк, ибо в этом случае отсутствуют и художе­ственная гармония и образное на­чало.

Самое обидное, что такие лишен­ные подлинной режиссуры номера исполняют и молодые артисты и даже выпускники Училища циркового искусства. Бесспорно, одна из главных причин подобного положения заключается в том, что мало цирковых ре­жиссеров. Нет тренеров, умеющих держать лонжу. Не хватает подлин­ных цирковых режиссеров — режиссе­ров-педагогов и режиссеров — орга­низаторов номера, добивающихся, чтобы все компоненты номера помо­гали   раскрыть   определенную   идею.

Такой режиссер должен быть че­ловеком большого таланта, культуры, вкуса, отлично знать специфику цир­ка. Конечно, такие режиссеры в цир­ках есть, но их недостаточно.

Для того чтобы с полным правом называться цирковым режиссером, мало в прошлом быть профессио­нальным артистом, даже первоклас­сным. С другой стороны, мало быть режиссером драматического или му­зыкального театра. Одним часто не­достает широты теоретического кру­гозора, другим — глубины цирковых познаний. Так не стоит ли серьезно задуматься о том, чтобы начать орга­низованную подготовку и переподго­товку цирковых  режиссеров?

Успехи советского цирка так вели­ки, что он заслужил право иметь квалифицированную   режиссуру.

цирковые представления на стадионах

В плане Художественного отдела Союзгосцирка на 1961 год преду­смотрены выступления артистов на стадионах. Это, разумеется, очень хорошо. Цирк — народное, рожден­ное на площади искусство — снова возвращается на площадь, к массо­вому зрителю. Вероятно, число цир­ковых представлений на стадионах будет год от года увеличиваться. Но тут возникает весьма важный вопрос: а что, собственно, будет показывать­ся на стадионах? Конечно, представ­ления на стадионах обязательно должны быть торжественны, иметь прологи и эпилоги, Удачны были те­матические представления «Зимняя сказка», «Последний заомок». В них могут участвовать сотни артистов и десятки дрессированных животных. Для этих представлений нужно использовать самую разнообразную и новую технику. В условиях огромно­го поля, на котором развертывается действие, цирковые номера, рассчи­танные на тринадцатиметровую арену, обычно много теряют. И это ка­сается не только так называемых камерных номеров: различных акро­батических этюдов, одиночных и парных жонглеров, номеров с дресси­рованными собачками, но и группо­вых номеров. Акробатическая группа в составе десяти-двенадцати артистов на цирковой арене кажется даже излишне громоздкой, а на стадионе она теряет добрую половину своего успеха, так как прыжки и пирамиды плохо воспринимаются зрителями, особенно сидящими на задних скамь­ях трибун. Да и прыгать на твердом грунте стадиона весьма затрудни­тельно.

И если мы стремимся все чаще занимать стадионы для цирковых представлений, стоило бы подумать о труппе, а может быть, и нескольких, готовящих специальный репертуар для стадионных представлений. Конеч­но, эта труппа наряду с производ­ственной должна вести и эксперимен­тальную работу. При этом, несомнен­но, для стадионов немало может быть использовано из традиционного цир­кового репертуара. Так, очень эф­фектны выступления гимнастов, чья аппаратура подвешивается на высо­ком подъемном кране. И эквилибри­стика на канате впечатляет на фоне синего вечернего неба, когда особен­но очевидны высота, на которой про­изводятся упражнения, и какая-то не­весомость артистов. Но, вспоминая традиционные цирковые номера, сле­дует подумать и о некоторых новин­ках, специально для стадионов пред­назначаемых.

Именно на стадионах стоило бы возродить, конечно, театрализовав их, национальные конные игры, особенно распространенные у народов Кавказа и Средней Азии. Опыты в этом на­правлении артистов Кантемировых и Коченовых заслуживают самой горя­чей поддержки.

А разве не были бы впечатляющи на стадионах конные маневры (кад­рили) с участием двадцати-тридцати, а может быть, и более всадников и лошадей? Почему бы не возродить некоторые конные соревнования, известные еще со времен средневе­ковья, но теперь основательно забы­тые, — например карусели? Итак, кон­ные ристания в разных формах могут и должны найти свое место на ста­дионах.

Ну а машины? Разве не интересно посмотреть прыжки автомобилей или мотоциклов через препятствия? Или даже фигурную езду на автомобилях? Газета «Советский спорт» печатает сообщения о новых спортивных соревнованиях, осваиваемых «нашими физкультурниками, — мотоболе и автоболе. А что, если, используя прин­ципы этих соревнований, поставить спортивно-цирковые номера, соеди­няющие хороший азарт, образцовое владение машиной, спортивную закал­ку с комическими элементами.

Здесь названы только некоторые примеры того, что было бы интерес­но показать на стадионе. Но нет сом­нений, как только будет решен вопрос о создании коллектива для выступле­ний на стадионах, окажутся выдвину­тыми и другие, весьма вероятно, более интересные предложения.

со стадиона, из парка — в цирк

Цирк всегда был связан со спор­том, а развивался он в окружении всякого рода развлечений: тиров, зверинцев, кривых зеркал, каруселей, гор и так далее. Хотелось, чтобы и в дальнейшем он не терял связи с теми народными игрищами, которые всегда питали его живительными со­ками. Известно, что сейчас широкое распространение получили гонки мо­тоциклистов по вертикальной стене. Так не стоит ли, несколько изменив конструкцию стены, сделав ее из ме­таллических прутьев, перенести их на цирковой манеж? Тем более что из числа молодежи выдвинулись под­линные мастера такой езды. А в цир­ке они могли бы добиться прямо-таки фантастических результатов. Правда, подобный номер, но в шаре, демонстрируют в цирке Н. и П. Маяцкие. Их работа и доказывает как раз, насколько такие номера могут быть увлекательны, конечно, при условии, что каждый из них будет иметь и свой профиль и свои трюки. А, например, футбол или баскет­бол на велосипедах? Кстати, на совет­ских аренах подобный номер в три­дцатью годы с большим успехом де­монстрировали иностранцы Брустонс и наши соотечественники Юнгер. Артист Алексеенко, выступающий сейчас в жанре музыкальной эксцен­трики, ранее был участником труппы, проводившей игру в баскетбол на ве­лосипедах, и он мог бы стать кон­сультантом, если понадобится восста­новить номер, а участвовать в нем могли бы молодью артисты — отлич­ные велосипедисты и талантливые ко­мики.

не забывать об уже высту­пающих артистах

В Челябинске мне довелось уви­деть дрессировщика медведей Чжан Хай-тина. Это отличный дрессиров­щик, медведи у него катаются на ро­ликах, велосипедах и мотоциклетах, делают стойки, жонглируют. А он сам, обычно находясь у артистиче­ского выхода, только координирует работу животных. Но реквизит у ар­тиста убогий и одет он не особенно презентабельно. И трюки у него те же, что и у других артистов, дрес­сирующих медведей. Так не стоит ли Чжан Хай-тину помочь, привлечь для его номера режиссера и художника, изготовить новый реквизит, а глав­ное — разработать своеобразные трюки. И нет сомнения, что в этом случае советский цирк может обога­титься  интересным аттракционом.

клоуны и еще раз клоуны

Наконец-то свершается большое дело: клоуны прикрепляются к цир­кам на целый сезон. Это будет суро­вым испытанием для многих клоунов. Посмотрим, кто сделается любимцем публики в том или ином городе. Но при новых условиях особенно важно, чтобы цирки наладили контакт с мест­ными литературными силами, иначе клоуны могут остаться без репертуа­ра. А это может оказаться испытани­ем для директоров и главных режис­серов. Но хочется верить, что экза­мен для всех пройдет благополучно и в цирках укрепится и выдвинется большая группа талантливых артистов разговорного жанра.

Приближается XXII съезд Коммуни­стической партии Советского Союза. Все лучшие люди труда стремятся встретить его достойно, своими новы­ми успехами. Стремятся к этому и деятели цирка. И в этих условиях об­щего подъема особенно важно на­править творческую энергию на созда­ние значительных произведений цир­кового искусства, таких, которые могли бы удовлетворить требователь­ного и доброжелательного советского зрителя.

Ю. ДМИТРИЕВ

Журнал «Советский цирк» май 1961 год

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100

Погрузочная рампа тут