В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Варшавская сирена

Сирена — эмблема тысяче­летнего города — встречает вас в Варшаве на каждом шагу: в витринах магазинов, на вывесках, на   обложках  турист­ских проспектов.

С мечом в одной руке и щитом в другой она снова и снова напоминает вам о воинской доблести  мужественного и жизнера­достного города.   

Лидия Корсакова и Тадеуш ОлшаЛидия Корсакова и Тадеуш Олша

Когда  идешь по Варшаве — не думать об истории просто  невозможно,  так  много  рас­сказывают   вам сами стены  домов, как  лица   воинов, испещренные сле­дами жестоких  сражений.   Мы спе­шим в театр и, хотя времени  у  нас совсем мало, выбираем самый дале­кий,  кружной путь, чтобы еще раз окунуться  в атмосферу города. Мы идем мимо Старого Мяста с его узенькими   средневековыми   улочка­ми   и   суровой   готикой   костелов,   и каменная плита,  вмурованная  в древнюю  стену,  напоминает  еще  об одном   подвиге   народа,   из   пепла   и развалин   восстановившего   эту  жем­чужину польской  архитектуры;  мимо тоже  древних  и  тоже  восстановлен­ных   укреплений   Барбакана,  на   чьих зубчатых стенах прямо под открытым небом   варшавские   художники   с   чи­сто юношеской  самоуверенностью развернули   выставку   своих   картин; мимо  знаменитых  кавярен,  чьи  уют­ные   залы  (и  они  тоже  восстановле­ны), кажется, хранят отзвуки голосов не  только  Тувима,   но   и  Мицкевича. Мы   очень   спешим   и   все-таки   не можем отказать себе в удовольствии смешаться с толпой, после дня рабо­ты  затопившей  улицы,   прислушаться к  ее мягкому,  шелестящему  говору. Рабочие ребята в беретах и узеньких брючках,  влюбленные,  целующиеся прямо   на   мостовой   под   грозящим глазом светофора, монахини  в  плое­ных чепцах, деловито помахивающие портфелями...  Потолкайтесь здесь пять минут — и вас обязательно одарят   дружеской   улыбкой,   неожидан­ной  шуткой,   острым  словцом.  В   го­роде,    где    каждый    камень    хранит следы   драматических   событий,    как нигде   умеют   ценить   шутку,   больше того,   не мыслят  без   нее жизни.   И становится   понятным,  почему  здесь столько  сатирических  театров:   про­фессиональных,   студенческих,   люби­тельских.

Театр,  в  который  мы  идем,  тоже сатирический и называется он «Сирена». Сирена изображена и на про­граммке спектакля, который нам предстоит сегодня увидеть. Она очень похожа на свою знаменитую сестру, ту, что на гербе Варшавы, и вместе с тем выглядит вполне совре­менно — даже классический меч сме­нился на элегантный зонтик. Впро­чем, это оружие выглядит в ее руках достаточно острым — оружие совре­менной Сирены — насмешка — разит иной раз лучше меча. История появления Сирены на театральной афише тоже по-своему героична, и об этом стоит сказать не­сколько слов. Старейший из совре­менных сатирических театров поль­ской столицы впервые открыл свои двери в те дни, когда еще не отгре­мели последние выстрелы боев за Варшаву. Город лежал в развали­нах, а вокруг театра уже собирались писатели, актеры, художники, уце­левшие в страшные годы оккупации. Свое детище они гордо назвали «Сиреной», чтобы еще раз напомнить о том, что веселый, прекрасный го­род, эмблемой которого назван театр, скоро будет восстановлен.

Создавали его не на пустом ме­сте. Театр сатирических миниатюр имеет в Польше давние традиции. Еще до первой мировой войны в Кракове и Варшаве существовали литературные кабаре — прародители нынешних сатирических театров. В отличие от обычных эстрадных про­грамм, пышностью восполнявших недостаток содержания, программа литературных кабаре блистала не де­корациями и костюмами. Она со­стояла из сатирических номеров, зло и остроумно высмеивавших ме­щан, святош, лицемеров. Тексты для таких знаменитых кабаре, как «Кви про кво», «Банда», «Варшавский цирюльник», писали крупнейшие поль­ские поэты, в том числе Юлиан Тувим. Его ядовитые куплеты распева­лись по всей Польше, Задумывая но­вый театр, его создатели решили идти новым путем. С тех пор прошло почти двадцать лет, и «Сирена» успела завоевать любовь не одних только варшавян. Несколько лет назад она с успе­хом гастролировала в эстрадном театре «Эрмитаж». На концертах по­бывало более семи миллионов зри­телей, они смотрели сорок четыре разные   программы.   Тексты   к   этим программам, в соответствии с тра­дициями, писали видные польские сатирики, оформляли спектакли из­вестные художники-карикатуристы. Многие из них хорошо известны москвичам по своим работам в та­ких популярных польских журналах, как   «Шпильки» и «Пшекруй».

Программа, которую мы смотрим сегодня, называется «Шафа гра». Это идиоматическое выражение часто можно услышать в толпе, его произ­носят с самыми различными интона­циями и означает оно примерно то же, что и французское «Ca ira» — все идет на лад. Эти слова весело распевает весь ансамбль театра, то­же с бесчисленным количеством ин­тонаций, варшавских интонаций, ска­зали бы мы, со всем их блистатель­ным каскадом оттенков — от лирики, окрашенной изрядной дозой юмора, до отнюдь не беззлобной насмешки. Одна из сценок, с калейдоскопи­ческой быстротой сменяющих друг друга в программе «Сирена», напо­минает детскую игру в испорченный телефон, хотя предназначена она совсем не для детей. В каком-то учреждении, его изображает просто цепочка стульев, выстроенных в за­тылок друг другу (лаконизм офор­мления — один из художественных принципов «Сирены»), сотрудники докладывают по начальству о ходе каких-то работ. — Дела идут пло­хо, — Сигнализирует с места ниже­стоящий сотрудник вышестоящему. — Дела идут неплохо, — вносит тот в неизящную формулировку элегант­ный корректив, передавая ее выше­стоящему соседу. — Дела идут со­всем неплохо, — как мячик перебра­сывает ее тот еще более вышестоя­щему. — Дела идут хорошо! Дела идут прекрасно! Дела идут замеча­тельно! — все выше и выше по слу­жебной лестнице передается сигнал с места. И в окончательно отредакти­рованном виде — дела идут просто великолепно — достигает ушей того, кому он, собственно говоря, и предназначался.

Герой другой сцены — она назы­вается «Дневник сына» — старинный враг польских сатириков. Над этим почтенным и добропорядочным обы­вателем с плотоядными губами лю­бителя житейских радостей не раз издевались еще в знаменитых лите­ратурных кабаре прошлого. Над его лицемерным ужасом перед вольно­мыслием молодежи (ну как не вспомнить выставку художников на стенах Старого Мяста и влюбленных, целующихся на глазах у милиционера!) смеется сейчас «Сирена». Отец — его прекрасно играет Тадеуш Олша — читает дневник сына. Умиление перед изобретательностью озорного ребенка мало-помалу сме­няется ужасом — вот она какая, эта современная молодежь! И тут-то оказывается, что ужасающие отца за­писи принадлежат вовсе не сыну. Он читал свой собственный юношеский дневник. Материалы   для   своих   сатирических сценок «Сирена» черпает прямо из жизни: последние политические новости, события литературы и ис­кусства. В одной из сценок Ежи Билена, Казимеж Брушкевич и Анджей Стокингер острят по поводу съем­ки фильма «Фараон» — по роману Болеслава Пруса. В другой — двое почтенных нищих с повадками иных варшавских джентльменов и философов, устроившись у Дома книги (не очень-то, конечно, это прибыльное местечко, еще чего доброго у тебя же выпросят взай­мы!), не без ехидства обсуждают ли­тературные сплетни. Эти сатирические сценки сменяются лирически­ми песенками, которые в отличной эстрадной манере поет Лидия Кор­сакова, лишний раз доказывая, что эстрадная песенка и Варшава нераз­делимы. Недаром на последнем международном конкурсе эстрадной песни в Сопоте варшавские певцы были удостоены многих премий.

Появление истинного героя «Ша­фа гра», так же как и большинства других программ «Сирены», Адоль­фа Дымши зал встречает целой бу­рей рукоплесканий. Уже сами по се­бе они достаточно ясно говорят о популярности этого выдающегося мастера польского театра и кино. Сравнить ее можно разве что с по­пулярностью Игоря Ильинского у нас. Вот уже добрых тридцать с лишним лет Адольф Дымша — зрители фа­мильярно называют его Додек — владеет сердцами варшавян. Впро­чем, не только варшавян. Фильмы с его участием — «Двенадцать стуль­ев», «Карьера Никодима Дымшы», «Антек-полицмейстер», «Мое сокро­вище» и многие другие — шли на эк­ранах разных стран. И все-таки имен­но Варшаве обязан Дымша своей известностью. Ибо его маска — это маска истого варшавянина. По-вар­шавски элегантный и по-варшавски скептический, склонный к чисто вар­шавскому фанфаронству и чисто вар­шавской практичности, лирический герой  Дымши,  как  бы  ни трансформировала его воля автора, неизмен­но остается самим собой, в самых не­притязательных сценках вызывая бу­рю смеха.

Адольф Дымша и Вацлав ЯнковскиАдольф Дымша и Вацлав Янковски

Одна из сценок с его участием, которую мы увидели в «Сирене», происходит в авторемонтной мастер­ской. Место действия обозначено изображением эдакой Антилопы-гну, которую предстоит чинить нашему герою. Но не такой он человек, что­бы так вот сразу, с бухты-барахты приступить к делу. Раньше надо ра­зобраться, что к чему. И Дымша, вздыхая, начинает объяснять клиенту, какая это трудная штука — чинить автомобили, сколько для этого нуж­но болтов и заклепок и сколько раз придется ударить молотком по этим самым заклепкам, чтобы достигнуть желаемого результата. — Ну, так ударяйте! — просит, уговаривает, нако­нец, выходит из себя клиент. То есть как это, ударяйте? — не понимает Дымша. — Что же вы думаете он та­кой человек, чтобы так вот просто, с бухты-барахты... И его пространные объяснения о том, какая это трудная штука чинить автомобили, и сколько для этого нужно болтов и заклепок, и сколько раз придется ударить мо­лотком по этим самым заклепкам, тонут  в  буре  неудержимого  смеха...

Мы возвращаемся из театра са­мой дальней, кружной дорогой, ми­мо Старого Мяста, с его гордой надписью: «Восстановлено из руин в 1956 году», мимо тоже древних и тоже восстановленных укреплений Барбакана с выставкой картин на зубчатых стенах, еще недавно ле­жавших в развалинах, мимо знамени­тых, тоже восстановленных кавярен, кажется еще хранящих отзвуки голо­сов не только Тувима, но и Мицке­вича. И героический город бросает какой-то особый свет на только что увиденную эстрадную программу, а эта программа, обычная программа обычного театра, помогает как-то еще по-новому ощутить обаяние ге­роического города.


Е.  ШАМОВИЧ

Журнал Советский цирк. Январь 1965 г.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100