В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Взгляд из зрительного зала

Отмечая успехи советского цирка и гордясь ими, мы, зрители, систематически посещающие программы, могли бы высказать различные предложения, замечания, пожелания.

Однако зрительские конференции по цирку, к сожалению, не проводятся (во всяком случае в Москве), и мы не имеем возможности обмениваться своими впечатлениями друг с другом, а также с деятелями манежа. И вот я, видевший в течение пятидесяти лет почти все программы в Москве, а изредка и в других цирках страны, беру на себя смелость высказать ряд суждений о цирковом искусстве.

В цирке качество номера определяется нс только его техническим совершенством и композиционным построением, но и тем, как номер подан, насколько артистично он исполнен. Все, с момента появления актера на арене и до его ухода за кулисы, влияет на впечатление зрителя.

В каждой программе, к сожалению, можно найти примеры того как проигрывает даже хороший номер, если не найдена удачная форма его подачи, если артисты не чувствуют себя на арене свободно и раскованно.

Возможно, было бы целесообразно, подготавливая программы для московских цирков, подключать к работе над отделкой всех номеров представления специального режиссера для совершенствования номеров.

С некоторых пор почти все программы цирков начинаются и заканчиваются прологом и эпилогом. Яркий, красочный парад в первое время нравился, он придавал представлению праздничность. Но со временем парады стали обрастать плохо читаемыми, нередко весьма слабыми стихами, стали длинными, статичными и превратились в скучное, однообразное, а зачастую и претенциозное зрелище. И, согласитесь, довольно нелепо, когда парад, тематически связанный с каким-то конкретным событием, продолжает демонстрироваться без всяких изменений и через полгода после этого события.

Стоит серьезно подумать над тем, какими должны быть цирковые парады. Но несомненно одно: надо искать новые выразительные формы, не увлекаться длинными Стихотворными текстами и очень строго эти тексты отбирать.

А теперь мне хотелось бы затронуть такой вопрос. Одной из важнейших задач, стоящих перед советским цирком, является создание высокохудожественных номеров для все увеличивающегося числа стационаров. Естественно, что для молодых исполнителей очень важно выступить перед взыскательными зрителями Москвы и Ленинграда. Тот номер, который «прошел» в столице, можно смело показывать в любом городе нашей страны и за рубежом. Но установившаяся в последние годы практика показа в столице одной, в лучшем случае двух программ за год, не позволяет демонстрировать свое искусство большому числу артистов. Это, в свою очередь, лишает нас, зрителей, возможности видеть все лучшее, что создается в советском цирке.

Возможно такой порядок проката выгоден Союзгосцирку, так как частая смена программ требует определенных транспортных и иных затрат, но несомненно и то, что длительная демонстрация одной программы отрицательно сказывается как на интересах цирковых мастеров, так и на интересах зрителей.

Не могу обойти молчанием и вопрос о пантомиме, почти совсем исчезнувшей в последние годы с наших манежей. Это тем более странно, что современная техника, казалось бы, позволяет создавать гораздо более эффектные и интересные спектакли, чем те, которые успешно шли еще во времена Вильямса Труцци. Конечно, создание таких пантомим дело хлопотливое — нужен и хороший сценарий, и знающие режиссеры, и настоящие актеры. Все это, разумеется, не просто, но отказываться от жанра, так хорошо показавшего себя в пору становления советского цирка, вряд ли стоит. Сетуя, что пантомима стала редкой гостьей на наших манежах, не могу не вспомнить и о буффонадных антре — их мы тоже давно не видим в столичных цирках. И этот пробел в программах нам отнюдь не заменят даже талантливые коверные.

Во многих крупных цирках, в частности в Московских, Ленинградском и некоторых других, в стремлении придать цирковой программе вид «шоу» появились разные по количеству и по мастерству балетные ансамбли. Однако пока цирковой режиссуре крайне редко удается органично вписать выступления этих ансамблей в ткань циркового представления.

В двух последних программах цирка на Ленинских горах выступления довольно большого балетного ансамбля проходили совершенно незаметно — он не имеет ни сольных номеров, мало связан с выступлениями коверных или с номерами программы. Зритель видит ансамбль, по сути, только в прологе. Поэтому, естественно, появляется сомнение в правомерности использования таких ансамблей в нетематических программах.

Пишу эту статью и понимаю, что чуть ли не в каждом абзаце касаюсь вопроса или проблемы, которые так или иначе ставились на страницах журнала. Но поскольку вопросы эти остаются по сей день нерешенными, о них нельзя не говорить. В частности, о копировании.

Думаю, любители цирка хорошо помнят огромный успех номера артистки К. Бескоровайной, первой в советском цирке показавшей оригинальный номер «Собачий футбол». В последующие годы многие дрессировщицы стали демонстрировать подобный номер, слепо копируя то, что было ранее сделано Бескоровайной. И что же? Номер потускнел и уже не имеет того успеха, какой был у его создательницы.

То же самое, к сожалению, можно наблюдать и в номерах других жанров. Но зато как бывает приятно, когда мы видим в традиционном, казалось бы, номере необычное, оригинальное решение, ту «изюминку», которая отличает данного исполнителя от всех других. Эти слова в полной мере можно отнести к танцовщице на проволоке Р. Хусайновой, подготовившей и показавшей свой новый номер в одной из недавних программ Московского цирка на Ленинских горах.

На страницах журнала «Советская эстрада и цирк» проходила интересная дискуссия о целесообразности выступления одного артиста в двух или трех номерах. Это очень интересная и важная проблема. Такой принцип работы издавна бытовал в цирках со времен частных антреприз. Он и сегодня имеет место. Однако, мне кажется, здесь не может быть общих решений. Все должно решаться индивидуально. Артист имеет право выступать одновременно два или три раза лишь в том случае, если эта физическая нагрузка не только не ухудшает качества основного произведения, но и другие номера его будут на уровне лучших образцов данного жанра. И все же явление это не должно стать массовым: такое возможно только для талантливых мастеров.

И в заключение еще два вопроса.

Первый. Если в былое время на наших аренах систематически показывались либо целые программы зарубежных цирков, либо отдельные гастролеры демонстрировали свое мастерство, то ныне мы давно уж не видим в Москве выступлений артистов других стран. Из сообщений прессы мне известно, что международные программы демонстрируются в различных городах Советского Союза. Хотелось бы видеть подобные выступления и на столичных манежах — это сделало бы цирковой сезон более разнообразным и увлекательным.

И второй. Ранее не только любители цирка, но и обычные зрители хорошо знали большинство цирковых артистов. Конечно, артистов было меньше, и потому они чаще приезжали в тот или иной город. И все же, как мне кажется, секрет заключался в рекламе: артистов рекламировали гораздо лучше, чем сейчас.

Кому-то мой вывод покажется странным: сегодня, мол, выпускаются яркие рисованные и фотоплакаты, буклеты, календари. И тем не менее в течение ряда лет даже Московские цирки не выпускали печатных афиш с перечислением всех гастролеров. Рекламировался, как правило, аттракцион. Даже в щитах, что возле цирка, все фото и объявления относились к аттракциону. Лишь в этом сезоне цирк на Цветном бульваре поместил, наконец, цветные фотоплакаты отдельных номеров. А ведь в основном зритель узнает фамилии исполнителей из программки, купленной при посещении цирка. Но и там — только фамилии артистов и название номера. Если для известных мастеров этого достаточно, то что скажет зрителю одно упоминание фамилии молодого артиста?

Может быть стоит воспользоваться опытом некоторых филармоний и, повесив на видном месте в фойе стенды, разместить на них заметки об артистах программы просто непросто отпечатанные на машинке. Зрителю интересна была бы любая добавочная информация о создании номеров, о творческом пути артистов, об их учителях и т. п. А пока этой информации зрителю получить негде.

Почему на эстраде конферансье объявляет, например, Магомаева без комментариев, а молодых артистов не только объявляет, но и представляет. (Удачный пример — конферанс О. Милявского в концертах 1976 года «Поют молодые».) А нельзя ли нарушить традицию цирковых    шпрехшталмейстеров, нельзя ли поручить им коротко, но все же не только объявлять, но и представлять молодых артистов? Я понимаю, что для цирка это несколько неожиданное предложение, но может стоит о нем подумать? Думается, что при том же формате программки можно печатать краткие аннотации, рассказывающие о создании данного номера. Конечно, могут быть и другие решения, но подумать о более широкой пропаганде артистов необходимо. А то сегодня любители манежа знают всего пятнадцать-двадцать имен самых известных исполнителей, а зрители, посещающие цирк раз в год, не запоминают фамилий даже понравившихся им артистов.

Когда пишешь о любимом искусстве, то хочется верить, что твои мысли, твои предложения будут не только опубликованы, но и реализованы.


А. БАРАНОВ, кандидат технических наук

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100