В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Зажгите звезды

В зале — только очень юные зрители. Те, кто обычно со вздохом поглядывает на объявление: «...до шестнадцати лет не допускаются».

К сегодняшней встрече они готовились давно. С того момента, когда дома им вручили купленный на представление билет. Или даже раньше — с той минуты, когда они начали тактично убеждать мам и пап в том, что вот хорошо бы сходить на детское эстрадное представление. Итак, позади весь путь дипломатических переговоров, отделяющих замысел от воплощения. Мамы и папы убеждены, билеты куплены, ленты и белые рубашки разглажены, уши тщательно вымыты и нарядные театральные кресла заняты. Что-то сейчас покажут?

Дети вправе ожидать встречи с самой радостью. Так уж принято считать, что эстрада — это блестящее, остроумное, жизнерадостное искусство. Предпола­гается, что после спектакля ребята будут долго вспоминать: было весело и краси­во, актеры были обаятельны, хорошо пе­ли, шутили, танцевали, говорили.

Все это предполагается. А на деле нередко бывает такое... Одним словом, в памяти как самое радостное остается не концерт, а пред­вкушение его. Что ж, говорят, ожидание радости всегда прекраснее, чем приход ее. Но для актера, разочаровавшего свое­го' зрителя, это плохое утешение.

— Да нет же, — могут возразить мне, — детей радуют любые встречи с ак­терами. Пусть даже мастерство не вы­держивает иногда особо взыскательной критики, пусть профессионалы усмотрят в концерте те или иные недочеты — детям все равно будет интересно. Это такие благодарные зрители!

Согласен. Дети — прекрасные зрители. Но «прекрасные» — не значит «невзы­скательные». Они вежливы, непременно наградят аплодисментами актера, кото­рый старался их развлечь. Но разве в том цель актера, чтоб услышать вежливые аплодисменты? Нет. Он выходит на эстраду, чтоб подарить залу минуты счастливого веселья, мягко, неназойливо внушить зрителю какие-то новые для него мысли, раскрыть новую область чувств. К этому стремится каждый актер, и не всегда сам он виноват в том, что не   достигает   нужного   результата.

Актеру необходим репертуар. Это ак­сиома, тут нечего доказывать и объяснять. Кто сможет подсчитать, сколько раз на эстрадах страны читана и пере­читана советская детская классика? Это, разумеется, вовсе не плохо. Лучшим произведениям советских детских писа­телей и поэтов по праву суждена долгая жизнь. Но ребята ждут нового, они хо­тят, чтобы с ними говорили обо всем, что важно сегодня именно для них, а их папам и мамам было, может быть, вовсе и не знакомо. Конечно, им интересно видеть и то, что волновало и радовало сегодняшних взрослых, когда они сами еще были маленькими, ходили в пионер­ских галстуках и играли в тимуровцев. Но жизнь сегодняшних пионеров роман­тична по-своему, по-другому. Детство прекрасно всегда, но у каждого поколе­ния людей и самое детство, и его волне­ния, и радости все-таки разные. Неиз­менно тут лишь одно — все запоминается в ребячьи годы ярко и надолго. Иногда на всю жизнь.

Но если наша жизнь, наша советская действительность дает сегодня ребятам очень много праздничных и ярких впе­чатлений, наполняет их душу гордостью за страну, в которой они живут, то театр, эстрада все еще остаются (не будем пря­таться за стыдливое словечко «иногда») прозаичнее и будничнее жизни. По законам журнальной статьи я дол­жен был бы сейчас назвать неудачные эстрадные представления и рассказать, почему они нехороши. Показать, в чем они незанимательны. Где рассудочность подменяет авторскую взволнованность и увлеченность.  Где  эффектные трюки и красивость подменяют подлинную праз­дничность и красоту, а где сухая нази­дательность, дидактика заменяют собой живой ум и талант автора.

Но я сознательно нарушаю строгие законы журнальной статьи. Потому что, мне думается, главное сейчас — это не отпугнуть авторов, пишущих для детской эстрады, а привлечь к эстраде как можно больше молодых писателей и по­этов, хороших, талантливых, любящих и понимающих детей. Легче всего распу­шить автора за то, что он сделал что-то не так. (Критик всегда остается при этом в выгодном положении мэтра, поучаю­щего неудачливого собрата по перу.) Очень легко также свысока указать пев­цу на то, что в детской аудитории неза­чем петь, скажем, «Бирюсинку», которая предназначена для куда более взрослых слушателей: и настроение, и интонации, у нее совсем не ребячьи. Конечно же, никто не станет возражать против того, что детям не годится петь нашумевшего «Черного кота», пусть даже в сокращен­ном варианте, опустив лирические эпи­зоды из жизни героя песенки. Всем по­нятно, что ни один актер не станет ссы­латься в споре на то, что, включив в свой репертуар злосчастного «Кота», он хотел пробудить в детях любовь к зве­рью. Все аргументы «противника» в та­ком споре было бы легко разбить. К то­му же вряд ли кто-либо стал бы всерьез приводить их. Вот почему я в нарушение законов журнальной статьи и не ссы­лаюсь на примеры, слишком хорошо из­вестные всем — и мастерам эстрады и читателям журнала, ломающим голову над тем, что же нужно непременно по­смотреть их ребенку?

А что, разве бывают такие спектакли, которые нужно непременно увидеть ребенку, могут недоверчиво спросить у ме­ня. Бывают. Вспомните «Синюю птицу» в МХАТ. Говорила ли она нам, когда мы были  детьми,  о  чем-то  необыкновенно новом? Нет, пожалуй. Потому что разго­вор о счастье, о поисках его, о том, ка­кие бывают на свете дружба, предан­ность, великодушие, и тогда не был нов. И вчера и сегодня люди думают об этих вещах одинаково. Восхищаются добром, ненавидят зло, коварство, предательство. Но как трепетно, многозначительно, ска­зочно и в тоже самое время достоверно было сказано все это в «Синей птице»! Как нежны и восхитительны были для нас полупризрачные сцены у любимых и полузабытых бабушки и дедушки! Как трогала преданность верного Пса и от­талкивало предательство коварно-ласко­вого Кота! Все персонажи были совсем сказочными, но каждый из нас в своем детстве делал для себя очень верные вы­воды из их поведения. И получалось, что, с сожалением расставшись со сказочны­ми искателями счастья, ушедшими за Синей птицей, мы покидали театр более мудрыми и чуткими к Добру, Красоте.

По-моему, сегодня детской эстраде нужна своя «Синяя птица», нужен такой спектакль, который бы воспитывал, вдохновляя и зажигая зрителей. И тогда будут решены все проблемы детской эстрады? Увы, нет. Детской эстраде нужен не только самобытный, талантли­вый репертуар. Ей нужны и свои арти­стические звезды. Такие, как Райкин, например, в эстраде для взрослых. По­чему же сегодня не зажигаются эти яр­кие звезды на небосклоне эстрады для самых юных? Или нет актеров, любя­щих, понимающих детей? Наверное, это не так. Думаю, что совсем не так. Эстра­да — искусство, требующее от актера подлинной душевной молодости, жизне­радостности, юношески светлого отноше­ния к миру. Так что по самой природе своей эстрадное искусство очень близко юным зрителям, чья жизнь, печали и радости, размышления и открытия оза­рены настроением добрым и лирическим.

Посмотрите, с каким успехом прохо­дят обычно эстрадные представления в дни «Книжкиной недели». Как радуются ребята появлению своих любимых лите­ратурных героев, оживших на сцене и ставших еще ближе, реальнее. А как ждут новогодних эстрадных представле­ний! Радуются. Ждут. Но простите, что и тут приходится отказаться от радуж­ных красок. Всерьез восторгаться этими новогодними представлениями тоже трудновато.

Вспомните, сколько лет кочуют по всем сценам одинаковые номера, набившие оскомину самим детям. Любой ма­лыш точно знает: елка — это непременно будет «Бабочка» (тетя в белом платье). Она будет кружиться и махать широки­ми рукавами, а на нее направят разно­цветные лучи, и будет казаться, что это разные бабочки. Первый, второй, третий раз — хорошо. Но если на одном концер­те — бабочка, потом фокусник, проли­вающий воду из пустой чашки, на вто­ром бабочка и фокусник с чашкой, на третьем — бабочка и чашка, на четвер­том... Вот вам уже надоело читать про бабочку и чашку. А каково же ребятам смотреть одинаковые программы из го­да в год?!

Как-то так получилось, что эстрада для детей стала считаться искусством второ­степенным. Ее не принято даже всерьез рекламировать. Обратите внимание, когда идете по городу, попадутся ли вам афиши, извещающие о выступле­ниях актеров детской эстрады? Нет. Не попадутся!

Нам нужны хорошие детские эстрад­ные спектакли. Нам нужны звезды детской эстрады. Но пока мы будем только вздыхать о том, что нет звезд, нет репер­туара, что нужны талантливые режис­серы и нужно предоставлять для детских эстрадных спектаклей лучшие поме­щения, рекламировать это искусство, дело с места не сдвинется. Нужно активно действовать. Нужно зажечь звезды детской эстрады на радостном небе нашего искусства.
 

СЕРГЕЙ МИХАЛКОВ, член-корреспондент Академии педагогических наук РСФСР

Журнал Советский цирк. Август 1966 г.

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100