В МИРЕ ЦИРКА И ЭСТРАДЫ    
 







                  администрация сайта
                       +7(964) 645-70-54

                       info@ruscircus.ru

Животные Мансура Ширвани

Едва завидев ее, регулировщики перекрывали движение. Замирали магистрали столицы. Десятки машин, троллейбусов, автобусов, остановленные в часы лик, терпеливо ожидали, пока диковинный пешеход минует перекресток.

Слониха Рези, артистка азербайджанского аттракциона с дрессированными животными, покидала Москву. После двух месяцев гастролей в цирке шапито ей, как, впрочем, и всем остальным животным, предстоял путь в Ереван.

Азербайджанский аттракцион с дрессированными животными по-своему уникален. Среди экзотических представителей фауны там, кроме слона, есть бегемот, кенгуру, зебра, обезьяны. Присутствуют там пони и медведи, волки и собаки, козлы, ослы, кошки, лисы, белые .мыши, два петуха, множество голубей и четыре пеликана.

Как же возят всех этих необычных и разных животных из города в город, в жару и мороз, с севера на юг, с востока на запад?

Чтобы ответить на этот вопрос,я присутствовало при погрузке и отправке аттракциона и имело несколько бесед с его руководителем — заслуженным артистом Азербайджанской ССР Мансуром Ширвани.

Итак, день погрузки. Еще подходя к гигантскому шатру, под сводами которого разместились на берегу Москвы-реки животные, можно было увидеть и огромные, стоящие наготове фургоны с надписью «Мы из Баку», и приготовленные грузовики, и столь необходимый при погрузке подъемный кран. Штат аттракциона проводил последнее оперативное совещание: говорили о заготовке продуктов в дорогу.

Вопрос о питании животных в пути — один из самых главных. Животные не только привередливы, но и количество поглощаемой ими пищи — астрономическое. К примеру, один слон съедает в день 140 килограммов различных продуктов. Согласитесь: ни один станционный буфет не выдержит такого опустошения. Поэтому все, абсолютно все, вплоть до сгущенного молока, яиц, мясной тушенки и фруктов, приходится везти с собой. Целый продовольственный и фуражный магазин с огромным холодильником, забитым продуктами и льдом. Погрузка началась по строго определенному графику с соблюдением строжайшей очередности, с учетом нервозности, симпатий и антипатий беспокойных пассажиров.

Погрузка сравнительно небольших животных, перевозимых на станцию в тех же клетках, в которых они обитают за кулисами цирка, проходит почти без неожиданностей.

В небольшой клетке, в которой они обычно проводят ночь, появились обезьяны с маленькими синеватыми мордочками и цепкими морщинистыми пальцами. Ухватившись за прутья клетки, вплотную прижавшись к ним, они отчаянно вертели головами, стремясь расширить угол зрения. Сказалось не только присущее обезьянам любопытство, но и беспокойство, охватившее макак в новой непривычной обстановке. Чтобы успокоить их, им подбрасывают морковь и яблоки. Обезьяны не обращают на них никакого внимания. Но вот кто-то высыпал горсть овса. Это как раз то, что нужно в этой нервной обстановке. Схватив овес в пригоршни, они ловко закидывали его по зернышку в рот, отплевывая шелуху. Ни дать, ни взять кумушки, лузгающие семечки. Были тут, конечно, и оживленные пересуды, да мы, к сожалению, не понимали их гортанных звуков.

Двухместную клетку с медведями подъемный кран осторожно оторвал от земли и бережно опустил на платформу грузовика. Почувствовав, что земля в полном смысле слова уходит у них из-под ног, мишки забеспокоились, испуганно озираясь с непривычной высоты. Чтобы вернуть им душевное равновесие, косолапым подбросили сахар.

Почти все звери чувствуют день погрузки. Меняется размеренный, четко соблюдаемый ритм их жизни, куда-то не в ту сторону уводят соседей, суета, крики, непривычная беготня. Зебра не находит себе место с самого утра, как только мимо клетки провели ее ближайших соседок — пони. Ей дают печенье, ванильные сухарики, сочную морковку— все это она роняет на пол и топчет. Наконец, к ней подходит Мансур Ширвани. Сом уже достаточно наэлектризованный, он говорит: «Перестань нервничать. Слышишь, кому я говорю! Перестань сейчас же нервничать. Тебя не забудут, скоро поедешь и ты!» Знакомый властный голос ненадолго успокаивает животное. Из стойла Ширвани выводит ее сам, крепко держа под уздцы, поглаживая и подбадривая.

Но вот отправлена первая партия животных. Непривычно тихо и пусто под гигантским шатром: там остались лишь бз1вмот да слониха Рези. Поприветствовав ее. я протягиваю слонихе конфетку. Она аккуратно сгребает хоботом конфету с моей ладони, отправляет ее 8 рот, тут же подхватывает пук сена и подает его мне. Так началась излюбленная игра: я тебе — сено, ты мне — конфетку. Рези этот товарообмен никогда не надоедает. Но, увы, конфеты подошли к концу, и я устраиваюсь неподалеку от слонихи с намерением незаметно за ней понаблюдать.

Рези стоит огромная, серая, скалоподобная, какая-то очень древняя. Она родилось в неволе, чаща и первозданность индийских джунглей ей неведомы, но гордый дух царей природы унаследован ею в полной мере, и она умеет заставить уважать себя.

А пока Рези явно томилась, чувствуя необычность этого дня. На всякий случай она стала приводить 8 порядок ноги, выколупывая хоботом песчинки и мусор из бесчисленных складок кожи. И как тщательно она это делала! Но первый взгляд, казалась непостижимой несоразмерность толщины хобота с мизерностью соринок. Но слон вытягивает кончик хобота как палец, который не только может извлечь песчинку, но поднимает с пола иголку, заводит ручные часы, презабавно чешет собственные уши. трет маленькие глазки.

Особое внимание Рези привлекает скрытое левой боковой стенкой пространство. Там расположено ее персональная кухня, откуда уже давно доносится шипение огромного электрического котла, а котором для нее варят кашу. Там же свалены мытые овощи и стоят уже распечатанные пачки с сахаром. И чуткий хобот, извиваясь. все тянется и тянется туда, ловя заманчивые запахи. Но потом надоедает и это занятие, тем более что опыт подсказывает: до часа кормежки еще далеко. И вдруг Рези замечает рубашку, в спешке повешенную неподалеку одним из ассистентов. Прекрасно! Правда, до нее не так-то легко дотянуться. Но если составить вместе все четыре ноги и, стоя на этом пятачке, вытянуться до предела, то... Конечно же. Рези ее достала. Закинула невесомый нейлон себе на голову: женщина всегда остается женщиной, ей надо все примерить и покрасоваться. Так, с рубашкой на голове она и простояла, пока не пришел служитель. Рези уважает чужую собственность: рубашка была возвращено без пререканий. А я уже опасалось, как бы прозрачный нейлон не был отправлен в рот. Вот ведь, никогда не надо думать о слонах плохо!

Пространство, скрытое прозой боковой стенкой, Рези почти не интересует, более того, демонстративно не интересует. Там находится вольер и бассейн бегемотихи Волги, и Рези раздражают ее вульгарные манеры. Волге громко чавкает, с жадностью накидываясь на еду. И, вообще, как можно столько есть и бесконечно, в полной апатии мокнуть в своем бассейне: так ведь недолго и совсем отсыреть. Что касается еды, то Рези, конечно, пристрастна: сома она поглощает вдвое больше. Другое дело, что ест оно деликатно, с разбором, по несколько раз переходя от батонов к свекле, заедая ее редиской и снова возвращаясь к батонам, импровизируя винегрет. А вот сырости Рези действительно не переносит: ее подстилка и пол должны быть совершенно сухими.

Наконец подошла очередь тронуться в путь слонихе. С ее ноги сняли цепь, и слониха, избавившись от кандалов, трет хоботом натруженное место. Но тут же снова, правда уже на другую ногу, накинули длинную цепь и повели Рези к грузовику, за которым она и будет шагать по Москве. Рези привыкла к таким переходом. Как истая горожанка, она не обращает внимания на лавину транспорта, на толпу людей, привлеченную диковинным пешеходом, на вездесущих мальчишек и на невесть откуда взявшихся собак, с которыми в обычной обстановке у Рези не очень добрые отношения. Подняв хобот, она трубным звуком поприветствовала лишь первого милиционера, не замечая уже всех остальных. Она вся была поглощена исследованием каждой неровности на асфальте: прилипшими окурками, смятыми бумажками, камушками... Слониха идет послушная, спокойная, величавая, благосклонно принимая все угощения, которые непрестанно преподносит ей толпа. Стаканчики с мороженым ассистент прямо отправляет ей в рот. Помидоры она берет сама хоботом,

Путь но топорную станцию длился около двух часов. Такой путь не страшен летом, в жару, но ведь цирк переезжает и зимой, в двадцати-тридцатиградусный мороз, когда вместо асфальта под ногами накатанный скользкий снег. Но этот случай у Рези есть полная экипировка: теплая попона (представляете, каких размеров!) и сапожки. Да, да это не оговорка, сапожки, сшитые по специальному заказу на обувной фабрике в Уфе. Модные сапожки, чуть повыше щиколотки, на утепленной подошве и с теплым верхом на пряжках. Рези долго к ним приучали. На манеже она пыталась их сбросить, но, выйдя на скользкую дорогу, сразу оценила обновку: ее собственные подошвы — гладкая отполированная роговица — не позволили бы ей сделать и шага по гололеду.

Два железнодорожных вагона, принадлежащих аттракциону, оборудованы по специальному заказу. Вагон для слона выше обычного. У него прочные двойные стенки с теплой прокладкой, особая дверь и печка. Рези хорошо знает свой погон, усвоила и технологию посадки в него. По прочному и устойчивому трапу она входит в него, сразу заворачивает направо и потом задом пятится но свою половину. Слоны превосходно сознают свой огромный вес: прежде чем скупить на трап, они обязательно попробуют его прочность. Если он скрипнет или качнется, слона никакими силами не заставить по нему пройти. Трап надо переделать, причем на глазах у слона, который будет снова испытывать его прочность. Но вот Рези в вагоне.

Второй вагон, принадлежащий аттракциону, также несколько необычной конструкции. Он тоже утеплен, имеет печку. В этом вагоне сделано несколько загонов: самый дальний — для четырех пони, рядом с ним — загон для ослов, потом — для кенгуру и самый ближайший — для самого нервного и пугливого пассажира — для зебры.

Торец вагона, куда ведет большая дверь, огорожен массивной решеткой: здесь расположится бегемот. В вагоне разместится еще клетка с обезьянами, а наверху, над стойлами, обнесен сеткой вольер для голубей. Я вошла в вагон, когда все пассажиры были уже на своих местах. Там было полутемно, покойно и тихо, пахло свежим хлебом. Славные, милые звери-труженики, мне было грустно с ними расставаться. Но надо было побывать еще в одном вагоне, где ехала поистине пестрая компания: волки, лисы, собаки, кошки, петухи, где частично были сложены продукты. где гигантскими гирляндами вились связки сушек. Здесь же находилась вся сервировка: бесчисленное количество мисок, тазов, ведер...

На двух платформах разместились небольшие фургоны с реквизитом аттракционе. фургон-холодильник, транспортные клетки, бегемочий бассейн и еще множество разной всячины.

Еще сегодня ночью пять вагонов, занятых аттракционом, прицепят к товарному поезду, и необычные пассажиры начнут свой далекий путь а новый город, к новым зрителям, к новой работе. За эти дни пути ничего не забудется. Животные не потеряют своей актерской формы. Ведь бывает, что, приехав утром на новое место, они вечером уже радуют публику на манеже. Такова нелегкая цирковая жизнь!

СУСАННА ИКОННИКОВА

оставить комментарий

 

 


© Ruscircus.ru, 2004-2013. При перепечатки текстов и фотографий, либо цитировании материалов гиперссылка на сайт www.ruscircus.ru обязательна.      Яндекс цитирования Rambler's Top100